Часть 8

Городские ворота две беглянки пересекли к рассвету. На самом деле пешего хода от королевского замка до города было часа три, но Элис запутывала следы. Они с Энильзой прошли по дороге на восток как можно дальше, и только когда этот этап стал поджимать по времени, девушки свернули с дороги в лес, перед этим обсыпав ноги от колен курительной травой: в замке содержались охотничьи собаки, которых пустят по следу. По лесу девушки вернулись немного назад и севернее, и вышли к городу. — Идём в съёмную квартиру, Эни. Нам нужно поспать хотя бы часа три, потом будем собираться и выдвигаться дальше. В десять нас уже не должно тут быть, — руководила Элис. Энильза соглашалась. В квартире уже всё было собрано: продукты под стазисом, изготовленные артефакты в дорогу, одежда, деньги, два простых крестьянских венчальных браслета. Оставалось достать только лошадь с повозкой, на это по плану выделено два часа. Из-за непредвиденной ситуации с конюшим, Элис нервничала, она прокручивала свои действия и временные рамки с учётом худшего сценария: мужчину нашли и он сообщил о произошедшем, их уже ищут. «Сколько у меня времени в запасе? Как скоро будет оцеплен город?» Девушка уложила служанку спать со словами: — Эни, тебе нужно выспаться, я подремлю позже, в повозке. Того, что Элис решила идти в городские конюшни, покупать лошадь, хозяйка не сказала, Энильза ведь не уснёт, будет беспокоиться. Переодевшись в крестьянские одежды, прикрыв волосы чепцом и затемнив лицо, чтобы оно не было белым и нежным, а казалось грубым и обветренным, девушка отправилась за покупкой. Все лошади в городе продавались и содержались в одном месте, в больших конюшнях. Тут можно было оставить животных приезжим, велись торги, стояли извозчики. Элис рассудила, что это место должно быть недалеко от главных ворот, рядом с гостиным двором, и не ошиблась. Двор только просыпался, покупателей ещё не было, продавцы лениво обихаживали своих лошадок. В стойлах временного содержания шёл жаркий спор, Элис прислушалась. Один мужской голос торговал лошадь и повозку, нахваливая. Второй упирался, требовал карточный долг деньгами. — Мне твоя кляча ни к чему! Да и телега тоже, сена не вожу! — Если это всё продать, так двадцать серебряных выручить легко можно! — Двадцать? Сдурел? Пятнадцать хоть бы кто дал! И мне недосуг с продажей возится! Так что плати серебром, а то стражу позову! Элис поверить не могла в такую удачу. — Уважаемые, извините, я случайно ваш разговор услышала, нам с мужем как раз лошадь с повозкой нужны, не подрасчитали с покупками. Сколько за всё хотите? Начался торг. Элис изображала глуповатую крестьянку, всё за мужем порывалась бежать, но продавцы быстро сообразили, как облапошить деревенскую девчонку. В итоге за двадцать три серебряные монеты чубарая немолодая лошадка и скрипучая телега поменяли хозяина на хозяйку. «Надеюсь, что продавец побоится гнева мужа обманутой крестьянки, и болтать о сделке не будет», — предположила Элис. «Пора забирать Эни, и выезжать из города.» «Фух, вовремя» — подумала девушка часом спустя, сворачивая с главной дороги. За спиной в сторону города промчались два всадника в форме королевской стражи. Через полутора суток бесконечной тряски в старой телеге, девушки подъезжали к деревне, где их ожидал помощник кузнеца с племянником. Элис уже была не так радужно настроена на дальнейшую дорогу: на её сроке беременности этот путь оказался тяжелее, чем она рассчитывала. Её всю растрясло, тошнило бесконечно и болело всё тело. Королевское утро началось в семь утра с вопроса дворецкого будет ли вставать его величество, и во сколько подавать завтрак. Дар, перенеся первый приём пищи на десять часов, перевернулся на другой бок. Но сон, до сего момента державший в крепких объятиях, испарился, оставив мужчину наедине с нерадостными мыслями. Боджидар откровенно тосковал. С того рокового дня, когда его семейная жизнь была разрушена подлым предательством любимой женщины, прошло более четырёх месяцев. Но боль меньше не становилась. Мужчина то злился, то пытался отвлечься, загружая себя делами. Он провёл ревизию летней резиденции, муштровал воинов, сам тренировался до седьмого пота, разбирал финансовые бумаги, вёл переписку с отцом, продумывал новые законы и реформы. Но на фоне всей этой бурной деятельности постоянно зудели мысли о ней: как она там? что делает? как себя чувствует? раскаивается ли? Замковый лекарь утверждал, что беременность протекает хорошо; библиотекарь рассказывал какие книги регулярно берутся для досуга пленницы; повара хвалили аппетит. Боджидара страшил срок рождения ребёнка. Он уже озвучил своё решение, и теперь при мысли, что проверка не покажет родства в душе что-то умирало. Когда Мариям заключили под стражу, мужчина думал, что справится со своими чувствами, даже разрешил бывшей фаворитке занять смежные покои. Но за всё это время так и не открыл засов между дверьми, обозначив тем самым приглашение согреть ему постель. Ночами перед глазами стояла супруга. Её нежная кожа, которую хотелось гладить, сладкие губки манившие припасть к ним, как к живительному источнику. Но Дар не смел оскорбить это совершенство своей похотью. Он прекрасно видел, как после совместных ночей она отводит покрасневшие глаза и грустит. Мужчина дарил дорогие подарки, надеясь хоть немного сгладить те неприятные ощущения, что причинил своими телесными притязаниями. Тут же поднималась ярость: чем тот барончишка оказался лучше? Злые мысли прервал стук в дверь и появление начальника стражи. Бледность служащего и его трясущиеся руки сразу бросились в глаза. — Ваше Величество, позвольте доложить? — голос тоже выдал крайнее волнение. — Докладывай, Олаф, что произошло? — Ваша супруга, она исчезла… Боджидар молча смотрел на мужчину своим тяжёлым взглядом: — Что?! Как это — исчезла?! — Её служанка отпросилась в город вчера, к жениху бегает. Завтрак должна была подать Юфи. Но когда она пришла в покои, там никого не было. Мы осмотрели все комнаты, нашли только письмо для вас и странный металлический цветок в кабинете. — Ничего не трогали? Я сам сейчас всё осмотрю. Через семь минут лихорадочных сборов мужчина летел по лестнице в покои пленницы. Решётка охранялась стражей и была заперта. — Сейчас то уже чего закрыли, там нет никого! — обругал горе-охранников начальник. Боджидар лично осматривал спальню, гостиную и кабинет. Постель заправлена, полный гардероб вещей, следов борьбы нет. В кабинете на столе цветок и письмо. Мужчина сел и открыл конверт. " Д̶о̶р̶о̶г̶о̶й̶ супруг, когда вы будете читать это письмо, я буду далеко. В свете сложившейся ситуации не вижу смысла оставаться подле вас. Я знаю, вы считаете меня падшей женщиной, недостойной даже слов оправдания, а я теперь не верю вам, в вашу справедливость. Я сама смогла достать доказательства своей невиновности. На цветке есть листик, нажмите на него и вы всё сами увидите. Но повторюсь, остаться с вами я не смогу, не ищите меня. Прощайте, в̶а̶ш̶а̶ Мариям. PS. Мне в общем то всё равно, но вы присмотритесь, это очень похоже на заговор. Эти люди явно хотят иметь на вас рычаг давления. " Боджидар два раза перечитал письмо. Осмотрел искусно выполненный артефакт и нажал на листок. Чаша цветка засветилась, над ней развернулся молочный туман и появилось изображение кабинета советника по торговым делам. Сам он сидел за столом, а его дочь оперлась на стол локтями и заглядывала в лицо отцу. Звучал диалог: — Адели, не мешай, я работаю. — Но па-а-ап, ты обещал! Ты сказал, что эту Марияшку сошлют подальше, а она тут. И король на меня не смотрит. — Наберись терпения, она родит, и её сошлют. Пока ходи и завлекай государя. — А потом? Я законной женой быть хочу! Вот бы он их казнил… — Это вряд ли… Ребёнок точно от него. Глупая девчонка влюблена как кошка, сколько мы ей подсовывали всяких ловеласов, не повелась, опоить пришлось. А насчёт законности, доча, дорога в ссылку дальняя, всякое может случиться, разбойников в лесах полно. И вот наш государь уже вдовец. — А наследник? Мне их ублюдок не нужен, я своих детей хочу. — Адели, ребёнку ещё вырасти надо, а на этом пути тоже опасности кругом. Папочка обо всём позаботится, как и обещал. А теперь иди, не мешай. Советник поцеловал дочь и та устремилась к двери. Но вдруг обернулась и произнесла. — Пап, а можешь меня сейчас как-нибудь королевской фавориткой сделать? А то он опять эту козу Фрею приблизил. Вот что он там нашёл? Все знают, что она мужиков терпеть не может. — Ты с чего это взяла? — Так сплетничают про неё. Говорят она и замуж за старого графа потому и вышла, чтобы не домогался. А ещё, я сама видела как она на свою компаньонку смотрит, как на булочку медовую. — Прекрати, Адели. На этом изображение пропало. Шокированный мужчина ещё раз нажал на листок. В белом мареве всё началось по новой. Боджидар рассматривал лица людей и чувствовал, как внутри поднимается темная волна гнева. Начальник охраны стоя в коридоре, услышал просто звериный рёв, окрашенный в боль и ярость. Король чёткой поступью вышел из кабинета через минуту. — Этот артефакт на изучение. Советника Саратоса и его дочь арестовать и закрыть в камерах. Я сам ими займусь. Весь караул вчерашний допросить. Остальных на поиски. Пару воинов в город, личную служанку королевы найти и допросить. Свяжись с основным гарнизоном, сотню сюда. Всех слуг ко мне в кабинет по очереди. Исполнять! — Слушаюсь, Ваше Величество! — вытянулся по струнке начальник охраны. Боджидар прошёл в свой кабинет. Он метался, как раненый зверь. Сейчас хлебнуть чего покрепче, но сам велел убрать весь алкоголь, когда понял, после измены, что рискует потерять разум в пьяном дурмане. " А измены то и не было. " — билась внутри мысль. " Дурак, дурак! Почему с ней не поговорил? Мари, моя Мари! Как же ты ненавидишь меня теперь! Просишь не искать… Но ведь не смогу отпустить тебя… Нужна мне. Ребёнок наш… Найти, найти! Спрятать от всех врагов… Права, ты права, я не смог защитить тебя. Куда же ты отправилась? " Мужчина вызвал звонком дворецкого. — Принести мне большой артефакт связи из хранилища! Через несколько минут король связывался с князем Риданом. Поприветствовав собеседника по этикету, Боджидар спросил: — Я связался с вами, чтобы поговорить про вашу дочь, Мариям. Она едет к вам. Князь удивил ответом: — У меня нет дочери с таким именем. Понимаю ваше удивление. Да, такая была, но она запятнала себя бесчестьем, и наша семья не желает иметь ничего общего с этим человеком. Я ответил на ваш вопрос, эта тема закрыта. — Но князь, Мариям оказалась, — Боджидара резко прервали. — Всё! Я не хочу больше ничего об этом слышать! Всего хорошего, Ваше Величество. И связь оборвалась. Король в недоумении смотрел на кристаллы. Мариям не найдёт поддержки у отца? Куда же она тогда пойдёт? Нужно в княжестве оставить своих людей. Тем временем в княжестве Ридан. Мужчина в возрасте сидел закрыв лицо руками после королевского вызова. — Бусинка моя… Надеюсь богиня Трейя, покровительница чести, справедливости и правды меня простит за эти слова… Через час к Боджидару пришёл начальник охраны с докладом: — Слуги собрались, советник с дочерью в подвале, воины в город отправлены. При открытии ворот неподалёку от них, был найден связанный конюх. Он видел, как королеву вчера ночью забирали трое мужчин. Они конюха избили и связали. — Кто-то помог Мариям бежать? Уточни у конюха приметы и разошли посты по всем дорогам. Пусть ищут троих мужчин и беременную женщину, описание и изображение Мариям приложишь. Ступай.