Сочельник 2026 год

Гуляя по усыпанной снегом аллее, Гермиона крепко держала Драко за руку. Она чувствовала себя с ним невероятно счастливой, будто всё, что они прожили вместе, красной нитью тянулось к этому моменту, где они были вместе. Начать две тысячи двадцать шестой год так, как они делали это сейчас, казалось правильным. — О чём задумалась? Сильнее переплетая их пальцы, Драко потянул её руку к себе и оставил поцелуй на тыльной стороне ладони, прямо на костяшках пальцев, окутанных белой кожаной перчаткой. Завернувшись в шарф, Гермиона украдкой посмотрела на него, и лёгкая улыбка тронула её губы. — Да так. Подозрительно хмыкнув, Драко передёрнул плечами от морозного ветра и почувствовал, как на нос упала тающая снежинка, заставив его немного сморщиться. — Детка? Облизнув губы на морозном ветру, Гермиона почувствовала, как они начали немного «скукоживаться», неприятно натягиваясь, но это совершенно не причиняло ей дискомфорта. — Я думаю, будто нас вела карма. Приподняв брови, блондин остановился и внимательно всмотрелся в её задумчивое лицо. — Карма? — Ну, сам посуди. Я считала, что отношения — это что-то сказочное, то, что просто должно быть у каждого человека как должное. Поэтому даже не обращала внимания, какими ужасными были мои прошлые отношения. Кивнув, Малфой аккуратно снял одну перчатку с её руки, вернув прохладную ладонь к её коже, и, как только их пальцы снова сплелись, убрал обе ладони в карман своего чёрного пальто. — Так, если верить твоей теории, я должен был научиться жить самостоятельно? Тепло рассмеявшись, Гермиона наклонила голову набок, изучая, как снежинки падают на матовую поверхность чёрного автомобиля. — Ну, я думаю, ты должен был научиться ценить то, что рядом с тобой. Это всё-таки немного разное. Опустив голову и прикусив нижнюю губу, он попытался не рассмеяться. — Так, мисс Правильность, ты считаешь, что я никогда не ценил то, что имею? — Ты мчался по заснеженной трассе двести километров в час! Фыркнув, Драко рассмеялся, уводя её немного в сторону от встречных прохожих. — Я спешил. — А в магазине? Вместо того чтобы найти способ оттуда выбраться, ты решил открыть бутылку вина, чтобы мы её распили на двоих. Это безрассудно. — Потом я её купил. И, к слову, больше я так не делаю. Прошептав что-то вроде «ещё будешь так делать», Гермиона провела языком по внутренней стороне щеки, пытаясь скрыть так и просящуюся наружу улыбку. — Ты сумасшедший. — Но ты меня любишь. Рассмеявшись, она аккуратно толкнула его плечом, добавив: —Куда же я теперь денусь?

***

Как только они переступили порог дома, Гермиона первым делом сняла оставшуюся перчатку, убрав её на небольшой столик в прихожей. Драко помог ей снять пальто и, пройдя в гостиную, начал там чем-то шуршать. Не обращая на это внимания, девушка пошла на кухню, чтобы взять кошачий корм. Подойдя к миске, она высыпала туда ровную порцию, используя мерный стаканчик. Это был самый лучший сочельник в её жизни — без прикрас. Они просто провели день вместе: гуляли, веселились, сходили в парк, выпили по чашечке кофе. А после вернулись домой, чтобы посмотреть какой-нибудь романтический фильм и выпить по бокалу вина. Никаких приключений, любовных драм, интриг… Просто их такая, казалось бы, банальная, обыкновенная жизнь. Издав громкий звук, кот с огромным желанием принялся поедать сухое лакомство, а Гермиона в это время направилась в спальню, проходя мимо стоящего в гостиной Малфоя. Её телефон издал пронзительный звук, на что девушка, громко хмыкнув, потянулась к карману и достала оттуда чёрное устройство. Прочитав сообщение, она прокашлялась и сказала чуть громче, чтобы было слышно в гостиной: —Лаванда и Тео зовут нас на Рождество! — Мы же решили остаться дома в этом году. Ты передумала? Конечно, она скучала по подруге. Они мало виделись в последнее время из-за занятости: у Гермионы в издательстве был большой поток незавершённых дел, нужно было закрывать годовые отчёты. Драко тоже был занят. Она до конца не разобралась, чем именно он занимается — что-то связанное с финансами. Звучало всё это безумно скучно, но он всегда рассказывал о работе с огоньком в глазах, и она не смела его перебивать, внимательно слушая каждое слово. Лаванда была занята приготовлениями к свадьбе, в то время как её жених — зарабатыванием денег на эту свадьбу. В общем, всё казалось таким повседневным, что Рождество стало для них маленьким островком безопасности. Потому что так или иначе последние пять лет жизни отразились на всех в их компании. — Тогда я ей пишу, что мы точно остаёмся дома? Появившийся в дверях блондин смотрел на неё с лёгкой улыбкой. Его серые глаза выражали влюблённость, теплоту и заботу, которые она замечала в этом взгляде ежедневно. — Детка, если ты хочешь, мы пойдём к твоей подруге. —К твоему другу, — сразу поправила она его. Услышав, как её молодой человек фыркнул, девушка тепло улыбнулась, пытаясь скрыть смешок. Эти двое до сих пор не помирились. Точнее, для Теодора всё было нормально, тогда как Драко явно показывал своё пренебрежительное отношение. Приходя на общие посиделки, он садился от него как можно дальше, принимал звонки и вёл себя как маленький ребёнок. — Наверное, в этом году мне придётся загадать новое желание. —И какое же? На самом деле они пообещали друг другу: больше никаких традиций на Рождество. Они просто будут вместе, будут жить своей счастливой жизнью, наслаждаясь друг другом. Приключений с этих двоих, явно, хватило на долгие годы вперёд. — Попрошу звезду, чтобы она вас помирила. Всё-таки громко засмеявшись, мужчина подошёл к ней ближе, крепко обнял девушку за талию, оставляя лёгкие поцелуи в области ключицы. —Ты всё-таки хочешь моей смерти, если собираешься свести каждое моё Рождество с Ноттом. Тепло улыбнувшись, девушка переложила руки на его плечи, несильно сжимая. В её прикосновении читалась нежная претензия. —Это запрещённый приём, мистер Малфой, — произнесла она, и в её голосе звенела игривая укоризна. Хмыкнув, блондин раздвинул её руки и притянул к себе, оставив ещё один поцелуй уже на сгибе шеи и плеча. Он прошёлся кончиком носа по этому месту, оставляя лёгкие, едва уловимые касания, от которых по коже побежали мурашки. —Думал, ты изначально поняла, что я не играю честно, — его низкий голос прозвучал прямо у её уха, сокрушительно простой констатацией факта. Она закрыла глаза и откинула голову назад, из-за чего волосы лёгкими волнами спали с плеч на спину. В комнате пахло кофе и морозом за окном. —Я думаю, ты просто пользуешься своим положением, — выдохнула она, пытаясь сохранить остатки серьёзности. Промычав что-то нечленораздельное в ответ, Драко пробрался кончиками пальцев под тонкую трикотажную кофточку. Его прикосновения были тёплыми и точными. —Я и не отрицаю, — парировал он с лёгкой, самоуверенной усмешкой в голосе. Засмеявшись, она попыталась придать голосу серьёзности, но вместо этого из её горла вырвался лёгкий, предательский стон. Его руки стали более требовательными, хватка усилилась, а губы оставляли теперь более явные, влажные поцелуи, буквально впиваясь в нежную, пахнущую вишней кожу. —Драко… — её голос сорвался на полушепот, больше похожий на стон. Оторвавшись от девушки, он приподнял голову. Он был выше и теперь смотрел прямо в её янтарные глаза, подёрнутые дымкой. —Да, дорогая? — спросил он притворно-невинно, и в его взгляде искрилась озорная искорка. —То, что мы не идём к ребятам, совершенно не значит, что мы встретим это Рождество в постели, — проговорила она, собирая волю в кулак и пытаясь звучать твёрдо. Тяжело вздохнув, он всё-таки оторвался от девушки, отступив на шаг назад, и аккуратно заправил выбившуюся прядь ей за ухо. Его пальцы на миг задержались на её щеке. —Ты права. У меня всё-таки есть ещё подарок, — признался он, и в его тоне прозвучала искренняя, хотя и немного смущённая нота. Подмигнув Гермионе, он пошёл к выходу из спальни, оставляя девушку одну посреди комнаты, залитой мягким зимним светом. Остановившись в дверях, мужчина развернулся и подмигнул немного растерянной Гермионе. —Мы же договорились без подарков, — напомнила она, всё ещё пытаясь прийти в себя. Пожав плечами с видом человека, пойманного с поличным, он открыл дверь и переступил порог комнаты. —Ну, если честно, это изначально была очень глупой идеей, Грейнджер, — бросил он через плечо, и в его голосе снова зазвучал привычный лёгкий шутливый тон. Увернувшись от летящей в него подушки, Малфой быстро закрыл дверь, и щель в дверном проёме скрыла его ухмылку, растворив её под громкий раскатистый смех Гермионы, наполнивший внезапно тихую спальню. Как только Гермиона была готова к празднованию, она накинула длинную чёрную атласную юбку и прошла в заранее подготовленную гостиную. Хоть они и не ждали гостей, каждый элемент в комнате будто был отрепетирован и поставлен на своё место: украшенная ёлка в определённой цветовой гамме, скатерть, фигурки и другие детали. Всё располагалось не просто так, создавая целостную картину и передавая настроение владельцев дома, то, как они хотели отпраздновать это Рождество — уютно и без лишнего бахвальства. Услышав стук каблуков, Драко развернулся к ней и, подойдя ближе, вручил бокал с дорогим напитком. Это был уже не тот бокал, с которым он пришёл к ней в квартиру, практически заставляя праздновать с одним из самых дешёвых игристых вин. Но, честно признаться, тот напиток они до сих пор иногда покупали, чтобы предаться ностальгии. — Спасибо. Взявшись за тонкую изящную ножку бокала, Гермиона сделала первый глоток. У неё было странное предчувствие, как будто должно было случиться что-то непоправимое, то, что она не могла бы проконтролировать. И в этом, казалось, будет участвовать тот, кто сам никогда не испытывал такого чувства. Сказать, что это полнейшая ерунда? Но после всего, что этим двоим пришлось пережить, Гермиона иногда чувствовала себя помешанной на шестом чувстве. И этот вечер не был исключением. Как будто карма заставляла каждый год нагонять на неё гнетущее чувство, которое ей совершенно не нравилось, — чувство потери контроля над собственной жизнью. — Детка, с тобой всё хорошо? Посмотрев на мужчину, она вздохнула, кивнула и, стараясь не передавать ему своё дурацкое состояние, понимала: скорее всего, она испытывает это чувство из-за переизбытка эндорфинов. Скоро всё закончится, и они продолжат жить своей привычной размеренной жизнью. Это всё — отголоски потерянного Рождества. Сейчас всё совершенно иначе, и её мозгу просто нужно было это понять. Сделав ещё один глоток, девушка отступила на шаг назад и, аккуратно подойдя к ёлке, поправила криво висящую игрушку. Дурацкое чувство контроля хотя бы над чем-то оставалось с ней до сих пор. И хоть она и ходила к психологу, чтобы разобраться со всем этим, очень многое, то счастье, с которым это принималось в её жизни, зависело полностью от неё. Никакие волшебные звёзды и загаданные желания не могли повлиять на решения, которые она уже приняла. А так хотелось верить в это ощущение сказки, правда. Почувствовав на своей талии сильные руки возлюбленного, шатенка повернулась к нему, и её лицо озарилось доброй тёплой улыбкой. Что бы там ни говорила ей мадам Разум, Гермиона не переставала верить в то, что есть вещи, которые не зависят от рациональности её мышления. — Ты сегодня полдня какая-то задумчивая. Уверяю, на этот раз мы с тобой будем праздновать Рождество как нормальные люди. Засмеявшись, Гермиона развернулась в его объятиях, приподнявшись для лёгкого поцелуя таких любимых, инициирующих дрожь губ. По большому счёту, ей было всё равно, что в этом году придумала госпожа Судьба, потому что она уже была безмерно счастлива с этим человеком, стоящим перед ней. — Я люблю тебя. Улыбнувшись в ответ, Драко обнял её немного сильнее. —И я тебя люблю. Моя Гермиона. Отвлекшись буквально на секунду, она не заметила, как ладони исчезли с её талии, и осознала это только в ту секунду, когда Драко Люциус Малфой стоял перед ней на одном колене. Практически не дыша, Гермиона смотрела на протянутое кольцо, которое лежало в красивой бархатной алой коробочке. Это была та самая точка, к которой они шли всё это время: прекрасный мужчина — на одном колене, рядом — рождественская ёлка, на часах — без четверти двенадцать… В голове возникло непонятное жужжание. Казалось, сейчас она не сможет вымолвить ни слова, а просто стоит и смотрит прямо на человека, которого полюбила всей душой и сердцем. Они никогда не говорили о таком будущем, и видеть его сейчас на коленях было чем-то невероятным. Кончики пальцев начали слегка неметь и покалывать, поэтому она инстинктивно сжала их в кулаки, так сильно прижимая к ладоням, что остались следы-полумесяцы от коротко стриженных ногтей. Глубоко вздохнув и выдохнув, девушка почувствовала что-то мокрое на своём лице и, разомкнув пальцы, поднесла ладонь к щеке, легко проведя по ней онемевшими кончиками. Она даже не заметила, как начала плакать. Слёзы радости катились по её лицу, стекали с подбородка, оставляя аккуратные дорожки. Недолго думая, она опустилась на колени напротив него, обхватила его за плечи и крепко обняла. Есть замечательное выражение: «Счастье любит тишину». Но сейчас ей хотелось распахнуть входную дверь и громко кричать о том, как она счастлива. Оторвавшись от его груди, на которой остались небольшие влажные следы, она смотрела в его серые глаза. В них было невозможно разобрать все эмоции, но она однозначно видела любовь и трепет, которые он дарил ей всё время, пока они были вместе. — Ты выйдешь за меня замуж, Гермиона? Будешь со мной в горе и в радости? Позволишь мне исполнить каждое твоё желание — неважно, загадано оно на звезду или прошептано в тишине только для меня? Позволишь быть твоей поддержкой и опорой, быть рядом с тобой и никуда не уходить? Позволишь любить тебя? Они сидели друг напротив друга, опершись коленями о мягкий ворсистый ковёр. Медленно кивнув, Гермиона выдохнула воздух, скопившийся в лёгких от волнения, и начала качать головой, как маятник… Она была безмерно счастлива. —Да, да… Я выйду за тебя замуж. Шесть лет спустя после их первой встречи на заснеженной трассе привели к тому, что в итоге они нашли друг друга и окончательно, бесповоротно сошлись, идя в одном направлении. Кто бы мог подумать, что всему виной окажется маленькая пластиковая звезда? Или дело было вовсе не в ней?