Соблазн

      Он впился губами в её губы. Поцелуй был грубым, требовательным, настоящим захватом. Куоритч не просил, он брал. Его клыки оцарапали её нижнюю губу. Лили почувствовала соленоватый привкус собственной крови. Девушка попыталась отстраниться, упершись ладонями в его широченную грудь, но это было все равно, что пытаться сдвинуть скалу. Полковник лишь сильнее вжал ее в стену, заставляя тело прогнуться под напором. Его язык вторгся в её рот, исследуя, подчиняя, не оставляя Лили не единого шанса на сопротивление. Страх смешивался с темным, постыдным возбуждением, которое разливалось жаром по низу живота. Её тело, вопреки воле разума, начинало отвечать. Сопротивление слабело, пальцы, до этого отталкивающие его, теперь судорожно сжимали ткань его армейской жилетки.       - Вот видишь, Лили. - пророкотал он, его рука скользнула ниже, на её бедро, и властно сжало его. - Инстинкты не обманешь. Сейчас твой запах кричит об одном.       Его пальцы впились сквозь ткань в её бедро, заставляя вскрикнуть от неожиданности. Он воспринял этот звук как поощрение. Рука, та что до этого опиралась на стену, опустилась и с лёгкостью, словно это была игрушка, подхватила девушку под бедра, отрывая от пола. Лили инстинктивно обвила ногами его торс, чтобы не упасть, и тут же поняла свою ошибку. Теперь она была полностью в его власти, прижатая к стене, её тело полностью открыто для него.       - Полковник ... пожалуйста ... Кто-нибудь может увидеть ... - прошептала девушка, последняя отчаянная попытка вызвать к его благоразумию. Он хрипло рассмеялся ей в шею, опаляя кожу горячим дыханием.       -Пусть смотрят. Пусть знают, кому ты принадлежишь. - он впился зубами в её плече, не сильно, но ощутимо, оставляя метку собственника. Боль и удовольствие пронзило её тело одновременно, выбивая из легких весь воздух. Пока она приходила в себя от этого шока, его свободная рука уже перешла на пуговици. Резкий, рвущийся звук - ткань разошлась, открывая вид на ее грудь в простом бюстгалтере. Взгляд полковника потемнел, стал еще более хищным. Он опустил голову, его губы накрыли ключицы, а затем двинулись ниже, к ложбинке между грудей. Его язык был горячим и шершавым, как у дикого зверя. Лили запрокинула голову, ударяясь затылком о холодную стену, её пальцы впились в его коротко стриженные волосы. Сопротивление было сломлено, утонуло в волне первобытных ощущений, которые он в ней пробудил.       - Такая мягкая ... такая податливая. - рычал он, его рука скользнула под бюзгалтер, грубо сминая её грудь.- Ты даже не представляешь, как долго я этого хотел. Сорвать с тебя все лишнее тряпье и посмотреть, что под ним.       Он не стал возиться с остатками одежды, бюзгалтер рваниной тряпочкой полетел на пол. Он снова склонился, на этот раз его язык, обрисовал ориол сосков. Шершавые текстуры языка рекома вызывали мурашки, заставляя нервные окончания петь.       - Полковник ... сэр.- это прозвучало как заклинание, как разрешение.       Рука спустилась ниже на бедра, подцепляя ткань руками, обнажая закрытые участки кожи. Его хвост, все еще обвивавший ее ноги, теперь нахально скользнул выше, потераясь о влажную ткань ее трусиков. Лили судорожно выдохнула, выгнувшись ему на встречу.       - Да ... Вот так. Будь хорошей девочкой для меня - его голос был полон удовлетворения. - Твое тело честнее тебя.       Не говоря больше ни слова, он развернул её лицом в стену. Ладони уперлись в холодный металл. Он встал сзади, его огромное, горячее тело прижалось к её спине. Она чувствовала каждый его мускул, каждую вибрацию его низкого, возбужденного рычания. Его рука скользнула между её ног. Он без всякой прелюдии разорвал тонкую ткань трусиков. Рука спустилась ниже резко касаясь половых губ. Пальцы раздвинули складочки, сразу нащупывая комочек нервов. Лили взвизгивает, пытаясь сжать бедра.       - Здесь? Ты чувствуешь? Как ты напряжена. - полковник прикусывает ушко девушки, слегка оттягивая назад.       Палец скользит ниже, к её входу, все еще лишь лаская, угрожая проникновением своимх машиабов. Полковник медленно, сантимет за сантиметром скользит вглубь её нутра, собирая всю влагу. Растяжение было невыносимым и божественным. Его палец вошел еще глубже, и мир сузился до алого биения в висках и разрывающегося наслаждения. Куоритч добавил еще один палец, специально задевая бугорок нервов.       - Произнеси мое имя. - его пальцы медленно растягивали ее.       - Полковник ... Майлз ... Сэр ... Пожалуйста - вырвалось у нее хрипло, прежде чем разум настиг предательское тело. Её таз бессознательно вжался в его ладонь, ища большего давления.       Реком втянул воздух, глубоко и шумно, как зверь, улавливающий запах добычи. Он посмотрел на нее сверху вниз, его глаза полыхали двумя узкими щелочками желтого пламени. Его усмешка стала шире, почти что скареженный оскал. Он убрал пальцы. Потеряв контакт, Лили требовательно застонала. Его твердое, огромное возбуждение надавило на её бедренную кость. Масштаб заставил глаза Лили расшириться от животного ужаса и такого же животного возбуждения.       - Теперь скажи. Чего ты хочешь на самом деле, детка? Одно твое слово и я прекращу пытку или уберусь прочь, самостоятельно решать свою проблему. - его рука двинулась, скользя между её бедер.       - Полковник, может вы уже трахните меня нормально! - слова, прорвавшись стали спусковым ключем, сорвавшим все замки. Усмешка на его лице сменилась чем-то первобытным, голодным.       Его член уперся в дырочку, заменяя пальцы. Головка горячая и влажная от предэякулята, давила, нащупывая путь. Он вошел не резко, а с невыносимой, методичкой медленностью, заставляя её тело принять каждый миллиметр его толщины.       Её крик был беззвучным - воздух покинул лёгкие, а сознание заполнилось только этим: ощущением наполнения, боли и странного, извращенного облегчения. Он был всюду, растягивая её изнутри, упираясь в самую глубину. Куоритч замер, дав ей почувствовать полное вторжение. Каждая мышца внутри нее судорожно сжималась вокруг него, пытаясь приспособится. Он начал двигаться - не спеша, с длинными, тягучими толчками, вытягивая ответные стоны с её губ. Его движения становились все более хаотичные, живот прижался к её спине, и она ощутила, как его член пульсирует внутри, готовый излится. Рука рекома легла на низ её живота, прижимая, будто чувствуя свое движение под кожей. Теперь ритм изменился - сладкая пытка сменилась яростным натиском. Он держал её за бедра железной хваткой, направляя каждый удар в самую сокровенную глубину. Внутри нее все горело - растянутые мышцы плавились от этой грубой силы, а странная, темная волна тепла начинала копиться внизу живота, синхронно с его движениями.       - Ты. Моя. Вся. До последней дрожи. - губы растянулись в оскале, из горла вырвалось рычание.       Волна хлынула в нее не жидкостью, а самой сутью его власти - густой, обжигающей заполняющей все до предела. Её собственное тело взорвалось в ответ, судорожно сжимаясь вокруг него. Спазмы сотрясли её, смешивая боль, стыд и неприличное, всепоглощающее наслаждение. Он не выпустил её из рук, прижал к себе, тяжело дыша в сбившиеся волосы у виска. Его рука, мокрая от их смешенного пота, грубо провел по ее животу.       - Вот видишь. Твоё тело всегда знало правду. Мозг только мешал. - его голос, низкий как гул генератора, прорезал тягучий воздух коридора RDA, пахнущий озоном и грехом.       Он нес её не как драгоценность, а как трофей - добычу после честной охоты. Её дыхание, прерывистое и горячее, обжигало ему шею. Дверь в его каюту отворились с шипящим звуком. Внутри царил спортанский порядок: схемы Пандору, оружейные чертежи на голографических панелях. Он опустил ее на прохладную поверхность кровати.       - Все только начинается, доктор Лили Хоггарт. - прошептал он в ее губы, и в этих словах был не намек, а обещание - тугое, как спусковой крючок.