Глава 17. Бородатые женщины и громкие гулянья

Майя — Это одноразовый щит, активируется сам во время опасности, — протянул мне Риас ещё один кулон, на этот раз с прозрачным, как слеза, камнем. За ним последовало кольцо с почти чёрным. — А это определитель ядов и различных вредных веществ. Начинает светится красным, когда подносишь к пище руку, — отравлено… В итоге, кроме кулона и кольца, я обзавелась ещё одним кольцом и тремя браслетами. — А это не слишком? — протянула я, рассматривая в зеркале получившийся результат. — Я же не новогодняя ёлка, чтобы на меня столько всего вешать. — Что? — привычно не понял меня Риас. Пришлось рассказать ему про новый год и традицию наряжать ёлку на этот праздник. В этом мире подобного не было, что невольно вгоняло в тоску. Было тяжело принять, что здесь нет всеми любимого с детства праздника. Новый год здесь отсчитывали со дня зимнего солнцестояния. Это, естественно, отмечалось, но не так. Не то. Ни ёлки, не гирлянд, ни запаха мандаринов. В этом мире вообще есть мандарины? День летнего солнцестояния тоже праздновали, просто с чуть меньшим размахом. В этот день было принято признаваться в любви и заключать помолвки. — Придётся тебе привыкнуть, — вздохнул Риас, выслушав мой рассказ. — Ты слишком уязвима. Нам следовало подумать об этом раньше. Правда, никто не думал, что всё будет так. Планировалось, что мы будем просто посещать интересные королевства и места, ты осмотришься и решишь, что тебе нравится, чем хочешь заниматься и где жить. Никто почему-то не подумал об опасностях, не предполагал появления мага с проклятием и эльфа с «очарованием». Как и поджога постоялого двора… — Стоп, Риас, притормози, — замахала я руками. — Я поняла — ты хочешь меня обезопасить, но где связь между магом, эльфом и постоялым двором? — Ладно, эльф, скорее, нелепая случайность, — согласился он со мной. — Скорее уж мерзкая, — перекосило меня с воспоминаний. — Неважно, — посмотрел Риас на меня с укоризной. — А вот маг и постоялый двор… Возможно, это лишь скверное совпадение, но мне всё это крайне не нравится. И мне будет спокойнее, если ты будешь защищена. — Да? — вскинула я брови. — Что ж на себя цацек не навешал? — Я, вообще-то, маг, забыла? — отозвался он. — Который лучше всего управляется с водой, от которой на суше не много толку, — парировала я. — Я стал сильнее, — не согласился Риас. — У меня появился Мяусий. Пусть сейчас он не особенно стремится расширять мой потенциал, но в опасной ситуации всегда готов помочь. Уж банальный щит сотворить я смогу даже без него. Как и смогу почувствовать чужое магическое воздействие. А определитель ядов всегда со мной, — показал он руку с массивным перстнем. — Так что перестань капризничать, Майя. Нас гномы ждут. — Ты всё реже коверкаешь моё имя, — заметила я. — Я учусь, — подмигнул он мне. — Если у жителей суши нет проблем с его произношением, значит, и я на это способен. И вообще, мы что-то совсем позабросили наши занятия языками. Нужно будет наверстывать. От его признания в душе разлилось непонятное тепло. Я уже давно примирилась, что из обитателей океана каждый искажает моё имя кто во что горазд, тем приятнее было понять — Риасу не всё равно, как меня называть. И насчёт языков он прав. Со всеми этими визитами на сушу и впечатлениями от них мы почти не занимались. То было откровенно лень, то слишком много эмоций. То вовсе хотелось просто развлечься. Картами, например. В общем, что угодно, кроме того, что важно. И дважды прав — нас ждут гномы. Уже сегодня я познакомлюсь с ещё одной сказочной расой. И очень надеюсь, на этот раз разочарована не буду.

***

— Может, ну их, гномов этих? — произнесла я, опасливо косясь на арку портала. — Да ты боишься! — глянул Риас на меня с весёлым удивлением. — Ничего смешного, — буркнула я. Ну правда, это действительно было страшновато. Портал напоминал внушительную квадратную каменную арку, испещрённую странными символами. Внутри него клубился молочно-белый туман, в котором вспыхивали и разноцветные искры. Шагнуть туда? Да это как шагнуть с высоты без понятия, раскроется парашют или нет. Возможно, для жителей Саморита порталы обычное дело, но для меня-то они нечто за гранью! Потому да, мне страшно. — Леди, — прогудел внушительной комплекции мужчина, охраняющий портал, — ничего страшного в этом нет. Не задерживайте остальных. — Легко сказать, — проворчала я и с надеждой глянула на Риаса. — Может, мы вместе туда пойдём? Возьмёмся за руки… — В портал входят строго по одному, — оборвал мой лепет всё тот же мужчина. — Буду ждать тебя на той стороне, — улыбнулся Риас и, подхватив наши пожитки, пошёл к порталу. Подойдя к нему вплотную, обернулся. — Ничего не бойся, Майя. Пройдёт всего несколько мгновений, как увидимся вновь. Он спокойно шагнул вперёд, скрываясь в туманном мареве, а на меня накатило нечто сродни панике. Я осталась здесь совершенно одна. Мне нужно зайти в портал, что пугает меня до дрожи. И никакого выбора нет. — Давай, Майя, ты сможешь, — прошептала я. Затем несколькими решительными шагами подошла к порталу и, зажмурившись, шагнула вперёд. По телу пробежала чуть щекотная волна тепла, которое быстро отступило. — А ты боялась, — услышала я голос Риаса, после чего ощутила его ладони на плечах. — Почему я ничего не вижу? — пискнула я. — Майя, глаза открой, — последовал чуть насмешливый ответ. Ой, точно. Я так и стояла, крепко зажмурившись. Стыдобища какая! Показала себя не только трусихой, но и совсем недалёкой дурой. — Мы на месте? — спросила я осторожно. — Всё верно, леди, — послышался довольно густой бас. Затем я увидела обладателя голоса и еле удержалась от детского желания восторженно запищать и похлопать в ладоши. Перед нами был гном. Всё по классике: невысокий рост, плотная фигура, длинная густая борода. И даже топор в виде оружия. Супер! — Добро пожаловать в Миргодар, — произнёс гном. — Меня зовут Бордус. Я смотритель портала. Проходите, на улице вас ждёт телега. Телега? М-да, звучит как-то не очень. Ну да ладно, чужое королевство — чужие правила. С выводами я несколько поспешила. Телегой здесь называли повозку, очень напоминающую человеческую коляску для прогулок, только не запряжённую лошадьми. Всё остальное было очень похоже. Даже возница на козлах имелся. Выглядел транспорт вполне комфортно. Когда мы тронулись с места, Риас несколько побледнел, а стоило телеге набрать скорость, надо сказать, вполне приличную, как он стал аж серым. Сидел и едва дышал, вцепившись в сиденье побелевшими пальцами. — Вот тебе раз, — я была не на шутку озадачена. — Гонять в воде на этих ваших плайми ты не боишься. К каретам тоже относишься вполне спокойно. А сейчас ты очевидно напуган. — Так в плайми и кареты запряжены животные, всё понятно и управляемо, — отозвался Риас, таращась в пространство ошалелыми глазами. — А тут что? Как вообще движется эта штука? Мне тоже было интересно, как она движется и управляется. — На магии, — охотно отозвался возница. — Наша гномья разработка. Слова прозвучали горделиво. И если я постаралась принять это как данность, то Риас не спешил успокаиваться. Это он ещё на Земле не был, где лошадьми запрягают всякие повозки разве что туристам на развлечение. Меня данная телега, несмотря на магическую начинку, пугала куда меньше тех же плайми с их жуткими рыбозверями вместо лошадей. Но ничего, смирилась же я. Вот и Риас привыкнет. — Постоялый двор «Острый камень», — прогудел возница. — Велено отвезти вас сюда, чтобы вещи оставили, а потом доставить во дворец владыки. Что, так сразу к гномьему королю, то есть, владыке? А подготовиться, настроиться морально? Говоря, что хочу к гномам, я как-то совсем не планировала встречаться с их правителем. Увы, отец Риаса внёс свои коррективы, когда узнал о наших планах. Действительно политик до мозга костей, как и говорил Риас. Раз уж мы всё равно едем к гномам, то пусть Риас заключит контракт на обмен каких-то камней на кости каких-то рыб. В общем, навесил отец на него работу. Ну а я так, сбоку прилепилась. Риас поворчал, но быстро смирился. Как он не раз повторял: он принц крови, и у него есть определённые обязательства. Мне это всё не нравилось. Ещё было живо в памяти, каким он вернулся после ссоры с отцом. Будто помертвевшим, с застывшей в глазах обречённостью. Я ему пыталась донести, что, может, не всё так плохо, но он словно заядлый фаталист уже заранее смирился с худшими вариантами развития событий. Только это неправильно! Я прекрасно понимала: однажды настанет тот день, когда я найду своё место в этом мире, найду занятие по душе и обрету дом. И тогда настанет момент сказать друг другу «прощай». Риас навсегда уйдёт из моей жизни. Но мне хотелось, чтобы он был счастлив. Ведь, если мы распрощаемся, значит, проклятия больше нет, и я счастлива. И желала того же Риасу. Потрясающе! А ведь ещё совсем недавно я призывала все известные кары на его голову, видела его причиной всех моих бед. Как может всё измениться всего за несколько недель... Да что там, моя жизнь безвозвратно изменилась в тот момент, когда меня накрыла та волна, а я про недели размышляю… — Добро пожаловать в «Острый камень», — вырвал меня из размышлений новый голос. — Его высочество Элуриас Ореанидский и её милость Майя Осоковская? — Всё верно, — улыбнулся Риас. — Я — Назза, — представилась… гномка? — Это мой постоялый двор, и все вопросы решайте со мной. Номера вас ждут, но советую поторопиться. Владыка не любит ждать. Застыв, как истукан, я во все глаза смотрела на эту во всех смыслах колоритную даму. Та же плотная фигура, густые волосы и… борода! Густая ухоженная борода! Но если присмотреться, отличия видны. Грудь, которой у мужчин быть не может. Множество висюлек в волосах и даже бороде. Кокетливо подкрашенные глаза. Гномка! Женщина! То-то голос мне показался слишком высоким и мелодичным. — Ну что ты на меня уставилась? — произнесла она сварливо. — Гномов никогда не видела? — Нет, — отозвалась я честно, после чего, смутившись, поспешила отвести взгляд. — Извините. — Да что уж, — махнула — Назза? — рукой. — Поспешите. Владыка ждёт. Не дав мне время дальше тупить, Риас забрал у гномки ключи от номеров и потащил меня наверх. Номера располагались на втором этаже, отыскал он их быстро. Времени на сборы у нас не было, потому, забросив вещи в номер, вышла, не успев осмотреться. Но эмоции и впечатления требовали выхода, потому, стоило Риасу выйти из своего номера, как я тут же затащила его обратно. — Ты видел? — заговорила я возбуждённо. — У неё борода! У женщин гномов бороды! Ну не писали об этом в справочнике. Возможно, автор считал, что это и так всем известно, но для меня это стало сюрпризом. И каким! Буквально, потрясением. — Ну да, — отозвался он спокойно. — Все знают, что гномки бородаты. У них, если что, борода — показатель женской красоты. Я же говорила! Все знают, ага. Кроме меня. И не быть мне красавицей по понятиям гномов. Вот совсем. — Ага, поняла, — отозвалась я, чувствуя себя дурой. — Безумный мир, где бородатая женщина не хохма или оскорбление, а просто данность. Особенность вида. — Май-я, — поторопил меня Риас, опять исковеркав моё имя, — нас ждут. Идём. — Ага, — только и смогла кивнуть я. Не дано ему понять мои эмоции. Нужно это понять и смириться. Придётся самой осмысливать такой необычный критерий женской красоты. До дворца Владыки нас доставил всё тот же возница на той же телеге. Там нас проводили в среднего размера зал. Как и всё здесь, он был выполнен из камня со вставками из железа и совсем чуть-чуть дерева. Освещали его светящиеся кристаллы на подставках. Только, в отличие от предыдущих помещений, это было украшено искусной резьбой прямо по камню и настоящим железным кружевом. Необычно, но красиво. Этакой суровой красотой. — Благополучно добрались, ваше высочество, ваша милость? — обратился к нам владыка. — Всё хорошо, ваше величество, — отозвался Риас и коротко, но уважительно поклонился, я поспешила последовать его примеру. — Хорошо, — прогудел гном. — Очень хорошо. После они часа два обсуждали это соглашение на обмен полезными ресурсами. Ладно, камни, какие бы ни были, могу представить себе их применение, но кости рыб? Понятия не имею, какая с них польза. Да и не сильно интересно, каюсь. Возможно, с моей стороны это глупо — отмахиваться от этих знаний, но не так я себе представляла визит к гномам. Скукота. Не уснуть бы только, а то позору не оберусь. Или, хуже того, гномы могут это оскорблением посчитать. Спустя бесконечность они, наконец, пришли к согласию и подписали договор. Неужели! — Так, — хлопнул в ладоши владыка. — С делами покончено, можно и отдохнуть. Вы ведь останетесь на наше скромное гуляние? — Не уверен, что это удобно, — отозвался Риас. — Спать на потолке не удобно, одеяло падает, — хохотнул гном, а я подивилась знакомой поговорке. — Остальное всё удобно. По его команде в зал стали заходить гномы с гружёнными едой подносами и музыкальными инструментами. Также в зал вошла гномочка, которая уверено подошла к владыке. — Пока ребята всё подготавливают, — проговорил владыка, — хочу познакомить вас с Агриной. Отрадой моей души, моей драгоценной дочкой. Затем он представил по очереди нас. — Вы только посмотрите на неё! — продолжал владыка с гордостью. — Красавица! Само воплощение красоты! В его голосе и взгляде было столько искренней отеческой любви, что у меня невольно что-то защемило в груди. Для меня, не знавшей родительской любви, это было мощнее любой магии. — …хотя, — продолжал тем временем гном, — куда вам понять? У ваших женщин даже бород нет. — Это не мешает мне оценить достоинства вашей дочери, — отозвался Риас и дипломатично добавил. — У каждой расы свои критерии красоты, это верно. Например, у нас это — пышность хвостового плавника. У вас — борода. Это просто данность, которую надо принять. — Правильно говоришь, принц подводный, — отозвался гном довольно. — Так выпьем же за женскую красоту! Перед нами оказалось по массивной кружке этак на литр, не меньше, с непонятным, но, судя по запаху, забористым алкоголем. Я посмотрела на неё с испугом. Да если я всё это выпью, то буду в полные дрова! А ещё из головы не шло откровение Риаса о критериях красоты среди руалсов — пышность хвостового плавника. М-да. Очевидно, по их меркам я вообще ни разу не красотка ввиду отсутствия хвоста. Почему я вообще об этом думаю? Не всё ли равно, какой меня считают хвостатые? Прав владыка, надо выпить. Хотя бы для того, чтобы всякие глупости не лезли в голову. Элуриас В силу происхождения мне довелось побывать на многих приёмах, королевских и частных, балах и даже всяких турнирах. Иногда сводило зубы от официоза, а порой было даже весело, но на таких гулянках я не бывал никогда! Это было похоже на безумие. Стол ломился от угощений, алкоголь лился рекой, все правила этикета были напрочь забыты. Словно в зале собралась не элита гномьего общества — владыка и его приближённые, а обычные работяги, которые обо всех условностях высшей знати знали только то, что они есть, и не больше. Гномы много ели, ещё больше пили. Громогласно спорили с друг другом и даже ругались. Со стороны смотрелось грозно, но в сияющих на бородатых лицах глазах не было злости. В запале спора могли послать самого владыку не в самые приличные места. И, судя по всему, для гномов это было делом привычным. А спустя некоторое количество алкоголя гномы пустились в пляс. Выверенные движения и изящные па? Ими здесь и не пахло! Каждый отплясывал кто во что горазд, а с учётом комплекции гномов, пол вибрировал от топота их ног. — Не жмись, принц, — пробасил громогласно гномий владыка, — отведай поросёночка из печи. Вы там, в своём океане, наверное, ничего кроме рыбы и не видите. И что на это ответить? Ведь, по сути, он прав. Основной рацион руалсов — дары океана. Только самые обеспеченные могут позволить себе что-то с суши. Но признаваться в этом отчего-то не хотелось. Просто это звучало так… словно мы какие-то дикари, пищи нормальной не знающие. Хотя многое из наших повседневных блюд на суше деликатесом считается. — Спасибо, — отозвался я вежливо. — обязательно попробую. И присмотрелся к названному поросёнку. Ну и как я должен его пробовать? Как от этой туши отрезать кусочек? Чем, в конце концов?! Ни столовых ножей, ни вилок. Только ложки, и то не у всех. Очевидно, поняв моё затруднение, сидящий по соседству и слышавший наш диалог гном вытащил из поясных ножен кинжал и отпилил от туши шмат мяса, который шлёпнул мне на тарелку. — Благодарю, — отозвался я ошарашено. Что, вот так просто — боевое оружие для разделки еды? Дикость! — Видел бы ты своё лицо, — хихикнула сидящая рядом Майя. — Просто это… это… — не знал я, как объяснить свою реакцию. Она уже опустошила с половину своей кружки и несколько захмелела. Глаза её весело блестели. Происходящее Майю явно не шокировало так, как меня. Словно она не видела ничего особенного во всём этом. А может, и правда не видела? — Леди, — обратился к ней сидящий напротив рыжебородый здоровяк-гном, — ваш спутник просто благородный. Аристократ до мозга костей. А для них есть салат не той вилкой — уже преступление, а её отсутствие — катастрофа. — Неправда, — обиделся я. Слова рыжего гнома прозвучали крайне уничижительно. Словно я недалёкий сноб, что, увидев складку на скатерти, закатывает истерику. — Возможно, всё не так плохо, как описывает уважаемый, — и вопросительный взгляд на гнома. — Дарид, — подсказал тот. — Дарид, — повторила Майя, — но некая манерность в тебе есть. — Не вижу ничего плохого в хорошем воспитании, — оскорбился я. Она вообще на чьей стороне?! — Тебя никто не просит в дикаря превращаться, — улыбнулась Майя. — Но иногда стоит забыть, что ты весь из себя воспитанный принц и побыть просто… молодым парнем? — Да я и так всю жизнь нарушаю правила, — фыркнул я. — А связавшись с тобой, скоро вообще забуду элементарные нормы приличия. — Вай, леди, — расцвёл Дарид в улыбке, — да вы постепенно делаете из чопорного сухаря человека. Моё уважение. Отсалютовав Майе кружкой, он опустошил её. Она тоже сделала несколько глотков и довольно улыбнулась. — Если что, я не человек, — пробурчал себе под нос, хотя, подозреваю, всем было плевать. — Баредас, — обратился к владыке мой сосед, тот самый, что мясо резал, — а помнишь с полгода назад к нам ушастые приезжали? — Забудешь их, — фыркнул владыка. — От их манерности даже стены плесенью грозили покрыться. — К вам эльфы приезжали? — полюбопытствовала Майя. — Ага, — подтвердил владыка. — Сидели тут все такие важные, дули щёки и задирали носы. Гонору немерено, смотреть противно! Так и хотелось затащить их на вершину самой высокой горы и дать пинка, чтобы проверить, как хорошо летают эльфы. Не зря ж бытует байка, что они и крылатые — дальние родственники. Вдруг бы полетели на своих… — Ушах? — рассмеялась Майя. — Точно! — расхохотался владыка. — Ох, леди, жаль у меня сына нет, могли бы стать ему хорошей женой. Пусть вы не можете похвастать бородой, но общаться с вами одно удовольствие! Редко встретишь кого-то похожего на вас за пределами гор. — Вы мне льстите, — ответила Майя чуть ошарашено. А в глазах у неё ярко светилось — как хорошо, что у него нет сына! Пожалуй, действительно, хорошо. Не знаю сколько в этих словах владыки шутки, но лучше не рисковать. Майя явно не готова ни к отношениям, ни тем более к браку и обязательствам, которые он накладывает. И пришлось бы долго объяснять невозможность этого союза. А кто знает гномов, вдруг бы обиделись? — Баредас, а ведь у тебя дочь-красавица, — снова заговорил мой сосед, — а тут вон, жених. Кровь королевская, не такой и зануда, как можно было ожидать. Хлипковат, но всё поправимо. Зря я в этот момент решил сделать глоток местного пойла. Подавился от шока, никак не мог откашляться. Сосед решил постучать по спине, да так, что я чуть зубы о столешницу не выбил. Что я там недавно говорил? Онсиния похожа на мурену? Но она хотя бы руалса! А тут… Перед глазами замелькали кадры возможной супружеской жизни. Вот невеста, собираясь на свадьбу, спрашивает: заплести ей бороду или оставить распущенной? Вот она просит взять её на руки, невзирая на разницу в комплекции в весе. Когда воображение дошло до брачной ночи, мне стало совсем страшно. Боги, нет! Пусть это всё окажется лишь глупой шуткой! Я не готов так рано жениться и ещё меньше хочу расчёсывать жене бороду! — Даже не думай, пап, — вмешалась потенциальная невеста, — ну какой из него муж? Да он боевой топор не поднимет, да и меня тоже. Безбородый. Тощий, что в постели придётся искать долго. Да и детей с плавниками я не хочу. — Аргина, — произнёс владыка предостерегающе. — Только не обижайтесь, принц, но мне нравятся совсем другие мужчины, — проигнорировала она слова отца. — Уверена, среди своего народа вы признанный красавец и завидный жених, но я с собой рядом вижу кого-то… Ну, похожего на папу. — Никаких обид, принцесса, — отозвался я с облегчением, которое не уверен, что удалось скрыть. — Ах ты ж егоза, — растрогался владыка. — Но впредь будь учтивее. Это его высочество Элуриас оказался необидчивым, а кто другой мог бы и оскорбиться. И здравствуй — политический скандал. — Хорошо, папа, — покладисто согласилась Аргина. — Жаль, — обронил мой сосед. — Долго ты будешь искать ей жениха, Баредас, с такими-то запросами! Тот ей не нравится, и этот не пригож. — Аргина — моя единственная дочь, и сколько понадобится, столько и буду искать, — посуровел владыка. — А ты, Зобар, лучше бы обновил свои знания по расам, тогда бы и чушь не городил. — А что не так? — недовольно отозвался Зобар. — То, что я бы никогда не отпустил мою драгоценность на океанское дно, а руалсы не могут долго обходиться без океана, — пояснил снисходительно владыка таким тоном, словно с глупым ребёнком разговаривал. — Да и какие бы дети были от такого союза? Какие наследники? Бородатые дистрофики с жабрами? Без обид, принц, — бросил он на меня извиняющийся взгляд. — Никаких обид, — мне вдруг стало весело. — Вы хороший че… руалс, — отозвался он. — Ваш отец может вами гордиться. Вот тут сильно сомневаюсь. Я, скорее, сплошное разочарование отца, чем повод для гордости. Слишком много я натворил и проблем принёс. Впрочем… плевать. Я его тоже слишком за многое не одобряю. Мы с ним чересчур разные, чтобы понять друг друга. — Выпьем за мудрость и ум! — провозгласил новый тост владыка. И мы выпили. Даже я. Хотя до этого момента предпочитал крайне осторожно цедить напиток. Опасался слишком опьянеть, и вдруг стало так плевать. Сомневаюсь, что гномы осудят, если чуток переберу с алкоголем. Потом Майя, которая уже хватила лишнего, потащила меня танцевать. — Пойдём, Риас! — тянула она меня в сторону пляшущих гномов. — Ну что ты ломаешься, как девчонка! Не понял, причём тут девчонки и как они ломаются, но решил ей уступить. В голове была поразительная лёгкость, ноги сами против воли отбивали навязчивый ритм. Наплевать на все правила и условности, плясать, словно не знаю ни единого танца — а с танцами суши это так! — почему бы и нет? — А вы хорошо смотритесь вместе, — выдала внезапно Аргина, что отплясывала рядом. Кроме Майи тут из женщин была Аргина да ещё пара гномок. И всё. Остальные сплошь мужчины. — Мы с Риасом только друзья, — рассмеялась Майя, опираясь на меня для равновесия. — А вот и зря! — послышался другой голос гнома, чью бороду уже обильно обсыпало сединой. — Правда, ребята? — Да! — грянул громогласный рёв множества глоток. — Перестаньте, — покачал я головой. — У нас есть традиция, — заговорила Аргина, ухмыляясь в бороду. — Гости должны преподнести дар хозяину дома. Дразг! Я же знал об этом, но в суете всё вылетело из головы! В дорожном мешке упакован это разнесчастный дар! Почему до этого момента никто об этом не напомнил? И отчего чудится, что впереди ждёт какая-то пакость? — Я завтра завезу, — начал я оправдываться. — В номере забыл в спешке. — Не-а, не пойдёт, — а владыческая дочь уже порядком пьяна. — А значит, что? Значит теперь мы решаем, какой хотим подарок! — Да? — осторожно спросила Майя. — И какой же? — Целуйтесь! — объявила Аргина торжественно, и её поддержал восторженный рёв множества гномов, в котором утонули одинокие призывы к адекватности. Майя посмотрела на меня испуганно, почти с ужасом. На миг царапнула абсурдная обида — разве я такой урод, что сама мысль поцеловать меня вызывает такой ужас? Потом ещё не совсем отравленная алкоголем часть сознания напомнила, каков неё опыт общения с мужчинами. Надавал себе мыленных оплеух и напомнил, что она вообще-то человек, а это… — как она там говорила? — ксенофилия! Вот! Лицо Майи вдруг стало из испуганного задумчивым, а после озарилось облегчением. — Легко! — ответила она и, подмигнув мне, звучно поцеловала в щёку. — Фу! — загудели гномы. — Кто так целуется? Разве это поцелуй? Целуйтесь нормально! Да что с ними не так? Осмотрев горящие предвкушением лица, осознал — не отстанут. Была не была! Майя меня потом убьёт, но это будет потом. Главное, чтобы бородачи продолжения не потребовали! И, нагнувшись к застывшей и растерянной Майе, взял её лицо в ладони и поцеловал. Как целуют не подругу или сестру — в щёку, а как женщину — в губы. Гномы загудели и заулюлюкали, а мне вдруг стал безразличен этот шум. Её губы оказались удивительно мягкими и нежными. Поцелуй отдавал выпитым алкоголем, но всё равно был необъяснимо сладким. Кружил голову, заставляя кровь бежать быстрее по венам. Сначала Майя шокировано застыла, а потом ответила! И это окончательно превратило мозги в кисель. Целовал её, как одержимый, и никак не мог насытиться. Наконец Майя отпрянула, смотря на меня потрясённо. А мне никак не удавалось отделаться от ощущения, что меня нагло и жестоко обокрали. Болезненный дискомфорт в районе паха не добавлял настроения, а понимание несовершенства человеческого тела, что так легко сдавало владельца, заставило ощутить себя уязвимым. Казалось, все всё видят и понимают, и смеются над идиотом, кто против воли возжелал девушку иного вида. Сама мысль о подобной связи вызывала безотчётное отторжение. И то, что я так отреагировал на Майю, человека, наполняло меня ужасом. — Ну нахрен, — произнесла она хрипло, — я не готова терпеть это дерьмо на трезвую голову. — Согласен, — сорвалось с моих губ. А дальше… Дальше воспоминания не отличались чёткостью. Мы ели, пили и, кажется, даже пели с гномами не самые приличные песни. Точно знаю одно — больше никто не требовал целоваться, и мы этого не делали. Повторять эту ошибку я не намерен. Никогда.