Глава 8

Ночь. Покои наследника. Тишина стояла такая плотная, что, казалось, её можно было резать ножом. Вики спала глубоко, без снов, уткнувшись носом в подушку, которая пахла сандалом и амброй. Её тело расслабилось после долгого дня, полного встреч и бумаг, которые Сатана всё ещё «помогал» ей осваивать. Люцифер рядом дышал ровно и тяжело сегодня он провёл весь день в Седьмом круге, разбираясь с бунтом на серных шахтах, и вернулся уже за полночь, рухнув на кровать без сил. Они спали. Впервые за долгое время спокойно. Без напряжения. Без невысказанных слов. А потом в дверь застучали. Громко. Настойчиво. Так, что стены, казалось, задрожали. — Господин! Госпожа! — голос Дагона прорывался сквозь сон, как ледяная вода. Вики подняла голову с подушки, щурясь от тусклого света, который просачивался сквозь витражи. Часы на каминной полке показывали третий час ночи. Рядом Люцифер не шевелился спал как убитый, раскинувшись на спине, одной рукой закинув за голову, другой прижав к груди. Его тёмные волосы разметались по подушке, губы чуть приоткрыты, на скулах тень отросшей щетины.Он выглядел почти мирным. Почти уязвимым. Вики осторожно выскользнула из-под одеяла, стараясь его не разбудить. На ней был только комплект нижнего белья чёрный, с вышивкой в виде красных цветов и листьев. Бюстгальтер-корсет, плотно облегающий грудь, трусы-стринги с такой же вышивкой. Сначала она стеснялась, пряталась в пижамы, накидывала халат при каждом шорохе. Но потом ей стало всё равно. Это её спальня. Её тело. И если Люцифер видел её в таком виде каждую ночь и не кидался срывать с неё бельё значит, либо у него железная выдержка, либо ему действительно всё равно. Второе её почему-то злило больше. Стук повторился, и Вики, чертыхнувшись, накинула халат винного цвета, отделанный перьями и с волнами ткани, которые делали её похожей на героиню старого фильма. Завязала пояс на талии и, шлёпая босыми ногами по тёплому полу, пошла открывать. На пороге стоял Дагон. Молодой демон был бледен, глаза расширены, на лбу выступила испарина. Он поклонился так низко, что едва не коснулся лбом колен. — Госпожа, простите ради всего Ада, что разбудил так поздно. Но это срочно. Нужно разбудить наследника. — Что случилось? — Вики нахмурилась, чувствуя, как в груди разливается холод. Дагон поднял на неё глаза, и в них был страх. — Госпожа Ости. У неё начались схватки. Вики замерла. На секунду ей показалось, что она ослышалась. — Схватки? У неё только третий месяц. — переспросила она.  — Лекари говорят, что плод слишком сильный. Ему не хватает энергии матери, он тянет из неё всё, развивается быстрее. — Дагон говорил быстро, сбивчиво. Он не договорил. Вики кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. — Жди здесь. Она закрыла дверь и повернулась к кровати. Люцифер по-прежнему спал. Его грудь медленно поднималась и опускалась, шелковые шорты с принтом золотых драконов облегали бёдра, одна нога выбилась из под одеяла. Он выглядел так беззащитно в этом сне, что Вики на мгновение задержалась, просто глядя на него. Потом подошла, наклонилась над кроватью и слегка потрясла его за плечо. — Люцифер. Проснись. Он не шелохнулся. — Люцифер! Вставай! — она потрясла сильнее. Он открыл глаза. В красных зрачках ещё плескался сон, но реакция была мгновенной. Его рука взметнулась, схватила её за запястье, и прежде чем Вики успела пискнуть, она уже летела на кровать, приземлившись верхом на него. Его бёдра были твёрдыми, горячими даже сквозь шёлк шорт. Она упёрлась руками в его грудь, пытаясь отстраниться, но его пальцы вцепились в пояс халата. — Что за спешка? — голос у него был низкий, хриплый со сна, и в нём звучало что-то такое, от чего у Вики по позвоночнику пробежала горячая волна. — Люцифер, отпусти! — она попыталась слезть, но он только крепче прижал её к себе. — Не-а, — он потянул пояс халата, и ткань распахнулась, открывая чёрный корсет-бюстгальтер и вышитые цветы на её коже. Его взгляд скользнул вниз, задержался, и в глазах зажглось что-то опасное. — Ты слишком красивая, чтобы я тебя отпускал. Особенно когда ты меня будишь посреди ночи в таком виде. — Люцифер, серьёзно! — она упёрлась ладонями в его лицо, отталкивая, но он только усмехнулся, легко перехватил её за талию и перевернул, нависнув сверху. Теперь он был на ней. Халат распахнулся окончательно, его бёдра зажали её бёдра, а губы уже скользили по её шее. Горячие, влажные, настойчивые. — М-м-м. Ты пахнешь малиной. Я говорил, что обожаю этот запах?— он втянул кожу над ключицей, оставляя первый засос.  — Люцифер! — она дёрнулась, но он прижал её руки над головой, не больно, но крепко. Его губы спустились ниже, к метке, и по телу Вики пробежала судорога. Метка пульсировала в ответ на его прикосновение, и это было так остро, так сильно, что у неё перехватило дыхание. — Скажи, что не хочешь. Скажи, и я отпущу.— прошептал он ей в шею, и его голос был хриплым, почти умоляющим.  — Я... — она попыталась собрать мысли, но его зубы легонько прикусили кожу, и всё, что она хотела сказать, превратилось в судорожный выдох. Он оставил ещё один засос выше, на изгибе шеи, там, где бился пульс. Потом ещё один под ухом. Его дыхание было горячим, и она чувствовала, как её тело предательски плавится под ним. — Скажи, или  не надо?— повторил он, и в его голосе прорезалась усмешка.  — Ости!  У Ости схватки!— выдохнула она. Он замер. На секунду. На одну короткую, звенящую секунду. А потом его лицо изменилось. Жар в глазах погас, уступив место чему-то холодному и пустому. Он отстранился, сел на край кровати, провёл рукой по лицу. — Что? — Схватки, Дагон сказал она теряет силы. Нужно идти. — Вики села, поправляя халат, который разъехался так неприлично, что она готова была провалиться сквозь землю.Люцифер сидел молча, глядя в одну точку. Потом встал, и в его движениях не было ни капли той расслабленности, что минуту назад. — Чёрт, Чёрт!— сказал он тихо. Потом громче, срываясь на рык. Он сдёрнул с вешалки халат в комплект к шортам, чёрный шёлк, который оставил распахнутым, демонстрируя рельефный пресс и татуировки, уходящие за пояс. Шорты сидели низко, золотые драконы на шёлке сверкали в свете свечей. Он был прекрасен в своей дикой, необузданной ярости. И Вики ненавидела себя за то, что замечает это сейчас. — Идём, — он протянул ей руку. Не спрашивая. Просто руку Она взяла. Пальцы его были горячими, и он сжал её ладонь так сильно, что кости хрустнули. Они вышли в коридор. Коридор перед покоями Ости. Там уже были они.Лилит стояла у стены, прислонившись плечом к мраморной колонне. На ней была чёрная атласная ночная сорочка с кружевной отделкой на груди и тонких бретелях, поверх — чёрный атласный халат с широкими рукавами, украшенный кружевом по краям. Пояс завязан бантом, на ногах чёрные шлепанцы на каблуке, украшенные перьями. Даже в три часа ночи, без макияжа, с растрёпанными рыжими волосами, она выглядела как истинная королева. Её лицо было спокойным, но в глазах плескалась тревога. Рядом с ней стоял Сатана. Шёлковая чёрная пижама рубашка с длинными рукавами, застёгнутая на несколько пуговиц, открывающая мощную грудь, и длинные брюки. Он был бос, волосы взъерошены, но даже в таком виде он внушал уважение. Он держал Лилит за руку и смотрел на дверь, за которой слышались крики. — Адское пламя. Что происходит? — выдохнул Люцифер, подходя к родителям.  — Она начала рожать час назад, — Лилит повернулась к сыну, и её взгляд упал на его распахнутый халат, на засосы на шее Вики, на их сцепленные руки. В её глазах мелькнуло что-то понимание? Ирония? но она ничего не сказала. Только мягко улыбнулась. Потом её взгляд перешёл на Вики, и королева распахнула объятия. — Иди сюда, вишенка. Вики отпустила руку Люцифера и шагнула в объятия Лилит. Королева пахла розами и ладаном, и её тепло было таким настоящим, таким материнским, что у Вики защипало в носу. — Ты вся дрожишь, не бойся. Всё будет хорошо.— прошептала Лилит, поглаживая её по спине.  — Я не боюсь. Я не знаю, что я чувствую. Я должна ненавидеть её, но... она там кричит, — прошептала Вики в ответ.  — И ты не хочешь, чтобы она умерла. Это нормально, девочка. Это по-человечески— закончила Лилит.  Они стояли так несколько секунд, пока дверь в покои не приоткрылась и оттуда не выскользнул Сеера. Главный лекарь королевского рода был стар, как сам Ад, но двигался с удивительной лёгкостью. Его мантия была запачкана кровью, лицо осунулось, глаза покраснели от бессонницы. Он поклонился Сатане, Лилит, Люциферу и только потом Вики. — Ваши Величества. Господин наследник. Госпожа. — Говори, — приказал Сатана. — У госпожи Ости начались преждевременные роды. Плод развился до размеров шести-семи месяцев, хотя срок всего три. Энергии матери не хватает, ребёнок тянет из неё всё, что может, и из отца тоже, когда они. Когда находятся рядом.— он запнулся.  Вики почувствовала, как напрягся Люцифер. — И что это значит? — спросил он. — Это значит, что демонята, как и обычные дети, развиваются постепенно. Обычно, если у матери достаточно резерва, беременность длится девять-десять месяцев. Многие сильные демонессы скрывают беременность до седьмого-восьмого месяца — потом это становится невозможно, даже слабые демоны чувствуют энергию плода. Он перевёл дух. — У госпожи Ости не хватает сил. Ребёнок тянет энергию из неё и из вас, чтобы выжить. Сейчас плод на третьем месяце, но из-за дефицита энергии он... ускорился. Он уже размером с шести-семимесячного. Это может негативно сказаться на его способностях в будущем. А госпожа Ости... После родов, если она выживет, она потеряет большую часть своей магии. Возможно, навсегда. — он помолчал.  Тишина стала вязкой, тяжёлой. — Делай всё, что можешь— сказал Сатана. Сеера поклонился и скрылся за дверью. Лилит вздохнула, провела рукой по лицу. — Бедная девочка, Она так хотела этого ребёнка. Так хотела быть значимой— сказала она тихо.  — Она сама выбрала, — жёстко сказал Люцифер.  — Никто не говорит, что в этом кто- то виноват, Но это не значит, что нельзя сочувствовать.— Лилит посмотрела на сына.  — Я не умею сочувствовать,  огрызнулся он. — Научись, — сказал Сатана, и в его голосе не было места для спора. Люцифер сжал челюсть, но промолчал. Гостиная рядом с покоями. Четырнадцать часов спустя. Крики Ости разносились по всему крылу. Иногда они стихали до жалобного скуления, иногда взрывались такими воплями, что Вики казалось вот-вот, сейчас стены не выдержат. Но стены держались. А время тянулось. Вики сидела в гостиной, укутавшись в свой винный халат, и смотрела в одну точку. Глаза слипались, голова гудела, но заснуть она не могла. Каждый новый крик заставлял её вздрагивать. Люцифер сидел рядом сначала на кресле напротив, потом, когда Вики начала клевать носом, пересел на диван, рядом с ней. Он создал вокруг них купол тишины не полной, а приглушающей, чтобы крики не долетали до её ушей так остро. Она знала, что он сделал это для неё, хотя никогда бы не признал. Её голова упала ему на плечо. Он не отодвинулся. Через какое-то время его рука легла на её талию, притягивая ближе. Она слышала его сердцебиение ровное, спокойное. Или он просто хорошо это скрывал? — Она умрёт? — спросила Вики тихо, чтобы не разрушить хрупкую тишину под куполом. — Не знаю, — честно ответил Люцифер. Его голос был глухим, усталым. — Ты бы хотел, чтобы она умерла? Он помолчал. — Нет. Как ни странно. Я не хочу, чтобы она умирала. — Даже если это девочка? Он повернул голову, посмотрел на неё сверху вниз. В его красных глазах не было насмешки. — Я хотел, чтобы она не залетала. А теперь... Теперь я просто хочу, чтобы они выжили. Потому что если она умрёт, это будет на мне. И я не хочу ещё один груз.— он вздохнул. Вики молчала. Она понимала. Она не хотела, чтобы Ости умирала, хотя ненавидела её всем сердцем. Не хотела, чтобы ребёнок умирал, хотя этот ребёнок был живым доказательством того, что её муж спал с другой. Потому что это было неправильно. Потому что смерть это слишком легко. Слишком просто. Слишком навсегда. — Она кричит уже четырнадцать часов. Как долго это может продолжаться?— сказала Вики.  — Столько, сколько нужно. Спи. Я разбужу, если что-то изменится.— ответил Люцифер. Его рука на её талии сжалась чуть сильнее. — Я не усну. — Уснёшь. Ты уже спишь стоя. — он коснулся губами её макушки, и это было так неожиданно, так интимно, что она не нашла слов Она хотела возразить, но веки были тяжёлыми, как свинец. Тело ныло от усталости. И запах Люцифера бурбон, пепел, вишня действовал как снотворное. Она уснула. Провалилась в темноту без снов, чувствуя его тепло и слыша его сердцебиение. Пятнадцатый час. Тишина пришла внезапно.Крики оборвались, как ножом отрезало. Вики проснулась от того, что Люцифер напрягся всем телом. Купол тишины он снял мгновенно, и в наступившей звенящей пустоте было слышно только, как стучит её сердце. — Что... — начала она. Дверь в покои открылась. Вышел Дагон. Его лицо было бледным, но на губах странная, усталая улыбка. — Господин наследник. Госпожа. Госпожа Ости родила. Девочка.— он поклонился.  Вики выдохнула. Рядом Люцифер тоже выдохнул она слышала, как воздух со свистом покинул его лёгкие. — Как они? — спросил он. Дагон помялся. — Господин Сеера сказал, что пока не даёт никаких гарантий. Госпожа Ости потеряла много крови и почти всю магию. Новорождённая принцесса... очень слаба. Её энергия нестабильна. Но обе живы. Пока.  Люцифер встал. Подошёл к окну, упёрся лбом в холодное стекло. — Живы, — повторил он. Вики смотрела на его спину широкие плечи, распахнутый халат, татуировки, уходящие за пояс. Он казался сейчас таким... человеческим. Уставшим. — Ты пойдёшь к ней? — спросила Вики. — К Ости? Нет. К ней не пустят. К ребёнку. Потом. Когда будет понятно, выживет она или нет.  - он не обернулся.  — Люцифер... — Я не хочу привязываться к тому, что может умереть. Я так устроен. Не вини меня.—  сказал он жёстко.  — Я не виню, — тихо сказала Вики. Она подошла к нему, встала рядом. За окном занимался рассвет бледный, сероватый, с редкими проблесками красного. Адово утро. Он взял её за руку. И они стояли так у окна, глядя на рассвет, пока за их спинами в покоях Ости тихо  сопела дочь Люцифера которая появилась на свет раньше времени, но всё же появилась.