Часть 6

Стук прозвучал так резко, что я вздрогнула всем телом. — Только не он… — прошептала Джесс. И в следующий момент произошло всё слишком быстро. Подруга пискнула и буквально нырнула под своё оделяло, головой скрывшись под ним. Лиам зачем-то выключил свет и комната мгновенно утонула в темноте, он же метнулся в сторону стола, задевая всё на своём пути. — Вы издеваетесь? — прошептала я, размахивая руками. — Я ничего не вижу! Где-то справа глухо стукнулся Лиам. Джесс под одеялом возилась так шумно, что её «глубокий сон» уже был подозрительным. Я услышала как ручка двери медленно опустилась. Я замерла, боясь сделать хоть какое-то движение. Дверь открылась. Коридорный свет ворвался в комнату резкой полосой, выставив нас в самом нелепом виде. Джесс под одеялом, которое подозрительно шевелилось, её «крепкий сон» выглядел крайне неубедительно. Лиам, пытался буквально слиться со столом, неловко втискиваясь под него. А я… так и осталась стоять посреди комнаты, щурясь от света и чувствуя себя пойманной на месте преступления. Сомнений не было, перед нами стоял сам мистер Вонка. И выражение его лица ясно говорило, что он обнаружил нечто, нарушающее идеальный порядок его фабрики. — Как трогательно, — произнёс он холодно. — Вечерняя игра в прятки. Без меня, — подруга под одеялом перевернулась. — Мисс Миллз, если вы собираетесь изображать сон, советую хотя бы сменить рабочую одежду. Она застыла. — Через десять минут, — продолжим он уже жёстче. — Чтобы здесь не было ни разговоров. Ни теней. И, без акробатических номеров под мебелью, — его взгляд скользнул к Лиаму, который поспешно выбрался из-под стола. Затем он снова посмотрел на меня. Его взгляд был тяжёлым, холодным. Я стояла неподвижно, не зная, что он скажет дальше. — А вы, — тихо, но отчётливо произнёс магнат. — Идёте со мной. — Я всё равно собиралась уходить, — ответила я, изо всех сил удерживая спокойствие в голосе. — Несомненно, — отозвался он. — Однако вы на фабрике всего первый день. Мне бы не хотелось тратить ночь на ваши поиски, — я стиснула челюсть, но возражать не стала. В глубине души понимала, что он прав. Фабрика была слишком огромной… Мы двигались по длинному коридору, залитому мягким светом. Его шаги были ровными, выверенными, почти механическими. Мои же намного быстрее, выдавая внутреннее напряжение. Мистер Вонка долго ничего не говорил. И я уже решив, что меня просто проводят до двери, когда его голос нарушил тишину. — На моей фабрике нет места случайностям. Здесь всё подчинено порядку. — Это трудно не заметить, — ответила я стараясь, чтобы голос не выдал раздражения. — Даже сладости не создаются по прихоти. Одно неверное движение и вся система даёт сбой, — он остановился так внезапно, что я едва не налетела на него. — И раз мы затронули эту тему, — добавил мистер Вонка, повернувшись ко мне. Мне вдруг стало не по себе от его снова холодного взгляда. Слишком прямого, слишком требовательного. Что с ним не так? — На фабрике существует свод правил. — Мне о них не сообщали, — ответила я, нахмурившись. — Не может быть, — жёстко произнёс он. — В контракте были указаны только мои обязанности. Я внимательно его читала. Никакого отдельного списка правил не было, — магнат прищурился, будто оценивая, лгу я или нет. — Значит, это досадная недоработка, — в его голосе не было шуток. — Которую прийдётся исправить. — Я не могу следовать тому, о чём меня не предупреждали, — твёрдо сказала я. — В таком случае, — он сделал шаг ближе. — Я лично подготовлю для вас экземпляр правил. Он слегка наклонил голову, но в этом жесте не было ни тени лёгкости. — Даже перевяжу ленточкой, если это поможет вам воспринимать документ серьёзно, — магнат задумался. — Хотя сомневаюсь, что декоративные элементы влияют на дисциплину. — Очень заботливо с вашей стороны, — я всё же позволила себе короткую улыбку. Он опёрся руками на трость, его взгляд стал холоднее. — Не приписывайте этому заботу, мисс Энвер. Это необходимость, — с этими словами он резко развернулся и продолжил идти, на сомневаясь, что я последую за ним. Я поспешила за ним, стараясь держать дистанцию в полшага, не слишком близко, но и не отставать. Коридор казался бесконечным, а тишина между нами натянутой. — Вы слишком уверены в себе для первого дня, — произнёс он не оборачиваясь. — А вы слишком строги для человека, который создаёт сладости, — ответила я прежде, чем успела прикусить язык. Он остановился. — Сладости, мисс Энвер – это результат точности. Не легкомыслия. — А музыка? — не уступила я. — Вы же сами наняли меня не для того, чтобы я считала шаги до отбоя. — Вас наняли, потому что звук вашего инструмента запускает механизмы с нужной частотой. Не больше не меньше. — Значит, я всего лишь деталь? — магнат медленно повернулся ко мне. — Да, — слово прозвучало холодно. Почти обидно. Я сжала пальцы. — Деталь можно заменить, — продолжила я. — Можно, — согласился он спокойно. — Но не каждую найти, — это уже звучало иначе. Мы снова пошли вперёд. За стеклянной перегородкой переливалась какая-то жидкость, напоминая сироп. Трубы тихо вибрировали. Всё работало с пугающей точностью. Ни одного лишнего звука. Кроме моих шагов. Наконец он остановился у одной из двери. — Ваша комната, — произнёс он сухо. Я потянулась к ручке, но его голос остановил меня. — Мисс Энвер, — я обернулась. — Первый день не повод проверять границы дозволенного, — да что он заладил? Я даже не знала про эти границы. — А если я хотела понять их? — не отступала я. — Границы не для понимания. Они для соблюдения, — кондитер стоял упираясь на трость, и смотрел так внимательно, будто видел меня насквозь. — Возможно, вам стоит оставить немного места для воздуха, — тихо сказала я. Пауза. Он сделал шаг ближе, но голос оставался прежним. — Воздуха здесь достаточно. Вопрос в том, умеете ли вы им правильно пользоваться, — я не отвела взгляд. — Умею. Просто дышу по-своему, — его губы заметно дрогнули. Не улыбка, скорее тень реакции. — Посмотрим, насколько долго, — он выпрямился. — Завтра в шесть. И, мисс Энвер… постарайтесь чтобы ваш талант говорил громче, чем характер. — Это будет зависеть от дирижёра, — не удержалась я. На секунду между нами повисло напряжение. — Спокойной ночи, — произнёс он наконец. — Спокойной ночи, мистер Вонка, — он развернулся и ушёл по коридору. А я зашла в комнату с ощущением, что эта фабрика только что запустила ещё один процесс. И он касался вовсе не сладостей. Перед сном я, как и всегда, потянулась к телефону – внутри теплилась глупая, но упрямая надежда, что мистер Барнс, всё таки написал. Экран вспыхнул, и, увидев его имя, я невольно задержала дыхание. «Кайрис, добрый вечер. К сожалению, порадовать вас пока нечем. Болезнь не прогрессирует, но и улучшений нет. Завтра обязательно заеду в больницу и сразу сообщу, если появятся новости. Держитесь». Сообщение расплылось перед глазами. Телефон выскользнул из пальцев и мягко упал на одеяло. Я уставилась в потолок, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Это ведь не ухудшение… значит, можно выдохнуть? Но и радоваться нечему. По крайней мере, у меня есть время. С этими мыслями я закрыла глаза, и усталость быстро утянула меня в сон. Утро, как обычно, началось без намёка на спокойствие. Из цеха доносились голоса – Джесс и Лиам что-то ожесточённо обсуждали, точнее спорили о том как, как должна звучать совместная партия. — Я тебе говорю, здесь нужно играть ровно! — горячо настаивала Джесс. — А если мистер Вонка услышит? Ты знаешь, как он реагирует на «ровно»!— возразил Лиам. — Хочешь, чтобы потом он устроил разбор полётов? Я подошла ближе, скрестив руки на груди. — Ему не нужен просто звук. Ему нужен вкус в каждой ноте, — закончил Лиам. — И к чему весь шум с утра пораньше? — спросила я, оглядывая их. — Кайс! — Джесс тут же ухватила меня за рукав и потянула к себе. — Объясни этому гению, что главная партия сегодня моя. И именно от меня зависит вкус сладости! — я тихо рассмеялась. Работать вместе им явно непросто – слишком уж оба упрямые. Но, если честно, без их споров было бы куда тише… и гораздо скучнее. — Вкус в каждой ноте, — подруга вдруг театрально вытянула руку, изображая дирижёра, и тут же фыркнула. — Прямо как вчера вечером, — я моргнула, не сразу уловив, к чему она клонит. Но через секунду мы уже переглянулись – и воспоминания нахлынули разом. Лиам тихо прыснул, Джесс закусила губу, чтобы не рассмеяться вслух, а я почувствовала, как щеки предательски теплеют. И всё же я до сих пор не понимала как он нас обнаружил? У мистера Вонки что, встроенный датчик на нарушение порядка? Или фабрика сама доносит ему о каждом лишнем смешке? — И? — подруга выжидающе уставилась на меня. — Он тебя по пути не казнил? — Или не отправил на внеплановую уборку сахарных котлов? — подхватил Лиам с самым невинным выражением лица. Я тяжело вздохнула и закатила глаза. — Расслабьтесь. Наш безжалостный кондитер всего лишь прочитал мне лекцию о «границах дозволенного», — я скрестила руки на груди, невольно вспоминая наш разговор. — Шоколадный тиран, — пробормотала я уже тише. — Шоколадный тиран? — раздалось прямо за моей спиной. Голос был негромким, но таким отчётливым, что по коже пробежал холодок. Мы замерли. Я обернулась медленно, будто надеялась, что если тянуть время, он исчезнет сам собой. Мистер Вонка стоял в нескольких шагов от нас – безупречно собранный, в своём красном фраке, цилиндре и с тростью. Выражение лица предвещало, что ничего хорошего не будет. Руки сцеплены за спиной, подбородок чуть приподнят. — Должен признать, — произнёс он ровно. — Фантазия у вас работает исправно, мисс Энвер. Жаль, что не всегда по назначению, — Джесс и Лиам синхронно сделали шаг в сторону, словно я внезапно стала центром взрыва. — Это было… образное выражение, сэр. — я замялась. — О, я ни на секунду не усомнился, — его губы едва заметно дрогнули. — Вы вообще склонны к излишней образности. Он медленно прошёлся взглядом по цеху, по механизмам, по раскрытым чертежам. — Однако позвольте напомнить, — продолжил он. — На моей фабрике производят шоколад, а не прозвища для её владельца. — Лиам поспешно уткнулся в ноты. Джесс изобразила бурный осмотр своей флейты, будто на ней появились лишние пылинки. А я упрямо выдержала его взгляд. — Раз уж я удостоен титула, — добавил он чуть тише. — Возможно, мне стоит соответствовать? — в его голосе прозвучала лёгкая, почти невесомая язвительность. Я сглотнула, но не отвела глаза. Он сделал шаг ближе, что я почувствовала слабый аромат горького какао. — Извините, мистер Вонка, — всё, что я смогла выдавить из себя. — К работе, мисс Энвер, — уже без тени насмешки сказал он. — Немедленно. И постарайтесь вложить в процесс столько же энтузиазма, сколько в обсуждение моей персоны. Нахлынула напряженная пауза. — Остальных это тоже касается, — он ещё секунду смотрел на меня, будто пытался прочитать мысли. — И к слову, тиран не стал бы вчера провожать вас до самой двери, — мне стало жутко неловко. — Подумайте об этом. Он резко развернулся и направился на выход, оставив после себя напряженную тишину. Я стояла, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Словно я не просто перекинулась с ним парой колких фраз, а пробежала марафон по всем этим бесконечным, запутанным коридорам фабрики. — Ну всё, — шепнула Джесс, осторожно приблизившись ко мне. — Поздравляю. Ты официально его любимица. — Или жертва, — добавил Лиам. Я медленно повернулась к ним. — Великолепно, — произнесла я с показаной невозмутимостью. — Стоило ему появиться, как вы испарились быстрее чем возможно. — Мы не испарились, — попытался оправдаться Лиам. — Мы… тактически отступили. — Да… — поддержала подруга. — Кто-то же должен был выжить и рассказать эту историю, — они переглянулись. И вот тут, я заметила, что на их лицах нет ни насмешки, ни злорадства – только странное сочувствие. Почти виноватое. Я отвела взгляд, делая вид, что проверяю механизм. День прошёл однообразно и напряжённо. Мы почти не отвлекались – каждый выполнял своё задание, словно стараясь доказать что-то друг другу, но и… кому-то ещё. Джесс доводила до идеала свою мелодию, Лиам смерился и играл по направлению подруги, а я снова без труда и с чувством лёгкого спокойствие, что мистер Вонка больше не наведался к нам, просто выполняла работу. К концу дня гул стал тише, а воздух тяжелее от сладкого пара. Я как раз закрывала крышку рояля, когда в коридоре послышались быстрые шаги. В цех буквально вбежал мальчик, лет тринадцати. Это оказался тот самый Чарли Бакет. — Вы случайно не видели мистера Вонку? — выдохнул он, оглядываясь так, будто тот мог внезапно появиться. — А что, он потерялся? — невозмутимо поинтересовался Лиам, на что Джесс толкнула его локтем. — Скорее я потерялся в попытках его найти, — вздохнул Чарли. — Он был в лаборатории, потом в дегустационном зале… потом кто-то из умпа-лумпов сказал, что он направился сюда. — Он был утром, — сказала Джесс. — Я просто хотел поговорить с ним…но, кажется, это безнадёжно. — Что-то срочное? — спросила я. — Не совсем, — он замялся а потом улыбнулся самой доброй улыбкой. — Родители сегодня устраивают ужин в нашем домике. Мама, решила, что иногда нужно собираться по настоящему – за обычным столом. Без съедобных вилок и марципановых подсвечников. — Звучит подозрительно нормально, — заметил Лиам. — Именно, — рассмеялся Чарли. — Я хотел пригласить мистера Вонку, но теперь уже не уверен, что успею его поймать до восьми. Он сделал паузу, словно раздумывая, стоит ли говорить дальше. — А вы… — он посмотрел на меня чуть внимательнее. — Вы ведь ещё ни разу не были у нас? Может, присоединитесь? Родители любят знакомиться с людьми, которые работают на фабрике, — я удивилась и только сейчас за целый день заметила недовольный взгляд Лиззи, который наблюдал со стороны. — Ты зовёшь меня вместо мистера Вонки? — Нет, — быстро покачал он головой, — Мне кажется, вам будет интересно увидеть, как это – жить здесь. Его я позову… если найду конечно. — Джесс хитро улыбнулась но промолчала. — Я не уверена… — я понизила голос. мистер Вонка вряд ли будет рад такому событию. Сейчас между нами явно слишком много напряжения. Но когда я взглянула на мальчика, его глаза буквально умоляли согласиться. Он выглядел таким добрым и искренним, что невозможно было отказать. Он точно не хотел ничего плохого. И даже если мистер Вонка будет недоволен – это не повод отказываться. Я же не собиралась проситься в гости, и уж точно не хотела ужинать под его ледяным взглядом. Но Бакет выглядел так, будто для него это очень важно. — Я могу встретить вас, если боитесь заблудится, — настаивал он. Я немного помедлила, но потом вздохнула. — Хорошо… — я сдалась. — Отлично! — искренне обрадовался Бакет. — Тогда до встречи! А я всё-таки попробую найти его… вдруг повезёт, — он снова поспешил прочь, оставив нас в тёплом, пахнущем цехе. — Интересный вечер, намечается, — протянула Джесс. Я посмотрел на дверь, за которой исчез Чарли. — Вы уже были на таких ужинах? — спросила я с лёгкой надеждой. — Конечно, — ответил Лиам. — Но без мистера Вонки, честно говоря, — мне это не нравилось… — Тебе явно повезло, подруга, — Джесс рассмеялась, а я снова смотрела на Лиззи. Казалось, что в её голове уже рождался какой-то нехороший план. Мысль о том, что прийдётся ужинать в компании мистера Вонки, меня не радовало. Оставалось только надеяться, что он будет занят своими делами и не появится. В глубине души я знала, что сейчас между нами определённо не лучшие рабочие отношения, и ужин под его пристальным взглядом точно не входил в мои планы… Я долго стояла перед шкафом, перебирая взглядом вещи. Наряжаться слишком вычурно было глупо. А оставаться в рабочей форме – ещё хуже. Пальцы остановились на чёрном платье. Оно было простым, но в этой простоте чувствовалась аккуратность. Плотная ткань мягко ложилась по фигуре, не подчёркивая лишнего, но создавая чёткий силуэт. Верх – с квадратным вырезом и длинными свободными рукавами, которые чуть расширялись к запястьям. Талия была подчёркнута тонким тёмным ремнем с аккуратной металической пряжкой. Юбка спадала вниз плавными складками почти до пола, двигаясь мягко при каждом шаге. Я сделала небрежный пучок, позволив передним прядям упасть на плечи. Украшения не добавила – не хотелось выглядеть так, будто я стараюсь произвести впечатление. Это просто ужин. Ничего больше. Хотя почему-то внутри было ощущение, что вечер будет не таким уж простым. Я вышла в коридор и направилась к лестнице. Чарли уже ждал меня, прислонившись к перилам. Когда он поднял взгляд, то на секунду застыл. — Вы… очень красиво выглядите, — мягко сказал он, чуть смутившись. — Это просто платье. Ничего особенного, — я невольно улыбнулась. Он совсем не похож на владельца этой фабрики. — Всё равно, — улыбнулся он. — Пойдёмте. — Чарли, — окликнула я его. — Давай без «вы». И зови меня просто Кайс, — он просиял. — Хорошо, Кайс, — он махнул головой. Мы двинулись вперёд по длинному коридору, постепенно приближаясь к одному из цехов, где находился их старый домик. Когда мы только зашли внутрь, дыхание буквально перехватило. Всё вокруг выглядело как нереальный сон. Трава под ногами – из мягкого зелёного марципана, деревья с карамельной корой и леденцовыми листьями. Свет отражался от гладких поверхностей, создавая ощущение, будто я шагнула в сказку. А потом я увидела его. Шоколадный водопад. Тёмная густая масса плавно стекала вниз, переливаясь в свете. Поток казался бесконечным. Я остановилась. — Это… настоящее? — тихо спросила я, всё ещё не веря глазам. Чарли тихо рассмеялся. — Конечно, — я протёрла глаза, будто ожидала, что видение исчезнет. Но нет – всё оставалось на месте. И в голове невольно всплыла мысль. Неужели это всё создал тот самый человек, который умеет смотреть так, словно проделывает в тебе дыру? Тот самый строгий кондитер, чьи слова звучат ровно и без лишних эмоций? Сумасшедший… Мы прошли дальше, к старому домику, который стоял среди всей этой сладкой фантазии почти скромно. Внутри было всё совсем иначе – тёплый свет ламп, обычны стол, накрытый посудой, запах свежего хлеба и тушёных овощей. Никаких съедобных декораций, никаких сахарных скатертей. Настоящий дом. — О, вы уже пришли, — скромно начала милая женщина, вытирая руки о полотенце. По её теплой улыбке было нетрудно понять – это мама Чарли. — Проходите, не стойте в дверях. Из угла комнаты поднялся мужчина, аккуратно сложив газету и отложив её на столик. Он кивнул мне сдержанно, но доброжелательно. Это отец Чарли. Я осторожно переступила порог и прошла дальше. Он был небольшым, почти тесным, но от этого казался ещё уютнее. — Садитесь, пожалуйста, — сказал мистер Бакет, отодвигая для меня стул. — Спасибо, — тихо ответила я, чувствуя лёгкую неловкость от такого внимания. Я присела за стол, стараясь не задеть локтем посуду. Места действительно было немного, но в этой тесноте ощущалось что-то домашнее и искреннее, к чему я ещё не успела привыкнуть. Миссис Бакет поставила на стол последнее блюдо и, присев напротив сына, мягко спросила. — А мистер Вонка прийдёт? — в комнате стало чуть тише. Я невольно подняла взгляд на Чарли. — Я не знаю, — честно ответил мальчик. — Он сказал, что постарается, но ничего не обещает, — женщина кивнула, будто ожидала именно такого ответа. — Что ж, будем рады, если сможет, — сказал мужчина, сев рядом с женой. Разговор за столом постепенно вернулся к спокойным темам. Миссис Бакет расспрашивала меня о работе на фабрике, мистер Бакет делился своими историями, радостный Чарли иногда вставлял шутки. Атмосфера стала тёплой, почти домашней. Я позволила себе расслабиться. Прошёл почти час. И я уже решила, что мистер Вонка не прийдёт. И именно в тот момент, когда я окончательно перестала прислушиваться к каждому шороху, дверь открылась. — Прошу прощения за опоздание, — прозвучал спокойный, безупречно ровный голос. Я медленно подняла глаза. Кондитер стоял в дверях – аккуратный, собранный, словно и не торопился вовсе. Его взгляд скользнул по комнате и остановился на мне всего на долю секунды. Ни удивления, ни одобрения. Будто моё присутствие здесь было совершенно неважным. — Возникли дела, требующие личного внимания, — добавил он. — Надеюсь, я не нарушаю ход вечера. — Конечно нет, — поспешила ответить миссис Бакет. Он снял цилиндр и прошёл к столу. Взгляд скользнул по лицам, по приборам – и остановился на единственном свободном стуле. Рядом со мной. Я почувствовала это раньше, чем он сел. Лёгкое напряжение в воздухе, будто кто-то незаметно натянул тонкую нить между нами. Кондитер аккуратно отодвинул стул. Ни одного лишнего движения. Затем, сел выдерживая идеально прямую осанку. — Добрый вечер, мисс Энвер, — произнёс он, повернув голову в мою сторону. Ни улыбки. Ни мягкости. — Добрый вечер, мистер Вонка, — ответила я, стараясь держать голос спокойным. Его взгляд задержав чуть дольше положенного — изучающий. — Не ожидал увидеть вас здесь, — добавил он тихо. — Это было спонтанное приглашение, — коротко объяснила я. — Понимаю, — кивнул он. И больше ничего. Он переключился на разговор за столом, будто тема исчерпана. Ужин продолжался спокойно. За столом говорили о фабрике, о новых партиях шоколада, о том, как сложно удерживать баланс между фантазией и дисциплиной. Мистер Вонка держался сдержанно, говорил немного, но точно. Иногда были замечания в мою сторону… Они были с лёгкой колкостью, как обычно. Я старалась не реагировать. Отвечала спокойно, делала вид, что его внимательный взгляд не заставляет меня чувствовать себя так, будто читают, как открытую книгу. Прошло полчаса. Разговор стал намного легче, мама Чарли принесла десерт, мистер Бакет рассказывал какую-то забавную историю. А я снова позвонила себя немного расслабится. И именно тогда резко зазвонил мой телефон. Звук показался оглушительным в тёплой тишине дома. — Простите, — быстро сказала я, поднимаясь. — Мне нужно ответить. Я почти выбежала наружу, едва успев ещё раз извиниться перед всеми. Холодный воздух ударил в лицо. На экране высветилось имя мистера Барнса… Сердце болезненно сжалось. — Алло? — тихо сказала я. — Кайрис, — его голос был серьёзным. — Боюсь, у меня плохое новости. Состояние вашей мамы ухудшилось. Болезнь начала прогрессировать… — я сжала телефон. — Необходимо провести первую операцию как можно скорее. — Прогрессировать?… — переспросила я, чувствуя, как земля под ногами становится чужой. — Да, — подтвердил он. — Времени совсем мало. — Я… поняла, — с трудом выдавила я. — Спасибо, что сообщили… Когда звонок завершился, я ещё несколько секунд стояла неподвижно, сжимая телефон. В голове гулко повторялись его слова. Операция. Срочно. Я глубоко вдохнула, стараясь собраться по кусочкам, и вернулась в домик. Все посмотрели на меня. Я попыталась улыбнуться, но кажется, получилось плохо. — Простите, — сказала я. — Мне нужно уйти, — мама Чарли обеспокоено поднялась, мистер Бакет понимающие кивнул. Мистер Вонка смотрел молча. Его взгляд стал внимательнее, холодная строгость сменилась чем-то более сосредоточенным. — Всё в порядке, мисс Энвер? — спросил он ровно. К чему был этот интерес? На него не похоже. — Да… — слишком быстро ответила я. — Уже поздно. Я, кажется, засиделась, — он смотрел пристально, не отводя глаз, будто пытался уловить то, что я старательно прятала за спокойной маской. — Разумеется, — он коротко кивнул. — Надеюсь, вы не зайдёте по случайности к своей подруге, — я никак не отреагировала на эту фразу. Сейчас не до этого. — Спасибо за ужин, — произнесла я и почти сразу вышла за дверь. Холодный воздух снова ударил в лицо, но он не помог. Пока я шла по коридорах фабрики, слёзы сами покатились по щекам. Свет ламп расплывался перед глазами, шаги отдавались гулко и пусто. Я не видела дороги – просто шла вперёд, сворачивая наугад. И только спустя время поняла, что вокруг всё чужое. Я окончательно заблудилась. Сил больше на осталось. Ноги подкосились, и я опустилась прямо в холодный пол, прижав ладони к лицу. В голове звучали слова мистера Барнса. Где сейчас взять деньги? Я здесь всего второй день. У меня нет ни накоплений, ни связей. Ничего. В груди сдавило так, что стало трудно дышать. Я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться, когда вдруг услышала шаги. Я резко вытерла слёзы тыльной стороной ладони и подняла голову. В конце коридора показался силуэт. Девушка шла уверенно, без спешки, будто точно знала, куда направляется. Лиззи… Сердце неприятно кольнуло. Внутри возникло чёткое ощущение – ничем хорошим это не закончится.