Часть 1 Сон в сквере

1

Был тихий летний вечер, когда возле открытой веранды одного из городских кафе, остановился темно-серый, почти черный джип, с эмблемой «ФЭС», из которого вышел крепкий мужчина с короткой стрижкой и красивая девушка, с золотистыми волосами, забранными в высокий хвост. Оперативники возвращались с очередного рутинного выезда и решили немного перекусить. К сожалению, а может быть и к счастью, в последнее время не было громких дел, на раскрытие которых, уходило три-четыре дня. Почти все дела удавалось раскрыть за пару дней, а некоторые даже за день. Так было и сегодня. Само кафе, именуемое «Океанией», было выбрано не случайно. Накануне выезда, сотрудники ФЭС нашли информацию, что в кафе проходит очень интересная акция: «Сотрудникам ФЭС – любые два блюда по цене одного». - Оксана, займи столик, - а я закажу нам что-нибудь поесть, - обратился мужчина к напарнице. - Хорошо, - ответила та, занимая столик с мягким диваном, - Рома, только не забывай, что я слежу за фигурой. - Это я помню. Кстати, здесь в меню ассорти из роллов. - О, давай. Это я съем с удовольствием. А что ты возьмешь себе? - Мясной бургер, он более сытный, нежели роллы. Спустя десять минут, к ним подошла официантка и принесла заказанные блюда, а также чай. Оперативники собрались было приступить к ужину, как неожиданно, к их столику подошел молодой парень и положил перед Оксаной красную розу. - Девушка, вы такая красивая! Скажу больше, у вас ангельская красота! Позвольте подарить вам этот прекрасный цветок! - Спасибо, - улыбнулась Оксана. Она была приятно удивленна вниманием незнакомого парня. Не каждый отважится сделать комплимент, а тем более, подойти к девушке в форме ФЭС. А этот смог. - А вы не подскажете, как проехать к Воронцовскому парку? Просто мы с братом немного заблудились. Если что, мы без машины. - Здесь все просто, - начала девушка, но напарник не дал ей договорить. - Просто открывайте на телефоне карту и смотрите, как доехать, - закончил он за нее, - и вообще, это здесь недалеко. - Ясно. Спасибо, - ответил парень и, молча развернувшись, побрел к своему столику. Девушка сначала сердито посмотрела на Березина, а потом отвернулась, глядя вслед уходящему парню. - Оксана, ты чего? Он же лет на двадцать тебя моложе, а может и на тридцать, - отдернул напарницу мужчина, которая провожала взглядом юнца. - Рома, только не говори, что ты ревнуешь. Я не собиралась признаваться ему в любви, просто хотела помочь. К тому же, мне очень приятно, когда мне говорят комплименты. И, между прочим, это будет приятно любой девушке. - Кто бы говорил. Так прошло около тридцати минут. Выйдя из кафе, оперативники направились к машине, собираясь ехать в офис. И в этот момент, у Оксаны зазвонил телефон. - Да, Галина Николаевна? Выезжаем. - Что там? - Попытка ограбления с захватом заложников. В одном из дворов, на юго-западе Москвы, разыгралась кровавая драма. Двое людей в масках нечисти взяли в заложники пожилую женщину с маленьким ребенком. Им не повезло оказаться в одном из местных магазинов и стать свидетелями его ограбления. Теперь злодеи не хотели их отпускать, требуя десять миллионов рублей и автомобиль. То, что к женщине испуганно прижимался четырехлетний малыш, их нисколько не смущало. Более того, они ежеминутно угрожали его порезать, в случае невыполнения их требований. Автомобиль вскоре подъехал. Только не тот, который ждали грабители. Выйдя из машины, оперативники направились к пожилому человеку в полицейской форме, стоящему неподалеку от входа в магазин. - Капитан Березин, а это старший лейтенант Амелина, - мужчина представил себя и девушку. - Капитан Гаврилов, - представился пожилой участковый, занявший, как ему казалось, выгодную позицию для стрельбы. Вот только дерево, за которым он прятался, закрывало ему почти весь обзор. - Эй, менты, нафига вы ФЭС вызвали?! Конечно, сами с нами справиться не можете, решили их руками вопрос решить. Не выйдет! Не будет денег и машины, мы мелкого на ремни порежем! – услышали они наглый голос одного из грабителей, - у вас всего полчаса! Лучше дайте то, что мы хотим, иначе мы начнем отдавать заложников по частям. Начнем с самого мелкого. А то нам надоел его плач. - Нам нужен план магазина, - начал было Березин, но участковый его опередил. - Зачем вам этот план? Там всего два выхода: главный и служебный, который не запирается, потому что кассиры постоянно бегают курить. - Оксана, - обратился Роман к девушке, зайди к ним через служебный вход, если сможешь, выведи заложников. Я постараюсь их отвлечь. - Поняла тебя. И, пока ее напарник с участковым пытались отвлечь внимание грабителей безуспешными переговорами, блондинка обогнула здание и нашла служебный вход. Почему им не воспользовались те, кто сейчас держат в заложниках персонал магазина и покупательницу с ее маленьким внуком, остается загадкой. Дверь была не просто открыта, а распахнута. Девушка вошла внутрь, достав пистолет и готовясь выстрелить на опережение. Первое, что она увидела, это лежащих на полу избитых и напуганных кассиров. Увидев вооруженную девушку, те стали умолять ее не убивать их, но Оксана прошептала, что пришла их спасти. - Сначала спаси их, - сказала пожилая кассир, кивком головы указывая в сторону торгового зала. И тут, девушка услышала отчаянный крик ребенка. Она осторожно выглянула из-за прилавка и увидела двух настоящих чертей, с рогами, хвостами, копытами и свиными пятаками вместо носов, которые собираются отрезать ребенку пальцы. То, что произошло дальше, удивило даже Березина с участковым, не говоря уже о грабителях. Которые не ожидали, что в зал выйдет неизвестно откуда взявшаяся девушка и откроет огонь «на поражение». А после, будет успокаивать малыша и вызовет скорую его бабушке. Которой стало плохо от увиденного. - Оксана, ты их убила! – воскликнул вбежавший напарник, услышав выстрелы. - Я выполняла свой долг, - коротко ответила блондинка и, немного помолчав, добавила, - иначе, эти черти покалечили бы ребенка. Либо вообще убили. Я должна была его защитить. - Да хоть зомби! Ты не должна была стрелять на поражение! - Я стреляла в чертей! В мерзких тварей, с хвостами и копытами! Они этим ножом, - девушка достала бумажный платок и подняла с пола нож, держа его за кончик лезвия, - собирались отрезать ребенку пальцы! Погоди, он что, пластиковый? - Оксана, ты стреляла в людей, в масках нечисти, а не в нечисть. - Как в людей? Ты хочешь сказать, что.., - и тут до девушки дошло, что она совершила, - нет! Не может быть! - К сожалению… Оксана выронила нож. Тот ударился об пол и отскочил в сторону. Девушка осторожно взяла под руку бабушку с ребенком и вывела их на улицу. Она чувствовала, что вот-вот заплачет, но старалась держаться из последних сил. Неподалеку от магазина была скамейка, на которую и присели они втроем, дожидаясь скорой. - Бабушка, а почему тетя плачет? - Малыш, тетя плачет от радости, что с тобой и твоей бабушкой все хорошо, - ответила ребенку Амелина, нежно взяв его за руку. - Как вы себя чувствуете? – спросила Оксана у пожилой женщины. - Спасибо, уже намного лучше, спасительница вы наша. - Тогда вы будьте здесь и никуда не уходите. Скорая помощь уже едет. А мне нужно отойти. В это время, Березин еще раз взглянул на тела преступников. У одного попадание точно в голову, у другого в грудь. В обоих случаях, почти без вариантов. Он присел возле тел и начал снимать маски с погибших. Первый - совсем молодой парень, на вид, не более двадцати лет, а может и того меньше. Пуля вошла ему между глаз, смерть была мгновенной. - Мда, на самооборону будет очень сложно натянуть, учитывая, что у грабителей был всего один нож на двоих. Да и тот, пластиковый, - произнес опер свои мысли вслух, - но, что сделано, то сделано. И в этот момент, один из парней, которых Березин считал мертвыми, издал негромкий стон. Капитан ФЭС не поверил своим глазам, точнее, ушам. Он тут же проверил пульс на шее стонущего грабителя. Пульс есть, но очень слабый. Однако, это уже давало надежду, что один, из лежащих на полу юнцов, был жив. - Скорую! Быстро! – рявкнул он участковому, - у нас тяжелораненый! - Но, ваша напарница уже вызвала. - Она вызвала обычную, а нам нужна неотложка. - Как скажете. Не думал, что после такого выстрела можно выжить. - Выжить можно и после выстрела в голову. Правда, такие случае крайне редкие, - ответил Роман, глядя как капитан Гаврилов вызывает неотложку. - Сказали, что скоро приедут, - ответил тот сотруднику ФЭС. - Хорошо. Надеюсь, что успеют. Роман снял маску с раненного. - Да, Оксане этого лучше не видеть, - сказал он, глядя на парня, которого они встретили в кафе, почти за час, перед сообщением о нападении, - иначе, совсем расстроится. - Что, простите? – обратился к нему Гаврилов. - Мы этого парня в кафе встретили. Он еще Оксане розу подарил и комплимент сделал. Кстати, а где Амелина? - Вышла на улицу, вместе с бабушкой и ее внуком. Что-то вид у нее неважный. Кстати, я знаю грабителей. Просто, сразу их не узнал, они были в масках. Погибшего звали Алексей Игнатов, а тот, что еще жив – Павел Орлов. Они оба бывшие детдомовцы. Сбежали, не выдержав издевательств. Вот только странно, что они себя так повели. Всегда были тихие, мирные. - Ну, как говорится, «в тихом омуте…», мда, иронично получилось. Ладно, оставайтесь с раненым, я скоро подойду. Он вышел на улицу через основной вход, огляделся в поисках своей напарницы и заметил ту в десятке метрах от магазина. Девушка стояла возле дерева, облокотившись на него. Она смотрела куда-то в сторону, лишь ветер колыхал ее роскошные волосы. - Один из них жив, я вызвал ему скорую, скоро приедут, - подошел опер к своей напарнице. Ответом ему было молчание. - Оксана, ты чего? Блондинка обернулась, и Роман увидел слезы на ее прекрасном лице. - А почему ты плачешь? Ты исполнила свой долг, защитила и освободила заложников. - Рома, я стреляла в безоружных людей. Вместо того, чтобы приказать им бросить оружие. - Так, Оксана, прекращай плакать. Во-первых, ты действовала по ситуации, поэтому тебе незачем себя винить. Разве что, - он замялся, - в превышении полномочий. А во-вторых, как я уже сказал, один из них еще жив. Главное, чтобы скорая успела. - Прости, я не знаю, что на меня нашло. Я не хотела никого убивать. Просто, в тот момент, я думала о жизни ребенка. У меня возникло ужасное видение, что это нечистая сила пытается его покалечить. - Когда ты хорошо спала в последний раз? - На прошлой неделе. - Так я и думал. Всему виной твой недосып. Из-за него, тебе всякая дурь мерещится. А насчет того, что произошло сегодня, я постараюсь прикрыть тебя перед Рогозиной. - Спасибо. Но, боюсь, Галине Николаевне это не понравится. - Ты, главное, ей про нечисть не рассказывай. - А ваша начальница и так ничего не узнает. У этого магазина муляжи вместо камер, - сказал подошедший участковый. - Муляжи?! – возмутился Березин, - может, я что-то не понимаю, но у владельцев этого магазина достаточно денег, чтобы обеспечить хорошее наблюдение. - Вот только оно им не нужно. Этот магазин уже не первый раз продает алкоголь подросткам. Только у нас никак не получается взять их в момент продажи. - Вы меня простите за такой вопрос, но вы не додумывались сами поставить им скрытые камеры? - Ставили, - махнул рукой Гаврилов, - да только их постоянно находят и клеят в унитаз. А мы потом вынуждены обозревать, что там происходит. - Да, тяжелый у вас случай, - подытожил Роман, мельком взглянув на Амелину. Девушка перестала плакать, а после слов, про приключения скрытых камер, на ее лице появилась едва заметная улыбка. Вскоре приехали машины скорой. Пока врачи оказывали помощь пожилой женщине, Оксана сидела рядом с малышом и всячески его успокаивала. В это время, медики неотложки вывезли из магазина носилки с тяжелораненым грабителем, пока санитары труповозки забирали тело его погибшего товарища в морг ФЭС. Но, когда Амелина увидела, кого везут на носилках, то стала сама не своя. Еще никогда Березин не видел, чтобы его напарница настолько сильно переживала за того, в кого недавно стреляла. - Оксана, хватит все принимать настолько близко к сердцу! Он уже взрослый парень и сам должен был понимать, что поступает неправильно. И что за свои противоправные действия, он понесет наказание. - Но не настолько жестокое. - Хватит уже себя корить! Повторюсь, ты сделала все правильно. Ты не могла знать, что у них игрушечный нож, тем более, что он от настоящего не отличим. - Спасибо, Рома. Но, не надо меня успокаивать. Давай лучше займемся делом. Может это поможет мне отвлечься. - Не возражаю, - ответил Березин. Пока он опрашивал кассиров и приехавшего владельца магазина, Оксана связалась со своим напарником по лаборатории, Андреем Холодовым. Несмотря на то, что в лаборатории обычно работают двое, в этот день, Андрей был в гордом одиночестве. Девушка передала ему сканы отпечатков и попросила найти всю информацию о налетчиках. - Интересно, а они сами не могут ничего сказать? - Андрей, я убила одного и тяжело ранила второго. - Да ладно? Ни за что не поверю. - Я сама не знаю, как это получилось. Только, пожалуйста, не говори пока об этом Галине Николаевне. - Не бойся, не скажу. Вот, пробил твоих жертв, они еще подростки. Старшему, Алексею Игнатову, семнадцать лет. Младшему, Павлу Орлову – шестнадцать. Оба выросли в детдоме, откуда потом сбежали, по непонятной причине. Близких родственников нет. Кстати, их пальчики есть в базе МВД. Но, там довольно мутная история. Похоже, что их пытались сделать виновными в деле об изнасиловании. В котором, потерпевшая постоянно меняла свои показания. И даже пыталась дать взятку, чтобы виновных посадили как можно быстрее. В итоге, то дело закрыли из-за недостатка улик. А через пару дней, оба подростка были жестоко избиты в детдоме. Кто и за что их избил, остается загадкой. - Какой ужас… - Да не переживай ты так, убила и убила, с кем не бывает. А помнишь, тебя похитил совсем молодой парень, в костюме Деда Мороза? Ты его тоже чуть не убила. Хе-хе. - Андрей, не напоминай, пожалуйста. Это совсем другое. - А в чем другое? - Он запер меня в темном багажнике, и у меня случилась паническая атака. А в офисе, меня накрыло состояние аффекта. - Но, ты же хотела его убить? - Андрей, я не хотела и не хочу никого убивать. И хватит уже напоминать об этой истории! - Спокойно, я просто пытаюсь понять, что у тебя произошло. - Андрей, извини, но ты не психолог. Завершив необходимые следственные мероприятия, опера направились к своей машине, но девушка внезапно остановилась. - Рома, ты возвращайся, а я позже подъеду. Хочу немного побыть одной. - Хорошо, если что я на связи. Амелина вошла в сквер. Побродив по нему около получаса, она присела на скамейку. Ее тянуло в сон, сказывались усталость и недосып, и она почувствовала, что уже зевает. - Девушка, по этой тропинке можно выйти к Ленинскому проспекту? – услышала она чей-то голос. - Можно, - ответила она не глядя и снова зевнула. - Я вижу, вы устали. Хотите вздремнуть? - Нет, просто день был сложный. - Понимаю. Кстати, а вы знаете, что не следует разговаривать с незнакомцами в парке? - Ну, во-первых, мы не на Патриарших прудах, да и не парк это, а всего лишь сквер, и, во-вторых, вы сами начали разговор. - А что это меняет, - ответил незнакомец, взмахнув рукой. И девушка почувствовала, что проваливается в сон.

2

Оксана очнулась так же быстро, как и заснула. Вот только где она находится? И почему вокруг нее непроглядный мрак? Конечно, есть предположение, что она проснулась посреди ночи, но почему она в помещении, если засыпала на открытом воздухе? И тут она поняла, что не может пошевелиться. А еще она раздета до нижнего белья, ее ноги привязаны к стулу, а руки сцеплены за спиной ее же наручниками. Девушка ощутила, как ее обволакивает страх. Несмотря на годы, проведенные на службе в ФЭС, она не смогла побороть страх темноты. И когда она оказывалась в полной темноте, да еще и в незнакомом месте, у нее начинались панические атаки. Так было, когда ее похитил юнец в костюме Деда Мороза, которому она хорошо всыпала по возвращению. Так случилось и сейчас. Оксана почувствовала, что ее всю трясет от страха. Сердцебиение резко участилось, стало тяжело дышать. Пытаясь себя успокоить, Амелина стала глубоко дышать ртом, но и это не помогало. Она уже собралась закричать, но поняла, что не может. Внезапно послышались чьи-то тяжелые шаги, и зажегся тусклый желтый свет. Девушка осмотрелась и увидела, что находиться в прямоугольном помещении, напоминающем гараж. Или бункер. Ее окружали голые стены, неприятного болотного цвета, возле которых стояла очень странная мебель. Пол был серым, с неприятными бурыми пятнами, похожими на кровь. Прямо перед ней, стояла профессиональная видеокамера, которая транслировала запись на ноутбук. А позади камеры, ближе к стене, находился метровый дисплей. - О, я вижу, мы проснулись, - услышала она басистый голос у себя за спиной, и сильная мужская рука легла ей на правое плечо. Вот только голос был сделан модулятором речи. - Кто вы? И почему похитили меня? - Я тебя не похищал. Это сделал мой помощник. А для тебя, моя красавица, я палач. Конечно, можешь обращаться ко мне «мой господин», мне это тоже нравится. Хе-хе-хе. И да, прошу прощения, что я с тобой сразу на «ты», просто, мне так намного проще общаться. - Отпустите меня! Если не отпустите... - Не отпущу. Хе-хе. - За мной придут друзья, и ты получишь большой срок! - А они у тебя есть? Хе-хе-хе. Знаешь, как усмиряют болтливых птиц? - И как же? - Сейчас я погашу свет, и ты останешься в полной темноте. Ты ведь боишься темноты, не так ли? - Откуда ты знаешь? - Знаю. Я все про тебя знаю, старший лейтенант Амелина. А самое забавное, что ты работаешь в ФЭС не менее пятнадцати лет, а то и больше, и все еще старший лейтенант. Какая низость. Может как раз из-за того, что ты темноты боишься? Хе-хе. Точно, сейчас погашу. - Если ты погасишь свет, я буду кричать! - Будешь. От боли. Я возьму ножницы, сначала разрежу твой бюстгальтер, потом трусики, а потом и твой сексуальный животик. Резать буду медленно, в самом низу, где у тебя матка. Чтобы ты громче кричала. Я очень люблю, когда кричат милые девушки. Но, ты не бойся насчет матки, я не буду ее резать, иначе, ты слишком быстро умрешь от шока. Нет, я аккуратно разрежу тебя менее глубоко и буду медленно вытягивать твои беззащитные кишки. А ты будешь кричать, от боли и страха. Только учти, что тебя никто не услышит, кроме меня и тебя самой. Хочешь так умереть? Нет? Тогда молчи. Оксана собралась ему ответить, но страшная перспектива пугала ее и она промолчала. Но, ненадолго. Несмотря на ее положение, ей было любопытно, откуда у палача информация, о которой мало кто знает. Неужели в ФЭС завелся «крот»? Тогда в опасности не только она сама, но и вся служба. - Палач, - обратилась она к своему мучителю, - откуда ты меня знаешь? Хотя, если ты рылся в моих вещах, то наверняка нашел удостоверение. Но тогда откуда ты знаешь, сколько лет я работаю в ФЭС? И о моей боязни темноты? - Что за грубые слова у такой милой девушки? Я не «рылся», как ты выразилась, в твоих вещах. Мне это не нужно. А мой помощник похитил тебя исключительно по моей просьбе. - Но зачем? - А затем, чтобы ты приняла участие в моем шоу, в качестве особого гостя. Прямая трансляция начнется всего через пять минут. Откуда я знаю о тебе и твоей работе? Ну, так моя публика очень сильно просила именно тебя. Пришлось навести справки, узнать, кто ты и где работаешь, ну и проследить за тобой. Ах да, забыл сказать самое главное, а точнее несколько слов о публике. Ты, наверное, хочешь знать, почему именно ты? По глазам вижу, что хочешь. Так вот, милая Оксаночка, это родственники тех, кого ты посадила на долгие годы. Некоторые из этих людей скончались в тюрьмах, - палач включил и настроил камеру, а также подключил дисплей. Тот засветился и через полминуты, блондинка увидела не менее двадцати человек, ожидавших прямое включение. Девушка попыталась рассмотреть самого палача, но увидела только большую фигуру, в темно-красном плаще с капюшоном. Лица не было видно. - Они были преступниками. Мы должны были их остановить, иначе бы погибли ни в чем не повинные люди. И лично я посадила совсем немного. - Нет! Ты, именно ты, старший лейтенант Амелина, посадила многих. Своими гнусными экспертизами! Не говоря уже о твоих личных выездах на задержание. Конечно, многие находили тебя очень красивой, и не могли оказать должного сопротивления. Ведь жалко бить такую милую девушку, не так ли? Вот, а убивать вообще жалко. А придется, - сказал палач, вытирая несуществующую слезу. - Я сочувствую и соболезную этим людям, но их родственники нарушили закон, поэтому несут заслуженное и справедливое наказание. - Заслуженное и справедливое? О какой справедливости ты говоришь, если люди умирают в тюрьмах, вместо исправления. А если и выходят на свободу, то, в большинстве своем, со сломанной психикой. А еще и без гроша в кармане. Согласно статистике, большинство из них возвращается обратно в тюрьму. Причем, в первые же дни. А все потому, что их не берут ни на какую работу. Это, по-твоему, справедливость? - Я не это имела ввиду. Просто наша служба защищает не только закон, но и людей. И большинство из тех, кто сейчас сидит, несли угрозу ни в чем не повинным людям. - Детка, запомни, в этом мире нет невиновных. Каждый из нас виновен, в той или иной мере. Кстати, сегодня ты застрелила двух молодых людей. Думаю, их родственникам будет интересна запись моего шоу. - Не хочу вас огорчать, но вы не судья, чтобы определять, виновен человек или нет. И, у тех, несчастных, нет родственников. Я отправила данные в нашу лабораторию и узнала, что они росли в детдоме, откуда сбежали в прошлом году. К тому же, я убила только одного, второму удалось выжить. Он сейчас в больнице. - Вот как? Это интересно. Ты промахнулась или в тебе проснулась жалость? - Я не хотела их убивать, просто так получилось. Когда я стреляла в них, я думала, что стреляла в нечисть, которая собиралась покалечить ребенка. - Ты умеешь думать? Это забавно. - Когда я узнала, что стреляла в несовершеннолетних, - продолжала Оксана, - мне, действительно, стало их жалко. - Ты жалеешь тех, кого убила? Серьезно? Какая ты смешная. Хорошо, соглашусь, я не судья. А зачем мне им быть, если я палач? Хе-хе-хе. Ладно, с тобой все ясно. Пора приступать, а то публика заждалась. - Приступать к чему? - К твоему суду и казни в прямом эфире. Судить тебя будет моя достопочтенная публика. А инструменты для тебя уже готовы, публике осталось выбрать один из трех способов. - А что за способы? - Тянешь время? Понимаю. Страшно, наверное, умирать молодой и красивой? Или уже не очень молодой. Хе-хе. А представь, как мне будет страшно возвращаться одному, ночью, через половину Москвы. Ах да, забыл рассказать про способы. Их всего три: сажание на кол с перекладиной, наматывание кишок на вал лебедки и растворение заживо, в ванне. Куда я налью воду и серную кислоту. Будешь медленно растворяться, примерно полчаса. А какой будет стоять визг. Но, ты не волнуйся, я тебе рот заклею. Будешь мычать, что тоже очень забавно. Как видишь, один способ страшнее другого. Я бы мог более подробно о них рассказать, но уже бесполезно рассказывать. Времени нет. Итак, мы в прямом эфире. Палач встал перед камерой и поклонился зрителям. - Доброго времени суток, уважаемая публика! Сегодня у нас большой праздник, ибо всеми вами нелюбимая Оксана Амелина предстанет, наконец, перед вашим судом! Итак, как вы считаете, виновна она в гибели ваших родственников или нет? - Виновна! Виновна! Казнить, гадину! - Из-за нее, мой единственный сын стал инвалидом! Делай свое дело, палач! Никакой жалости! - Моя подруга умерла в тюрьме, куда попала после ее экспертиз. Ей сокамерницы размотали кишки и развесили их в душевой. Что с лицом, Амелина? Ты этого не знала? Конечно, ты же «выполняла свою работу», как принято у вас говорить. Короче, ты виновна и должна быть казнена! Здесь и сейчас! Палач, спасибо, что ты есть! Оксана слушала эти безумные крики, которые становились все громче и громче, и ей становилось, по-настоящему, страшно. Вскоре, крики публики стали напоминать рычание зверей. Тогда палач хлопнул в ладоши. Крики и рычание тотчас смолкли. - Как видишь, детка, - обратился он к испуганной Оксане, - публика считает тебя виновной и приговаривает к казни. А сейчас, наши уважаемые зрители проголосуют, каким способом я буду тебя умерщвлять. Все, поздравляю, тебе выбрали ту казнь, которую ты заслуживаешь. - А как же защита обвиняемого? Если это суд, то кроме обвинителя, должен быть и адвокат. - Адвокат, серьезно? Тем, чьи родственники вынесли тебе приговор, адвокат не помог. Поэтому, я сейчас буду «выполнять свою работу». - Можно, хотя бы последнее желание? - Снова тянешь время? Не выйдет, - сказал палач, взяв скотч и заклеив своей жертве рот. Итак, виновница ваших страданий, Оксана Амелина, будет казнена, путем наматывания кишок на вал лебедки. Я думаю, что ее страдания полностью компенсируют ваши потери. С этими словами, палач поставил перед девушкой метровую перекладину с рукояткой для вращения. - Я заклеил тебе рот не только из-за твоей пустой болтовни. Просто твой сексуальный животик может начать болеть, а я не хочу, чтобы ты привлекала лишнее внимание. Да, и забудь о том, что я говорил про твои крики до этого. Конечно, мне нравится, когда кричат женщины, но, намного лучше, когда они мычат. Несмотря на то, что мы в безлюдном месте, всегда есть шанс, что кто-нибудь будет проходить мимо, - говорил палач, доставая изогнутый нож, похожий на длинный коготь какого-то фантастического хищника. - Очень удобный нож, он идеален для вскрытия женского животика, например, твоего, - сказал палач, гладя обнаженный живот девушки ниже пупка, - кстати, а знаешь, по какой причине я выбрал именно этот нож, а не ножницы? Потому что у меня нет ножниц! Я блефовал, а ты поверила! Хе-хе-хе! Оксана напряглась, она понимала, что ее ждет очень незавидная участь, а помощи ждать неоткуда. А еще, ее очень злил дурацкий смех палача. Единственное, что ее успокаивало, это то, что в ФЭС нет «крота» и ее коллегам ничто не угрожает. - Расслабься, а то тебе будет больно, даже несмотря на остроту моего когтя, - сказал палач, продолжая гладить живот своей жертвы, - а может тебя еще больше раздеть? Например, снять бюстгальтер. Чтобы публика разогрелась. Ладно, у нас нет времени, ограничимся лишь этим, - палач спустил трусы девушки к ее лобку, отметил место начала разреза и вонзил туда нож. Сначала, девушка ощутила удар и почувствовала, как что-то твердое вошло ей внутрь. Боли не было, было лишь ощущение чего-то инородного внутри тела. - Тебе не больно? Ну и отлично. Значит, кузнец меня не обманул и мой нож действительно очень острый. А теперь, глубоко вдохни и задержи дыхание, - сказал палач и резко повел нож вправо, горизонтально разрезая живот Оксаны, чуть выше ее трусов. Амелина почувствовала резкую боль и попыталась сдержать крик, но не смогла и громко застонала. В этот момент, что-то теплое потекло по ее бедрам. Опустив глаза на живот, блондинка увидела горизонтальный разрез, расположенный на шесть сантиметров ниже ее пупка. Из которого, текли темно-красные струйки. - Все хорошо, моя милая, я разрезал тебя неглубоко. А вот если разрезать тебя всего на три сантиметра глубже, в этом же месте, ты умрешь всего за минуту, а то и раньше, от острой кровопотери. Но, я не хочу, чтобы ты умерла так быстро. Не потому, что у меня к тебе жалость, мне как раз тебя не жалко, а потому что публика жаждет зрелища! Эх, жалко, что тебя зовут Оксана. Была бы ты Настя, можно было бы назвать тебя – «Настюшка – вспоротое брюшко». Хе-хе-хе. Ладно, поболтали и хватит. Теперь приступим к самой интересной части. Палач залез левой рукой в рану девушки и вытянул оттуда толстую кишку, малоприятного бурого цвета. - Отвратительное зрелище, не так ли? – обратился палач к испуганной девушке, - вот и мне кажется, что толстая кишка здесь неуместна. Мне нужны твои тонкие кишки. Хорошо, не мне, а моим зрителям. Ой, извини, я забыл, что у тебя рот заклеен. Но ничего, потерпи еще немного. Палач выложил толстые кишки на бедра девушки, взял пластиковый таз, отрезал туда ненужные части кишок, отнес таз к дальней стене и вытряхнул в яму. - Чтобы не воняло, - прокомментировал он свои действия. Затем, он снова подошел к плачущей Оксане, взял ее тонкую кишку и нацепил на изогнутый гвоздь, вбитый в деревянный вал. - Итак, кто хочет увидеть кишки самого красивого и, к сожалению, для вас, самого умного эксперта ФЭС? Да, Оксана очень умная, если вы не знали. Несмотря на то, что блондинка. И вообще, если бы она была тупой, то здесь бы не сидела. Только самый умный эксперт мог провести такие затейливые экспертизы, чтобы посадить ваших родственников. Ну, так что, кто хочет увидеть «богатый внутренний мир» этой прекрасной дамочки? Все? Тогда приступаем, - и палач начал вращать ручку. Девушка замерла от ужаса, когда увидела, как ее беззащитные внутренности наматываются на деревяшку. Она перестала чувствовать боль, но ощущения от покидающих ее тело кишок были не лучше. - А теперь, самая веселая часть нашего шоу, - произнес палач и сдернул скотч со рта Оксаны. Но, девушка не смогла вымолвить и слова. Вместо этого, она охала и глубоко дышала ртом. Слезы из ее прекрасных, зеленых глаз, лились в два ручья. Публика зааплодировала, кто-то громко засмеялся, кто-то желал ей быстрее сдохнуть, а кто-то наоборот, еще дольше пожить. Чтобы ощутить все мучения. - Ну как вам, мои дорогие? Нравится? Мне тоже очень нравится. А теперь, многоуважаемая публика, давайте выберем, как ее добить. Или не добивать, хе-хе-хе, - говорил палач, продолжая наматывать кишки, - как обычно, три варианта: не добиваем, заливаем ей в глотку средство для прочистки труб, дробим ее грудь отбойным молотком. Толпа снова зааплодировала. Глядя на искаженные гневом лица, блондинка поняла, что добивать ее не будут. И оказалась права. Родственники погибших осужденных жаждали крови и зрелища. И тут у палача, который хохотал громче всех, сломался модулятор речи. Смех показался девушке знакомым. Да, так иногда смеется Андрей Холодов, ее напарник по лаборатории. Но как? Как такое вообще возможно? Как один из лучших экспертов ФЭС, которого она считала своим другом, может оказаться настоящим мясником? Эти вопросы никак не укладывались в ее голове. Да, у них были конфликты, но, это были «рабочие моменты». К тому же, она никогда ни на кого долго не обижалась. Более того, первой шла на компромисс, чтобы не портить отношения. А вот Андрей был другим. Если он дулся, то его обида могла длиться до конца рабочего дня. На работе это не сказывалось, а вот неприятный осадок оставался. - Андрюша, это ты? – удивленно спросила девушка. - Да, это я, - сказал палач. - Но, за что ты так со мной? - А за все. За все твои приколы и обиды, что ты мне нанесла. Я давно вынашивал план, как с тобой расквитаться. И, как видишь, время пришло. - Но зачем так жестоко? - Это не жестоко, это весело. Видишь, как они смеются? Им тоже очень весело. - Тебе весело смотреть на этот ужас? Ты не Андрюша, ты чудовище! - Ладно, раскусила. Я не совсем Андрюша, хе-хе-хе, я его темная сторона. Ты прикалывалась над его светлой стороной, которая не могла тебе ничего ответить. Из-за того, что ты девушка и прочей чепухи. Тем временем, его обиды на тебя копились и копились. И сегодня, в полнолуние, они превратились в меня. Ну а я, как видишь, хорошо оторвался на тебе. А самое забавное, что твоя темная сторона тоже вышла сегодня наружу, убив двух юнцов. Хорошо, убив одного и тяжело ранив второго. Только сейчас, - голос палача стал злее, переходя в рычание, - она тебе уже не поможет. Да, не думал, что в тебе так много кишок, все тянутся и тянутся. Упс, оторвались. Странно, вроде ты смелая девушка, а кишка оказалась тонка. Палач снова захохотал, и девушка с ужасом услышала демонический смех. А ее мучитель снял капюшон. Да, это был не ее коллега. Это было нечто, лишь отдаленно напоминавшее Холодова. Лицо монстра было искажено жуткой усмешкой, обнажающей волчьи клыки. Его звериные глаза, горели в темноте красным светом. Дополнял жуткий портрет чудовища зловещий гортанный смех. - Я не буду тебя добивать, сдохнешь сама. Все равно у тебя оторвались кишки, и их содержимое заполняет твое нутро. Смерть будет долгой и крайне мучительной. Ах да, я не единственный, кто жаждет мести. Эй, ребята, она ваша, - прорычал палач, сделав рукой пригласительный жест. В ту же секунду, к девушке с двух сторон медленно пошли два парня. Оксана взглянула на них и взвизгнула от ужаса. Это были те самые грабители, в которых она стреляла часом ранее. У одного из них, было пулевое отверстие между глаз, и отсутствовала верхняя часть черепа. У второго, была дырка, с правой стороны груди, из которой сочилась кровь. Они молча смотрели на нее, а затем, потянулись к ней руками. И тут, из их ран начали вылезать личинки мясных мух, а с рук слезать кожа, обнажающая кости. Теперь, к ней шли полуразложившиеся мертвецы, с которых продолжали сыпаться жирные личинки. Все это сопровождалось громким и зловещим смехом палача. - Я же убила только одного из вас! Почему же вас двое? Неужели раненый умер в больнице? Мертвецы остановились и пристально посмотрели сначала на нее, а затем на палача. Тот кивнул и мертвец, с простреленной грудной клеткой, снова оброс плотью. А затем, с диким криком убежал сквозь стену. - Ну, теперь она полностью твоя, - сказал палач оставшемуся мертвецу, - можешь ее разорвать на куски. Но, сначала, вырви ей язык, а то мне надоело слушать ее болтовню. - Как скажешь, - прохрипел тот, зловеще улыбаясь. Он подошел к девушке и грубо схватился костлявой рукой за ее нижнюю челюсть. - Пожалуйста, не надо! Умоляю вас! - Мне тоже не нравится твой крик, - прохрипел мертвец, протягивая вторую руку ко рту блондинки, - не бойся, я все сделаю быстро. Как ты со мной. Вырву тебе язык и затолкаю его тебе в глотку. Он все равно тебе не нужен. Ты же не стала просить нас бросить оружие, а сразу пристрелила. Вот будет забавно, если ты им подавишься. И мертвец захохотал отвратительным гортанным смехом, захохотал и палач. И только один голос, пробивающийся через этот ужас, вселял в нее надежду. Голос капитана Березина. И вот уже сам капитан раскидывает в стороны мертвеца с палачом, а затем, наклоняется к ней и трясет ее за плечи. - Оксана, очнись! Да проснись уже, наконец! Амелина открыла глаза. И, с немалым удивлением, увидела, что сидит она на той самой скамейке в сквере, где заснула после разговора с незнакомцем. Но, если это был сон, то почему она чувствовала боль в самом низу живота? Девушка тут же подумала, что у нее начались «эти дни», которые должны были начаться только со следующей недели. - Как же не вовремя, - прошептала блондинка, пытаясь понять, почему это случилось раньше срока. - Не вовремя, что? – услышала она голос своего напарника. Обернувшись в сторону голоса, Оксана увидела, что Роман сидит справа и укоризненно на нее смотрит. - Рома, спасибо! - Спасибо потом скажешь, если удастся тебя от праведного гнева Рогозиной отмазать, - ответил ей Березин, не понимая, за что она его благодарит, - люди учатся на своих ошибках, а ты нет. Ладно, ты была беспечна с «голой йогой», но, заснуть на скамейке со служебным оружием, это уже перебор. Я уже молчу о том, что местные школьники делали селфи, с тобой и твоим пистолетом, выкладывая это во все социальные сети. А если кто-нибудь из них случайно выстрелил? - Мой пистолет! – воскликнула испуганная девушка, хватаясь за пустую кобуру. - Держи, - ответил ее напарник, протягивая ей пистолет, - и благодари капитана Гаврилова, за то, что он вовремя заметил эти опасные игры, забрал твое оружие и позвонил мне. А еще поблагодари вон того гражданина, - сказал Роман, указывая на того самого незнакомца, с которым она говорила перед сном, - ты вырубилась у него на глазах, а он знаком с Гавриловым и сразу же с ним связался. Вот только он не мог охранять тебя вечно. А капитан не смог быстро сюда прийти, зато местные детишки тебя нашли. - Ужас! Не простила бы себе, если бы кто-нибудь пострадал из-за меня. - Так, Оксана, прекрати. Что сделано, то сделано. И поехали уже сдаваться Галине Николаевне. Авось, пронесет.