Не C, а A, не надо ля-ля!

Мы пришли к воротам Конохи за тридцать две минуты до назначенного срока. — Это не перфекционизм, — заявил я, прежде чем Ино успела открыть рот. — Это уважение к чужому времени. — Я ничего не сказала. — Ты собиралась. — Собиралась, — признала она. — Но теперь не буду, потому что ты прав, а я ненавижу, когда ты прав. — Комплимент принят. Хината тихо хихикнула, прикрыв рот рукавом. Утро было прохладное, свежее, с лёгким туманом, который стелился по земле и делал Коноху похожей на акварельный рисунок. Где-то вдалеке уже орал Гай, проводящий утреннюю пробежку, и этот звук был таким привычным, что я почти не замечал его. — Как думаете, — сказала Ино, прислоняясь к столбу ворот, — нас правда будут пытаться убить? — Миссия C-ранга, — пожал я плечами. — Максимум — бандиты с дубинами. Никто не будет нанимать ниндзя против строителя мостов. — А если будут? — Тогда это уже B-ранг, и Хокаге нам недоплачивает. — Утешил. — Стараюсь. Хината смотрела на дорогу, уходящую в туман. — В клане Хьюга говорят, что самые опасные миссии — те, которые выглядят простыми, — тихо сказала она. — Потому что к ним не готовятся как следует. — Твои родственники — оптимисты, — фыркнула Ино. — ...Это не оптимизм. — Я знаю. Просто не хочу об этом думать в шесть утра. — В половину седьмого, — поправил я. — Ты бесполезный педант, Скизо. — Я ценный педант. Это важно для командной работы. — И в чём твоя ценность? — Я всегда знаю точное время и ношу с собой хлеб. — ... — На случай, если миссия затянется. Ино закрыла лицо руками. Хината снова хихикнула. В семь ноль-ноль — ни секундой позже, ни секундой раньше — на дороге появилась команда №7. Наруто шёл впереди, размахивая руками и что-то громко вещая Саске, который шёл позади с выражением лица человека, которого насильно тащат на экскурсию в музей деревенского быта. Сакура замыкала шествие, стараясь держаться поближе к Саске и подальше от Наруто — безуспешно, потому что Наруто был везде. — ...И тогда я скажу Хокаге-сама, что готов к миссии S-ранга! А он скажет — Наруто, ты гений! А я скажу — да, знаю! И все будут... — Узумаки, — перебил я. — Убавь громкость. У нас тут утро. — РЭДСЕЛЬ! — его лицо расплылось в улыбке, но голос он не убавил. — ТЫ ТОЖЕ ЗДЕСЬ! КРУТО! МЫ ЖЕ БУДЕМ ВМЕСТЕ НА МИССИИ, ДА?! ЭТО БУДЕТ СУПЕР! МЫ ВСЕХ ПОБЕДИМ! — Это миссия C-ранга. Там некого побеждать. — А ВДРУГ? — Тогда мы их победим. Но без криков. — Я НЕ КРИЧУ, ЭТО МОЙ ОБЫЧНЫЙ ГОЛОС! — Это не делает его тише. Саске, проходя мимо, бросил на меня короткий взгляд. Не враждебный — оценивающий. Я кивнул. Он кивнул в ответ. Диалог мастеров боевых искусств, которые не тратят слова на пустое. — О чём это вы? — насторожилась Ино. — О тайдзюцу, — сказал я. — ...Вы даже рты не открывали. — Это мысленный диалог. Очень продвинутый уровень. — Ты издеваешься. — Немного. Ино посмотрела на Саске. Саске смотрел в сторону. Ино посмотрела на меня. Я смотрел на Саске. Ино посмотрела на Наруто. Наруто увлечённо объяснял Сакуре, как он будет использовать расенган (которого у него не было) против бандитов (которых не ожидалось). — Я окружена идиотами, — констатировала Ино. — Добро пожаловать в команду, — ответил я. Какаши пришёл в девять пятнадцать. — Опоздание — это традиция, — объяснил он, не выказывая ни капли стыда. — Без традиций у шиноби нет души. — У вас в руках девятый том «Тактики прорыва», — заметил я. — Там закладка на странице 134. Вы читали в кустах. — Наблюдательность — полезный навык. — Его глаз изогнулся в улыбке. — И да, читал. Очень увлекательный сюжет. Герой только что попал в передрягу. — Он всегда попадает в передрягу. — Потому что иначе скучно. Рядом с Какаши стоял маленький, сморщенный человечек с флягой в руках и таким выражением лица, будто он только что понюхал прокисшее саке. — Это Тадзуна, — представил Какаши. — Великий строитель мостов. Наш заказчик. — Эй, — буркнул Тадзуна. — Я не «великий», я просто лучший. И не называй меня заказчиком, я старый человек, мне обидно. — Извините. Великий лучший старый человек-заказчик. Тадзуна посмотрел на Какаши с ненавистью. Какаши улыбался — по крайней мере, так можно было предположить по морщинкам вокруг единственного видимого глаза. — Где Куренай-сэнсэй? — спросила Хината, оглядываясь. — Занята. Другая миссия. — Какаши наконец закрыл книгу. — Так что сегодня я ваш папа на выезде. Радуйтесь. — Радость переполняет, — сказала Ино. — Это сарказм? — Это дань уважения вашей статистике «ни одной погибшей команды». — ...Хороший ответ. Мне нравится. Мы переглянулись с командой №8. В этом коротком взгляде уместилось всё: осознание, что лучшего сенсея, чем Куренай, у нас уже не будет, смирение с неизбежным и смутная надежда, что Какаши хотя бы не даст нас убить в первую же ночь. — По нам будет скучать Куренай-сэнсэй, — тихо сказала Хината. — Будет, — согласился я. — Она же хороший сенсей. — Очень хороший, — эхом отозвалась Ино. — Лучший, — добавил я. Какаши, который уже развернулся к дороге, вдруг остановился. — Я всё слышу. — Мы знаем, — ответил я. — ... Он пошёл дальше. Книжка снова открылась. Дорога до Страны Волн была долгой и на удивление мирной. Мы шли через леса, переправлялись через реки, ночевали под открытым небом. Тадзуна ворчал, Какаши читал, Наруто пытался заговорить с каждым встречным зверем (белки шарахались), Саске делал вид, что его здесь нет, Сакура делала вид, что её нет рядом с Саске, но на самом деле была. Ино и Хината постепенно привыкали к новому временному составу. Ино даже пару раз обменялась репликами с Сакурой — не дружескими, но хотя бы не агрессивными. Хината держалась рядом со мной, потому что так было безопаснее всего (её слова, не мои). — Удивительно спокойно, — заметила Ино на второй день, когда мы остановились на привал. — Ни бандитов, ни наёмников, ни... — Тсс, — сказал я. Она замерла. — Что? Я смотрел на дорогу впереди. Обычная дорога. Обычные лужи после дождя. Обычная... — Тридцать градусов, — сказал я. — Что? — На улице тридцать градусов. Солнце жарит уже четвёртый час. — Я медленно поднялся. — А это лужа не высохла. Тишина. — Бьякуган, — выдохнула Хината, и её пальцы уже складывались в печать. — Ментальная нить, — одновременно с ней сказала Ино. Я встал в стойку. [БОЕВОЙ РЕЖИМ АКТИВИРОВАН] [ТАЙДЗЮЦУ: УРОВЕНЬ СПЕЦИАЛИСТА] [ОЦЕНКА ПРОТИВНИКА: СИЛЬНЫЙ ГЕНИН (x2)] [РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕ ДАТЬ ИМ СФОКУСИРОВАТЬСЯ] — Не надо, — мысленно ответил я. — Я и сам знаю. — Двое, — голос Хинаты раздался в моей голове — непривычно, но чётко, Ино постаралась. — В луже. Ниндзя. Сильные генины, может, слабые чунины. Вооружены цепями. — Принято, — ответил я вслух. И добавил мысленно, надеясь, что ментальная нить работает в обе стороны: — Я беру цепи. Хината, после захвата — тенкецу. Ино, прикрывай. — Что? — Наруто поднял голову. — Ты с кем... Цепи вырвались из лужи, как змеи. Я шагнул вперёд. [ЗАПИТКА ТЕЛА: РУКИ] [ЭФФЕКТИВНОСТЬ: +150%] [СТОИМОСТЬ: 50 CP/МИН] — Четыре тысячи чакры, — пробормотал я, хватая цепи голыми руками. — Могу позволить себе немного... Металл впился в ладони. Больно. Кровь брызнула, закапала на землю. Но я держал. — А НУ СТОЙ! Противник — тот, что слева — дёрнул цепь, пытаясь вырвать оружие. Я дёрнул в ответ, используя не силу, а инерцию его же рывка. Он потерял равновесие на долю секунды. Этого хватило. Я рванул на себя, скручивая обе цепи в один тугой, запутанный узел. Металл заскрипел, протестуя. Противники оказались прижаты друг к другу, спутанные собственным оружием. — Хината! Она уже была рядом. — Восемь триграмм: Шестьдесят четыре удара! Её ладони двигались быстрее, чем глаз мог уследить. Каждый удар — точно в тенкецу, в точки скопления чакры. Противники даже не успели закричать — просто обмякли, вырубленные ещё до того, как осознали, что проиграли. Тишина. Цепи звякнули, падая на землю. Мои ладони кровоточили, но это было неважно. — ...Вау, — сказал Наруто. — Хм, — сказал Саске. — ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИЗОШЛО? — взвизгнула Сакура. — Профессиональная работа, — сказал Какаши, и в его голосе впервые за всё время исчезла ленивая скука. — Слаженность, скорость, распределение ролей. Вы это тренировали? — У нас хороший сенсей, — ответил я, вытирая кровь о штанину. — Куренай-сэнсэй учила работать в тройке. — ...Понятно. Какаши смотрел на нас — точнее, на меня — с новым выражением. Не угрожающим, нет. Оценивающим. По-настоящему. — Ты схватил цепи голыми руками, — сказал он. — Без техник усиления кожи. Просто взял и сжал. — У меня хорошая регенерация. — Я заметил. — Он помолчал. — Сколько у тебя чакры? — Достаточно. — Хороший ответ. Он отвернулся к обездвиженным телам. — Свяжите их. Доставим на ближайший пост. — Эй, — подал голос Тадзуна, который всё это время сидел на пеньке с неестественно бледным лицом. — Вы... вы просто убили их? — Обездвижили, — поправила Хината, всё ещё тяжело дыша после ката. — Я била только в тенкецу. Они очнутся через несколько часов. — А-а-а... — Тадзуна сглотнул. — То есть вы не... — Мы шиноби, — сказал я. — Не мясники. Он посмотрел на мои окровавленные ладони. Потом на цепи, всё ещё валяющиеся на земле. Потом снова на меня. — ...Понятно. — Вам нужно было сказать, — вдруг резко бросила Ино. — Вы говорили — бандиты. Простые бандиты. А это ниндзя. Наёмники. Это не C-ранг. Тадзуна отвёл взгляд. — ...Я бы не доплыл, — буркнул он. — Без сопровождения. Мой мост нужен людям. Если бы я сказал правду, вы бы не взялись. — Мы бы взялись, — сказал я. — Но подготовились бы иначе. — ... — В следующий раз говорите сразу. Мы работаем за деньги, а не за иллюзии. Он кивнул — коротко, виновато. — Хорошо. Какаши, наблюдавший за этой сценой, хмыкнул. — Команда №8, — сказал он. — Куренай вас хорошо выучила. Тактическая слаженность, контроль эмоций, работа с заказчиком. Редкий набор для генинов. — У нас был хороший месяц, — ответил я. — Месяц? — Очень интенсивный месяц. — ...Видимо. Он достал книгу, открыл, закрыл, убрал обратно в сумку. — Лагерь разбиваем здесь. Завтра с утра заходим в Страну Волн. — Он обвёл взглядом нашу разношёрстную компанию. — Теперь, когда противник знает, что мы знаем — будет сложнее. — Мы справимся, — сказала Хината. — Мы? — удивился Наруто. — Вы же только что... — Мы — это все, — перебила Ино. — Команда 7 и команда 8. Шесть генинов и один джоунин. — Она скрестила руки. — Или ты предлагаешь разделиться? — Нет! Я не... то есть... — Наруто замялся, потом вдруг улыбнулся — широко, по-своему. — МЫ ВСЕ ВМЕСТЕ СПРАВИМСЯ! ДАТАТТЕБАЁ! Саске закатил глаза. Сакура вздохнула. Но никто не возразил. Ночью, когда все уснули, я сидел у костра и перевязывал ладони. — Больно? — тихо спросила Хината, садясь рядом. — Терпимо. — У тебя кровь не останавливается. — Останавливается. Просто медленно. — Я помолчал. — Это из-за регенерации. Чем быстрее заживает, тем дольше кровоточит сначала. Организм не успевает понять, что пора заклеивать дыру. — ...Странно. — Ага. Она протянула руку. — Дай я. Я замер. Потом медленно протянул ей бинты. Она перевязывала молча — аккуратно, осторожно, будто боялась сделать больно. Её пальцы были тёплыми и чуть дрожали. — Ты хорошо сработала сегодня, — сказал я. — Шестьдесят четыре удара за четыре секунды. Это уровень чунина. — Я... тренировалась. — Видно. Она улыбнулась — чуть-чуть, одними уголками губ. — Спасибо, Рэдсель-кун. — За что? — За то, что доверился. Я боялась, что не успею, что промахнусь... но ты держал их так крепко, что я не могла промахнуться. — Я знал, что ты успеешь. — ...Откуда? Я посмотрел на неё. В свете костра её глаза казались тёмными и глубокими, как небо над Страной Волн. — Просто знал. «...Вы двое вообще помните, что я здесь?» — подал голос Скиз. — Нет, — мысленно ответил я. — Иди спи. «Я дух. Я не сплю». — Тогда медитируй. «...Ты невыносим». — Знаю. Хината закончила перевязку, отодвинулась, спрятала руки в рукава. — Спокойной ночи, Рэдсель-кун. — Спокойной ночи, Хината. Она ушла в свою палатку. Я остался у костра, разглядывая аккуратные бинты на ладонях. [НОВЫЙ НАВЫК: МЕДИЦИНСКАЯ ПЕРЕВЯЗКА?] [НЕТ. ПРОСТО ХИНАТА] [+1 К ВЫНОСЛИВОСТИ] — Засунь свои EXP себе в интерфейс, — буркнул я. [ГРУБО] [НО МЫ ВАС ТОЖЕ ЛЮБИМ] — Я никого не просил. «Она тебя любит», — вдруг сказал Скиз. — ...Что? «Хината. Она тебя любит. Это очевидно даже мне, а я древний дух без романтического опыта». — Заткнись. «Я просто констатирую факт». — Заткнись и медитируй. «...Хорошо. Но ты знаешь, что я прав». Я вздохнул и уставился в огонь. Где-то в палатке ворчал во сне Наруто. Где-то Саске молча смотрел в потолок. Где-то Какаши читал свою книгу при свете фонаря, делая вид, что ничего не замечает. Завтра будет Страна Волн. Завтра будет мост. Завтра, возможно, будет Гато, Забуза, Хаку и всё то, что в каноне случилось с командой №7. Но сегодня у меня были перевязанные ладони, тёплый костёр и странное, нелогичное чувство, что всё будет хорошо. — ...Необязательно было это говорить, — тихо сказал я. «Обязательно, — ответил Скиз. — Ты не умеешь замечать очевидное. Кто-то должен». — Я замечаю. «Тогда зачем споришь?» — ...Потому что привык. «Отвыкай». Я промолчал. [ПРИГОТОВЬТЕСЬ К ЗАВТРАШНЕМУ ДНЮ] [И К ХЛЕБУ] — Я понял про хлеб, отстань. [НЕ МОГУ. ЭТО МОЯ РАБОТА] — Уволю. [НЕ МОЖЕТЕ. Я БЕСПЛАТНАЯ] — Вот чёрт. «У неё на всё есть ответ», — философски заметил Скиз. — У неё — у кого? «У системы. Мы её назвали?» — ...Нет. «Надо бы назвать. Невежливо обращаться к сущности без имени». — Ты серьёзно сейчас? «Я всегда серьёзен». Я посмотрел на пульсирующую иконку в углу зрения. — ...Потом придумаем. Сейчас дай поспать. [ПРИНЯТО] [СПОКОЙНОЙ НОЧИ] — Спокойной ночи. [...] [...] [ХЛЕБ] — Я УБЬЮ ТЕБЯ ЗАВТРА. [ЖДЁМ] Я зарылся в спальник и закрыл глаза. Завтра будет тяжёлый день. Я сидел на пеньке, жевал хлеб и наблюдал за тем, как Наруто пытается поймать белку. — Да стой ты, стой! Я просто хочу тебя погладить! ДАТАТТЕБАЁ! Белка, судя по её отчаянным пискам, не разделяла этого стремления. Она металась по веткам, уворачиваясь от оранжевого урагана, и выразительно косилась на остальных членов отряда с явным посылом: «И вы это терпите?». — Узумаки, — лениво позвал Какаши, не отрываясь от книги. — Белки не являются угрозой C-ранга. Оставь её. — НО ОНА ПУШИСТАЯ! — Это не критерий. — А ДОЛЖЕН БЫТЬ! Саске сидел в позе лотоса, делая вид, что медитирует, хотя на самом деле просто хотел, чтобы его никто не трогал. Сакура смотрела на Саске, делая вид, что проверяет снаряжение. Ино смотрела на Сакуру, смотрящую на Саске, и её левый глаз дёргался. — Скизо, — сказала Ино. — Твой друг — идиот. — Он не мой друг, он наш коллективный идиот, — поправил я. — Разница существенная. — И в чём разница? — В степени личной ответственности. Если он мой — я должен его воспитывать. Если наш — можно просто наблюдать. — Наблюдать — это я умею. — Вот и наблюдай. Хината тихо хихикнула, прикрываясь ладонью. Рядом с ней, на пеньке поменьше, лежал аккуратно сложенный бинт — тот самый, которым она перевязывала мне руки вчера. Я не спрашивал, зачем она его носит. Она не объясняла. Какаши перевернул страницу. Я присмотрелся. — Какаши-сан. — М-м? — У вас книга вверх ногами. — ... — ... — Это новый метод чтения. Развивает пространственное мышление. — Вы просто не выспались. — И это тоже. Он не перевернул книгу. Просто продолжил смотреть в перевёрнутые буквы с видом глубокой задумчивости. «Он странный», — заметил Скиз. — Легендарный ниндзя, — ответил я мысленно. — Имеет право. «Я тоже легендарный. Я тоже имею право на странности». — Твоя странность — желание собрать все геномы мира. «Это не странность. Это цель». — Это буквально мания величия. «Мания величия — это когда без оснований. У меня основания есть». — Какие? «Я — Скиз». — ...Сойдёт. К полудню мы вошли в Страну Волн. Здесь всё было другим. Воздух — солёный, тяжёлый, будто его накачали свинцом и забыли выпустить. Небо — серое, в низких тучах, которые ползли по горизонту, как старые, уставшие звери. Даже деревья росли как-то иначе — корявые, скрюченные, прижатые к земле постоянными ветрами, словно извинялись за то, что вообще посмели здесь появиться. — Мрачно, — сказала Ино. — Атмосферно, — поправил я. — Это одно и то же. — Нет. «Мрачно» — это когда плохо. «Атмосферно» — когда плохо, но стильно. — ...Приму к сведению. Тадзуна шёл впереди, ссутулившись сильнее обычного. Он молчал — с тех пор как мы связали наёмников, он почти не разговаривал. То ли стыдился, то ли просто экономил силы. — Ещё полдня, — буркнул он. — К вечеру будем в деревне. — Хорошо, — кивнул Какаши. И в этот момент Хината остановилась. — Бьякуган, — выдохнула она, и её пальцы уже складывались в печать. — Я чувствую... просто размять глаза, я... — Хината? — я повернулся. Её глаза побелели. — В стороны! Мы рухнули на землю, даже не успев осознать команду. Тело среагировало быстрее головы — месяцы тренировок с Куренай, когда мы учились подчиняться приказам мгновенно, не думая. У-У-У-УХ! Что-то огромное, тяжёлое, невообразимо быстрое пронеслось над нашими головами и с грохотом врезалось в дерево. Нет. Не в дерево. Сквозь дерево. Кубикирибочо. Меч застрял в стволе, глубоко, почти по самую рукоять. Лезвие — массивное, с зазубринами, с каким-то неправильным, уродливым изгибом — тускло блестело в сером свете. — Меч Тумана, — выдохнула Ино. — Один из Семи... — Тсс, — оборвал я. На мече стоял человек. Без рубашки. Перепончатые мышцы перекатывались под бледной кожей. Лицо — наполовину скрыто бинтами, но то, что видно, не вызывало желания рассматривать дальше. Взгляд — холодный, спокойный, как у человека, который убивал так часто, что это перестало вызывать эмоции. — Забуза Момочи, — сказал Какаши. Он стоял впереди нас, и его поза вдруг перестала быть ленивой. — Один из Семи Мечников Тумана. Нукенин ранга А+. — Пауза. — Или уже S? — С каких пор это имеет значение? — голос Забузы был низкий, хриплый, будто он простудился на том свете и никак не мог вылечиться. — Цель есть цель. — Тадзуна, — выдохнул Наруто. — Это... из-за него? — ...Да, — старик сжал кулаки. — Гато нанял его. Чтобы остановить мост. — А говорили — бандиты. — Я... — Потом, — оборвал Какаши. — Сейчас — бой. Он снял повязку с глаза. Шаринган. Красный, с тремя точками. Смертоносный, как сам Забуза, только по-другому. — Генины — назад. В укрытие. Не лезьте. Мы отошли. Я смотрел, как сражаются монстры. Потому что это был не бой людей. Это был танец смерти, где одно неверное движение означало конец. Какаши и Забуза перемещались быстрее, чем я мог уследить — и это я, с моими сорока с лишним ловкости и фундаментом Гая за плечами. Вода. Тени. Копирование. Контратаки. — Он... копирует, — выдохнула Сакура. — Шаринган, — кивнула Ино. — Легендарный Копирующий Ниндзя. Он запоминает техники с одного взгляда. — Это нечестно! — Неважно. Забуза сложил печати. — Водная тюрьма. Вода взметнулась вокруг Какаши, смыкаясь в прозрачный, плотный кокон. Я видел, как он дёрнулся, пытаясь вырваться — бесполезно. Техника держала крепко. — Один/ноль, — усмехнулся Забуза. — Твой шаринган видит, но что толку, если ты не можешь двигаться? — Какаши-сан! — закричал Наруто. — Стоять! — рявкнул я. — НО... — Стоять, я сказал. Я смотрел на водяную тюрьму. На Какаши внутри. На руку Забузы, прижатую к поверхности — он должен был поддерживать технику постоянно, не отвлекаясь. Значит, он уязвим. Значит, есть шанс. [ШАНС НА УСПЕХ: 12%] [ВАШ УРОВЕНЬ: ГЕНИН] [УРОВЕНЬ ПРОТИВНИКА: S] [РЕКОМЕНДАЦИЯ: НЕ ДЕЛАТЬ ГЛУПОСТЕЙ] — Заткнись, — сказал я. И побежал. [ЗАПИТКА ТЕЛА: НОГИ — 100%] [ЗАПИТКА ТЕЛА: РУКИ — 100%] [ЧАКРА: -200 CP/МИН] — Хватит и на двадцать. Я влетел в Забузу со всей скоростью, на которую был способен. Удар — в корпус, с разворота, с вложением всей силы Акимичи и Нара, просчитавших траекторию за долю секунды. Он уклонился. Конечно. Но его рука дрогнула. Всего на миг. Водяная тюрьма качнулась. Какаши внутри дёрнулся — и вдруг разрушил технику изнутри, вырываясь на свободу. — О, — сказал Забуза. — Неплохо. И ударил. Я не успел уклониться. Меч — огромный, тяжёлый, уродливый — полоснул по руке. Не отсек, нет, просто рассёк от плеча до локтя, глубоко, до кости. Боль была... мгновенной. А потом — просто горячей. — РЭДСЕЛЬ! — заорал Наруто. — Скизо! — Ино. — Рэдсель-кун! — Хината. Я упал на колено, зажимая рану. Кровь хлестала между пальцев, горячая и липкая, заливала штанину, капала на землю. — Цепляешься, — сказал Забуза без интереса. — Живучий. — Какаши-сан, — выдохнул я. — Работайте. И отпрыгнул в сторону. Какаши больше не ждал. Дальше было как в тумане. Я отполз к команде, прислонился спиной к дереву и попытался не умереть от потери крови. — Дай сюда, — Ино уже рвала бинты, её лицо было бледным, но руки не дрожали. — Хината, прижми выше! Сакура, у тебя есть антисептик?! — Есть, я... — Давай! — Ино, — сказал я. — Успокойся. Я сам. — Ты истекаешь кровью! — Я же говорю — сам. Я сложил печати. Пальцы скользили по мокрой от крови коже, но нужная последовательность отпечаталась в мышечной памяти за месяцы тренировок. [ЛЕЧЕНИЕ C-РАНГА: АКТИВИРОВАНО] [ЭФФЕКТИВНОСТЬ: +35%] [СТОИМОСТЬ: 25 CP/МИН] [РЕГЕНЕРАЦИЯ: 180 HP/МИН] Чакра потекла в рану, горячая, почти обжигающая. Я чувствовал, как ткани срастаются — медленно, ровно срастаются. Кровь остановилась. Мышцы начали стягиваться. Кожа... кожа останется шрамом, но это потом. — Твою мать, — выдохнула Ино. — Ты... у тебя техника C-ранга? — Учился. — Где?! — У хороших учителей. Я поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как Какаши заканчивает битву. Забуза лежал на земле, его собственный меч торчал рядом. Какаши стоял над ним, тяжело дыша, но целый. — ...Ты сильнее, чем я думал, — прохрипел Забуза. — Копирующий ниндзя... — Ты тоже, — ответил Какаши. — Жаль, что мы не встретились при других обстоятельствах. — Жаль. И в этот момент в шею Забузы вонзились три сенбона. — Что... — Какаши резко обернулся. Над телом стоял ниндзя в маске. Белая резная маска, длинные чёрные волосы, спокойная, почти печальная поза. — Цель уничтожена, — голос был мягким, молодым. — Я заберу тело для расследования. — Стоять, — Какаши шагнул вперёд. — Кто ты? — АНБУ Киригакуре. Это наша юрисдикция. — ... Я смотрел на шею Забузы. На сенбоны. На то, как они вошли — ровно, чисто, без лишней крови. — Неправда, — сказал я. Все повернулись ко мне. — Что? — Какаши прищурился. — Это не убийство. — Я поднялся, держась за дерево. Рана ныла, но уже не кровоточила. — Я изучал медицину. Сенбоны вошли не в жизненно важные точки. Они в мышцы — парализовать, не убить. Пульс есть. Зрачки реагируют. Он жив. Тишина. Ниндзя в маске повернул голову ко мне. Сквозь прорези маски я видел глаза — тёмные, глубокие, с какой-то странной, тяжёлой печалью. — ...Ты ошибся, — мягко сказал он. — Он мёртв. — Нет. — Рэдсель! — крикнула Ино. Я уже бежал. [ЗАПИТКА ТЕЛА: 150%] [ЧАКРА: -300 CP/МИН] [ВРЕМЯ ЖИЗНИ: 30 СЕКУНД] Ниндзя уклонился от моего первого удара — легко, почти танцуя. Второй — скользнул мимо. Третий... — Ты быстрее, чем кажешься, — сказал он. — Но этого недостаточно. И мир вокруг меня исчез. Лёд. Везде лёд. Прозрачные стены, зеркальные грани, бесконечные отражения — я, я, я, со всех сторон, искажённый, расколотый, бесконечный. — Ты зря погнался за мной, — голос Хаку был мягким, почти печальным. — Я не хотел тебя убивать. Но ты видел лицо Забузы-самы. Ты понял, что он жив. Я не могу оставить свидетеля. — Понимаю, — сказал я, разминая плечо. — Работа у тебя такая. — ...Ты не злишься? — Злюсь. — Я встал в стойку. — Но злость мешает драться. Меня учили контролировать эмоции. — Хороший учитель. — Лучший. Хаку кивнул — почти уважительно. — Тогда я убью тебя быстро. Обещаю. — Щедрое предложение. — Я улыбнулся — не весело, скорее, обречённо-весело. — Но я, пожалуй, откажусь. [БОЕВОЙ РЕЖИМ: АКТИВИРОВАН] [ПРОТИВНИК: ХАКУ — НОСИТЕЛЬ КЭККЭЙ ГЕНКАЙ ЛЬДА] [ОЦЕНКА УРОВНЯ: ЧУНИН — СПЕЦИАЛЬНЫЙ ДЖОУНИН] [ВАШ УРОВЕНЬ: ГЕНИН] [РЕКОМЕНДАЦИЯ: БЕГИТЕ] — Заткнись, — буркнул я. — Что? — переспросил Хаку. — Не с тобой. — ...С кем же? — Долгая история. — Я поднял руки. — Давай уже. Он атаковал первым. Я даже не увидел движения — просто почувствовал, как воздух режет ледяная игла, и едва успел уйти в сторону. [ЛОВКОСТЬ: 18 +43.5% = 25.8] [ЗАПИТКА ТЕЛА: НОГИ +200%] [ИТОГОВАЯ СКОРОСТЬ: 51.6] Вторая игла прошла в сантиметре от виска. Третья — оцарапала щеку. — Быстро, — удивлённо сказал Хаку. — Ты быстрее, чем в прошлый раз. — Я разминался. — Ложь. Ты использовал технику усиления тела. — ...Наблюдательный. — Лёд чувствует чакру. — Он склонил голову. — Твоя — горячая. Яркая. Такая... живая. — Комплимент? — Констатация. Он исчез. [ОПАСНОСТЬ СЛЕВА] Я блокировал инстинктивно — и ледяной клинок вонзился в предплечье, оставляя глубокий порез. Кровь брызнула на лёд, застывая алыми узорами. — Чёрт! [ЛЕЧЕНИЕ C-РАНГА: АКТИВИРОВАНО] [ЧАКРА: -25 CP/МИН] Рана начала затягиваться, но Хаку уже наносил новый удар. [ЗАПИТКА ТЕЛА: РУКИ +200%] [ЗАПИТКА ТЕЛА: НОГИ +200%] [ЗАПИТКА ТЕЛА: КОРПУС +200%] [ЧАКРА: -600 CP/МИН] — Ты сжигаешь свой резерв с безумной скоростью, — заметил Хаку, атакуя снова и снова. — Зачем? Всё равно долго не продержишься. — Знаю. — Тогда зачем? — Чтобы успеть придумать, как тебя победить. — ...Рационально. Он усилил натиск. Я отбивал, уворачивался, падал, поднимался. Кровь текла из дюжины мелких порезов. Ирье едва успевала затягивать раны — Хаку был слишком быстр, слишком точен. [ЧАКРА: 2200/3800] [ЧАКРА: 1800/3800] [ЧАКРА: 1400/3800] — Ты теряешь сознание, — сказал Хаку, останавливаясь на мгновение. — Сдайся. Я убью тебя быстро, без боли. — Не учи учёного. — Что? — Поговорка такая. — Я вытер кровь с разбитой губы. — Означает: «Не советуй специалисту в его области». — ...Твоя область — умирать? — Моя область — не сдаваться. [ИНТЕЛЛЕКТ: 57] [РЕЖИМ СТРАТЕГА: АКТИВИРОВАН] Время замедлилось. Я смотрел на зеркала. Прозрачные. Прочные. Я пробовал бить — бесполезно, только отбил костяшки. Я пробовал уклоняться — Хаку контролировал каждое отражение, появляясь там, где нужно. Я пробовал думать — и наконец понял. Зеркала прочные. Но они не бесконечные. У них есть предел прочности. И у Хаку есть предел чакры. Вопрос: что быстрее — я солью свой резерв или он свой? — ...Ты улыбаешься, — заметил Хаку. — Придумал. — Что? — Как выбраться. [ВОДЯНАЯ ПУЛЯ: АКТИВИРОВАНО] Маленькая капля воды ударила в зеркало. Бесполезно. Ни царапины. — Это всё? — Хаку наклонил голову. — Нет. [ВОДЯНАЯ ПУЛЯ: АКТИВИРОВАНО] Ещё одна. В ту же точку. — ... [ВОДЯНАЯ ПУЛЯ: АКТИВИРОВАНО] — Ты не серьёзен. [ВОДЯНАЯ ПУЛЯ: АКТИВИРОВАНО] — Капля точит камень, — выдохнул я между выстрелами. — Знаешь такую поговорку? — ...Знаю. [ВОДЯНАЯ ПУЛЯ: АКТИВИРОВАНО] Хаку бросился на меня. Я уворачивался — не атаковал, только уклонялся и стрелял. В одну точку. Только в одну. [ЧАКРА: 1000/3800] — Остановись. [ЧАКРА: 900/3800] — Ты уничтожаешь себя. [ЧАКРА: 800/3800] — Зачем? [ЧАКРА: 700/3800] — Потому что там мои друзья! [ЧАКРА: 600/3800] ТРЕЩИНА. Маленькая, тонкая, едва заметная — но она появилась. Паутинка на идеальной ледяной глади. Хаку замер. — ...Невозможно. — Возможно. — Я поднял окровавленный кулак. — Я просто очень упрямый. [ЗАПИТКА ТЕЛА: РУКА — 300%] [ЧАКРА: 500/3800] [ВЕСЬ ОСТАТОК — В ОДИН УДАР] Я ударил. Лёд взорвался тысячей осколков. Я вывалился из зеркальной тюрьмы, как пробка из бутылки шампанского — оглушённый, окровавленный, но живой. Лёд за моей спиной таял, превращаясь в обычную воду, стекающую на серую землю Страны Волн. Передо мной стоял Хаку. Без маски. Я сбил её ударом — когда рванул на форсаже, вложив остатки чакры в последний рывок. Она упала на землю, жалкая и ненужная, как сброшенная кожа. И я увидел лицо. ...Девушка? Мягкие черты. Большие, тёмные глаза, в которых плескалась такая глубокая, такая древняя печаль, что у меня на мгновение перехватило дыхание. Длинные ресницы. Чистая, бледная кожа. И губы — приоткрытые, дрожащие, готовые что-то сказать, но не находящие слов. — ...Ты, — выдохнула она. — Ты сломал мои зеркала. — Ага, — ответил я, пытаясь отдышаться. — Извини. — ...Никто никогда не ломал мои зеркала. — Первый раз — всегда страшно. Потом привыкаешь. Она смотрела на меня так, будто я был инопланетянином. Честно говоря, в этот момент я чувствовал себя именно им. — Ты... не такой, как другие, — сказала она. — Ты дерёшься не ради убийства. Ты дерёшься, чтобы вернуться к ним. — К друзьям, да. — ...У меня тоже есть друг. — Забуза? — Да. — Её голос дрогнул. — Он дал мне имя. Он дал мне цель. Он... он единственный, кто признал моё существование. — Он тебя использует. — Я знаю. — И ты всё равно его защищаешь. — Да. — Она подняла на меня глаза. — Потому что без него я — никто. — ...Я понимаю. И я правда понимал. Потому что у меня внутри тоже жила сущность, которая хотела использовать моё тело. И я тоже боялся, что без неё — я просто пустота. Но сейчас, стоя посреди тающего льда, глядя в глаза девушки, которая только что пыталась меня убить, я вдруг понял: это неправда. — Ты не никто, — сказал я. — Ты — Хаку. Ты — носитель уникального кэккэй гэнкай. Ты — шиноби, который мог бы выбрать другую дорогу. — Я помолчал. — И ты — человек, который не убил меня, когда у тебя был шанс. — ...Ты слишком быстро двигался. — Нет. — Я покачал головой. — Ты целилась в нелетальные точки. Всё время. Даже когда я был в ловушке, ты била так, чтобы ранить, но не убить. Я видел. Я изучал медицину, я знаю такие вещи. Она молчала. — Почему? — спросил я. — ...Я не знаю. — Знаешь. — ...Ты напомнил мне... Она не договорила. И в этот момент система взвыла. [ВНИМАНИЕ! ОБНАРУЖЕН УНИКАЛЬНЫЙ ГЕНОМ!] [КЭККЭЙ ГЕНКАЙ: ЛЁД — КРОВНАЯ ЛИНИЯ ЮКИ] [РЕДКОСТЬ: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНАЯ] [СОВМЕСТИМОСТЬ: ВЫСОКАЯ] [ДУХ СКИЗ: АКТИВИРОВАН] [РЕКОМЕНДАЦИЯ: ПОГЛОТИТЬ] «ДА, — голос Скиза вдруг стал громким, властным, почти нечеловеческим. — ЭТОТ ГЕНОМ. ОН НУЖЕН НАМ. ОН СДЕЛАЕТ НАС СИЛЬНЕЕ». — Я не... «ОНА ВСЁ РАВНО УМРЁТ. ЕЁ ХОЗЯИН ПРОИГРАЛ. ЕЁ ЖИЗНЬ НИЧЕГО НЕ СТОИТ. ЗАБЕРИ ЕЁ ГЕНЫ — И ОНА БУДЕТ ЖИТЬ В ТЕБЕ. ВЕЧНО». — Заткнись. «ТЫ НЕ МОЖЕШЬ МНЕ ПРИКАЗЫВАТЬ, КОГДА Я ЧУВСТВУЮ ТАКУЮ СИЛУ. ЭТОТ МОМЕНТ — ДЛЯ НАС. ВОЗЬМИ ЕГО». — Заткнись! [КОНФЛИКТ С ДУХОМ: РАЗРЕШЕНИЕ] [ВЫБОР ЗА ТОБОЙ] Я смотрел на Хаку. Она смотрела на меня. Её шея была открыта, беззащитна. Один укус — и геном льда станет моим. Моя чакра получит новую стихию. Мои техники — новое измерение. Я вспомнил отца. Ритуал. Кровавую метку. Гены Акимичи, Нара, Сенджу, добытые в честных боях. Я вспомнил мать. Её руки, её голос: «Цени себя, Рэдсель. Неси свет». — Прости, — сказал я. И укусил её за шею. Не сильно. Не до крови — чуть-чуть, до солоноватого привкуса на губах. [КРОВАВАЯ МЕТКА: АКТИВАЦИЯ] [ДУХ СКИЗ: ПЕРЕДАЧА ГЕНОМА] [ИСТОЧНИК: ХАКУ — КЛАН ЮКИ] [ЦЕЛЬ: РЭДСЕЛЬ СКИЗО] [ПРОЦЕСС: НАЧАТ] Хаку дёрнулась, вскрикнула — не от боли, от неожиданности. Её глаза расширились, в них мелькнул страх, непонимание, а потом... удивление. — Что... что ты делаешь? Я не мог ответить. Всё тело горело. Чакра — моя и её — смешивалась, сплеталась в тугие, неразрывные узлы. Я чувствовал холод — нет, не холод, саму суть льда, текущую по моим венам, застывающую в каналах, оседающую кристаллами где-то глубоко внутри. — ...Геном, — выдохнул я, отрываясь от её шеи. — Копирование. Мой дух... он умеет забирать чужие способности. Через кровь. — Ты... забираешь мой лёд? — Копирую. — Я покачал головой. — Он останется у тебя. Просто теперь будет и у меня тоже. — ...Зачем? — Чтобы ты не умерла зря. — Я смотрел ей в глаза. — Если Забуза погибнет — твоя сила останется в мире. Во мне. Ты будешь жить дальше. Понимаешь? — ... — Если нет — прости. Всё равно уже поздно. [ПРОЦЕСС ЗАВЕРШЁН] [НОВЫЙ ГЕНОМ: КЛАН ЮКИ — ЛЁД] [СТАТУС: АДАПТАЦИЯ] [ВРЕМЯ ДО ПОЛНОГО УСВОЕНИЯ: 24 ЧАСА] [ПОКА ДОСТУПНО: БАЗОВОЕ ВЛАДЕНИЕ] ❄️ Лёд — базовое владение (0 ур.) Вы чувствуете холод. Вы — часть холода. Техники льда заморожены до полной адаптации. — Заморожены, — хрипло рассмеялся я. — Очень смешно. — Что? — Хаку смотрела на меня круглыми глазами. — Система шутит. Не обращай внимания. — ...Система? — Долгая история. Я отпустил её, сделал шаг назад. Ноги подкашивались — чакра почти на нуле, руки дрожат, во рту привкус крови и чего-то холодного, мятного. Хаку не двигалась. Она просто сидела на коленях, прижимая ладонь к шее, и смотрела на меня. — Ты... чудовище, — прошептала она. — Знаю. — Ты забрал мою кровь. Мою силу. Мою... — Я взял копию. — Я устало опустился на землю напротив неё. — Оригинал остался у тебя. Проверь. Она подняла руку. Лёд — тонкий, прозрачный, прекрасный — заструился между её пальцев. — ...Работает, — выдохнула она. — Я же сказал. — ...Зачем ты это сделал? — Чтобы помнить. — Я посмотрел на серое небо. — Что ты существовала. Что мы дрались. Что ты не стала меня убивать, хотя могла. — Пауза. — И чтобы у меня был повод тебя не убивать. — ...Ты не убил бы меня. Ты не такой. — Откуда ты знаешь? — Я чувствую. — Она сжала пальцы, лёд исчез. — Твоя чакра — горячая. Яркая. — ...Наблюдательная. — Лёд чувствует тепло. Это моя работа. Мы сидели в тишине. Где-то далеко слышались крики — Наруто, кажется, и Ино. Они искали меня. — Что теперь? — спросила Хаку. — Не знаю. — Я пожал плечами. — Забуза, наверное, уже очнулся. Или нет. Какаши-сан разберётся. Он взрослый, ему за это платят. — ...Ты странный. — Говорили уже. — Ты не похож на шиноби. — А на кого? — На человека. Я посмотрел на неё. Она — на меня. — Наверное, это комплимент, — сказал я. — ...Да. Где-то в углу зрения система мигнула. [НОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ: ХАКУ] [СТАТУС: НЕПОНЯТНЫЙ] [ОЦЕНКА: ОНА ТОЖЕ НЕ ЗНАЕТ, ЧТО ТЕПЕРЬ ДУМАТЬ] [НО ШЕЯ БОЛИТ, ЭТО ТОЧНО] — Заткнись, — буркнул я. — Что? — переспросила Хаку. — Не с тобой. — ...С системой? — Ты её слышишь?! — Нет. Но ты смотришь в пустоту и ругаешься. Логично предположить. — ...Чёрт. — Она действительно существует? — ...Да. — И что она говорит? Я посмотрел на мигающую иконку. — Что мне нужно купить хлеб. — ... — И что у тебя красивые глаза. — ... — Последнее я придумал сам. Система такое не отслеживает. Хаку моргнула. Потом ещё раз. А потом — впервые за всё время, что мы были знакомы (около десяти минут, если считать с момента начала попытки убийства) — она улыбнулась. Слабо. Осторожно. Будто пробуя улыбку на вкус. — Ты действительно странный, Рэдсель. — Знаю. — Но... — Она запнулась. — ...Спасибо. — Не за что. Мы сидели на холодной земле Страны Волн, между тающим льдом и надвигающейся ночью, и молчали. Где-то кричал Наруто. Где-то Ино ругалась на Саске. Где-то Какаши, наверное, уже разобрался с Забузой и теперь читал свою книгу вверх ногами. А у меня внутри зарождался лёд. И это было... неплохо. [НОВЫЙ ГЕНОМ: ЛЁД — АДАПТАЦИЯ 4%] [ЧАКРА: 123/3800] [СТАТУС: ИСТОЩЕНИЕ, УКУС, МОРАЛЬНОЕ УДОВЛЕТВОРЕНИЕ] [РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОТДОХНУТЬ] [И ХЛЕБ] — Знаю я про хлеб. «...Ты её укусил», — вдруг сказал Скиз. Голос у него был странный — не торжествующий, не голодный. Растерянный. — Ага. «...Ты взял её геном». — Ага. «...Ты разговаривал с ней после». — Ага. Долгая пауза. «...Ты делаешь это неправильно». — Знаю. — Я посмотрел на свои руки, перепачканные кровью и чужой чакрой. — Но по-своему. Скиз молчал. Я молчал. Хаку молчала. Где-то вдалеке Наруто наконец нашёл поляну и заорал: «РЭДСЕЛЬ! ТЫ ЖИВ!» — Жив, — отозвался я. — Иди сюда, познакомлю кое с кем. — С КЕМ?! — С девушкой, которую я укусил. — ...ЧТО?! — Долгая история. — Я ТЕБЯ НИКОГДА НЕ ПОЙМУ, РЭДСЕЛЬ! — Я знаю, Наруто. Я знаю.