Часть 1

      После знакового события, произошедшего в жизни одной голубоглазой брюнетки, прошло уже два месяца.        Ровно два месяца, как она, Марго, будто и не живая, и не мертвая, ведь внутри все умерло в тот знойный летний день, когда Андрей оставил ее у подъезда, сообщив, что им не суждено быть вместе.        Так паршиво Реброва не чувствовала себя еще никогда. Ей казалось, что в груди у нее образовалась воронка, причинявшая ей боль ежеминутно. Ситуация усугублялась еще и тем обстоятельством, что она продолжала видеть любимого человека пять дней в неделю, с утра и до вечера, без какой-либо возможности восстановить отношения. Это было сродни наказанию, которое вгоняло ее в яму на фоне всех последних событий в ее жизни.       За эти шестьдесят дней они перекинулись лишь парой дежурных фраз на летучке, сухими приветствиями и молчаливыми прощаниями, а все рабочие вопросы Марго взвалила на своего «брата», который выступал своеобразным буфером обмена между молодыми людьми. Даже Наумович вошел в положение и, по возможности, разграничивал общение Калугина и Марго.        До затмения оставалось еще два с половиной месяца, и, в какой-то момент, Марго решила, что ее страдания должны подойти к логическому завершению. Будущего с Андреем у нее нет, Игорь и подавно хотел вернуться в Машу Васильеву практически с самого начала, а значит, ничего не остановит ее в нужный день, и Марго благополучно вернется в свое прежнее тело. Как при этом дальше работать в одной компании с Калугиным, куда денется Маргарита Реброва - вопросы не первостепенные, девушка предпочитала решать проблемы по мере их поступления.       Однако, она даже не представляла, какой поворот судьбы ее ждет в ближайшем будущем, что некто, находящийся практически круглосуточно в поле ее зрения и, казалось бы, под ее полным контролем, уже давным-давно из под него вышел и сменил траекторию.        - Марго, - Гоша ворвался в кабинет с кучкой бумаг, и направился к Ребровой. - Посмотри, я тут набросал кое-чего к новому номеру, мне кажется, будет в тему.        Девушка попыталась сосредоточиться на предоставленной информации, и чем больше она вчитывалась, тем больше брови ее поднимались вверх от удивления.       - Так, Гош, - откинув листы она взглянула на Реброва, - ты хочешь сказать, что все это сам написал?       - А нет, Кривошеин за меня все черканул, - цокнув, попытался съязвить Игорь. - Ну, конечно, сам.        - Ничего себе, - Марго с небольшой гордостью взглянула на мужчину, отметив про себя, что не совсем уж и зря она вложила в него столько сил, времени и нервов. Для человека, который в издательском бизнесе был полный ноль, Гоша продолжал адаптироваться со скоростью света.       Можно было выдохнуть, ведь кресло главного редактора было за Игорем Ребровым, кто бы в его теле не скрывался. Главное теперь было - сохранить действующие позиции до пресловутого затмения.        - А что, у меня очень хороший учитель, - Гоша подмигнул улыбающейся Марго, снова схватил свои труды и направился прочь из кабинета, оставив слегка ошеломленную девушку наедине со своими мыслями.        Пожалуй, впервые за эти два месяца Реброва, наконец, обратила внимание на мужчину, который крутился около нее все это время. На лицо были явные изменения, причем прямо-таки в лучшую сторону. Он стал более уверенным, не растекался при виде Зимовского, не сидел, пугливо отмалчиваясь на летучках, и все реже смотрел на Марго в поисках ответа, когда ему прилетал какой-нибудь вопрос в лоб. Да, он мог взболтнуть какую-нибудь глупость, что вызывало легкие насмешки у того же Калугина (еще бы, он всегда считал всю эту затею полнейшим бредом, а после разрыва так вообще, казалось, направил всю свою досаду на Реброва), либо же у Антона Владимировича со своей протеже Эльвирой, которая хоть и не верила до конца во весь этот бред с перевоплощениями, но старалась во всем поддерживать Зимовского. Но все чаще от него можно было услышать и здравые мысли. Все-таки, то, что работа была творческой, очень облегчало ситуацию, потому что часто приходилось действовать интуитивно, а не по нормативам и правилам. К примеру, тематику нового номера Гоша выдал, как на духу, Наумович был в восторге от идеи, приговаривая свое привычное «вот, молодец».        К тому же, глупо было бы отрицать, что Гоша здорово поддержал Марго в этот не простой для нее период. Аня хоть и съехала от Наумовича после расставания, но тревожить Ребровых не стала и не вернулась в квартиру Марго, а ее давний товарищ Гена нашел ей жилье. В одиночестве Марго вполне могла бы медленно сойти с ума или спиться, но Гоша не дал ей сотворить ни того, ни другого.        Чего и говорить, но после ухода Калугина, Ребровы неожиданно значительно сблизились. Они много общались, сначала это было связано с работой, но все чаще разговоры эти выходили за профессиональные рамки и переносились туда, в личное, и каждый проваливался в воспоминания, рассказывая о себе, о прошлом, что невольно они, кажется, уже стали знать друг о друге все.        Марго, вырвавшись из раздумий, бросила взгляд на наручные часы, отметив про себя, что пора бы спуститься  на обед. Она схватила телефон, свою сумочку и, набрав Гошу, вышла из кабинета.            В баре царила привычная атмосфера. Коллеги по цеху сновали туда-сюда, за одним столиком громко щебетала Люся с Колей в компании четы Кривошеиных, у барной стойки ворковали Антон с Эльвирой. Ребровы же, по привычке своей, сели в самом дальнем углу, и молчаливо переглядывались, в ожидании официанта.        - Марго, я давно хотел тебе сказать… - начал Игорь, но взгляд его сфокусировался на выходе, который находился позади девушки. В бар зашел Калугин собственной персоной. Кинув свой унылый взгляд на парочку за столом, он направился в самое начало Дедлайна.        - Блин, - поморщилась Марго. - Весь аппетит  испортил.       Она, кажется, не услышала, что ей сказал Гоша. И он, с облегчением, вздохнул. То, что он хотел сообщить, явно выбило бы сейчас почву из-под ног Марго, которая и без этого была шаткой. Но Игорь все равно понимал, что затягивать нельзя, поэтому минутное облегчение превратилось снова в тяжкий душевный груз.       - Все еще волнуешься, да? - вопрос вылетел как бы сам собой, и Гоша тут же осекся. Это и так было очевидно.       - Так, стоп машина. Эта тема закрыта, Игорь, ясно тебе? - обрубила на ходу Марго, и размешала трубочкой напиток. - Так что ты там хотел мне сказать?       Нет, все-таки услышала.        Гоша нервно поправил галстук, который, как змея, стал душить его.       - Да я так, просто, - хотел было отмахнуться Ребров, но по выражению лица девушки, сидящей напротив, и пары голубых глаз, уставившихся на него, в ожидании ответа, он понял, что выкручиваться смысла нет, как и молчать больше. - Я хотел предложить оставить все так, как есть сейчас.        - В каком смысле? - искреннее не понимала Марго.        - В таком. Может так и останемся Марго и Игорем?       - То есть, Маша Васильева тебя больше не устраивает, да? - усмехнулась Реброва, явно не улавливая пока, что собеседник вовсе не это имел ввиду.        - Нет. Не о Маше речь. - Игорь подвинулся ближе к Марго, чтобы никто не расслышал. - Я вообще не хочу никакого обмена, я хочу остаться Игорем Ребровым.        - Что? - девушка поперхнулась, и уставилась на мужчину. Конечно, мало ей потрясений в жизни было, можно было бы добавить и еще. - Ты в своем уме вообще?        - Конечно, - простодушно ответил Игорь, глядя на Марго. - Если бы я не был уверен, я бы даже не заикнулся об этом. Просто появилась причина.       - Ты где был, когда я умоляла тебя этого не делать? Чем ты думал? - Марго не желала слушать объяснения. Ее мозг в этот момент отказывался верить во все происходящее.        Повышенный тон заставил неравнодушных окружающих обернуться на Марго и Игоря, и, с неким любопытством, ожидать, что же будет дальше. Вообще, Ребровы частенько обращали на себя тонну внимания, поскольку оба были темпераментны и бурно могли выяснять даже рабочие вопросы.        - У меня иногда складывается такое ощущение, - заговорщически шепнула Люся Кривошеиной, - что они больше походят на давно женатую пару, чем на родственников.        - Ну-ка, просветите, - ухмыльнулся Валентин, облокотившись на стол в ожидании ответа. Он, как никак, был практически главным сплетником этого офиса.       - Так, Валик, - Галина бросила неоднозначный взгляд на мужа, немного одернув его: с одной стороны, она чувствовала каждый раз неудобство от его проделок, сплетен и тотализаторов; с другой - она, как и любая женщина, тоже любила перекинуться с коллегами о том, и о другом.       - А что, - продолжила секретарша, - они все время вместе, Гоша как вернулся из Австралии, вообще и на шаг не отходит от Марго. Мне кажется, с Калугиным они тоже не просто так расстались. Может даже причина в Гоше. Они с Андреем явно не в особо дружеских отношениях.        Людмила загадочно улыбнулась и посмотрела на Андрея, который, не смея больше терпеть окружающей обстановки, засобирался в свой кабинет.        Ребровым же не было дела до присутсвующих. Марго была вне себя от ярости, на нее будто вылили ушат ледяной воды, заставив очнуться ото сна.        - Раньше у меня не было причины задерживаться в этой оболочке, а теперь появилась, - продолжил Гоша и откинулся на спинку кресла.        - Ты что, нашел себе бабу? - весьма не дружелюбно спросила Марго.        - Не надо так, - Игорь мягким тоном попросил Реброву утихомирить свой пыл, но понимал, что если продолжит и раскроет все карты, в бар придется вызывать как минимум пожарных.        - Когда ты успел? Мы же все время вместе? - продолжала раздосадованная девушка. Уж где, но здесь она не ожидала никакого подвоха. Но как обычно, судьба подкинула новую порцию неприятностей. Правда, она еще не до конца знала, каких именно. - Работа, дом, работа, дом.        И тут она осеклась. Точно, это же может быть Аня, которая достаточно проводила времени с Игорем, и, которая, в прошлом, имела романтический настрой по отношению к нему. А тут еще и с Наумовичем отношения были закончены, соответсвенно, ничего не мешало бы сойтись им с Гошей.       - Скажи сразу, это Сомова, да? - чуть прищурившись спросила Марго.        - Нет, конечно нет, - поторопился ответить Гоша. Неужели, любовь к Андрею и тоска по нему так затмила ее разум, что она в упор не видела очевидного? Неужели, она не замечала ни разу, как он, Гоша, смотрит на нее, как проявляет заботу, как ограждает от неприятных ситуаций на работе, связанных с бывшим, чтоб она, Марго, не испытывала болезненных чувств? Неужели она думает, что это он делает только лишь по доброте душевной, как товарищ по несчастью, связанным с обменом телами?       - И кто же это? - допытывалась Марго. - Я ее знаю? Это кто-то из офиса, да?       - Если быть совсем честным, я говорил о тебе, - не дожидаясь ответа, Игорь вздохнул, увидев меняющееся выражение лица Марго, приготовившись к самому страшному и добавил. - Не надо ничего говорить, Марго. Я уже знаю, что ты хочешь мне сказать, но, прошу, давай хотя бы не здесь.       - Нет, ты просто сошел с ума, - Марго нервно рассмеялась, - у меня просто нет другого объяснения. Даже думать забудь в эту сторону, ясно тебе? Это невозможно!       Гоша пробормотал что-то вроде «ясно», поторопил официанта, и после трапезы поспешно удалился, чтобы не мельтешить перед глазами Ребровой лишний раз. Он прекрасно понимал, что она сейчас как бомба замедленного действия, которую трогать категорически нельзя, иначе она рванет.