Часть 2

На сделующий день после уроков Блэквуд отправилась в теплицу – это было единственным местом, где Мелоди не чувствовала потребности оглядываться по сторонам. Влажный воздух, запах перегноя и мерное шуршание листвы создавали идеальный белый шум. Здесь её никто не трогал. Невилл, её верный напарник по тишине, сидел на низком табурете и аккуратно протирал листья огромной герани. ​Мелоди устроилась на углу массивного дубового стола. В её блокноте медленно проступал эскиз: сплетение корней, похожих на чьи-то узловатые пальцы. Ей нравилось, что растения не умеют врать. Если ты их не полил — они засыхают. Если относишься с уважением — они растут. Все честно. ​— Мел, — тихо позвал Невилл, не отрываясь от работы. — Как думаешь, если я добавлю в почву немного измельченной скорлупы драконьих яиц, колючка перестанет быть такой агрессивной? ​— Она станет сильнее, Невилл, — отозвалась Мелоди, не поднимая глаз от рисунка. — И тогда она просто откусит тебе палец быстрее, чем ты успеешь сказать «профессор Стебль». Оставь её в покое, она любит одиночество. Хм, прям как я. ​Невилл понимающе кивнул. Он был одним из немногих, кто не пытался «вытащить её из раковины». Ему самому там было вполне уютно. ​Но покой в Хогвартсе — вещь скоропортящаяся. Сначала раздался свист. Тонкий, противный, похожий на звук закипающего чайника, который внезапно сошел с ума. Мелоди подняла голову как раз в тот момент, когда через открытую фрамугу в теплицу влетело что-то ярко-оранжевое. Оно бешено крутилось, рикошетя от стеклянных стен и рассыпая искры прямо над грядками с нежной рассадой. ​— Пригнись! — Невилл среагировал на инстинктах, буквально сдергивая Мелоди с табурета вниз, на земляной пол. ​Грохнуло не сильно, но эффектно. Вместо огня из оранжевой штуковины вырвалось плотное облако ядовито-розового дыма, которое за секунду заполнило пространство. В носу немедленно зачесалось от запаха дешевых духов и жженой сахара. ​— Мои мандрагоры! — из глубины теплицы раздался испуганный и одновременно яростный крик профессора Стебль. ​Мелоди медленно поднялась, отряхивая мантию от розовой пыли. Внутри неё закипало холодное, расчетливое бешенство. Весь её блокнот, её рисунок, над которым она сидела час, теперь был покрыт слоем липкой розовой дряни. ​В дверях, под строгим взглядом профессора, стояли виновники. Фред и Джордж. У Фреда на лице застыло выражение «упс, кажется, не туда», а Джордж первым делом посмотрел на Мелоди. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но Стебль его опередила. ​— Уизли! Оба! Это переходит все границы! Вы понимаете, что эти пары могли погубить редчайшие саженцы? А если бы мисс Блэквуд или мистер Лонгботтом пострадали? ​— Профессор, это был побочный эффект «Летающей Вонючки», — начал Фред, пытаясь придать лицу виноватый вид. — Мы рассчитывали на вертикальный взлет… ​— …но у замка сегодня странные сквозняки, — закончил Джордж, продолжая разглядывать Мелоди. Она в ответ посмотрела на него так, словно он был особо противным слизнем, которого нужно раздавить каблуком. ​— Сквозняки? — Стебль почти дрожала от гнева. — Раз у вас так много времени на расчет траекторий, вы проведете его здесь. Несколько дней отработок вам не помешают. Начиная с этого момента, будете помогать Невиллу и Мелоди пересаживать колючую лозу. Вручную. Без магии. Мистер Лонгботтом, выдайте им самые тупые секаторы. ​Профессор развернулась и ушла вглубь теплицы, продолжая ворчать. ​Близнецы нехотя зашли внутрь. Фред поплелся к Невиллу, который выглядел так, будто его заставили работать с дементорами. Джордж же направился к столу Мелоди. ​— Ну, привет еще раз, — сказал он, останавливаясь напротив. — Кажется, розовый тебе не очень идет, Блэквуд. Хотя пятно на щеке выглядит почти как румянец. ​Мелоди молча взяла тряпку и начала яростно оттирать свой блокнот. ​— Твоя петарда испортила мне эскиз, Уизли, — её голос был ровным, но в нем чувствовался металл. — Если ты сейчас не замолчишь и не возьмешься за горшки, я проверю, насколько быстро твои волосы вспыхивают от обычного взмаха палочкой. ​— Какая ты гостеприимная, — Джордж усмехнулся, но послушно взял тяжелый мешок с землей. — Ладно, не кипятись. Мы всё исправим. ​Работа началась. Это были самые длинные два часа в жизни Мелоди. Вместо привычной тишины теплица наполнилась шумом. Фред постоянно ронял инструменты и пытался расспросить Невилла о квиддиче, а Джордж… Джордж, к её огромному раздражению, оказался на её участке работы. Им вдвоем нужно было подготовить почву для Колючей Лозы. ​Джордж работал на удивление ловко для того, кто привык всё взрывать. Он молчал минут десять, но Мелоди чувствовала на себе его взгляд. Это раздражало. Она привыкла быть наблюдателем, а не объектом наблюдения. ​— Ты всегда так серьезно относишься к сорнякам? — наконец спросил он, разбивая ком земли лопатой. ​— Это не сорняки. Это ингредиенты для зелий, — Мелоди методично смешивала удобрения. — Но тебе, видимо, привычнее смешивать порох и навоз. — Эй, в наших товарах есть доля высокой науки! — притворно обиделся Джордж. — Просто она… шумная. Как и я. ​— Заметно. ​— Слушай, — он отложил лопату и чуть наклонился к ней. — Я правда не хотел портить твой рисунок. Дай посмотрю? ​Он протянул руку к блокноту, но Мелоди мгновенно захлопнула его, едва не прищемив ему пальцы. ​— Не трогай. Это личное. ​— Ого, — Джордж поднял брови. — Личное? Там что, секретные планы по захвату Хогвартса? Или стихи о любви к профессору Снейпу? ​Мелоди подняла на него глаза. В её взгляде не было ни тени смущения — только ледяная усталость. ​— Там вещи, которые имеют ценность. Ты в их число не входишь. Занимайся землей, Уизли. У нас еще тридцать горшков. ​Джордж на секунду замолчал. Обычная девушка на её месте либо покраснела бы от его внимания, либо начала бы спорить, заигрывая. Но Мелоди смотрела сквозь него. Ей было абсолютно всё равно, кто он такой и что он о ней думает. Для неё он был просто досадной помехой, из-за которой её пальцы теперь были по локоть в грязи. ​— Знаешь, Блэквуд, — тихо сказал он, возвращаясь к работе. — Ты как мандрагора. Если тебя вытащить из твоей привычной почвы, ты, наверное, тоже орешь так, что все вокруг падают замертво. ​— Просто не вытаскивай меня, — отрезала она. — И мы оба останемся живы. ​Весь остаток вечера они провели в молчании. Фред и Невилл на другом конце теплицы о чем-то спорили, но здесь, у стола, воздух казался густым от напряжения. Мелоди работала быстро и четко, стараясь не касаться Джорджа руками, когда они передавали друг другу горшки. Она не чувствовала никакой магии момента, никакого трепета. Только дикое желание поскорее доделать работу, уйти в душ и смыть с себя этот липкий запах розового дыма. ​Когда Стебль наконец отпустила их, Мелоди первой направилась к выходу. ​— Увидимся завтра, напарница! — крикнул ей вслед Джордж. ​Она даже не обернулась. ​Уже в гостиной, сидя в углу и оттирая остатки земли из-под ногтей, она думала о том, что эта неделя будет невыносимой. Гермиона, сидевшая рядом с учебником по Нумерологии, подозрительно посмотрела на её хмурое лицо. ​— Отработка прошла весело? ​— Если ты считаешь весельем два часа в компании человека-катастрофы, то да, — буркнула Мелоди. ​— Джордж старался помочь? — Гермиона хитро прищурилась. ​— Джордж старался действовать мне на нервы, — Мелоди открыла блокнот на чистой странице. — И у него это отлично получается. ​Она начала новый рисунок. На этот раз это была клетка. Пустая, с открытой дверцей, но внутри всё равно было темно. Мелоди знала: пока она внутри своего одиночества, она в безопасности. И никакой Уизли с его дурацкими петардами не заставит её выйти наружу. По крайней мере, она была в этом абсолютно уверена. ​Мелоди захлопнула блокнот, и звук удара плотной бумаги о стол прозвучал в тишине гостиной как выстрел. На сегодня людей с неё было достаточно. Она посмотрела на свои руки: мелкие царапины от Колючей Лозы саднили, напоминая о каждом движении Джорджа рядом. О том, как он на мгновение накрыл её руку своей. Это не было чем-то приятным — это было нарушением её границ, вторжением, которое она не разрешала. ​Мелоди с силой потерла тыльную сторону ладони краем мантии, словно пытаясь стереть физическое ощущение чужого тепла. Её раздражало, что из-за глупости близнецов их с Невиллом спокойный вечер превратился в балаган. Пока Уизли отрабатывали наказание, в теплице было слишком шумно, слишком хаотично. ​— О, Мел, ты уже вернулась из своего заточения! — К креслу подошел Симус. Он выглядел бодрым и, как всегда, немного взъерошенным. — Слышал, Стебль заставила близнецов батрачить в теплицах, а вам с Невиллом пришлось за ними приглядывать. Сочувствую, провести вечер в компании двух Уизли — это то еще испытание. Слушай, я чего подошел… Завтра на Зельеварении Снейп обещал сложную парную работу. Давай вместе? Не хочу, чтобы у меня снова всё взлетело, а ты — единственный человек, который может меня контролировать. ​Мелоди подняла на него взгляд. Предложение Симуса было простым и понятным. В нём не было скрытых смыслов или странных взглядов, как у Джорджа. С Симусом всё было прозрачно, и это успокаивало. ​— Хорошо, Симус. Завтра на Зельеварении в паре. ​— Отлично! — он хлопнул в ладоши. — Тогда увидимся утром. Надеюсь, завтра эти двое на своей отработке не разнесут теплицу окончательно. ​Симус ушел к ребятам, а Мелоди наконец поднялась, чтобы уйти в спальню.