Часть 4

Множество монстров было повержено ржавым мечом мироходца за последние несколько часов. Сколько времени парень с ними возился, ему и самому было невдомёк, ведь время в этом странном мире словно остановилось. Собрав приличное количество спарков, Лололошка вернулся в сонное измерение, надеясь на то, что Невер хотя бы в этот раз, после крепкого сна, ответит нормально, без оскорблений и жалоб. Все надежды рухнули в тот же миг, как мироходец увидел всё ещё спящего ворона. Удивительно... Как можно столько спать? По ощущениям парня, прошло не меньше восьми часов с тех пор, как он открыл охоту за спарками. Нет, ну правда! Сколько можно? — Эй, птичка, не спи! — Кар! Юр-родивый, чем же мне ещё заниматься, если мы во сне? — Ну... Не знаю. К примеру ты можешь рассказать, как ты создаёшь материю из спарков? — задал мироходец самый интересующий вопрос. У птицы явно не было столько сил и ресурсов, чтобы создавать их бесконечно, а вот Лололошка молод, силён и, возможно, сможет самостоятельно расширить свой сонный мир, оставив раненную пожилую птицу в покое. — Нет! — уверенно заявил ворон. — Нет? — Нет. — Почему? — мироходец ну никак не мог понять своего соседа. — Не хочу! — Ну тогда хоть скажи, как ты смог попасть в мой сон? — парень хотел получить ответ хотя бы на один вопрос. — Кар! Ты пр-росто так интер-ресуешься? Так уж и быть, на этот вопр-рос я отвечу. — сказал ворон, и, расправив крылья, создал зелёные частицы, очень похожие на пустотную магию. — Магия! Кра-ха-ха! Доволен? — И это весь твой ответ? — Да. И, несмотря на недоумевающий взгляд собеседника, ворон вновь лёг на землю, чтобы вздремнуть. — Блин, Невер. Ты хоть скажи... Те зелёные частицы, которые появляются, когда ты колдуешь, это ведь пустотная магия, не так ли? Удивительно, но слова Лололошки смогли привлечь внимание старой птицы. Невер медленно привстал с земли, оперевшись на одно крыло. — Кар! Интер-ресно. Когда я уже было подумал, что ты совсем юр-родиевый, оказалось, что ты что-то, да знаешь. Мало кто знает пр-ро этот тип магии. В нашем мир-ре он, пр-равда, распр-ростр-ранён больше, чем в др-ругих. Но ты же не из этого мир-ра, вер-рно? — сложив крылья на груди, спросил Невер. — Верно. — Пор-разительно! — Что именно? — парень уже и не знал, можно ли нормально разговаривать со странным другом по несчастью. На это ворон лишь покачал головой. — Ты ведь не пр-росто так хочешь узнать пр-ро сон. Ты хочешь кого-то ещё сюда пр-ривести, не так ли? — спросил Невер, и будто смотрел парню прямо в глаза, игнорируя затемнённые стёкла очков. — Верно. Но как ты узнал? — Ты спр-рашивал меня пр-ро др-ругих невоплощённых, а значит, кого-то ищешь. Нет-нет-нет. Если ты думаешь, что твоя возлюбленная, или кого ты там ищешь, ещё жива, то даже не думай. Лучше оставь все надежды найти своих близких. И не уходит далеко от цер-ркви. Вокр-руг неё относительно безопасная тер-р-ритория. — Безопасная? Ах. Ну да. Особенно старое кладбище. — язвительно ответил мироходец. — Я пр-росто не знаю, что случится с твоим сном, если ты умр-рёшь. Так что не умир-рай. И ладно-ладно. Я р-раскажу тебе, как пр-роводить р-ритуал пер-реноса в сон. Но у тебя всё р-равно не получится. Смотр-ри и запоминай. Невер сразу же начал махать крыльями, создавая в воздухе причудливый узор из пустотной магии. Удивительно, но у Лололошки получилось запомнить его с первого раза. Возможно ли такое, что раньше он уже пользовался этим ритуалом и просто забыл, как и многие другие вещи? Возможно. — Как же всё болит! — воскликнул Невер. — Боль – моя спутница! Всю мою жизнь. Всю жизнь. Подожди, Роророшка. Ты вр-ряд-ли сможешь воспр-роизвести р-ритуал, ведь ты – юр-родиевый. — ворон подозвал мироходца подойти ближе кивком головы. — Говор-рю, как есть. Ты мне не нр-равишся. Но! Я не хочу, чтобы ты умер. — сказала птица, достав что-то из своей сумки и протянув предмет Лололошке. — Дер-ржи. Я потр-ратил очень много энер-ргии на это. В руках у ворона был странный кристалл, чем-то отдалённо напоминающий погасший скинт. Мироходец взял его из когтей Невера. — Этот кр-ристалл р-работает как пер-реносной путеводный скинт. Но только в одну стор-рону. В эту. Как пользоваться сам р-разбер-рёшься. — сказал Невер, отмахнувшись крылом, намекая на конец разговора. Лололошка и без того не собирался больше беспокоить птицу, ведь и ему самому стоило бы отдохнуть, но только после того, как он навестит багрянника и, как минимум, начнёт строительство своего домика. И вот, собравшись с силами, Лололошка вновь направился через путеводный скинт в разрушенный тронный зал. Что удивительно, монстров в нём меньше не стало. А ведь совсем недавно мироходец потратил множество часов на их устранение. Постаравшись не влазить в драки, парень спускался в сторону старого кладбища, где в последний раз видел багрянника. Было бы просто замечательно с ним поладить, а не, как в прошлый раз, впечататься головой в потолочное окно. По пути он смог очистить ещё два путеводных скинта, разок попращавшись с жизнью из-за возникшего, словно из ниоткуда, монстра. Тварь была одним из рыцарей, которые, скорее всего, служили при этом замке, а потому убила мироходца точным ударом меча в спину. Боль была адской. Впрочем, как и всегда. Но, что странно, после возрождения боль хоть и ослабла, но не ушла полностью, как это было с любыми другими травмами. "Как это работает? Это ведь началось после последней встречи с Междумирцем... Мог ли он что-то сделать?" Парень решил не забивать этой мыслью свою голову, хотя обдумать это и стоит. Просто... Позже. "Невер сказал, что территория вокруг замка самая безопасная. После вчерашнего потревоженного кладбища... Мне даже стало интересно, как же выглядит остальной мир?" Добравшись до кладбища, перед Лололошкой открылась не самая приятная картина. Багрянник, весь в крови, был окружён толпой хищных тварей, готовых в любой момент перегрызть ещё живому существу глотку. И, хоть воин и старался отбиваться, сил у него уже не осталось, из-за чего тот рухнул на землю, готовясь к скорой кончине. Но в планы мироходца не входила смерть ещё незнакомого ему багрянника. Поэтому, не теряя времени, он вступил в схватку с оставшимися чудищами, сумев уничтожить их за считанные минуты. И вот, тварей вокруг не сыскать, а багрянник, будучи не целым, не здоровым, но живым, аккуратно отошёл от места битвы, где пятна крови бы не мозолили взгляд. — Как смеешь ты наносить мне одно оскорбление за другим? — посыпались обвинения в сторону мироходца. Лололошка не таких слов ожидал от существа, которого спас от жалкой смерти в, судя по всему, всеми забытом мире. Хотя, немного подумав, Ло смог понять ход мыслей собеседника. Как-никак, багрянники – гордый и воинственный народ. Для них существует лишь два пути – выйти в битве победителем, либо же умереть в бою. Но Лололошка, будучи человеком, не собирался мириться с таким отношением к себе. — Оскорбление? Да я же тебе жизнь спас! — Жалкий муравьишка... Да будет тебе известно, что багрянники никогда не проигрывают в бою! — Да ты выглядишь так, будто ещё один бой явно не выдержишь. — Мы, багрянники – самая воинственная раса во всех мультивселенных, а потому моя сила – безгранична! Сутки, проведённые в неустанном сражении лишь раззадорили меня. — багрянник явно замышлял недоброе, ведь начал собирать силу пламени вокруг себя. — Оскорбление, что ты нанёс мне...– Вдруг земля вокруг сотряслась, сбивая багрянника с мысли. — Оно пробудилось! И... надвигается сюда! О, прошу... — произнёс багрянник, преклонив колени и сомкнув руки в молебном жесте. — Ты что делаешь? — спросил Лололошка, как вдруг из-под земли выползает невероятно огромный зараженный червь. — Нам срочно нужно уходить отсюда! Ты не в состоянии драться. — Драться? — переспросил багрянник, вставая с земли. — О, нет. Сам Великий послал его. Я, наконец, стал достоин! — Достоин? Достоин чего? Кажется, монстр, которого я уложил, сильно тебя потрепал. Ты головой ударился? Лололошка и до этого понимал, что у паренька из гордой расы проблемы с головой, но сейчас они были особенно видны. Крыша у того уже нехило дала течь, так что Ло, всё ещё будучи невероятным добряком, просто не мог оставить багрянника одного с этой гигантской тварью. Но и сил на сражение с ним не было ни у одного, так что Ло решил рискнуть. Он начал повторять те странные размашистые движение, что продемонстрировал ворон накануне, хоть вероятность того, что это сработает, крайне мала. Но, как говорится, попытка – не пытка. — Что ты делаешь? — спросил багрянник заметив странное действие со стороны мироходца. Но ответа не последовало, так как гордое существо исчезло в зелёных частицах пустотной магии. Лололошка тоже решил не медлить, и сразу воспользовался портативным путеводным скинтом, растворившись в фиолетовых частицах. Попав в сонное измерение, мироходец застал картину маслом. Невер отчитывал багрянника за халатное отношение к себе, ведь тот был преимущественно в своей крови. — Пр-рийми свою слабость, багр-рянник, и р-радуйся, что жив остался. — поучала старая птица. — Молчать! У багрянников нет слабостей, глупая пташка. — отнекивался багрянник, а для пущей наглядности зажёг огни в своих руках. Невер на такое мог лишь посмеяться да махнуть крыльями в сторону потенциальной угрозы. Лололошка уже был готов идти разнимать их, чтобы в его сне не случилось напрасного кровопролития, но не ожидал, что от взмаха крыльев ворона огонь в руках багрянника просто потухнет. — Кар! Посмотр-ри на себя! Твои огоньки гаснут от такого слабого ветер-рка. Кар! Позор-рище! Тот, кто не может пр-ризнать своей ничтожности, уж точно недостоин Очищения. Ты же на это надеялся? Слова, сказанные вороном, сильно ударили по багряннику, от чего тот упал наземь, не в силах больше держаться на ногах. Но, осознав, что Невер ждёт ответ на свой вопрос, медленно, но уверенно, кивнул. — Так и думал. Пр-рими своё положение и возр-радуйся, что юр-родивый спас тебя. Было видно, что ворон в глазах багрянника обрёл некоторый авторитет, раз не стал перечить словам, которые были прямым оскорблением его расы. — Что это за чертоги? — задал вопрос багрянник хозяину измерения. Лололошка не успел ответить, ведь Невер на слова багрянника разошёлся хохотом. — Чер-ртоги? Чер-ртоги! Насмешил. Этот жалкий остр-ровок – сонное измер-рение юр-родивого. — продолжал смеяться пуще прежнего ворон. — Сонный мир? — спросил вновь у Лололошки багрянник. — Верно. — Но ведь... Материальный переход в сонное измерение – это– — Лишь др-ревняя магия, котор-рой я его обучил, ничего более. — перебил Невер. — Но... Не может быть всё так просто... — продолжал недоумевать багрянник. — Может! — в очередной раз перебил ворон. — Хватит этой пустой болтовни! Вы все, пр-роходимцы, не знаете про место, в котором оказались, не так ли? И ты... — обратилась к Лололошке старая птица. — Р-раз этот тепер-рь будет жить с нами, то сделай ему жильё, постр-рой. Хотя... Смотр-ря как ты тут для себя обустр-раивашься, то лучше я сам. Сам! Пр-росто пр-ринеси мне спар-рки. Мироходец и сам не горел желанием всем этим заниматься и мог лишь поблагодарить себя из прошлого за то, что сейчас у него было достаточно спарков для гостевого домика. Но перед тем, как оплатить услуги ворона, он решил поболтать со своими соседями. Возможно, что не стоило их тревожить, ведь оба были в плохом расположении духа, но и некоторую информацию он смог собрать. Багрянник был явно недоволен сложившейся ситуацией. Он не раз за разговор упомянул, что тот, кто посмел его оскорбить, поплатится кровью. И кто же этот несчастный? Конечно же Лололошка. Но, как оказалось, багрянник посеял где-то возле церкви, за пределами владений замка, один из своих ритуальных клинков, а потому прямо сейчас не может свершить свою месть. Лололошка же, как только услышал про пропажу дорого сердцу багрянника клинка, сразу предложил свою помощь. Но не за просто так. Он хотел таким образом заслужить доверие у вспыльчивой и горделивой персоны. Так они и заключили некое мирное соглашение, гарантом которого является поиск любимого оружия багрянника. Судя по всему Лололошке предстоит в скором времени пойти на поиски ключа от врат, которые отделяли территорию замка от внешнего мира. Конечно, был ещё вариант уничтожить преграду, но, пожалуй, стоит сразу попытать удачу и поискать ключ. Со слов горделивого существа можно было понять, что ключ от ворот замка был украден нежитью. "А ещё, судя по всему, багрянник очень даже не против остаться жить в моем измерении, но его честолюбие не позволяет ему просто это признать. Страдать от этого должен, конечно же, я. Ещё и этот кинжал нужно как-то раздобыть." Ну а ворон же, во время разговора, подтвердил, что багрянник, по его словам, оказался юродивым, хоть и не настолько, как мироходец. "Ну и странности. Это заявление от Невера начало звучать, как комплимент. Бррр. Ужас. Лучше к этому не привыкать." Мироходец протянул ворону мешочек с местной валютой, после чего тот начал выводить в воздухе странные движения, похожие на те, которым обучил Лололошку накануне. Было ощущение, что от действий Невера само пространство изменяется, принимая желаемую форму. Спустя пару минут появился ещё один остров, на котором был небольшой домик из акации. — Кар! Я слишком стар-р, чтобы заниматься таким. — Тогда ты можешь...– — Нет! — сразу прервал предложение обучить мироходца ворон. — Нет? — Нет. Багрянник, поняв, что дом ему уже организовали, пошёл его осматривать. Мироходец тоже не отказался бы осмотреться внутри, но у него появилось одно дело. Смотря на новоявленный домик, он понял, что своему новому знакомому организовал пристанище раньше, чем тому, с кем разделяет измерение с самого его создания. Это уже, так сказать, дело чести, обеспечить всех домами. А особенно себя, ведь за эти несколько дней, что пробыл в этом мире, он так ни разу и не отдохнул нормально. "Пожалуй, для начала мне стоит пойти поискать ключ. Заодно и спарков соберу."

***

— Почему эти крысы обязаны быть такими огромными? Почему бы им не быть хотя бы крысиного размера? — вслух размышлял Лололошка, уворачиваясь от резвых атак грызунов-переростков. — Да и вообще... Почему у меня всегда... Так? Мне нужно искать Джона, а вместо этого я ищу ключ, чтобы открыть ворота, чтобы найти какие-то ритуальные кинжалы, чтобы какой-то чокнутый маленький багрянник не убил меня во сне одним из множества перечисленных им же способов! Как я вообще оказался в этой ситуации? Впрочем, я узнал, как выбраться из этого замка, уже полезная информация. Надеюсь, что ключ от ворот просто огромный, и я смогу легко его найти. Ничего-ничего, Джон. Я ещё найду тебя, и мы очень серьёзно поговорим. Я надеюсь, что ты понимаешь, что ты не можешь умереть, потому что если ты умрёшь, то я... Я банально не знаю, что буду делать! За своими размышлениями Лололошка даже не заметил, как успел перебить всех крыс, которые обосновались на этом этаже. Они даже успели создать настоящее крысиное логово, в которое сгребали всякий разный мусор. Кости, листья, камни, праща, мешки с уже давно сгнившим продовольствием, ключ, яйцо, несколько мешочков спарков... Стоп. — Ключ! Надо же, красный был прав, его и вправду утащили. Не нежить, конечно, но им уже не жить. Ха-ха-ха! — поднял себе настроение мироходец, а потом добавил более серьёзным тоном. — Хорошо, что этого никто не слышал. Надо показать багряннику, что я нашёл его дурацкий ключ. Перед тем как уйти обратно в сонное измерение, Лололошка собрал все спарки, которые крысы поутаскивали с трупов. Сумма получилась приличная. Если цены у ворона не подорожают, то ему хватит этих денег ещё на десять гостевых домиков. Вот так повезло! Он уже было собрался уходить, так как собрал все самые ценные ресурсы в крысином логове, но его привлекло странное яйцо. Оно издавало какой-то шебуршащий звук, будто в нём ещё теплится какая-то жизнь. Возможно ли такое, что даже в этом богом забытом месте у него будет питомец? Именно с такой надеждой в сердце мироходец забирает яйцо с собой.

***

— Невер, проснись! — уже в который раз пытается разбудить старую птицу неугомонный парень. — Чего тебе? Кар! Мне снилась семья... — с горечью в голосе проговорил ворон, ведь тема откликалась самыми разными жгущими душу чувствами, даже спустя множество лет. — Я ведь ближний р-родственник вождя, а наше племя было самым сильным в окр-руге. Никого не осталось. Только я... — покачав головой, чтобы отбросить старые воспоминания прочь, Невер обратился к Лололошке. — Так чего тебе надо? Не сказав ни слова, парень протянул своему ворчливому знакомому два увесестых мешочка со спарками. Но, всё же, смотря на недоумённый взгляд птицы, он решил объясниться. — Это тебе и мне на дом. Мне можешь просто выдать разных материалов для строительства, а себе обустрой какое-то гнездо, или что там у вас, воронов, принято. — Кар! Навер-рное, мне стоит поблагодар-рить тебя, Роророшка. Удивил стар-рую птицу. Удивил. Возможно... Ты не такой уж и юр-родивый, каким кажешься. — сказал ворон, посмотрев на юношу с благодарностью. — Хор-рошо. А сейчас... Пр-рочь с моего остр-рова! Если, конечно, не хочешь стать частью моего нового дома. — добавил Невер в спину мироходцу, который спешил свалить на свой остров. "Что-то я не горю желанием становиться элементом декора во внешнем фасаде птичкиного дома. Видел я что-то подобное в аниме, которое мне советовал Дилан. И, что-то мне подсказывает, что те существа тоже не были рады тому, что были заживо замурованы в стены." Отойдя на приличное расстояние, Лололошка обернулся, чтобы узреть появление дома мечты каждого ребёнка. Прекрасного, словно сошедшего со страниц сказки, домика на дереве. Он был тщательно скрыт за пышной зеленью могучего дерева, подобных которому мироходцу ещё не приходилось видеть. Широкие корни крепко вцепились в почву парящего острова, не давая домику и шанса на тряску или падение. Широкий ствол дерева принял причудливую закрученную форму, благодаря которой можно легко взобраться в личные апартаменты нелюдимого существа. Ну и, разумеется, верхушка всего этого сказочного великолепия была поразительно широка и густа. Будь в этом измерении солнце, было бы неизвестно, смогли бы его вездесущие лучи пробить себе путь сквозь толщу пышной кроны. Вердикт каков? Невер хорошо для себя постарался. Но, признаться честно, любому существу, живущему в этом измерении, будет приятно созерцать этот шедевр симбиоза архитектуры с природой в своих окнах. Лололошка, отойдя от культурного шока, направился в дом вóрона, чтобы забрать ресурсы и, если получится, получить ответ на интересующий вопрос. Невер уже начал обхаживать свою новую обитель, но был прерван гостем, который зашёл без стука. Да и стучать, в целом, было не во что, так как ворон не проработал данную деталь, что было крайне удивительно, учитывая его особую любовь к шуму и другим живым существам. — Чего тебе, юр-родивый? Если пр-ришёл за матер-риалами, то они в том углу. — сказала птица, махнув в правый от входа угол. — А тепер-рь, оставь меня. "И, всё же, так и остался юродивым", с толикой грусти подметил Ло. — Перед этим ответь. Ты вчера говорил с багрянником о каком-то Очищении. Что это? Кажется, ты сам в него не особо веришь? — поинтересовался Лололошка, параллельно собирая стройматериал в инвентарь. — Кар! Конечно. Ещё бы я вер-рил в такую ер-рунду. Я же сам р-развоплощённый, так что побольше их понимаю. В этом мир-ре, юр-родивый, пр-равит Церковь. Они называют себя Цер-рковью Очищения. Эти дур-раки вер-рят, что истинное состояние скинта – зар-ражёное. И, как-будто этого недостаточно, они вер-рят, что стоит всему мир-ру зар-разиться, как их ждёт великое Очищение. Зар-ражение пр-ринято называть воплощением. Даже я так говор-рю по пр-ривычке. Но... Р-разумеется, это вир-рус. Болезнь. Но всем пр-роще воспр-ринимать это как благословение, как... Пр-ризнак достоинства. Если ты достоин, то воплощение р-раскроет твою животную истинную суть. — с нескрываемым сарказмом продолжал свой рассказ ворон. — Естественно, ты должен избегать воплощения, пока не почувствуешь себя достойным. Оно само настигнет тебя. Поэтому ты должен избегать воплощения всеми силами, чтобы не быть воплощённым, будучи недостойным. Или что-то вр-роде того. Ты должен понимать, насколько смешно это звучит. Особенно для меня, р-развоплощённого. Но, мой тебе совет, даже не думай заявлять пр-редставителям Цер-ркви что-то такое. Казнят! Казнят, не задумываясь. От этого рассказа даже кровь в жилах начинала стыть. Невер вряд-ли будет врать, ведь мог бы просто, как всегда, отмолчаться. А от осознания, что это не вымысел, а суровая истина, несущая за собой историю множества смертей, становилось банально плохо. "Неужели местные жители настолько поехавшие, раз уж намеренно распространяют подобное верование, а тем более, верят в эту чушь? Нужно разобраться в этом. " Лололошка в голове сделал себе пометку о том, что стоит пообщаться с местными и служителями при церкви, чтобы увидеть всю серьёзность картины в полной мере. — Раз ты упомянул религию, то и где-то есть места, где живут люди? — спросил мироходец, надеясь на то, что сможет узнать, где он сможет отыскать людское поселение. — Ну, если этих фанатиков можно назвать людьми, то да. Это плохие люди. Стр-рашные. Др-ругие в этом мир-ре не выживают. Вот так и моя семья... вся семья... Ворон не закончил свою мысль, погрузившись в ворох воспоминаний с головой. Он аккуратно спустился с дерева и осел на землю возле путеводного скинта, ища в его тепле своеобразный якорь, помогающий ему хотя бы физически оставаться в реальности. "В последнее время он всё чаще вспоминает о своей семье. Мне аж как-то неудобно, что это проиходит из-за моих расспросов. Пожалуй, не буду его больше беспокоить. Пойду лучше свою берлогу отстраивать."

***

И вот, спустя множество часов, мироходец достроил первый этаж своего дома и даже создал основание для второго. К сожалению, парень не смыслил в обустройстве личного пространства, а потому весь главный этаж больше напоминал одну большую комнату подростка. Один угол комнаты, видимо, был отведён под спальню. С одной стороны от кровати небесно-голубого цвета стоял сундук, вместо тумбочки. С другой – верстак, накрытый клетчатой скатертью. Кто вообще будет ставить рабочую зону возле кровати, хоть и сделав из неё импровизированный прикроватный столик? Вокруг самой кровати в шахматной порядке были расставлены шерстяные коврики в чёрных и голубых тонах. Краска на них легла немного криво из-за неопытности парня в этом деле, что придало ковру небесные мотивы, ведь в белых пробелах можно было увидеть облачные силуэты. Это придавало общей картинке данного уголка большего тепла и уюта. В другом углу были расставлены три печки и один сундук, в котором были наспех вырезанные деревянные столовые приборы. Лололошка и сам не знал, зачем кухонную зону сделал такой большой, учитывая, что он, хоть и любит готовить, но никогда не может найти для этого времени. Но, всё же, ему было приятно в перерывах от строительства вырезать по дереву. И, хоть приборы и были сделаны на скорую руку, но не было видно ни одного изъяна. Жаль только, что покрыть их было нечем. Множество сундуков находилось в третьем углу комнаты. Вполне себе оправданное количество пространства, отведённого для хранения груды хлама, который собирает Лололошка в разных сомнительных, и не только, местах. Сразу же в сундуки пошли книги, которые мироходец нашёл в стенах разрушенной церкви. Они уже давно были съедены местными насекомыми и почти полностью сгнили, но, несмотря на все повреждения, парень забрал их с собой. А вдруг пригодятся? В четвёртом углу находилась лестница, ведущая на недостроенный второй этаж. Справа от неё стояло кресло, которое сюда никак не вписывалось. Слева же находилась пустая стойка для брони, которая мироходцу вряд-ли пригодится, но была поставлена так, на всякий случай. Большую часть всей мебели Лололошка тоже сделал самостоятельно, ведь Невер, хоть и мог создать что угодно, но для этого требовалось колоссальное количество сил и спарков, которые пока парень решил поэкономить, приняв решение что-то сделать вручную. Из-за этого решения Лололошка поплатился очередной порцией боли в спине. Всё таки не стоило столько времени проводить в скрюченном состоянии над верстаком. Даже две выпитые перед началом строительства таблетки не могут сдержать эту боль. Юноша не был уверен, почему сейчас ему стало особенно плохо. То ли он провозился со строительством слишком долго, что эффект прошёл, то ли обычные таблетки перестали давать должны эффект в полной мере, но осталась у него лишь одна таблетка, которая отправит его в царство Морфея на неопределённый промежуток времени. Мироходец не думал и минуты, прежде чем принять обезболивающее. Последний раз он ощущал боль, подобную этой, когда в его спину прилетела пуля одного из имперцев в Алотерре, и застряла там из-за быстрой регенерации. Райе в тот день пришлось несладко, пытаясь вывести чужеродный объект из тела парня. Запив последнюю оставшуюся таблетку стаканом воды, Лололошка впервые за долгое время лёг спать, надеясь на то, что он сможет спокойно отдохнуть, позабыв о всех проблемах, лежащих на его уставших плечах. Но, видимо, эта "ночь" не принесёт мироходцу того, чего он так страстно желает...