Глава 19. Находка

Что ж, школа стала похожа на улей. На Гарри косились, с ним старались не разговаривать. Одно утешение — хотя бы друзья перестали вести себя странно. Но и без этого хватало проблем. Главной из них были первокурсники. Та же Джинни, до сих пор преследовавшая Гарри непонятным взглядом, или вездесущий Криви со своей камерой, от которой, казалось, невозможно скрыться. Если честно, у Рамлоу чесались лапы разбить этот чудовищный фотоаппарат. Или покалечить мальчишку, чтобы тот наконец угомонился. Впрочем, в происходящем нашлись и плюсы. Несколько особо одарённых детей накатали петицию с требованием запретить Гарри участвовать в матчах по квиддичу, и её, судя по всему, подписала чуть ли не вся школа. У каждого были свои причины. Кто-то верил в байки о том, что это Поттер нападает на всех подряд, кто-то хотел освободить место ловца для себя, а кто-то просто не горел желанием играть против Гарри: в прошлом году он, будучи первокурсником, не упустил ни одного снитча. В итоге Мальчику-Который-Выжил временно запретили играть. Гарри немного расстроился, но, оценив возможность не вставать ни свет ни заря ради тренировок в снег или дождь и заодно получить больше времени на учёбу, всё же смирился. Правда, упадническое настроение никуда не делось. Брок сделал себе пометку: в следующий раз привезти в школу годовой запас валерианы или ещё каких-нибудь успокоительных. Иначе пацан такими темпами не закончит школу — не из-за врагов, так из-за собственных переживаний. Обстановку подогревал и преподаватель защиты от тёмных искусств. Казалось, он был повсюду. Всё умел, всё знал, всех учил и поучал, а главное — рвался сразиться с чудовищем. Во всём этом особенно забавно было наблюдать за самым «любимым» преподавателем школы — Снейпом. Тот, видимо, и правда уже сидел на успокоительных, хотя помогали они не до конца: глаз у местного Бэтмена дёргался совершенно отчётливо. … Гарри хотел только одного — чтобы это всё наконец закончилось. Почему именно ему всегда достаются все шишки? Даже сейчас, сидя в гостиной за уроками, он чувствовал на себе чужие взгляды. К такому он, конечно, давно привык, а вот младшая сестра друга начинала пугать. Он уже не раз пытался обратить внимание Рона на Джинни. С каждым днём девочка выглядела всё хуже: бледность усиливалась, под глазами залегли тени. Рон лишь отмахивался, близнецы посмеивались, а Перси уверял, что разберётся. Но, похоже, другие дела занимали его куда больше, чем собственная сестра. Ещё одной странностью, неотделимой от девочки, помимо этого жутковатого взгляда, стал чёрный дневник, который Гарри постоянно видел у неё в руках. Она что-то в нём писала или просто смотрела на страницы, но не выпускала его ни на минуту. Мистер Лапка тоже это заметил. Кот вообще помогал Гарри держаться. Он не любил лишних прикосновений, но всё то время, пока в школе творилась чертовщина, оставался рядом, позволял себя гладить и даже мурлыкал. Хотя больше это напоминало работу трактора — и по звуку, и по мощности. Гарри, впрочем, был только рад. А ещё втайне радовался — хотя никогда не признался бы в этом вслух, — что, когда произошло первое нападение и на стене появилась надпись о том, что Тайная комната открыта, пострадал не Мистер Лапка. Миссис Норрис, конечно, было очень жалко, да и мистер Филч страдал. Но та эгоистичная часть Гарри, которую он прятал от всех, внутри буквально орала: в первую очередь нужно думать о себе и о том, что дорого именно тебе. Школа только-только начала забывать слухи о том, что именно Гарри нападает на учеников, как судьба — или кто там за неё отвечал — подкинула новый подарок. Засидевшись поздно вечером в гостиной над эссе, которое не успел закончить днём, мальчик понял, что проголодался. Отбой уже давно прошёл, так что оставался только один способ раздобыть еду — добраться до заначки в чемодане. Спасибо Мистеру Лапке: второй год подряд перед отъездом в школу в чемодан попадали не только вещи и учебники, но и целая куча снеков, конфет и лимонада. Тихо зайдя в комнату, Гарри нашёл, чем перекусить, и вместе с котом спустился обратно к учебникам, оставив остальных спокойно спать. Но не прошло и пяти минут, пока мальчик отсутствовал в гостиной, как в обстановке кое-что изменилось. Впрочем, ничего серьёзного — просто на столе, где были разложены вещи мальчика, появился новый предмет. Чёрный дневник в кожаной обложке. Почему-то он сразу напомнил Гарри ту тетрадку, которую всюду таскала с собой младшая Уизли. Волшебник уже потянулся к находке, но тут же получил по руке когтями. — Да что ты делаешь? — возмущённо спросил Гарри. Кот только посмотрел на него недовольной мордой. «Ловушка». И ведь верно. Кто станет разбрасывать свои вещи где попало? Гарри подавил секундное замешательство и задумался. С чего это он вообще полез к чужой вещи? Слишком уж удачно дневник оказался рядом. Не к добру. Обычно, если в этой школе должно было что-то случиться, оно непременно происходило рядом с ним. А становиться причиной очередного происшествия совершенно не хотелось. Обвинить ведь могли и в краже, и в чём похуже. А вспомнив, какой бледной и отстранённой в последнее время ходила Джинни, стать таким же ему точно не хотелось. Если это, конечно, и впрямь была её книга. … Тем временем Мистер Лапка сидел рядом и принюхивался. И ему очень не нравилось то, что он чувствовал. Брок не был экспертом в магии, но помимо запаха пергамента и чернил здесь ощущалось что-то ещё — тонкое, едва уловимое. Металлическое. Нечто, что уже успело полежать в земле, заржаветь, а потом ещё и кровью сверху полили. Откуда у Рамлоу взялась такая ассоциация, он не знал. Но понимал совершенно ясно: эту дрянь не стоило трогать даже в перчатках. Поэтому малого он сразу предупредил об опасности и велел собирать учебники с пергаментами и топать в кровать. Дневник же так и остался лежать на столике, где его нашли. — Может, всё-таки забрать к себе? Вдруг кто-нибудь возьмёт? А завтра отдадим Джинни? — уточнил Гарри. «Даже не думай. В кровать, быстро». Наутро дневника на столике уже не было. А за завтраком Брок снова увидел эту тетрадку в руках девочки.