Глава 12. "Свет. Камера. Мотор"

Амелия не планировала приходить так рано. Вообще-то сегодня её здесь даже не должно было быть — танцевальную часть клипа собирались снимать через два дня. Но любопытство оказалось сильнее и теперь она стояла у входа, молча разглядывая съёмочную площадку. Всё выглядело совсем не так, как она себе представляла. Никакого хаоса, беготни, споров или криков. Люди двигались быстро и чётко, будто каждый заранее знал свой маршрут. Кто-то возился со светом, кто-то проверял камеры, кто-то обсуждал будущие кадры возле мониторов. Даже шум здесь был каким-то... по-особенному спланированным. — Ты довольно рано, — раздался поблизости знакомый голос. Амелия обернулась. Амит стоял рядом с бутылкой воды в руках и выглядел так, будто сам приехал сюда не сниматься, а просто посмотреть. — Сейчас снимаем сюжетные сцены, — сказал он, — до танца ещё далеко. — Я помню, — кивнула она, — если что, я могу уйти и не мешаться под ногами. — Да ты вроде и не мешаешься, — он чуть пожал плечами, — просто обычно все приходят ближе к своей части. Не ожидал увидеть тебя сегодня. Амелия отвела взгляд в сторону площадки. — Мне стало интересно, как это всё выглядит изнутри. Ну и… хотелось заранее понять, на что я вообще согласилась. Он усмехнулся: — И как? Уже жалеешь? Она ещё раз огляделась. Свет, стойки, люди с гарнитурами, чьи-то приглушённые разговоры. — Если честно, я думала здесь будет немного больше хаоса. — Можем его организовать, если тебе хочется. Амелия не сдержала улыбку: — Нет, спасибо. Пока всё выглядит слишком хорошо, чтобы что-то портить. Между ними ненадолго повисла тишина. Потом Амит кивнул в сторону площадки: — Хочешь, покажу тут всё? Только сразу предупреждаю – операторы очень не любят, когда им мешают. — Звучит угрожающе. — Ты просто не видела их лица, когда кто-то случайно влезает в кадр во время дубля. — И что тогда? — Тогда человек резко узнаёт о себе много нового. Амелия тихо хихикнула: — Ладно, убедил. Буду осторожной. Они медленно пошли вдоль площадки. Девушка ещё раз огляделась по сторонам. Команда работала слишком слаженно для людей, которых просто "позвали поснимать клип знакомым". — А где вы вообще нашли всю эту съёмочную команду? — спросила она, — выглядит так, будто они уже сто лет этим занимаются. Амит мельком посмотрел в сторону операторов и тепло улыбнулся: — Половину из них я знаю ещё со времён колледжа. — Серьёзно? — Ага. Их общага была буквально через дорогу от нашего колледжа. — А как познакомились? Он тихо хмыкнул: — Да максимально обыденно. Мы постоянно пересекались в одном клубе неподалёку от общаг. — В клубе? — Амелия удивлённо приподняла бровь. — Не смотри так. Мы туда не только пить ходили. — Конечно-конечно. — Там тусовалась почти вся творческая молодёжь с района. Музыканты, фотографы, художники, ребята с киношного факультета… спустя год там все практически знали друг друга в лицо. — И вы так познакомились? — Ну да. Сначала просто здоровались, потом кто-то кому-то помог донести аппаратуру после концерта, потом вместе сидели во дворе после закрытия клуба… как-то само закрутилось Мимо них прошёл парень с проводами на плече и коротко кивнул Амиту. — Вон тот оператор, например, — юноша кивнул ему вслед, — однажды мы с ним пошли на концерт и он снимал его с лестницы. Кто-то его случайно толкнул сзади и он свалился вниз, разбил колено… и всё равно не выключил камеру. Амелия тихо рассмеялась: — Преданность делу. Впечатляет. — Он потом ещё гордо показывал всем этот кадр, будто так и было задумано. Он сказал это спокойно, но в голосе мелькнуло что-то тёплое. Будто рядом с этой командой он чувствовал себя своим, без необходимости что-то из себя строить. Амелия скользнула взглядом по площадке ещё раз. И почему-то именно сейчас всё это начало выглядеть иначе. Не просто съёмка клипа, а целый кусок его жизни, о котором она до этого ничего не ведала. — Знаешь, — задумчиво сказала она, — вы рядом друг с другом выглядите так, будто уже вместе через многое прошли. Амит мягко улыбнулся: — Ну... Да. За то время успело накопиться достаточно забавных историй. Возможно я расскажу тебе парочку, если захочешь. Амелия улыбнулась, но ничего не ответила. — А вот здесь у нас что-то типа гримёрки, — Амит махнул рукой в сторону комнаты с приоткрытой дверью, — хотя сейчас она больше напоминает склад. Амелия с интересом заглянула внутрь. На диване лежала одежда, коробки с реквизитом, чьи-то рюкзаки и провода, спутанные в один большой клубок. — Очень уютно. — Мы старались. Он кивнул в сторону дальней двери: — А там запасной выход. На случай, если тебе захочется сбежать отсюда или перекурить. Амелия бросила на него короткий взгляд: — Я не курю. — Я тоже. Бросил года четыре назад… но иногда на репетициях очень хочется сорваться обратно. Пока держусь. Она тихо фыркнула. — Всё настолько плохо? — Не всегда, и очень надеюсь, что сегодня всё пройдёт гладко. Они остановились чуть в стороне от площадки. Отсюда было видно почти всё. — Сейчас будем снимать одну из основных сцен, — сказал Амит, глубоко вздохнув, — вроде ничего сложного, но нужно, чтобы всё выглядело естественно. — Это как раз обычно самое сложное. Он негромко хмыкнул: — Вот именно. Из меня актёр, если честно, такой себе. Так что времени на идеальный кадр уйдет много. Надеюсь, не заскучаешь смотреть на одно и то же, по несколько раз подряд. Амелия перевела взгляд на него: — Ты участвуешь в сцене? — К сожалению. — Почему это так обречённо звучит? Он на секунду замялся, потом немного нервно усмехнулся: — Потому что в этой сцене я один. И выглядеть буду… своеобразно. — Это как? — Скоро увидишь. И почти сразу его окликнули: — Амит, давай готовиться! — Иду, — отозвался он, а потом снова посмотрел на неё, — только очень тебя прошу… не смейся. — Я даже не знаю над чем. — Поверь, через минуту узнаешь. Он ушёл к гримёрке. Амелия осталась стоять на месте, наблюдая, как вокруг начинают двигать свет и переставлять камеры. И только когда Амит снова появился в кадре… она на секунду застыла. Он был без футболки. Руки были скованы цепями, закреплёнными вдоль запястий и предплечий. Ещё несколько — тоньше — пересекали грудь и уходили за спину. Под носом тянулась тонкая дорожка искусственной крови, слишком реалистичной при таком освещении. Волосы были слегка растрёпаны — явно специально, но выглядело так, будто он только что вышел из какой-то драки. И свет... Чёрт бы побрал этот свет. Он подчёркивал каждую линию мышц, тени на ключицах, отблеск металла на мехе. Это выглядело слишком хорошо. Слишком... Амелия почти сразу отвела взгляд. Потом снова посмотрела — уже осторожнее, будто пытаясь воспринимать всё это просто как часть сцены. "Нормально." Девушка чуть сжала губы. "Это просто образ". Но мысль всё равно вспыхнула сама собой — быстрая, почти болезненная: "Если бы мне лет семь назад сказали, что я увижу его вот так...– Амелия мысленно застонала, едва удержав лицо спокойным, –Господи, да я бы тогда умерла от счастья прямо на месте". В голове слишком ярко всплыло то глупое подростковое чувство, от которого, как ей казалось, давно ничего не осталось. Как она ловила любой его взгляд. Как потом остатки вечера прокручивала в голове случайные разговоры и прикосновения. Как злилась на себя за это и всё равно продолжала вести себя как влюбленная дурочка. И вот сейчас, спустя столько лет, мозг будто решил внезапно вспомнить всё разом. И не просто вспомнить, а вновь пережить. Это раздражало. До скрипа в зубах. "Сейчас он для меня ничего не значит! " Она почти сердито отвела взгляд в сторону, заставляя себя сосредоточиться на чём-то другом. — О, вот это уже интересно, — раздался рядом голос Кэти. Она появилась рядом с Амелией и с довольным видом уставилась на площадку. — Не ожидала такого контента с самого утра. Амит моментально поморщился: — Начинается... Можно хотя бы пять минут без ваших комментариев? — Нет, — спокойно ответила Кэти. К ним присоединилась Лидия и оценивающе посмотрела на Амита: — Если честно, я начинаю понимать, почему ты так нервничал. — Я не нервничал. Стэн фыркнул: — Конечно. Именно поэтому ты последние десять минут выглядел так, будто тебя ведут на казнь, – а затем он, усмехнувшись, добавил, — и мне кажется, он просто боялся, что вы упадете в обморок от восторга. — Очень смешно, — буркнул Амит. Лидия вдруг протянула к нему руку: — Кстати, а где твоя футболка? Юноша нахмурился: — В смысле? — Отдай её мне. — Зачем тебе моя футболка? Она пожала плечами: — Сохраню. А когда мы станем знаменитыми, продам её за приличную сумму. На секунду повисла пауза. Амит медленно прищурился, еле сдерживая смешок: — Я вообще-то думал, что ты моя главная фанатка и будешь хранить мои вещи до самой смерти. — Я очень предприимчивая фанатка. Стэн хмыкнул: — Не обольщайся, Лидия вообще никого не любит так сильно, как себя. — Неправда, — спокойно возразила она, — себя я люблю куда сильнее, чем ты можешь себе представить. Кэти рассмеялась: — Господи, женщина, какая же ты честная. Амит только покачал головой, но улыбку всё равно не сдержал: — Всё? Вы закончили? — Нет, — сразу ответила Кэти, — мы только начали. Амелия всё это время стояла чуть в стороне. Она старалась смотреть куда угодно, только не слишком долго на самого Амита. На камеры. На свет. На людей возле мониторов. Получалось плохо. Можно сказать отвратительно. Взгляд всё равно то и дело возвращался обратно. И каждый раз хотелось провалиться под землю, когда она ловила себя на этом. "Да господи, что со мной? Будто я никогда не видела красивых парней." — Эй, — вдруг тихо сказал Амит, посмотрев прямо на неё, — а ты что молчишь? Амелия слегка вздрогнула от неожиданности: — А я должна что-то сказать? — Ну, все уже успели поиздеваться. Теперь твоя очередь. Она чуть отвела взгляд, пытаясь скрыть свои эмоции: — Боюсь, в этом мне не переплюнуть Кэти и Лидию. — Это радует. — Но если хочешь честно… Она замолчала на секунду. И зачем-то снова посмотрела на него. Зря. — …образ тебе правда идёт. Выглядишь очень брутально. Слова прозвучали тише, чем хотелось. Амит явно растерялся. Совсем немного. Но этого хватило. — А, — он тихо кашлянул, — спасибо. Теперь неловко стало уже им обоим. Амелия быстро спрятала руки за спину: — Просто… выглядит очень убедительно. — Даже несмотря на то, что я стою в цепях и с фальшивой кровью на лице? — Ну… да. Он тихо усмехнулся: — Это звучит очень странно. — Вся эта сцена выглядит странно. — Тут не поспоришь, — он нарочно повысил голос и посмотрел в сторону своей группы, — и угадай, чья это была идея. Лидия и Кэти тут же одновременно приняли максимально довольный вид, будто они придумали величайшую концепцию в истории всего кинематографа. А Амит перевел взгляд обратно на Амелию. Но этот взгляд показался ей чуть внимательнее обычного. И девушке почему-то стало ещё больше неловко от мысли, что он заметил её смущение. — Тишина на площадке! — раздалось со стороны камер. Разговоры сразу стихли. — Камера готова. — Тогда поехали. Амит глубоко вдохнул и занял позицию. Сейчас он выглядел собраннее, чем пару минут назад. Но напряжение в плечах всё равно осталось. Первый дубль начался. Мелодия песни тихо тянулась где-то на фоне — едва слышно, чтобы не мешать командам, но достаточно, чтобы Амит держался нужного ритма. В помещении смешались приглушённые голоса, гул техники и лёгкий треск света. Когда Амит двинулся, цепи тихо звякнули. Этот звук неожиданно выбился из общей спокойной атмосферы — слишком холодный, слишком отчётливый. А у Амелии наконец получилось сосредоточиться на чем-то помимо его персоны. Её взгляд цеплялся за всё сразу. За оператора, который плавно уводил камеру чуть ниже. За человека у монитора, молча показывающего жестом сместиться в сторону. За световика, поправляющего лампу буквально на пару сантиметров, чтобы тень легла жёстче. Всё работало как единый механизм. Только Амит выбивался из этой профессиональной обстановки. Он не врал, назвав себя плохим актером. Юноша двигался осторожно, даже слишком. Будто каждое движение сначала прокручивал в голове и только потом делал. Напряжение читалось в плечах, в руках, даже в том, как он держал спину. — Стоп, — спокойно прозвучало со стороны мониторов, — давай ещё раз. Только прибавь немного темп. Одна из помощниц подошла поправить цепи. Металл снова коротко звякнул. Лидия, не отрывая взгляда от экрана, задумчиво произнесла: — Натяни цепи сильнее. Сейчас ощущение, будто ты боишься случайно их сломать. — Мне в них вообще-то не очень удобно, — сухо ответил Амит. Кэти тут же прыснула: — Да, но постарайся сейчас не думать об этом. Он только закатил глаза. Второй дубль начался почти сразу. Амелия чуть отошла в сторону, пропуская кого-то из команды с проводами. Рядом остановился Стэн, скрестив руки на груди. Несколько секунд они молча наблюдали за площадкой. — Нормально идёт, — пробормотал он. Амелия кивнула, не сводя взгляда с площадки. — Вы ведь раньше ничего такого не снимали? — тихо спросила она. — В таком масштабе — нет, — ответил Стэн, — были какие-то мелкие клипы, снятые на телефон, но это вообще другое. — Заметно. Волк усмехнулся: — Надеюсь, не сильно. На этот раз дубль длился дольше. Амит выглядел уже увереннее, но нервозность всё ещё проскакивала — особенно в коротких паузах между движениями. — Стоп. Уже лучше, — донеслось со стороны камер, — но нужен ещё один дубль. Пока кто-то поправлял свет, Кэти наклонилась к Лидии: — Слушай, а это реально выглядит круче, чем я ожидала. — Я же говорила, — спокойно ответила та, — тут половину атмосферы делает свет и задники. Кэти перевела ехидный взгляд на Амита: — И торс. Лидия с важным видом кивнула: — И торс тоже. Амит услышал это и устало выдохнул: — Вы вообще умеете хоть иногда молчать? — Нет, — одновременно ответили девушки. Стэн тихо хмыкнул. Амелия невольно улыбнулась, опуская взгляд. Третий дубль пошёл заметно легче. Теперь движения выглядели свободнее, но появилась другая проблема — Амит начал немного спешить, будто хотел быстрее закончить сцену. — Не гонись, — спокойно сказал оператор, — у тебя был нормальный темп. Амит коротко кивнул и перевёл дыхание. Потом случайно посмотрел в сторону Амелии. Она стояла всё там же — спокойно, почти неподвижно, просто наблюдая за процессом. Без смешков. Без комментариев. И почему-то именно это смущало его сильнее всего. Он быстро отвёл взгляд обратно. Пока команда переставляла свет, Амелия подошла ближе к монитору. На экране крутили последние кадры. И на мониторе всё выглядело иначе, чем в живую. Резче. Жёстче. Мрачнее. Тени от цепей красиво ложились на шерсти, движения казались увереннее, а свет делал сцену почти киношной. Амелия чуть наклонила голову, внимательно рассматривая складывающуюся картинку. — Вот этот момент можем оставить, — сказал кто-то из операторов, указывая на экран. — Да, здесь хорошо получилось. Она ничего не сказала, но задержала взгляд чуть дольше, чем собиралась. В кадре это выглядело действительно красиво. Очень. — Так, ещё один дубль и делаем короткий перерыв! — крикнули со стороны площадки. Кэти моментально оживилась: — Наконец-то. Я уже устала просто стоять. Лидия даже головы не подняла: — Ты буквально ничего не делала. — Неправда. Я морально поддерживала. — Да, это тяжкий труд, — серьёзно кивнула Лидия. — Спасибо, что ты меня понимаешь. Амелия беззвучно усмехнулась и снова перевела взгляд на площадку. Амит вернулся на исходную позицию. На этот раз он выглядел спокойнее. Будто наконец перестал думать о том, как выглядит со стороны, и просто начал входить в роль. — Поехали. И этот дубль прошёл ровнее остальных. Без лишней резкости. Без спешки. Когда прозвучало «стоп», кто-то у мониторов довольно кивнул и поставил палец вверх: — Вот. Это оставляем. Амит шумно выдохнул и наконец расслабил плечи. — Всё, перерыв. К цепям сразу подошли несколько человек, но их сняли не сразу — сначала ещё раз проверили пару кадров и только потом освободили руки. Амит провёл ладонью по затылку и устало прикрыл глаза. — Живой? — крикнула Кэти. — Пока да, — отозвался он, — но вы явно пытаетесь это исправить. — Мы стараемся. Кто-то протянул ему кофту, и он быстро накинул её на плечи, будто только сейчас вспомнил, что вокруг вообще-то полно людей. С камерами. Потом заметил Амелию. На секунду замялся, но всё-таки подошёл ближе. — Ну что? — спросил он с лёгкой усмешкой, — не пожалела, что пришла? Амелия качнула головой: — Нет. Вообще-то это оказалось интереснее, чем я ожидала. — И это всё? После стольких страданий? Она чуть прищурилась: — А ты чего ждал? Что я тоже начну обсуждать твой торс? Он заметно стушевался. И именно это неожиданно рассмешило Амелию. Она тихо хихикнула, но почти сразу отвела взгляд, внезапно почувствовав себя неловко от собственных слов. Пальцы сами собой сцепились за спиной. — Но… если серьёзно, — добавила она уже спокойнее, — тебе правда идёт этот образ. Амит на секунду замолчал. — Даже так? — Да. Хотя актёр из тебя действительно такой себе. Видно, как нервничаешь. Он коротко усмехнулся: — Сложно не нервничать, когда половина людей вокруг решила поиздеваться над тобой. Девушка снова улыбнулась, отходя от недавней эмоциональной бури внутри. А площадка между тем постепенно оживала после короткого перерыва. — Ты ещё останешься? — спросил Амит. Амелия посмотрела в сторону съёмок: — Думаю, да. Теперь интересно, что у вас будет дальше. Он усмехнулся: — Тогда заранее предупреждаю — дальше будет ещё страннее. — После этого меня уже сложно удивить. — Не недооценивай нас. Она усмехнулась. — Постараюсь. Амит кивнул и вернулся обратно к остальным. А Амелия осталась стоять у мониторов, наблюдая, как съёмочная площадка снова приходит в движение.