2 chapter

      Вегас устал, хотя нет, он заебался. Его раздражал отец, дядя и этот надоедливый Кинн, с которым они постоянно почему-то соревновались. Он многое делал ради одобрения отца, но сейчас, по правде говоря, ему как никогда хотелось всё бросить. — Макао, не отходи от меня, — Вегас шепнул своему брату. — Отец сегодня в плохом настроении. — А когда он не? — пробормотал Макао. — Не волнуйся, я сейчас вернусь. Дай мне буквально секунду.       Вегас вздохнул, потому что его младшего брата буквально ничего не могло остановить. А потом он увидел Кима. Ким выглядел практически также, как и несколько лет назад. Разве что волосы стали длиннее, да и он сам изменил свой стиль одежды. А его тканевый бомбер, который был накинут поверх футболки, определенно казался на пару размеров больше. На самом деле, Ким выглядел по-обычному, и это как раз и не выписывалось в их семью.       В любом случае, ничто не подготовило его к тому, что Макао подойдёт к Киму. Эти двое начали шептаться и незаметно (или немного не незаметно) хихикать, как будто были лучшими друзьями. Они выглядели странно комфортно, разговаривая в углу зала. Вегас поймал удивлённый взгляд Кинна. Ну слава будде, по крайней мере, он не один такой.       Вегас решил подойти ближе, одновременно с этим наблюдая за всеми людьми в зале. Даже их странные взаимодействия не могли снизить его бдительность. — Соскучился по этому месту? — донёсся до него голос Макао. — Ты не представляешь, насколько сильно я хочу вернуться домой. К сожалению, пока что я должен оставаться здесь. — Ты просто не хочешь, чтобы Че оккупировал кухню, — он звучал шутливо. — Что такого в том, что я хочу, чтобы наша кухня осталась жива? — пауза. — Привет, Вегас, — Ким повернул голову а нему. — Всё ещё делаешь всё, что скажет дядя Кан?       Ким звучал непринуждённо, как будто между их семьями не было вражды. Может быть, Вегасу хотелось, чтобы их отцы наконец-то успокоились и занялись чем-нибудь другим. Например, вязанием. — Странно это слышать от тебя, — начал было Вегас, но Макао перебил его: — Да делает он. Всегда! — Я так и думал, — кивок.       И когда эти двое вообще успели спеться? Было необычно наблюдать за их взаимодействием. Они даже так не общались до своеобразного отъезда Кима. Что они вообще задумали? Вегас ненавидел не понимать, что происходит. — Макао? — Да, хиа? — Какого чёрта, а? — Вегас, не отвлекайся, разве уже не начинается собрание? — Ким невинно улыбнулся. Мелкий говнюк! — Макао, я пойду к Кинну, увидимся позже? — Да, давай, я найду тебя.       Вегас ненавидел этих детей, даже если каждому из них уже было больше восемнадцати. Нервы они мотали точно также. Хотя он не знал, что и думать о внезапном возвращении Кима. Ему нужно было присутствовать на этом собрании? Или у него была какая-то другая мотивация? Ещё Макао в разговоре упомянул некого Че. Имя казалось смутно знакомым, но Вегас не мог соединить все точки. Что-то не сходились. — И как давно ты общаешься с Кимом? — Мы иногда пересекаемся, ничего особенного, — Макао пожал плечами. — Это не особенно похоже на «ничего особенного». Мне показалось, что вы достаточно близки. — Тебе показалось, хиа. Идём лучше к отцу. А-то он опять ворчать будет.       В лучшем случае, ворчать. В худшем, поднимет руку на Вегаса. Ни один из вариантов не был особенно приятным. Их отец, в целом, не был хорошим человеком. Хотя дядя Корн тоже не блистал в этом плане. Они оба масштабно изводили своих детей. Киму в этом плане повезло. Третий сын, на которого в какой-то момент перестали обращать внимание. Вегас, в каком-то роде, хотел бы оказаться на его месте. — Ты знаешь, что задумал Ким? — А? О чем это ты? — Макао недоуменно посмотрел на него. — Он же сейчас работает над чем-то, верно? Не стал бы он так возвращаться.       Не после того, как у него получилось выбраться из этого крысиного логова. Сам Вегас не был против открыть свой ресторан и вообще не думать о делах мафии. К сожалению, эти планы не нравились его отцу. — Я ничего не знаю. Может быть, он просто соскучился по своей семье? — Ты сам веришь в то, что сказал? С каких пор семья хоть что-то значит для него? — Всё может измениться.       Макао говорил так, как будто это было не предположением, а истиной. Что ж, может быть, ему стоило установить слежку за своим братом, раз он сам не хотел делиться с ним информацией. — Мы потом поговорим, — Вегас строго посмотрел на него. — Если тебе станет от этого легче.

***

      Кинн наблюдал за тем, как Ким возвращается к нему после разговора с Макао и Вегасом. Зачем ему вообще было общаться с ними да ещё и по своей воле? Его брат спокойно встал около него и телохранителей, как будто ничего особенного не произошло. С другой стороны, сейчас произошло кое-что более громкое. — А вот и я! — Танкхун в своей розовой шубе (неужели ему не было жарко?) появился в зале. Его телохранители шли за ним, уже привыкшие к поведению своего босса. — О, Кимми! Я так рад тебя видеть! Бог ты мой, ты так вырос. Стал таким красивым, практически как и я! — А ты, Пи’Кхун, вообще не изменился, — Ким улыбнулся ему, позволяя себя обнять. — Конечно, я такой же блистательный! Ты надолго дома? Или только на собрание? — У тебя какие-то планы на меня? — О да, конечно!       У Танкхуна всегда были на них какие-то планы. Конечно, чаще всего никому из них не хотелось участвовать. У Кинна всегда было слишком много дел и ожиданий, которые взвалил на него отец. Но как будто бы хоть когда-то были иначе (было, до похищения Танкхуна). — И что ты придумал? — почему-то Ким выглядел заинтересовано. — О, это будет волшебно! Самое время пересмотреть «Фею тяжёлой атлетики»! — Я её буквально пересмотривал на прошлой неделе, давай тогда лучше «Силачку До Бон Сун». — Дай подумать, — их старший брат потёр подбородок. — Хорошо! Тогда мы смотрим «Силачку До Бон Сун»!       Кинн ожидал, что Ким заберёт какого-то телохранителя и убежит, даже и не оборачиваясь. Но как оказалось, Ким вполне был не против провести время с Танкхуном. Может быть, это просто совпадало с его планами? — Нам нужна для этого компания, — рассудил Ким. — Компания? — переспросил Кхун. — Да, конечно! Для атмосферы. Какая домашняя вечеринка без компании?       С каких пор Ким вообще разбирался в домашних вечеринках? Он никогда не был любителем людей или вообще каких-то посиделок. Почему он вообще что-то подобное предлагал? Это не складывалось в картине мира Кинна. — Наверное, ты прав. Я люблю вечеринки! Мы с Армом и Полом всегда так отжигаем! — Тогда нужно пригласить Кинна с его телохранителями. О, и пусть придёт Макао! — Макао? — Ты же любишь раздражать Вегаса? Так вот, ему это точно не понравится. — О, хорошая мысль. Я в восторге! Арм, продолжай запоминать!       Кинн понятия не имел, когда его успели пригласить на вечеринку. У него не было каких-то больших планов, но неподписанные документы всё ещё продолжали валяться на столе. Кен тоже выглядел недовольно, а Порш, казалось, был одушевлен этой идеей.       Кинн вообще не особенно любил смотреть дорамы, а у его младшего брата, видимо, было на это время. Удивительно, на самом деле. С другой стороны, Ким всегда был творческим ребёнком, брошенным в условия мафии. — Ой, да ладно тебе, Кинн, — защебетал Порш, а потом поправился под недовольным взглядом Кена. — Господин Кинн, это будет весело! Ты хотел больше посмотреть «Фею тяжёлой атлетики»? Мне тоже нравится эта дорама, я не так давно пересматривал её со своими братьями. Но у неё с «Силачкой До Бон Сун» схожая атмосфера. Будет весело!       Кинн пытался анализировать ситуацию, не отвлекаясь на болтовню своего телохранителя. С каких пор у Порша было два брата? Что ж, ему стоило лучше проверить его родословную. — Не разговаривай, когда тебя не спрашивают, — шикнул на него Кен. — Будда, ты такой грубый. Не удивительно, что ты одинок. — Так вот почему ты одинокий! Разгадка найдена, — неожиданно в их разговор вмешался Ким. — Нет-нет, я одинок, потому что занят, а он одинок, потому что придурок без чувства юмора, — возразил Порш.       Кинн никак не мог понять (который раз за этот разговор?), почему для них эта ситуация нормальна. Почему Ким и Порш общались так, как будто уже знали друг друга? — Если тебе так проще думать, хиа, — его младший брат закатил глаза. — Ладно, мне нужно обсудить кое-что с Пи’Кхуном. А вы занимайтесь собранием. — Эй, не сравнивай меня с Кеном, нонг! — добавил Порш, когда Ким уже отходил от них.       Почему Ким назвал Порша "хиа"? Это звучало так неправильно. Кинн должен был быть хиа для своего брата. Так почему он не называл его так? Что вообще скрывал Порш? Откуда они знали друг друга?       Как они оказались настолько близки? Мысли переполняли его голову. Может быть, Ким просто оговорился? Ведь, если подумать, любой мог ошибиться. Кинн сморщился, пытаясь сосредоточиться на собрании. Спойлер: получалось посредственно. Он лишь поглядывал на Порша, который казался в весьма приподнятом настроении.       Порш назвал Кима "нонг", и никто из них не был против. Это не могло выйти у него из головы.