Глава 1 - Маргаритка в волосах

Белое покрывало все еще окутывало всю долину, не смотря на приближение весны. Год, в далеком от мира городке Пеликан, выдался насыщенным. Мэр Льюис не жалел денег на праздники и мероприятия, потому что местный бюджет внезапно увеличился, как только в городе вновь появился фермер. Прилавки продуктового магазина Пьера так и ломились от свежих овощей и фруктов, не удивительно, что и налоги с их продажи стали чуточку больше. Той весной никто и подумать не мог, что появившаяся откуда-то издалека девушка, вошедшая в наследство, повлияет на жизнь каждого здесь. Ходили слухи, что она приехала, чтобы продать ферму корпорации Джоджа, а те построили бы там завод или еще один супермаркет, и тогда местному бизнесу точно пришел бы конец. Но какого же было удивление, когда шли дни, ферма потихоньку стала приобретать опрятный вид, а в городе все чаще мелькала новая фигура. До того дружелюбная и милая, что многие сразу прониклись к ней симпатией. Шейн не был одним из многих. Зарытый с головой в бездну собственных переживаний и проблем, в его сердце больше не осталось места для новых знакомств и доверия. Каждый бессмысленно прожитый день казался ему пыткой. Он твердо убедил себя в том, что его жизнь – ошибка, глупая шутка, проклятье вечного несчастья. Крепкий алкоголь глушил эти мысли, по крайней мере, он в этом себя убеждал, каждый вечер переступая порог салуна. И не важно, что такая зависимость вызывала еще большую ненависть к себе, ему нужно было ради чего-то зарабатывать деньги, ради чего-то выходить из дома. Стабильное саморазрушение, как смысл просыпаться по утрам. «- Тебе платят за рекламу пива? -раздался женский голос.» Это был первый день лета. Шейн после восьмичасовой смены в ДжоджаМарт, как обычно тратил остаток дня в салуне, ни с кем не разговаривая, погруженный в свои мысли под ненавязчивую мелодию из музыкального автомата. В будние дни там никогда не бывает людно, поэтому переживать, что кто-то с дуру захочет с ним поболтать не приходилось. Пожалуй, до этого момента. Шейн поднял глаза и увидел ее – ту самую новую владелицу старой фермы. В сером рабочем комбинезоне, немного испачканном грязью от работы в огороде, густыми каштановыми волосами и короткой стрижкой по плечи. Еще в прядь над ухом был вплетен какой-то цветок. Кажется, маргаритка. Она сидела в метре от него и внимательно смотрела ему в глаза с улыбкой, будто ожидая, что эта нелепая шутка его рассмешит. Шейн вернул внимание к своему полупустому стакану и прикинул, сколько еще он сможет выпить сегодня, чтобы самостоятельно добраться домой. «- Ты разговариваешь только с теми, кто покупает тебе добавки?» - она не сдавалась. «- А ты проверь.» - парень залпом допил остаток пива и громко бахнул кружкой по деревянной стойке. Вытер пену с уголка губ большим пальцем и исподлобья взглянул на нее. Взгляд был тяжелым, пустым. Улыбка с лица фермерши исчезла, и она пару секунд смотрела на него, разглядывая что-то в этих уставших темных глазах. Потом хмыкнула, бодро встала со стула и надела на плечо небольшой красный рюкзак. «- Не. Я не спонсирую алкоголизм.» Шейн пару секунд понаблюдал за тем, как она двигалась к выходу, а затем жестом попросил бармена наполнить стакан. Время летело быстро, вскоре часы показали половину двенадцатого ночи. В салуне уже почти не осталось посетителей. Шейну не хотелось дожидаться момента, когда Гас намекнет о закрытии, поэтому он оставил на стойке горсть монет и, шатаясь, поплелся к выходу. Воздух в Пеликане был свежим и отрезвляющим, за что Шейн и не любил его. Казалось глупым потратить столько денег на алкоголь и выветрить его за пару часов прогулки. Но в этот раз Шейн чувствовал себя достаточно пьяным, чтобы никакой воздух не справился с таким количеством алкоголя в крови. Свет от фонарей не доставал до леса, погрузив дорогу во тьму. То еще испытание, не споткнуться о какой-нибудь камень, когда не уверен, что не запутаешься в собственных ногах. Может быть, пару раз он все-таки запутался. Сложно сказать. Он даже не помнил, как дошел до дома и дошел ли вообще. Утро встретило его ужасной головной болью и сухостью во рту. За дверью слышались приглушенные голоса и быстрые тяжелые шаги. Шейн с трудом открыл глаза, закрываясь рукой от яркого летнего солнца, с которым не справлялись даже пыльные шторы. Кровать скрипнула, когда он потянулся рукой к полу, в попытках найти хоть что-то жидкое, дабы утолить жажду. Пустая банка звякнула и покатилась под кровать. За тумбочкой он наконец нащупал небольшую бутылку воды и выпил ее залпом, сминая в руке. Было бы тяжело вспомнить какой сегодня вообще день. Ориентироваться во времени помогало то, что в конце каждой рабочей недели его вызывал начальник. Он выплачивал зарплату, но главное – вычитал из нее все проколы и нарушения, которые часто брались будто из воздуха. Моррис был тем еще подозрительным подонком, но в городе больше не осталось мест, где можно хоть как-то подработать. Конечно, если у тебя не свое сельскохозяйственное дело или если ты не мэр. К счастью, Шейн не относился ни к чему из этого. Его дни всегда были похожи друг на друга. В исключение входили лишь выходные, когда привычный распорядок «Работа-Салун-Дом» менялся на просто «Дом». Выходить не было ни желания, ни смысла. Он бы с радостью давно бросил работу, если бы не приходилось платить за комнату своей тетке Марни. Не хотелось быть ей обузой и жить в ее доме как нахлебник. К тому же, пиво тоже надо на что-то покупать. Если еще и алкоголь исчезнет из его жизни… Наверняка она станет окончательно невыносимой. Сегодня как раз можно было никуда не выходить. Шейн проверил карманы мастерки, чтобы убедиться, что не потерял ночью всю полученную зарплату, в попытках добраться до дома. Монеты приглушенно звякнули. Значит предстоящую неделю можно будет как-то пережить. Сложно понять, хорошо ли это. Из огромного разнообразия дел, которыми парень мог заняться – например, смотреть телевизор, играть в приставку или проспать весь день – он выбрал первое. Телевизор с пыльным выпуклым экраном стоял в углу комнаты на полу. Рядом с ним, вместе с приличной кучкой пустых банок от колы и пива, валялся джойстик. В щели между стеной и телевизором выглядывал футбольный мяч, который никто не трогал уже больше года. Мяч просто лежал там и периодически напоминал Шейну о прошлом, в котором он еще не был таким, как сейчас. Когда-то у него были мечты. Любимое хобби. Друзья. Все это далеко позади. Теперь он здесь – в богом забытым Пеликане. Проживает свои жалкие дни в надежде, что завтра не наступит. Парень сел напротив телевизора на пол и пролистал несколько каналов. Выбор, конечно же, был не велик. Это тебе не мегаполис Зузу, где у каждого подключено по сотне каналов о всем на свете. Здесь их было от силы восемь и то, половина часто показывала сплошные помехи. «…В долине Стардью всю неделю ожидается хорошая погода…» *пшшш* « … Духи шепчут мне, что сегодня неблагоприятный день, чтобы начинать что-то новое…» *пшшш» « Вы на канале «Дары земли»! Поговорим о пчеловодстве…» *пшшш* «Команда Таннелерс обходит соперника на 4 очка! Нападающий Кевин Томпсон снова на высоте! Посмотрите, как ликует публика...» Шейн отложил пульт. Ничего интереснее старого матча по гриндболу все равно не найти. Без особого интереса он смотрел на игроков, носящихся по полю. Трудно поверить, что когда-то, в университетские годы, он был в точно такой же команде. Не известной на весь мир как Таннелерс, конечно, но все же. Они постоянно одерживали победу на межуниверситетских турнирах. Даже губернатор однажды приехал на матч и лично поздравлял их. Казалось, что их всех ждет блестящее будущее. Успешная карьера, бесчисленные фанаты, деньги, которые не заканчиваются. Может быть даже семья, которая с нетерпением ждала бы его, пока он завоевывает очередной кубок. Эти глупые, наивные мечты они с парнями мусолили часами в раздевалке после игр. Шейн ненавидел думать о том, что у него действительно был шанс достичь всего этого. Воспоминания разжигали в груди болезненную тоску. Жаль, что он дожил до момента, когда все пошло прахом. Шейн нахмурился и попытался сосредоточиться на матче, чтобы перебить навязчивые мысли. Звонкий голос тетки Марни за дверью стал громче комментатора, который воодушевленно хвалил игроков за красивый гол. Шейн раздраженно сделал телевизор тише и прислушался, чтобы понять, что происходит. Разговор за дверью шел про сено, шерсть и что-то еще, связанное со скотом. Дом Марни по совместительству был еще и магазином, в принципе, как и многие магазины в городе, так как денег на постройку отдельного здания ни у кого не было. Тетя Марни разводила домашний скот и, конечно, занималась продажей животных и всего для них необходимого. Напористый стук в дверь перебил мысли Шейна, заставив вздрогнуть. «- Шейн! Золотко, ты спишь?» - Марни прокричала это так, что будь у них соседи, проснулись бы даже они. Шейн не успел даже подумать о том, чтобы что-то ответить, как она продолжила кричать: «- Мне срочно нужно купить уксус. Если кто придет, отдай ящик в коридоре. Там разберешься, в общем. Я пошла!» Эта ее суетливость периодически ужасно бесила Шейна. Марни иногда вела себя так, будто вечно опаздывает. Не смотря на ее тучное телосложение и маленький рост, она неслась куда-то, тяжело дыша. И даже не смотря на отдышку, продолжала быстро говорить. В этом был плюс – не обязательно что-то ей отвечать, ведь, скорее всего, она на свой же вопрос ответит первой.  Примерно к четырем часам спортивные программы кончились и пришлось снова искать, что посмотреть. На одном из каналов шла передача про уход за животными, в частности, за курами. Шейн остановился на ней. В дверь аккуратно постучали, заставив Шейна тяжело вздохнуть. Неужели так сложно просто оставить его в покое? Шейн молчал, в надежде, что человек за дверью, кто бы там ни был, решит, что здесь никого нет и уйдет. На удивление, дверь медленно открылась. «- Марни, ты зд….» - девушка запнулась, обнаружив в комнате вовсе не женщину с рыжеватыми вьющимися волосами. Шейн на пару секунд обернулся и мельком осмотрел нарушителя спокойствия. «- Нравится шастать по чужим домам?» «- Я не… - она возмущенно нахмурилась.» Девушка уже хотела закрыть дверь и уйти, но ее взгляд быстро пронесся по комнате. От увиденного она опешила. Повсюду был полный бардак. Банки от колы и пива заполонили все пространство на полу, а местами блестели липкие лужи. Одежда разбросана по всей мебели. В нос ударил резкий запах алкоголя и пыли, от которого она невольно поморщилась. - «Боже, какая пом…» - она недоговорила, прикусив губу. - «Не помню, чтобы звал тебя в гости, поэтому не успел прибраться» - он взял банку с пола, потряс ее и сделал глоток. – «Так ты зашла просто сказать, что моя комната – помойка?» - «Вообще-то Марни просила меня зайти, – девушка еще раз осмотрела комнату и негромко вздохнула. - Но я не знала, что ты здесь живешь.» «- Надеюсь иначе бы не пришла.» «-Ты всегда такая язва? Я между прочим и тебя искала. Я думала, что застану тебя в салуне, но…» «- Что тебе от меня надо?» Девушка без приглашения прошла в комнату, осторожно переступая мусор и остановилась рядом с Шейном. «- Вчера вечером я была у Льюиса. Оказывается, у него есть целая книга обо всех, кто живет в Пеликане. Жуть конечно… Но я немного изучила список дней рождений, ну… Чтобы поздравить если что. Ну и в общем… Увидела, что твой прошел не так давно. Подумала, что все равно должна поздравить. Так что-о-о... Вот?» - Она неловко протянула пакет. Шейн медленно повернул голову и несколько секунд молча смотрел на него. По комнате вмиг разнесся приятный запах. Видимо, в пакете было что-то съедобное. Шейн ухмыльнулся. -«Да, я слышал, что ты из этих… альтруистов. Ходишь, даришь всем подарки. А еще кормишь того бомжа у озера. Мне по-твоему, есть нечего?» Девушка нахмурилась и опустила пакет. - «У этого… бомжа… К слову, его зовут Линус, хотя бы манеры есть. А вот какие черти тебя воспитывали, я не знаю. Не удивительно, что с тобой никто не хочет общаться.» - девушка кинула пакет к месту, где сидел Шейн и ушла, громко хлопнув дверью. Шейн выключил телевизор и потер лицо руками. Может он и не хотел так грубить ей, но это давно стало автоматической реакцией, на любой раздражитель. Не то, чтобы он старался быть вежливым, но он понимал, что слишком часто срывается на людей, которые не сделали ему ничего дурного. Будь то Гас, решивший приободрить его, пока тот сидит по несколько часов в компании кружки пива с кислым лицом, или малышка Джас, которая пристает с просьбами поиграть с ней, пока Марни нет дома. Как же часто он стал кричать на нее… Шейн ненавидел себя, каждый раз, когда видел эти круглые глазки, заполняющиеся слезами. Он клялся ее матери, что будет заботиться о своей крестнице, во что бы то ни стало. А теперь он отвергает ее раз за разом, избегает, кричит, игнорирует. Видит, как она убегает в слезах и ничего не может с собой сделать. Ему невыносимо показываться ей таким. Он хотел быть примером. Хотел, чтобы она никогда больше не чувствовала себя брошенной. Хотел быть рядом… А теперь, она, скорее всего, ненавидит его. И он точно это заслужил. По ночам его голову заполняли мысли о том, что наверняка всем было бы куда лучше, не вернись он однажды домой. Может, они бы вздохнули с облегчением. Говорили бы, что он ушел в запой и потерялся где-то. А потом и вовсе забыли о нем. Как о ненужной вещи на чердаке. Бесполезной, занимающей место. Да руки не доходят выкинуть…. Шейн сглотнул, пытаясь избавиться от кома в горле. Его ногти больно впились в ладони. В попытках отвлечься, он посмотрел на пакет на полу и немного его приоткрыл. В нос ударил запах теста, сыра, томатного соуса и приправ. Пицца. Не похожа на ту, что продается в салуне. Видимо, домашняя. Шейн ударил по ручке пакета и, выругавшись, лег на пол. «Может теперь она прекратит свои попытки…» - Шейн тяжело вздохнул. Под кроватью блеснула банка. Парень потянулся рукой по пыльному полу. Пустая. Кажется, повод выйти из дома сегодня все же есть.