Часть 7

Ночью, почти под утро, ложась спать в своё уже привычное время, Мариям чувствовала негу и томление: первый этап задуманного был выполнен удачно, и разум, а за ним и тело расслаблялись. В такие моменты, после хорошо сделанной работы, на Алису накатывали все желания и потребности, в которых телу было отказано во время задания. Немного полежав под тонким одеялом, девушка откинула его в сторону, предвкушение и стыд сплавлялись в единый жгут. Мариям легонько провела кончиками пальцев и ноготков по предплечью. Кожа покрылась мурашками, а кровь побежала быстрее. Приятно, но немного не так. Появилось желание изучить это тело, как и где королевична реагирует на ласку. Ночьную сорочку прочь, руки едва касаясь кожи, начинают своё путешествие с шеи вниз. Часть Алисы точно знает чего хочет, часть Мариям стыдно, это запретно, леди себя так не ведут, не трогают себя так! Хорошо, а если не сами леди, а закроем глаза и представим любовника, это он сейчас целует ключицу и собирается спускаться к груди. Давай представим, как это делает венценосный. Но супруг почему-то никак не хотел представляться за таким занятием, зато перед глазами встал Стас, последний любовник Алисы. Он неторопливо покрывал тело девушки лёгкими поцелуями, его голова опускается ниже, губы захватывают в плен розовый сосочек (мокрые от слюны пальчики прихватывают маленький бутончик и играют с ним, тело пронизывает удовольствием). Соски у Мариям чувствительнее, невольно вырывается вздох наслаждения. Дальше исследуется выпирающий животик, бёдра, колени. Движение рук синхронно с фантазией, где мужчина прокладывая языком мокрую дорожку по внутренней стороне бёдра, опускается вниз. Его пальца раздвигают нежные складочки, а губы прикасаются прямо там! Нет, нет, так нельзя! Только так и можно! Это же… так стыдно! И так приятно… Язык любовника то нежит клитор, то гуляет по губкам. Ему там не противно?.. Ему там нормально. Сунь свои пальчики в рот, немного кисленько и ничего криминального, теперь мокренькими пальчиками продолжим… Да, да, внутрь, ножки шире, давай три пальца, как будто Стас уже вошёл, двигай ручкой… Это, конечно, слабая замена крепкому мужскому члену, но если постараться… Не забываем про сосочки… Ооо, как хорошо… Ещё немного… Внутри всё горит, прижать пальчиками переднюю стенку и вот они, сладкие спазмы, прошивающие живот и рассылающие волны неги по всему телу! Даааа! Следующий раз проверим и чувствительность попки, а теперь спать! Мариям проснулась в чудесном настроении, от ночных эмоциональных терзаний осталось только сожаление, что не получилось пофантазировать о Боджидаре, вроде как изменила с чужим мужчиной, но этот раздрай быстро был назван фигнёй, из-за которой даже не стоит переживать, и забыт в заботах нового дня. — Доброе утро, Мариям. Как спала? Настой выпила? Что на завтрак принести? Кашку будешь? — это уже хлопочет Гела, заправляя постель, пока королевна одевается и причесывается. — Чем займёшься сегодня? — Надо артефакты в дорогу изготовить, обогрев, сторожевые. А тебе на выходные новое задание будет: обойти ближайшие деревни. Не за один раз, конечно, но за три месяца нужно успеть. Ищи магически одарённого ребёнка. Будешь рассказывать, что служишь магичке, которая хочет ученика взять, мол прихоть такая. Но с ребёнком должен пойти мужчина, кто-то из старших родственников, брат например, или ещё кто. Там по обстоятельствам смотри. Скажешь, как сезон дождей закончится, так в столицу поедем. Пока пусть собираются. — А если не найду таких? — распереживалась Гела. — Ну тогда будем по-другому действовать. Я все варианты просчитала, успокойся. После обеда связался отец, его человек будет ждать в городе, с документами на дом. Ещё родитель сообщил, что до них наконец-то дошли слухи о разладе в правящей семье. И конечно же, слухи есть слухи, сильно преувеличены. Вроде как у Мариям и любовников с десяток, и заключена то она в темнице, и казнят то её за измену после рождения ребёнка. Дочь с отцом только посмеялись. — Ты точно не передумала уходить, бусинка? — узнав о том, что доказательства подставы найдены, спросил Огаст. — Нет, не передумала, свободы хочу. Не верю ему больше. Орсата не разведëт нас в храме, знаю это, не тот случай. А жить и ждать подвоха постоянно… Не могу. Хочу сама жизнь свою строить. — Что ж, дочка. Повзрослела ты у меня, видимо. Горько осознавать, что так это случилось. Думал, в надёжные руки тебя отдаю, а вот как всё вышло. Но я и мама всегда на твоей стороне, помни это. — Спасибо, люблю вас, берегите себя и мелкого. Самое сложное: ждать и догонять. Эту истину Мариям прочувствовала, провожая дождливые дни, один за другим. К побегу почти всё было готово, кроме прикрытия. Гела уходила на два дня выходных каждую неделю, и возвращалась с отчëтом: в какой деревне была, кого нашла. Пока детки попадались то слишком маленькие, то уже чересчур взрослые. Королевна записывала пока все имена и адреса, потом уже будут выбирать более-менее подходящих. Оставались ещё дальние деревеньки, чтобы туда добраться и обратно вернуться пары дней было мало, но и там поискать стоило. Живот рос, ребёнок начал толкаться. Это событие взволновало как будущую мамочку, так и её помощницу. Они целый вечер провели, трогая животик и прислушиваясь к этим робким проявлениям жизни. Мариям накрывало нежностью и любовью к малышу, и это были эмоции двух женщин, Алиса тоже чувствовала причастность к этому чуду. Минуло почти три месяца, когда в дальней деревне нашёлся подходящий вариант: магически одарённый мальчишка восьми лет, с ним согласился поехать в столицу его дядя, помощник кузнеца. Парню было двадцать, и несмотря на все его умения, кузнецом в родной деревне ему не стать, пока жив старый мастер, поэтому ему и так пришлось бы уезжать, так какая разница куда — в соседнюю деревню, или в столицу. На время длительных отлучек, Мариям сочла, что держать постоянную связь будет более удобно, поэтому изготовила Геле скрытую серьгу, как у себя. Теперь девушка сообщила хозяйке о своей находке. — Да, это то, что нужно. Вели им собираться и ждать. Через пару недель мы за ними придём. Рыжие оба, говоришь? Хорошо, теперь я знаю какая краска для волос нам понадобится. Возвращайся домой, Гела, жду тебя. Уже целую неделю стояла хорошая погода, сезон дождей закончился, пора было уходить. Гела в свой последний выход в город должна оставить провизию в съёмной квартирке, сдать торговцам артефакторов остатки камней и металлов, а так же купить одежду простых горожан, и ещё проще, крестьянскую. Мариям была занята последними приготовлениями: выбрать день, когда у ворот стоит нужный им караул, на артефакте слежения убрать все лишние листики, оставив лишь один с кристаллом, хранящим нужную запись. И вооружиться по возможному максимуму. Девушка вздыхала по прошлым возможностям, но в реалиях этого мира тоже есть куда развернуться: наручи с метательными ножами, удавка на поясе, простой нож в голенище сапога, ну вот хоть кое-что. Вечером перед уходом девушки красились и подстригались. Геле чуть подравняли волосы и окрасили в рыжий цвет. Мариям остриглась коротко и после краски щеголяла брюнетистой шевелюрой. — А почему именно эти цвета? — задала резонный вопрос Гела. — Тебя назовём сестрой кузнеца, я его женой буду. Ребёнок от супруга родится темноволосый, правило генетики, поэтому я и крашусь в чёрный. Служанка про генетику не поняла, но покивала, действительно, если все будут рыжие, откуда дитë черненькое? Девушки смотрели на себя в зеркало: — Знакомься, это Энильза и Элис, — показывая рукой на отражения прокомментировала ещё не крестьянка, но уже и не королевна. Девушка была одета в бриджи для верховой езды, удлинённую рубашку, закрывающую живот, сапоги и плащ с капюшоном. — Давай, Эни, иди. Покрутись на кухне пока, как охрана от решётки уйдёт, я выйду и маякну тебе. Отвлечешь от боковых ворот Яську, как договаривались, он глуповатый, поведётся. За воротами встретимся. Энильза ушла, а Элис села писать письмо. Это простое действо осложнялось тем, что две половины не могли договориться, что писать. Вообще девушка чувствовала себя цельной личностью с богатым разным опытом почти всё время, пока дело не касалось супруга: тут эмоции и чувства раздваивались и вихрились. Одна любила, обижалась и страдала, другая презирала и хотела свободы. Но вот и с этим делом было покончено, пора уходить. Элис надела плащ, прошла до решётки, привычно открыла дверь отмычкой. — Эни, я выхожу, иди к воротам. Было уже довольно поздно, слуги уходили на отдых, поэтому спустится незамеченной по боковой лестнице не составило труда. Во дворе тоже почти ночь, только несколько факелов по периметру источают свет, отбрасывая неверные тени по закоулкам. Притаившись в одной из таких теней Элис слушала, как Энильза подбежав к стражнику кричит: — Иди, иди скорее, там конюший и истопник дерутся! Иди разнимай! Молодой мужчина дернувшись в сторону конюшни, вдруг остановился: — А ворота? Миха ушёл перекусить… — пробасил он. — Да что ворота то? Беги, я посторожу! Не украдут твои ворота! — успокоила Эни. И страж ворот быстрым шагом покинул свой пост. " Я же говорила, дурачок. " Элис направилась к воротам, которые «караулила» её подельница. Ей осталось пройти каких-то три метра и выйти за стены, когда их окликнули. — Эй, девчонки, а вы куда на ночь глядя? Сам чëрт нёс конюха в недобрый час. Элис застыла, глубже надвинув капюшон, Энильза затрещала: — Ой, дядь Стеш, да меня жених за воротами ждёт, встречает, я не заблужусь в темноте! — А это кто с тобой? — надежда, что конюх пойдёт по своим делам не оправдалась, мужчина протянул руку и снял капюшон. — Ваше величество…? Больше он ничего сказать не успел, кулак, в который Элис, кроме своей силы, с испугу добавила магическую, превратив её в кинетическую, вырубил мужчину. — Эни, помоги мне вынести его за ворота. Девушки подняли мужчину за руки и за ноги и потащили за стену замка. Закрыв за собой ворота, беглянки оттащили бессознательное тело в овраг. Элис, предварительно отправив впечатлительную Энильзу на дорогу, достала нож с намерением перерезать горло невольному свидетелю. Но руки затряслись, поднялась паника, нож выпал. " Да дай же мне… Нельзя, нельзя убивать… Отвернись… Не делай этого… Он поднимет всю крепость, мы и отойти не сможем… Это же конюх, он не виноват ни в чем… " Вихрь мыслей и эмоций бился внутри, из носа закапала кровь. " Хорошо, хорошо. Мы его свяжем, рот заткнëм. Не буду убивать, успокойся! Утром его найдут, но всё равно я не рассчитывала, что наше исчезновение долго пробудет в секрете " — наконец то договорилась сама с собой девушка. Хорошо, что верёвка оказалась с собой, её брали на всякий случай, из платка Энильзы соорудили кляп. Диких зверей тут нет, ночи уже тёплые, до утра доживёт. — Нужно торопиться, я не знаю, когда его найдут, может утром, а может через час. Надо успеть до города дойти, в квартире провизию забрать и деньги. Две фигуры почти бегом припустили по дороге, освещаемой артефактом в руках той, что в плаще.