Лес смерти. Опасная женщина.

Завтрак пролетел незаметно. Рис, рыба, овощи — обычная утренняя еда, которую я жевал механически, почти не чувствуя вкуса. Мысли всё ещё крутились вокруг древа талантов, вокруг новых цифр в интерфейсе, вокруг того, как изменилось моё тело за одно это утро. Четыре тысячи семьсот пятьдесят единиц чакры. Три тысячи девятьсот здоровья. Сила под восемьдесят, ловкость под семьдесят. Я чувствовал каждое изменение — не как посторонний наблюдатель, а как человек, который вдруг осознал, что его старая одежда стала тесновата в плечах. «Ты нервничаешь», — заметил Скиз. — Нет. Я сосредоточен. «Ага, по дёрганой ноге так не скажешь.». — Умный стал? «Я всегда был умный, ты просто не слушал». Я допил чай, поднялся из-за стола, проверил снаряжение. Кунаи — на месте. Сюрикены — пересчитаны. Взрывные печати — аккуратно сложены в непромокаемый кармашек жилета. Свиток с техниками льда — во внутреннем кармане, ближе к сердцу. Хлеб — в рюкзаке. На всякий случай. — Всё, — сказал я вслух. — Пора. Лес Смерти встретил меня запахом сырости и страха. Площадка перед входом была забита генинами до отказа. Они стояли группами, перешёптывались, мерили друг друга взглядами, оценивали, запоминали. Кто-то демонстративно точил кунай, глядя в сторону соперников. Кто-то, наоборот, отворачивался, делая вид, что его вообще здесь нет. Воздух гудел от напряжения. Я пробирался сквозь толпу, лавируя между чужими локтями и чужими амбициями. Десятки незнакомых лиц, десятки незнакомых повязок — Кумо, Суна, Ива, Кири, даже пара команд из Травы и Дождя. Все они пришли сюда за одним: доказать, что достойны стать чунинами. И все они готовы были убивать за это право. — Хината? — позвал я негромко, вглядываясь в толпу. — Ино? Никто не отозвался. Я двинулся дальше, обходя особо плотные скопления генинов. Кто-то толкнул меня плечом — я даже не обернулся. Кто-то бросил вслед негромкое «Смотри, куда прёшь, коноховский» — я пропустил мимо ушей. Главное было найти своих. Я нашёл их у самого края поляны, почти у кромки леса. Ино стояла, скрестив руки на груди, и смотрела на толпу с выражением лёгкого презрения, которое у неё получалось лучше всего. Её волосы были собраны в тугой хвост — ни одной выбившейся пряди, идеальная боевая укладка. Форма сидела безупречно, снаряжение — ни грамма лишнего. Хината стояла рядом, чуть позади, и её поза была несвойственна ей. Раньше она всегда немного сжималась, когда оказывалась в центре внимания — опускала плечи, прятала взгляд, старалась стать меньше, незаметнее. Сейчас она стояла прямо. Спокойно. Ровно. Её глаза встретились с моими за секунду до того, как я подошёл. — Рэдсель-кун, — сказала она всё с той же особенной теплотой, которая была только у неё. — Хината. Ино. — Я кивнул обоим. — Не потерялись? — Мы-то нет, — фыркнула Ино. — А вот ты где шлялся? — Завтракал. — Мы завтракали два часа назад. — Я долго завтракал. — Ладно, не хочу знать... — Правильно. Хината улыбнулась — чуть-чуть, одними уголками губ. — Ты... изменился, — тихо сказала она. — В смысле? — Не знаю. — Она чуть склонила голову, разглядывая меня. — Ты стал... больше. — Она активировала бьякуган. — Твои чакроканалы заметно выросли с прошлого раза. — Это утренняя зарядка, — отшутился я. — Нет, — она покачала головой. — Это что-то другое. Я промолчал. Не говорить же ей про древо талантов и улучшенные гены. «А почему нет?» — вдруг спросил Скиз. — Потому что не время, — мысленно ответил я. — Потом. «...Как знаешь». — ТИШИНА! Голос перекрыл гул толпы, как удар гонга. Мы повернулись. У входа в лес стояла женщина. Высокая, с собранными в хвост тёмными волосами и повязкой Кусагакуре на лбу. В руках она держала толстую папку с бумагами, а на поясе висел катана, явно не для красоты. — Меня зовут Митараши Анко, — сказала она. — Я буду наблюдать за вторым этапом. Слушайте внимательно, повторять не буду. Толпа затихла. — Этот лес называется Лесом Смерти, — голос Анко был ровным, будничным, как у продавщицы рыбы на рынке. — Не потому что здесь водятся монстры. Хотя они здесь водятся. И не потому что здесь легко заблудиться. Хотя заблудиться здесь легче лёгкого. А потому что из каждых десяти команд, вошедших сюда, наружу выходят только три. Мёртвая тишина. — Лес имеет форму круга диаметром двадцать километров. В центре находится башня. Ваша цель — добраться до этой башни в течение пяти дней, сохранив свой свиток и добыв свиток противоположного типа. Она подняла руку. В ней блеснули два свитка — один с небесным символом, другой с земным. — Небесный свиток. Земной свиток. Каждая команда получает один из них. Чтобы пройти этап, вам нужно иметь обе разновидности. — Она помолчала. — Как вы их добудете — ваше дело. Можете обменяться, можете отобрать силой. Можете убить. Правила этого не запрещают. По толпе прокатился сдавленный вздох. — Ещё вопросы? — А что в башне? — выкрикнул кто-то. — Выход на третий этап. — А если мы не успеем за пять дней? — Значит, вы не сдали. — А если мы потеряем свой свиток? — Значит, вы не сдали. — А если нас убьют? Митараши улыбнулась. Улыбка была нехорошей. — Значит, вы не сдали. Следующий вопрос? Вопросов больше не было. — Команда 8, — вызвали нас через полчаса. Мы подошли к столу, за которым восседал пожилой чунин с бельмом на глазу. Он посмотрел на наши повязки, на наши лица, на наши готовые к бою позы. — Коноха, — сказал он. — Много вас сегодня. — Много, — согласился я. — Глава команды? Я обернулся к Ино и Хинате. Ино едва заметно кивнула. Хината просто смотрела — спокойно, уверенно, без тени сомнения. — Я, — сказал я. Чунин кивнул, будто ожидал этого ответа. Порылся в ящике, достал два свитка — небесный и земной. — Тяните. Я протянул руку. Коснулся одного из свитков. — Небесный, — сказал чунин, записывая что-то в бумаги. — Держите. Свиток лёг в ладонь — тяжёлый, прохладный, пульсирующий едва заметной чакрой. Я спрятал его во внутренний карман жилета, туда же, где лежал свиток с техниками льда. — Ещё получите, — чунин протянул нам второй предмет. Небольшой лист бумаги, свёрнутый в трубочку и перевязанный бечёвкой. — Карта. Примерная. Ориентироваться будете сами. Я развернул. Лес, река, пара ориентиров, башня в центре. Ничего лишнего. — И последнее, — чунин кивнул в сторону. — Встанете на круг. Вас перенесут в случайную точку леса. Готовы? Я посмотрел на Ино. Ино кивнула. На Хинату. Она стояла ровно, чуть выставив вперёд ногу, готовая к прыжку в любую сторону. — Готовы, — сказал я. Мы встали на круг, выложенный из потрескавшихся каменных плит. Рядом материализовались ещё три команды — из Суны, из Кумо, из какой-то маленькой деревни, название которой я не запомнил. Чунин поднял руку. — Второй этап экзамена на чунина начинается... сейчас. Он хлопнул в ладоши. Вокруг нас начали кружить листья и затем мы очутились в неизвестном месте. Земля под ногами была мокрой. Я открыл глаза. Вокруг — лес. Настоящий, живой, дышащий. Деревья здесь росли и вверх, и вширь — стволы толщиной в несколько обхватов, корни, выпирающие из земли, как кости древних чудовищ. Сверху, сквозь густую листву, почти не пробивался свет. Внизу, в тени, клубился туман. Где-то капала вода. Где-то кричала птица — или не птица. — ...Ино? — позвал я негромко. — Хината? — Здесь, — раздалось справа. Я обернулся. Ино стояла, опираясь рукой о ствол, и пыталась отдышаться. — Тошнит, — сказала она. — Ненавижу пространственные техники. — Привыкнешь. — Надеюсь. Слева зашуршали ветки. Хината вышла из тумана бесшумно, как тень. Её глаза уже побелели — бьякуган работал на полную. — Чисто, — сказала она. — В радиусе километра — никого. — Уверена? — В этом лесу — да. — Она помолчала. — Но здесь странная чакра. Деревья... они живые. И агрессивные. — Лес Смерти, — кивнул я. — Иначе бы не называли. Я достал карту, развернул, попытался сориентироваться. Солнца не видно, ориентиров нет, только река, отмеченная пунктиром, да башня в центре. — Найдём реку, — сказал я. — Вдоль неё идти безопаснее, чем через чащу. — Откуда знаешь? — прищурилась Ино. — Я не знаю, просто предполагаю — Пожал я плечами. — Самоуверенно. Хината кивнула, соглашаясь, однако никто не возразил. Я спрятал карту, поправил свиток за пазухой. — Идём, — сказал я. — Время пошло. [ЛЕС СМЕРТИ: ВХОД] [ВРЕМЯ: 0 ДНЕЙ 0 ЧАСОВ] [ЦЕЛЬ: ДОСТИЧЬ БАШНИ, ДОБЫТЬ ЗЕМНОЙ СВИТОК] [ПРОТИВНИКИ: 25 КОМАНД] [...] [...] [ВЫ НЕ ВЗЯЛИ ХЛЕБ] — Взял. В рюкзаке. [...] [ОДОБРЯЕМ] Три часа. Мы двигались вдоль реки, как я и предложил. Вода журчала где-то справа, скрытая густым подлеском. Воздух здесь был тяжёлым, влажным, пропитанным запахом гниющей листвы и чего-то ещё — сладковатого, приторного, почти тошнотворного. Ино морщилась через каждые сто шагов. — Здесь кто-то сдох, — сказала она наконец. — Крупный. И давно. — Или не сдох, а просто живёт, — отозвался я. — Это утешением должно быть? — Нет. Просто констатация факта. Хината шла чуть впереди, её глаза оставались белыми всё это время. Я не просил — она сама решила, что бьякуган должен работать постоянно. Расход чакры был оправдан: в этом лесу нельзя было позволить себе слепоту. — Справа завал из корней, — говорила она. — Слева промоина, лучше обойти. Впереди поляна, но там кто-то был недавно — чакра ещё осталась, слабая, чужая... — Чья? — Не знаю. Незнакомая. Мы обходили поляну по широкой дуге, не приближаясь. Правило номер один в Лесу Смерти: не лезь на открытое пространство, если не уверен, что оно пустое. Правило номер два: никогда не будь уверен, что оно пустое. На третьем часу Хината остановилась. Так резко, что Ино едва не врезалась ей в спину. — Там, — выдохнула Хината. Её голос дрожал. — Там чакра... — Что? — я шагнул ближе. — Какая чакра? — Я... не знаю. — Она смотрела в одну точку сквозь деревья, и её лицо медленно бледнело. — Она очень сильная. Очень плотная. И... злая. — Злая? — По-другому не скажешь. — Хината сглотнула. — Она давит. Даже на расстоянии. Как будто... как будто смотришь в бездну. Ино побледнела. — Может, обойдём? — Нельзя, — сказал я. — Если там кто-то из наших... — Скизо, если там такая чакра, то наши там уже... — Я сказал — нельзя. Я двинулся вперёд, раздвигая ветки. То, что я увидел, заставило моё сердце пропустить удар. Поляна. Небольшая, округлая, залитая тусклым светом, пробивающимся сквозь листву. В центре — две фигуры, знакомые до боли. Саске стоял, сжавшись, прикрывая Сакуру. Его шаринган — нет, ещё не активирован, просто чёрные глаза, расширенные от ужаса. Сакура за его спиной — белая, как мел, трясущаяся, неспособная пошевелиться. А напротив них... Человек. Женщина? Мужчина? Не разобрать. Длинные чёрные волосы, разбросанные по плечам. Бледная кожа, почти синеватая в этом сумрачном свете. Узкое лицо, острые скулы, глаза — жёлтые, с вертикальными зрачками, как у змеи. И язык. Длинный, толстый — он высовывался изо рта, облизывал губы, пробовал воздух на вкус. — Саске-кун... — голос был низким, шипящим, с каким-то неправильным, тягучим акцентом. — Какой ты стал... интересный. Эти глаза... эта ненависть... я чувствую её запах. Она сладкая. Она сделала шаг вперёд. Саске отшатнулся, но не побежал — не мог, ноги не слушались. — Не трогай их. Я не понял, кто сказал это. Может, я. Может, ветер. Может, просто мысль, ставшая слишком громкой. Ино рядом со мной дышала часто, поверхностно — на грани обморока. Хината вцепилась в мою руку так, что ногти впились в кожу. Её трясло. — Рэдсель... — прошептала она. — Мы не можем... это смерть... — Можем, — сказал я. И прыгнул. [ЗАПИТКА ТЕЛА: НОГИ — 300%] [ЛОВКОСТЬ: 70.8 × 3 = 212.4] [ЧАКРА: -300 CP/МИН] Время растянулось. Я влетел на поляну быстрее, чем змеиная женщина успела повернуть голову. Схватил Саске за шкирку одной рукой, Сакуру — другой, рванул назад, к спасительной чаще. — Бегите! — рявкнул я, швыряя их в сторону деревьев. — К реке! Там Ино и Хината! — Но... — БЕГОМ! Они побежали. Я развернулся. Змеиная женщина стояла на том же месте. Не двигалась. Смотрела на меня с лёгким, почти скучающим любопытством. — Ого, — сказала она. Её голос сочился ядом и смехом. — Кто же это... Ты собираешься помочь этим двум болванам? — Ага, — ответил я, выравнивая дыхание. — Есть такая привычка. — Глупая привычка. — Она сделала шаг вперёд. Один шаг — и расстояние между нами сократилось вдвое. — Ты чувствуешь мою чакру, мальчик? Я чувствовал. Она давила. Физически, почти осязаемо — как если бы на плечи положили тяжёлую плиту. Я никогда не встречал такой плотности, такой концентрации силы. Даже Забуза рядом с ней казался ребёнком, играющим во взрослые игрушки. — Ты дрожишь, — заметила она. — Но не бежишь. Почему? — А смысл? — Я встал в стойку. — Ты бы догнала. — Умный. — Она улыбнулась. Улыбка была страшной. — Мне нравятся умные. Они дольше живут. Ну, иногда. Она двинулась ко мне. Я приготовился умереть. — СТОЙ! Крик разорвал тишину поляны. Я обернулся. Саске стоял в десяти шагах, тяжело дыша, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Его глаза горели алым — шаринган активировался, две точки вращались вокруг зрачка. — Саске, какого чёрта ты... — Заткнись, — выдохнул он. — Это моя битва. — Какая битва?! Ты труп, если она захочет! — Знаю. — Он шагнул вперёд. Встал рядом со мной. Плечом к плечу. — Но я не побегу. С другой стороны зашуршали кусты. — Я ТОЖЕ НЕ ПОБЕГУ! Наруто. Он вылетел на поляну, как оранжевый ураган, запыхавшийся, взъерошенный, с диким блеском в глазах. За его спиной маячила Сакура — бледная, но уже не трясущаяся, сжимающая кунай. — НАРУТО, ТЫ... — ЭТО МОЙ ДРУГ! — заорал он, указывая на Саске. — Я НЕ БРОСАЮ ДРУЗЕЙ! — А Сакура? — ОНА СКАЗАЛА, ЧТО ТОЖЕ ПОЙДЁТ, А Я НЕ МОГУ ЕЁ ЗАСТАВИТЬ ОСТАТЬСЯ, ПОТОМУ ЧТО ОНА ТОГДА МЕНЯ УБЬЁТ! — ...Логично. Я перевёл взгляд на змеиную женщину. Она смотрела на нас с непередаваемым выражением — смесь удивления, веселья и какого-то странного, почти нежного интереса. — Трое, — сказала она. — Нет, четверо, если считать девочку. — Она облизнулась. — Какая прелесть. Джинчурики Девятихвостого. Последний Учиха. И... — её взгляд остановился на мне, — ...кто ты такой? — Местный, — ответил я. — Местный? — Она склонила голову, разглядывая меня. — Твоя чакра... странная. Несколько слоёв. Ты не простой генин, мальчик. — Я просто генин. — Врёшь. — Она улыбнулась. — Но это неважно. Важно другое. Она сделала шаг вперёд. Мы синхронно напряглись. — Я дам вам шанс, — сказала она. — Бегите. Все четверо. Я дам вам минуту форы. — ...Зачем? — спросил Саске. — Потому что мне скучно. — Она зевнула, демонстративно, почти театрально. — И потому что охота с препятствиями интереснее, чем просто убийство. — Мы не побежим, — сказал я. — Побежите. — Она посмотрела мне в глаза. — Потому что если не побежите — я убью вас прямо здесь. А мне хочется поиграть. Тишина. — ...Скизо, — тихо сказал Саске. — Что делаем? Я смотрел на неё. На её улыбку. На её глаза, в которых не было ни капли жалости, ни капли сомнения, ни капли человеческого. — Бежим, — сказал я. — К реке. К нашим. — Но... — Бежим. Мы побежали. Змеиный смех летел за нами по пятам. — И-И-И-И! ДАВАЙТЕ, МАЛЫШИ, ПОКАЖИТЕ, НА ЧТО СПОСОБНЫ! — НЕ ОГЛЯДЫВАТЬСЯ! — заорал я, перекрывая шум ветра и собственного сердца. — ПРОСТО БЕЖАТЬ! — ОНА НАС ДОГОНИТ! — крикнул Наруто. — ЗНАЮ! — И ЧТО МЫ БУДЕМ ДЕЛАТЬ?! — ПРИДУМАЕМ! — КОГДА?! — ПОТОМ! [ЛЕС СМЕРТИ: ВСТРЕЧА С ОРОЧИМАРУ] [СТАТУС: В БЕГСТВЕ] [РЕКОМЕНДАЦИЯ: ОЧЕНЬ БЫСТРОЕ БЕГСТВО] [...] [...] [ХЛЕБ В РЮКЗАКЕ] [ОН ВАМ СЕЙЧАС НЕ ПОМОЖЕТ] — ЗНАЮ! — Нет, — выдохнул я на бегу. — Не к реке. Глубже в лес. — Что? — Саске резко обернулся, не сбавляя скорости. — Там же наши... — Она охотится за нами. — Я перепрыгнул через корягу, приземлился, рванул дальше. — За тобой. За Наруто. За мной. Девчонки ей не нужны. — Откуда ты... — Вижу. — Я не объяснял, просто знал. Та женщина смотрела на нас троих с голодом. На Саске — с вожделением к его генам. На Наруто — с интересом к его демону. На меня — с любопытством к моей странной чакре. Сакура, Ино, Хината для неё были просто пешками. Разменной монетой. Не целью. — Сакура! — крикнул я, не оборачиваясь. — К реке! Найди Ино и Хинату! Жди нас там! — Но... — Выполнять! Она заколебалась только секунду. Потом свернула в сторону реки и исчезла в подлеске. — Она справится, — сказал я, обращаясь то ли к Саске, то ли к себе. — А мы отвлечём. — Отвлечём? — Наруто на бегу пытался соображать, что явно давалось ему с трудом. — Мы будем её отвлекать? ЭТУ? КОТОРАЯ НАС ПОРВЁТ?! — Мы будем делать вид, что можем сражаться. — ЭТО ОДНО И ТО ЖЕ?! — Нет. В сражении мы умрём. В отвлечении — может быть, выживем. — ТВОЯ ЛОГИКА МЕНЯ ПУГАЕТ! — Меня тоже. Беги давай. Мы оторвались настолько, насколько могли. Лес мелькал за спиной — корни, стволы, лианы, туман. Я считал про себя секунды, метры, удары сердца. Когда дистанция показалась достаточной, я резко затормозил, разворачиваясь. — Хватит. Саске остановился рядом, тяжело дыша, но уже складывая печати. Наруто врезался в дерево, охнул, отскочил и замер, озираясь. — Где она? — Ещё не догнала. — Я сосредоточился. — Но догонит. Нам нужно встретить её подготовленными. Я сложил печати. [ТЕНЕВОЙ КЛОН: АКТИВИРОВАНО] [ЧАКРА: -1900 CP] Хлопок. Рядом со мной возникли две копии — точные, послушные, готовые к бою. — Саске, — сказал я. — Когда она появится — жги всё. — Я не могу жечь всё, там деревья... — Жги. Она использует ветер. Огонь ей не страшен, но дым и жар закроют обзор. Саске кивнул. Его пальцы уже лежали на печатях. — Наруто, — я повернулся к нему. — Двести клонов. — ЕСТЬ. Хлопок. Двести Наруто заполнили поляну. Она появилась через десяток секунд. Точно из того же места, откуда прибежали мы, словно специально хотела проверить нас. Она возникла на ветке в десяти метрах над землёй, глядя на нас сверху вниз с той же ленивой, хищной улыбкой. — Спрятали девочек, — сказала она. — Похвально. Благородно. И глупо... — Каждый выбирает свою глупость сам, — ответил я. — Остроумно. — Она облизнулась. — Мне это нравится. — НАРУТО! — рявкнул я. Двести клонов рванули вперёд. Они лезли на дерево, прыгали с веток, хватали её за ноги, за руки, за одежду — оранжевая лавина, бессмысленная, отчаянная, но достаточная, чтобы закрыть обзор. — Саске! СЕЙЧАС! — ОСВОБОЖДЕНИЕ ОГНЯ: ОГНЕННЫЙ ШАР! Пламя ударило. Огромное, плотное, раскалённое — Саске вложил в эту технику всё, что у него было. Шар размером с двухэтажный дом врезался в кучу клонов, в то место, где только что стояла женщина. Клоны рассеялись мгновенно, дым и пар взметнулись к небу. — ЕСТЬ! — заорал Наруто. — Нет, — сказал я. Потому что в тот же миг из пламени вырвалось нечто иное. Лезвие ветра. Оно разрезало огненный шар пополам, как нож разрезает спелый фрукт. Прошло сквозь дым, сквозь пар, сквозь воздух — и ударило в ветви, на которых мы стояли. Хруст. Мир под ногами исчез. — А-А-А! Мы падали. Ветки, листья, обломки — всё смешалось в один безумный водоворот. Саске попытался за что-то ухватиться, но пальцы скользнули по коре. Наруто просто орал, размахивая руками. Я падал и считал. Один. Два. Три. Четыре — пора. [ЛЕДЯНАЯ ПЛАТФОРМА: АКТИВИРОВАНО] [ЧАКРА: -300 CP] [ПЛОЩАДЬ: 3×3 МЕТРА] Лёд вырос под нами мгновенно — плотный, матовый, холодный. Мы рухнули на него все трое, затем скатились по этой ледяной горке. Как только мы скатились мы замерли. Тишина. Наруто лежал на спине, глядя вверх, и часто дышал. Саске стоял на четвереньках, пытаясь отдышаться. Я сидел на корточках, глядя туда, где только что был огонь, дым и ветер. — ...Живы, — выдохнул Наруто. — Пока да, — ответил я. — А она? — Там. Она стояла на соседнем дереве, на целой ветке, и смотрела на нас. — Лёд, — сказала она. В её голосе впервые появилось что-то, кроме скуки и голода. Интерес. Настоящий, живой интерес. — У тебя кекье-генкай льда. И ты умеешь его использовать в бою. — Она склонила голову. — Кто ты такой, мальчик? — Я же сказал — местный. — Врёшь. — Она улыбнулась. Шире, чем раньше. — Но это неважно. Важно то, что вы выжили. Все трое. — Удивилась? — Заинтересовалась. — Она сделала шаг вперёд. — Знаете, я думала просто поиграть. Посмотреть, на что способны дети Конохи. Может быть, забрать одного-двух с собой. Она посмотрела на Саске. — Но теперь... теперь мне стало любопытно. Наруто медленно поднялся. Саске встал рядом. Я остался сидеть на корточках, оценивая дистанцию, чакру, варианты. — И что теперь? — спросил я. — Теперь я дам вам ещё один шанс. — Она развернулась. — Бегите. Времени у вас меньше, но игра становится интереснее. — Опять бежать? — Опять. — Она посмотрела через плечо. — Но в следующий раз я не буду играть. И исчезла. Тишина. — ...Она ушла? — не веря, спросил Наруто. — Нет, — ответил я. — Она просто даёт нам фору. — И долго мы будем бегать? — Пока не доберёмся до башни. Или пока она не устанет играть. — А когда она устанет? — Тогда мы умрём. Наруто сглотнул. — ...Ты умеешь подбодрить. — Умею. — Я поднялся. — Вставайте. Надо найти девочек и валить отсюда как можно дальше. Саске кивнул, всё ещё тяжело дыша. [ВСТРЕЧА С НЕИЗВЕСТНОЙ: ВЫЖИЛИ] [СТАТУС: ПОТРЁПАНЫ, НО ЖИВЫ] [ЧАКРА РЭДСЕЛЯ: 3200/4750] [ЧАКРА САСКЕ: ЧЕТВЕРТЬ ПОТРАЧЕНА] [ЧАКРА НАРУТО: БЕСКОНЕЧНАЯ, ПОТОМУ ЧТО ОН СЛОМАН] [...] [...] [ХЛЕБ ЦЕЛ] — Спасибо. [ВСЕГДА ПОЖАЛУЙСТА] Мы бежали. Точнее, летели. Сквозь ветки, лианы, туман — не разбирая дороги, не думая об опасности, не считая шагов. Только одна мысль в голове: успеть. Наруто пыхтел слева, Саске — справа. Оба молчали, но я чувствовал их напряжение. Они тоже знали. Если змея добралась до девочек раньше нас... — Там! — крикнул Наруто, указывая вперёд. Лес расступился, открывая поляну. И то, что я увидел, выжгло в сознании клеймо, которое не сотрётся никогда. Змея. Огромная. Толщиной в добрый ствол векового дерева, длиной — не разглядеть, терялась в тумане. Чешуя переливалась тёмно-зелёным, почти чёрным. Глаза — жёлтые, с вертикальными зрачками, как у той женщины. Пасть приоткрыта, из неё сочится слизь, шипение разрывает воздух. И среди этого кошмара — они. Ино лежала у корней. Без сознания. Её нога... я не мог смотреть на её ногу. Неестественный изгиб, под которым не должно быть человеческой конечности. Рука вывернута, лицо бледное, почти синее. Сакура висела на дереве. Ветка проткнула её куртку, держала на весу. Она не двигалась. Вообще. Только волосы свисали вниз, розовые на фоне зелени. И Хината. Она стояла между змеёй и своими подругами. Её грудь вздымалась часто-часто — дыхание сбито, сил почти нет. Руки дрожали, ноги подкашивались. Бьякуган погас — чакра кончилась, глаза стали обычными, тёмными, но в них не было страха. Она просто стояла. И уворачивалась. Змея била. Хината уходила. Миллиметр за миллиметром, сантиметр за сантиметром. Не атаковала — нечем, не могла — просто уклонялась, падала, вставала и снова уклонялась. Она не давала змее пройти к Ино и Сакуре. Она ждала нас. — ...Хината, — выдохнул я. И мир вокруг взорвался. [АКТИВАЦИЯ: ДУХ СКИЗ — ПЕРВЫЙ РЕЖИМ] [НОСИТЕЛЬ: РЭДСЕЛЬ СКИЗО] [ПРИЧИНА: ЯРОСТЬ, ЗАЩИТА БЛИЗКИХ] [СТАТУС: ЧАСТИЧНЫЙ КОНТРОЛЬ] [ВСЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ УВЕЛИЧЕНЫ ×2] [ЧАКРА УВЕЛИЧЕНА ×10] [ГЛАЗА: ИЗМЕНЕНИЕ ЦВЕТА — ФИОЛЕТОВЫЙ] Я не понял, что случилось. Просто вдруг стало горячо. Внутри, в груди, там, где спал Скиз, вспыхнул пожар — и его сила хлынула в меня, заполняя каждую клетку, каждую мышцу, каждый чакраканал. — КАК ЭТА ТВАРЬ СМЕЕТ ТРОГАТЬ МОЮ КОМАНДУ! Голос был мой. Но в нём звучало эхо — древнее, хищное, удовлетворённое. «Да, — прошелестел Скиз. — Да, мой мальчик. Забери эту силу. Накажи их. Защити своё». Я рванул вперёд. [ТЕНЕВОЙ КЛОН: ×7] [ЗАПИТКА ТЕЛА: РУКА — 300%] [СИЛА: 477 (ВЛИЯНИЕ СКИЗА И ЗАПИТКИ ТЕЛА)] Семь клонов возникли рядом со мной в воздухе, синхронно разлетаясь в стороны. Трое — к девочкам. Четверо — к змее. Я — прямо в центр. Удар. Кулак вошёл в чешую, как нож в масло. Броня, которую не брали кунаи, которую не царапали сюрикены, — проломилась с хрустом, с мокрым, чавкающим звуком. Змея взвизгнула — высоко, тонко, почти по-человечески — и дёрнулась назад. — НАРУТО! — ТЕХНИКА МНОЖЕСТВЕННЫХ ТЕНЕВЫХ КЛОНОВ! Хлопок. Сто клонов заполнили поляну. Оранжевая армия, бешеная, яростная, готовая рвать. — САСКЕ! — ОСВОБОЖДЕНИЕ ОГНЯ: ОГНЕННЫЙ ШАР! Пламя ударило в тушу, прожигая чешую, добираясь до мяса. Змея зашипела, заметалась, попыталась уползти — но клоны уже были везде. Я отпрыгнул назад, к Хинате. Она смотрела на меня круглыми глазами. — Рэдсель... ку... — выдохнула она. — Твои глаза... — Потом, — оборвал я. — Ты как? — Я... я в порядке. Ино и Сакура... — Клоны уже там. Я обернулся. Трое моих клонов склонились над девочками. Зелёное свечение ирьениндзюцу окутывало их тела. [ЛЕЧЕНИЕ C-РАНГА: АКТИВИРОВАНО ×3] [ИНО: СТАБИЛИЗАЦИЯ] [САКУРА: СТАБИЛИЗАЦИЯ] [ВРЕМЯ ДО ПРОБУЖДЕНИЯ: НЕИЗВЕСТНО] — Выкарабкаются, — сказал я. Не клон — я, оригинал. Хината кивнула и медленно осела на землю. Её силы кончились. Я встал над ней, прикрывая спиной. [ВНИМАНИЕ!] [НАВЫК: ЗАПИТКА ТЕЛА ДОСТИГ 10 УРОВНЯ] [ЭВОЛЮЦИЯ ДОСТУПНА] [ВЫБОР: АВТОМАТИЧЕСКИЙ РЕЖИМ — СЛУЧАЙНАЯ ЭВОЛЮЦИЯ] — Да плевать, — выдохнул я. — Делай. [ЭВОЛЮЦИЯ: ВНУТРЕННИЙ ТИГЕЛЬ] [СТЕПЕНЬ: 2 — ЛЮБИТЕЛЬ] [УРОВЕНЬ: 1] [ЭФФЕКТИВНОСТЬ УСИЛЕНИЯ ТЕЛА ЧАКРОЙ: +20% + 5% ЗА УРОВЕНЬ] Новая техника впиталась в тело, как вода в сухую землю. Я почувствовал, как чакра теперь течёт иначе — плотнее, горячее, послушнее. — Хорошо, — сказал я. И повернулся к змее. Она издыхала. Сто клонов Наруто рвали её на части. Саске жёг уцелевшие участки. Мои четверо клонов методично пробивали чешую в самых уязвимых местах. Это была не битва. Это была казнь. — Хватит, — сказал я. Все замерли. — Она уже не опасна. — Я подошёл к туше. — Добивайте и возвращайтесь. Мы уходим. Клоны Наруто рассеялись. Оригинал подбежал ко мне, тяжело дыша, но с горящими глазами. — МЫ ЕЁ! МЫ ЕЁ... — Да, — кивнул я. — Молодец. Саске подошёл молча, вытирая пот с лица. — Девочки? — спросил он. — Живы. Он выдохнул — коротко, почти незаметно. Но я видел. Мы стояли втроём над тушей гигантской змеи, посреди залитой кровью поляны, и смотрели, как мои клоны заканчивают лечение. — Скизо, — тихо сказал Саске. — Твои глаза. — Знаю. — Это... — Потом. — Я покачал головой. — Сначала выберемся. Потом всё объясню. — ...Хорошо. [БИТВА СО ЗМЕЁЙ: ПОБЕДА] [КОМАНДА 8: СТАТУС — ТЯЖЁЛЫЙ, НО СТАБИЛЬНЫЙ] [КОМАНДА 7: СТАТУС — ИСТОЩЕНЫ, НО ЦЕЛЫ] [СКИЗ: УРОВЕНЬ СИНХРОНИЗАЦИИ +15%] [ЗМЕЯ: МЁРТВА] — Хорошо, — сказал я. Опустился на землю рядом с Хинатой и закрыл глаза. Всего на минуту. Тишина длилась ровно минуту. Я сидел на земле, привалившись спиной к стволу, и пытался восстановить дыхание. Хината лежала рядом — без сознания, но живая. Ино и Сакура приходили в себя метрах в десяти — мои клоны заканчивали лечение, зелёное свечение ирьениндзюцу медленно угасало. Наруто стоял, уперев руки в колени, и тяжело дышал. Саске замер в напряжённой позе, сканируя взглядом верхушки деревьев. — Она ушла? — выдохнул Наруто. — Не верю, — ответил я. — Но мы же... — Ку-ку-ку. Голос упал сверху, как камень в стоячую воду. Я поднял голову. Она сидела на ветке. Та самая женщина. Та же бледная кожа, те же змеиные глаза, та же улыбка — широкая, голодная, бесконечно довольная. — Вижу, вы еле успели, мои малыши, — пропела она, покачивая ногой. — Такая драма! Такая самоотверженность! Прямо сердце радуется. Я медленно поднялся. — Ты всё это время была здесь, — сказал я. Не спросил — утвердил. — Конечно. — Она облизнулась. — Я же сказала — хочу поиграть. А наблюдать за игрой почти так же интересно, как участвовать. — Она перевела взгляд на Наруто. — Особенно когда джинчурики просыпается. Такая чакра... такой гнев... Это было прекрасно. — Заткнись, — выдохнул Наруто. — О? — Она приподняла бровь. — Что-то изменилось, малыш? Изменилось. Я видел это краем глаза. Наруто стоял, сжав кулаки, и его обычная дурашливость исчезла без следа. Он был очень зол, его глаза были бордовые, а на висках вздулись вены. Рядом зашевелились мои клоны. Закончив лечение, они поднялись, вставая плечом к плечу. Саске шагнул вперёд. Мы стояли втроём. Как час назад. Как тогда, на поляне, когда решили не бежать. Только теперь мы не боялись. — Наруто, — тихо сказал я. — Тысяча. — ...Что? — Тысяча клонов. Прямо сейчас. Он посмотрел на меня. Встретил взгляд. И улыбнулся. Не своей обычной дурашливой улыбкой — другой. Злой. Голодной. — ТЕХНИКА МНОЖЕСТВЕННЫХ ТЕНЕВЫХ КЛОНОВ! Хлопок. Лес взорвался оранжевым. Они были везде. На ветках, на земле, на стволах, свисая с лиан, выглядывая из-за корней — тысяча Наруто, тысяча копий, тысяча оскаленных улыбок. Хаотичные, бешеные, непредсказуемые. — АТАКУЕМ! — заорали они хором. И лавина рванула вперёд. Женщина на ветке дёрнулась — всего на мгновение, но я успел заметить. Удивление? Растерянность? Неважно. Главное — она не ожидала. — Мои клоны — вода! Четверо — водяные пули, непрерывно! Четверо копий вскинули руки. Вода ударила — плотным, хлёстким потоком, прижимая её к ветке, не давая уйти. — Трое — лёд! Первая техника — иглы. Десятки ледяных осколков впились в дерево вокруг неё, отсекая пути отступления. Вторая — кристаллы. Маленькие, незаметные, они разлетелись в стороны, повисли в воздухе. Одно касание — и они взорвутся, осыпав врага тысячами острых осколков. Третья — колья. Из земли под веткой вырвались ледяные пики, готовые пронзить любого, кто рискнёт спрыгнуть вниз. Саске уже перемещался. Прыжок — ветка, ещё прыжок — ещё ветка. За ним тянулись тонкие, почти невидимые нити — чакра, сплетённая в ловушку. Он обвивал деревья, создавая сеть, паутину, из которой невозможно выбраться незамеченной. — ОСВОБОЖДЕНИЕ ОГНЯ: ОГНЕННЫЙ ШАР! Пламя ударило с трёх сторон сразу. Саске жонглировал техниками, как заправский артист — один шар, второй, третий. Они взрывались вокруг неё, прожигая воздух, оставляя на ветках чёрные проплешины. — КУ-КУ-КУ! Смех. Она смеялась. — КАК ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! — голос перекрывал шум битвы. — ВЫ НАСТОЯЩАЯ КОМАНДА! Я ТАК РАДА! Она двигалась. Быстро. Слишком быстро. — НАРУТО, НЕ ДАЙ ЕЙ... Поздно. Она исчезла с ветки, появилась в другом месте — и тут же исчезла снова. Клоны хватали воздух, сталкивались друг с другом, падали, развеивались. Она играла с ними, как кошка с мышами. Но мыши сегодня были злыми. — ДЕРЖИТЕ ЕЁ! — заорал я. Мои клоны скорректировали прицел. Вода и лёд перестали быть хаотичными — теперь они били туда, где она появлялась. Кристаллы взрывались, осыпая её осколками. Иглы впивались в ветки, не давая остановиться. Колья росли из земли, подрезая траектории. Саске продолжал плести сеть. Нити становились всё гуще, всё плотнее — он замыкал круг. Наруто просто давил массой. Тысяча клонов — это не шутка. Даже если она убивала десяток за секунду, оставалось ещё девятьсот девяносто. — КУ-КУ-КУ! — ЕЁ СМЕХ СТАНОВИЛСЯ ВСЁ ГРОМЧЕ. — ДА! ДА! ВОТ ТАК! ПОКАЖИТЕ МНЕ, НА ЧТО ВЫ СПОСОБНЫ! Она остановилась. На секунду. На одну короткую секунду. Этого хватило. — СЕЙЧАС! — рявкнул я. Вся наша мощь обрушилась на неё разом. Вода. Лёд. Огонь. Тысяча кулаков. Взрыв. Дым. Тишина. Мы замерли. Клоны Наруто застыли, кто где стоял. Саске повис на ветке, тяжело дыша. Мои копии медленно опустили руки. Я смотрел в центр облака пыли и дыма, пытаясь разглядеть хоть что-то. — ...Получилось? — выдохнул Наруто. Дым рассеялся. Ветка была пуста. — ...Нет, — сказал я. — КУ-КУ-КУ. Голос доносился отовсюду и ниоткуда одновременно. — ВЫ МЕНЯ ПОРАДОВАЛИ, МАЛЫШИ. ПО-НАСТОЯЩЕМУ ПОРАДОВАЛИ. Молниеносно. Быстрее, чем я успел моргнуть. Шея удлинилась, вытянулась, как у настоящей змеи — и зубы впились в шею Саске. — А-а-а! Он вскрикнул — коротко, сдавленно — и схватился за место укуса. На коже проступила чёрная метка, три запятые закрутились вокруг невидимой оси, вгрызаясь в плоть. — Саске! — Наруто рванул к нему, но женщина уже исчезла, оставив после себя только смех, затухающий в листве. Саске покачнулся. Его лицо побледнело так резко, будто из него выкачали всю кровь. Глаза закатились, ноги подкосились — он рухнул на землю, едва дыша. — Саске! САСКЕ! — Наруто тряс его за плечи, но тот не реагировал. Только грудь вздымалась — редко, прерывисто, с хрипом. Я опустился рядом на колени. Мои глаза стали обычными, чакра духа отступила. Чёрная печать пульсировала на его шее, живая, отвратительная. Чакра внутри неё текла неправильно. — Что это? — выдохнул Наруто. — Что она с ним сделала?! — Не знаю, — ответил я. Но внутри, в глубине, где дремал Скиз, уже зашевелилось что-то. «Проклятая печать, — голос духа был тих, сосредоточен. — Одна из вариаций. Я чувствую структуру... она ломает его, перестраивает под себя. Если ничего не сделать — он либо умрёт, либо станет её рабом». — Что я могу сделать? — спросил я. Вслух. Наруто удивлённо посмотрел на меня, но я не обратил внимания. «Поставить свою печать. Поверх. Перехватить контроль». — Ты с ума сошёл? — Я почти рассмеялся. — Ты всегда говоришь только о силе, о геномах, о том, как забрать чужое! А теперь предлагаешь помочь? Ему? «Я предлагаю помочь. Я предлагаю не дать этой женщине забрать то, что может пригодиться нам позже». — Скиз. «Что?» — Заткнись. Просто заткнись. Я смотрел на Саске. На его бледное лицо, на остановившийся взгляд, на печать, пожирающую его изнутри. Потом — на Наруто. На его страх, на его отчаяние, на то, как он сжимал руку друга, будто мог вытащить его силой. — Отойди, — сказал я. — Что? — Отойди. Наруто отшатнулся. Я наклонился к шее Саске. К чёрной, пульсирующей метке. И укусил. «...Что ты делаешь?» — голос Скиза был растерян. Впервые за долгое время — растерян. — То, что ты сказал. «Я не говорил...» — Сказал. По-своему. — Я не разжимал зубов, чувствуя, как кровь Саске смешивается с моей слюной, как чакра — его и моя — начинает переплетаться. — Забирать, чтобы не дать забрать другим. Это же твоя философия. «...» — Так что заткнись и помогай. [КРОВАВАЯ МЕТКА: АКТИВАЦИЯ] [ЦЕЛЬ: САСКЕ УЧИХА] [ИСТОЧНИК: ПРОКЛЯТАЯ ПЕЧАТЬ НЕБЕС] [ПРОЦЕСС: ПЕРЕЗАПИСЬ] Чёрный цвет на шее Саске дрогнул. Томое — три запятые, вращающиеся вокруг центра — замедлились. Дёрнулись. Попытались продолжить движение, но не смогли. В них вплёлся розовый. Мягкий, тёплый, живой — цвет клана Скизо. Он растекался по чёрной метке, как вода по сухой земле, впитывался, перекрашивал, менял саму структуру печати. Томое закрутились снова — но теперь в другую сторону. Быстрее, резче, увереннее. А потом — замерли. Три запятые, расположенные вокруг ровного круга. В центре круга — иероглиф. Знакомый. Родной. «Скиз». [ПЕЧАТЬ ПРЕОБРАЗОВАНА] [ПРОКЛЯТАЯ ПЕЧАТЬ НЕБЕС → КРОВАВАЯ ПЕЧАТЬ НЕБЕС СКИЗО] Я оторвался от шеи Саске, вытирая губы тыльной стороной ладони. — ...Что это было? — выдохнул Наруто. Он смотрел на меня так, будто я только что отрастил вторую голову. — Помощь, — ответил я. — Ты его укусил! — Я его спас. — ЭТО ОДНО И ТО ЖЕ В ТВОЁМ МИРЕ?! — В моём мире — да. Саске задышал ровнее. Кожа перестала быть мертвенно-бледной, вернулся нормальный цвет. Глаза дёрнулись под веками — он приходил в себя. — ...Где я? — прохрипел он. — В лесу, — ответил я. — Где же ещё. — А та женщина... — Ушла. Но успела тебя укусить. Саске коснулся шеи. Нащупал печать — новую, розовую, пульсирующую в такт сердцу. — ...Что это? — Долгая история. — Я поднялся. — Вставай. Нам надо уходить. И тут система взорвалась уведомлениями. [ВНИМАНИЕ!] [ПОГЛОЩЁН НОВЫЙ ГЕНОМ: УЧИХА] [ЭФФЕКТЫ:] [— ШАРИНГАН: СПОСОБНОСТЬ ПРОБУДИТЬ ПОЛУЧЕНА] [— СТИХИЯ ОГНЯ: ДОСТУПНА] [— +150% К СКОРОСТИ ИЗУЧЕНИЯ ОГНЕННЫХ ТЕХНИК] [— +25% К ЛОВКОСТИ] [— +25% К СИЛЕ] [ИТОГОВЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ:] [СИЛА: 35 × (1 + 0.5 + 0.77 + 0.25) = 35 × 2.52 = 88.2] [ЛОВКОСТЬ: 40 × (1 + 0.77 + 0.25) = 40 × 2.02 = 80.8] [ПОЛУЧЕНО ОЧКОВ ТАЛАНТА: +3] [ТЕКУЩИЙ БАЛАНС: 3 ОЧКА] — Твою ж... — выдохнул я. — Что? — насторожился Наруто. — Ничего. Просто... — Я зажмурился, пытаясь переварить информацию. — Просто подожди. [ВНИМАНИЕ!] [ТЕХНИКА «ВОДЯНАЯ ПУЛЯ» ДОСТИГЛА ПОРОГА ЭВОЛЮЦИИ] [ЭВОЛЮЦИЯ ДОСТУПНА: ВОДЯНОЕ КОПЬЁ (C-РАНГ)] [ПРИМЕНИТЬ АВТОМАТИЧЕСКИ?] — Да, — мысленно ответил я. — Делай. [ТЕХНИКА: ВОДЯНАЯ ПУЛЯ → ВОДЯНОЕ КОПЬЁ] [РАНГ: C] [СТОИМОСТЬ: 40 CP] [УРОН: 35 ЕДИНИЦ] [ЭФФЕКТИВНОСТЬ: +5% (УР.1 × 5%)] Я открыл глаза. — Что с тобой происходит? — осторожно спросила подошедшая Хината. Она уже очнулась — бледная, но на ногах. — Потом объясню, — отмахнулся я. — Саске как? — Вроде нормально. — Она посмотрела на него. — Но печать... — Знаю. Я подошёл к Саске. Он сидел, прислонившись к дереву, и рассматривал свою руку. Чакра текла по его каналам иначе — плотнее, горячее, увереннее. — Саске, — сказал я. — Твоя печать. Она теперь не та, что была. — Я чувствую. — Эта печать — клана Скизо. Моя. Она даст тебе силу, но за неё придётся платить. — Чем? — Перегревом. После использования — два дня отдыха. Каналы не выдержат чаще. Он кивнул, принимая информацию. — А что она даёт? — В обычном состоянии — объем чакры и её контроль удваиваются. Просто висит. — Я помолчал. — Но если захочешь... Первая ступень — розовые линии по лицу. Сила, скорость, выносливость +33%. Саске поднял бровь. — Вторая ступень — линии по всему телу. Фиолетовые круги вокруг глаз. +66%. — ...Третья? — Третья — кожа и глаза становятся фиолетовыми. Как у меня, когда я беру силу Скиза. — Я посмотрел на него. — Только у меня кожа не меняется. У тебя — будет. Саске молчал долго, очень долго. — ...Это та же сила, что была у неё? — Нет. — Я покачал головой. — Та печать пила тебя, ломала, подчиняла. Эта — даёт. Просто пользуйся аккуратно. Он кивнул. И вдруг — почти незаметно — улыбнулся. — Спасибо, — сказал он. Другим тоном. Я удивился, редко услышишь, когда учиха говорит подобное, а еще реже такое услышать от Саске. — Собирайтесь. Нам в башню. Наруто подскочил к Саске, хлопнул его по плечу, затараторил что-то про то, как они вместе будут крутыми и всех порвут. Саске поморщился, но не отодвинулся. Хината подошла ко мне. — Рэдсель-кун, — тихо сказала она. — Ты... изменился. — В каком смысле? — Ты стал... — Она запнулась, подбирая слова. — Ты стал больше. Не телом. Душой. Я посмотрел на неё. — Ты чуть не умерла, защищая подруг. — Я помолчал. — Это ты стала больше. Она улыбнулась — слабо, устало, но тепло. — Мы — команда, — сказала она. — Да, — кивнул я. — Команда. [ГЕНОМ УЧИХА: ИНТЕГРИРОВАН] [КРОВАВАЯ ПЕЧАТЬ НЕБЕС: АКТИВИРОВАНА НА САСКЕ] [ОЧКОВ ТАЛАНТА: 3] [...] [...] [ХЛЕБ ЦЕЛ] — Конечно цел, — буркнул я. — Что? — переспросила Хината. — Ничего. Внутренний диалог. — Опять? Я улыбнулся, ничего не говоря. — Стоп. — Вдруг опомнился я. Я сказал это так резко, что даже Наруто, уже успевший развернуться в сторону башни, замер на месте. — В смысле? — Он обернулся, хмурясь. — Мы же идём к башне, да? Там выход, там... — Мы никуда не идём. — Я опустился на землю, прислонившись спиной к стволу. — По крайней мере, не сейчас. — Но... — Наруто. — Саске перебил его усталым, но твёрдым голосом. — Посмотри на нас. Наруто посмотрел. Ино лежала на земле, всё ещё бледная, с зафиксированной моими клонами ногой. Сакура сидела рядом, обхватив голову руками — она пришла в себя, но сил в ней было не больше, чем в гнилом фрукте. Хината стояла, опираясь на дерево, и её била мелкая дрожь — последствия переутомления после бьякугана, который она держала часами. Саске сам едва держался на ногах — печать на шее пульсировала ровно, но слишком уж ярко, слишком сильно для его истощённого организма. Наруто... Наруто выглядел лучше всех, потому что он был Наруто, но даже его глаза покраснели от недосыпа и перенапряжения. — Мы сдохнем по дороге, — спокойно сказал я. — Или на первой же встрече с любой командой, у которой остались силы. Не в башню нам сейчас, а в нору — отлёживаться. — Но свитки... у нас же только один... — Успеем. Пять дней ещё. Наруто открыл рот, собираясь спорить, но вдруг осекся. Посмотрел на Саске. На Сакуру. На девочек. — ...Ладно, — буркнул он и плюхнулся на землю рядом со мной. Привал разбили быстро и тихо. Мои клоны — те трое, что лечили девочек, — ещё держались, но я чувствовал, что их ресурс на исходе. Оставил двоих на страже, одного — помогать с ранеными. Остальных рассеял, возвращая чакру в основной резерв. Стало чуть легче. Совсем чуть-чуть. — Хината, сядь, — сказал я, видя, как она покачивается. — Отдыхай. — Я могу... — Можешь. Но не нужно. — Я похлопал по земле рядом с собой. — Давай. Она помедлила секунду, потом опустилась рядом. Ближе, чем обычно. Наверное, просто устала. Саске сидел по другую сторону, прикрыв глаза. Наруто разлёгся на траве, раскинув руки, и смотрел в небо. — ...Красиво здесь, — неожиданно сказал он. — Где? — не поверил Саске. — Ну, лес. Тишина. Листья шелестят. — Наруто повернул голову. — Если забыть, что тут везде смерть, вообще отлично. Саске промолчал. Всем нам было спокойней от слов Наруто, он был прав, если забыть, что тут везде смерть — становится намного комфортней. Сакура фыркнула. Почти как настоящая, не как выжатый лимон. — Наруто, у тебя кровь на лбу. — О, правда? — Он пощупал лоб, посмотрел на пальцы. — А, ерунда, заживёт. — Дай сюда. Сакура подползла к нему, достала бинт. Наруто замер, глядя на неё круглыми глазами. — Ты... ты меня лечишь? — Ты истекаешь кровью, придурок. — Она затянула бинт. — Сиди смирно. — ...Спасибо. — Не за что. Я перевёл взгляд на Ино. Она пришла в себя минут десять назад, но молчала — просто лежала, глядя вверх, и слушала. — Нога как? — спросил я. — Болит, — ответила она. Голос был тихий, но ровный. — Но жить буду. — Ясное дело, будешь. Я же лечил. — ...Спасибо. — Не за что. Хината рядом со мной чуть заметно улыбнулась. — Ты всем говоришь «не за что», — сказала она. — Потому что это правда. — Нет. — Она покачала головой. — Ты просто не умеешь принимать благодарность. Я посмотрел на неё. — Умею. — Не умеешь. — ... — Я же вижу. Она отвернулась, но краем глаза я заметил, что улыбка не исчезла. Прошёл час. Может, два. Я сидел, прикрыв глаза, и слушал лес. Где-то вдалеке кричали птицы. Где-то журчала вода. Где-то, совсем далеко, кто-то сражался — звуки взрывов доносились приглушённо, почти неразличимо. Рядом сопел Наруто. Он умудрился заснуть за десять секунд, свернувшись калачиком на траве. Саске сидел с закрытыми глазами, но не спал — я чувствовал, как его чакра медленно восстанавливается, пульсируя в такт дыханию. Сакура уснула, привалившись к дереву. Ино задремала, положив голову на рюкзак. Хината не спала. — Рэдсель-кун, — тихо позвала она. — М-м? — Можно спросить? — Спрашивай. — Та женщина... Она укусила Саске-куна, и ты... ты тоже его укусил. — Она запнулась. — Почему? Я открыл глаза. — Ты про печать? — Да. И про то, что ты сделал. — Она смотрела на меня в упор. — Ты отдал ему часть своей силы. — Не отдал. Просто переписал чужую. — Это одно и то же. — Нет. Разное. — Для него — нет. Я помолчал. — Он мой... — я запнулся, подбирая слово, — союзник. Товарищ. Не знаю. Он дрался рядом, не сбежал, не струсил. — Пауза. — Я не мог дать ей забрать его. — Поэтому ты его укусил. — Поэтому. Хината улыбнулась. — Ты странный, Рэдсель-кун. — Знаю. — Но это хорошо. Она закрыла глаза и наконец уснула. Я остался сидеть, глядя на звёзды, проступающие сквозь листву. — Отдыхайте, — сказал я тихо. — Завтра будет тяжёлый день. «А послезавтра?» — спросил Скиз. — Ещё тяжелее. «...Ты умеешь мотивировать». — Заткнись и дай мне посидеть в тишине. «Как скажешь». Тишина. [ПРИВАЛ: АКТИВИРОВАН] [ВРЕМЯ: 4 ЧАСА] [ВОССТАНОВЛЕНИЕ: 40%] [...] [...] [ХЛЕБ РАЗДЕЛЁН НА ВСЕХ] [НАРУТО СЪЕЛ БОЛЬШЕ ВСЕХ] [ЭТО НОРМАЛЬНО] — Знаю.