Часть 1

                  Как испортить себе лето? Влюбиться в июне.

Был ли сегодня какой‑то судьбоносный день — или так сошлись звёзды? Впрочем, более рационального объяснения тому, что я делаю в такую рань под дверью рыжего беса, нет. Сердце колотится как бешеное, дыхание сбилось. Нет, не подумайте — это не волнение. Это четвёртый этаж и отсутствие лифта. Нажимаю пальцем на привлекательную кнопочку — и в квартире раздаётся звон. Делаю кулаком три стука, за ними следует всё та же утренняя тишина. Нервы на пределе: срываюсь и пинаю дверь ногой. Только тогда мой слух улавливает ленивые копошения в глубине квартиры. — Воронцова, тебе чё надо? — являясь ко мне словно греческое божество в одной простыне, Пчёлкин всё никак не может толком разлепить глаза. — К тебе Белов заходил? — спрашиваю я. Что касается Белова, упомянутого мною ранее, — там всё сложно. Мы живём в одном доме; до того как он ушёл в армию, пару раз пересекались на школьных дискотеках. Мы — свои, знакомые с детства. И, как это по обыкновению сему бывает, я влюбилась в него. Теперь меня, наверное, можно считать самым преданным и ярым защитником Александра Николаевича. — Женёк, шесть утра… Ты совсем с ума сошла? — прошипел рыжий аспид. — Пчёл, прошу, не… — начинаю я, но меня перебивают стремительно приближающиеся шаги. Вспомнишь лучик — вот и солнце. Белов собственной персоной. По его лицу видно, что он сам крайне удивлён. Скорее всего, рассчитывал действовать сродни кгбшникам — поднять из кровати и увести под ручки, пока тот ничего не соображает. Фактор неожиданности… Но, видимо, планы рухнули. — Нет, вы реально ебнулись со своим Беловым… Чё, и меня бить будешь? — Пчёлкин двинулся вперёд, но вовремя вспомнил про своё одеяние и остановился. — Пчёл, не язви. Пойдём, поговорить надо, — совсем не настроенный на веселье Белов дождался одобрительного кивка и сбежал вниз по лестнице. Я осталась стоять одна, забытая всеми. Вот так всегда.Не долго думая, я бросилась за Беловым. Летнее утро для меня всегда было чем-то райским и таинственным. Блаженная прохлада, щебечущие птички, ласковые солнечные лучи и шум листвы – это всё как лекарство на душу. А сегодняшнее утро я помечу кружочком в календарике и сделаю сноску. Сижу рядом с Сашкой, он рассказывает об институте и армии, а также о вулканах и горных породах. На его лице сияет улыбка, от которой крышу сносит. Вечность бы так с ним сидела, но перед глазами замелькала светлая макушка. Рыжий бес вечно всё портит. Рисует план местности, где можно найти Ленку Елисееву. Палкой на земле оставляет причудливые следы и, кажется, порезы на сердце. Всё хуже, чем ожидалось. Белов настроен решительно разобраться с Ленкой и её хахалем. Отговариваю, прошу Пчёлу перестать, но от меня отмахиваются как от назойливой мухи. Паника нарастает внутри, сердце делает кульбиты. Сашка стремительно уходит, совсем не обращая на меня внимания. Упёртый баран. Поворачиваюсь к Пчёлкину и нахожу его восседающим в беседке. Подхожу к нему и толкаю в грудь, так что он давится сигаретным дымом, роняя окурок. —Ты чё, Женёк, ошалела? – Откашливаясь спрашивает он. Лицо оставалось спокойным, но напряжённые челюсти выдавали истинные эмоции хозяина. –Ты зачем? – Уже тише, почти одними губами шепчу. От гнева и переизбытка эмоций глаза защипали слёзы. – Зачем ты ему сказал? –Воронцова, иди домой! Нехер мне мозги с утра делать. – Закуривая вторую, совсем не смотрит на меня. – Нормально всё будет с твоим Беловым. Мальчик он, в отличие от тебя, взрослый и мозговитый. – Он издевается, в голосе сплошные нотки ядовитой иронии. – Я бы не сказал, Саня сам бы нашёл. А так мы хоть в курсе дела будем. Разумно. Поддавшись панике, совсем не подумала об этом. Сглатываю, пытаясь избавиться от кома в горле, и сажусь на лавочку. Лимит эмоций на день видимо кончился, ибо почему я ничего не чувствую. Скидываю старенькие побитые жизнью кеды и прижимаю ноги к себе. Ступни касаются прохладной сырой поверхности, от чего по телу бегут мурашки. –Слушай, ты бросай эту чепуху, за Сашкой бегать. Ну не доросла ещё… Проходу ему не даёшь… Он нормальный пацан, малолетками не интересуется. – Пчёла всё же поднял на меня взгляд. – Тебе бы ещё в куклы с подружками играть, а не за мужиками бегать... –Мне 16, какие куклы… – Обиженно отвечаю я, не желая продолжать разговор. Рыжий бес задевает за живое. – Сама как-нибудь разберусь.. –Женя, бегай за ровесниками, целее будешь… – Аспид возомнил себя старшим братом... –Они задроты, – Хмыкаю я, завязывая шнурки на кедах. Пальцы не слушаются, и получается так себе. Чёрт! –А ну да... Сашка то Аполлон… ебаться в рот, – С сарказмом, словно выплёвывая, отвечает Пчёлкин. Эти голубые глаза и улыбка, типо оскала, добивают. –На себя посмотри! – Я разворачиваюсь, надо скорее ретироваться отсюда. – Адьос..