Часть 7

Я медленно поднялась с холодного пола, делая вид, что держусь уверенно. На самом деле ноги предательски дрожали. Лиззи остановилась напротив, скрестив руки на груди. В её глазах не читалось ни капли сочувствия, только холодный расчёт. — Жалкое зрелище, — сказала она спокойно, почти без эмоций. — Говори, чего тебе? — устало ответила я, не желая вступать разговор. — Деньги… тебе нужны деньги. И я могу помочь. Быстро. Без лишних вопросов. Но работать прийдётся вместе, — я резко нахмурила брови. — Нет, — ответила я. — Даже слушать не хочу, — рыжеволосая усмехнулась. — Тогда прийдётся показать мистеру Вонке кое-что… очень интересное, — произнесла она, доставая телефон. — О чём ты? — голос предательски дрожал. Она достала телефон. Движения были быстрыми, уверенными, будто она знала, что я не смогу сопротивляться. — Помнишь выпускной с академии? — сердце замерло. — Не смей… — я застыла, когда она повернула экран ко мне. Видео, которое я хотела уничтожить из памяти, светилось перед глазами. — Фальшивка, — резко сказала я. — Конечно, — ответила девушка с мягкой, ледяной улыбкой. — Но выглядит слишком правдоподобно. Очень правдоподобно. — Ты неадекватная… — Нет. Я предусмотрительная, — её улыбка стала шире, глаза блеснули опасной игривостью. — Покажу это мистеру Вонке, и он не станет разбираться. Я сжала кулаки. Внутри что-то отступало, страх давил с каждой секундой. — Новенькая работница с сомнительным прошлым… — протянула она медленно. — Мало кто узнает правду, но ты вылетишь. — Это шантаж, — выдавила я сквозь зубы. — Называй как хочешь, — сказала Лиззи, делая шаг ближе. — Либо идёшь со мной, либо прощайся с этим местом… навсегда, — я попыталась вдохнуть, но горло сжалось. — Что ты задумала? — её глаза победно блеснули. — Наконец-то. Слушай внимательно, — я скрестила руки, холодно глядя на неё. — Ты ведь знаешь про проект из восточного сектора? — О каком проекте идёт речь? — я нахмурилась. — Значит, ты не слышала, — тихо сказала она. — Тем лучше. — Говори прямо, — та вздохнула, будто устала объяснять очевидное. — Ты замечала на панели карамельного сектора четвёртый регистр? Самый крайний. Тот что всегда заблокирован, — я отвела взгляд вспоминая. Замечала. Мы все его видели. Красный индикатор, который никогда не загорается. — Это техническое ограничение, — сказала я. — Нам запрещено его трогать. — Потому что это режим максимальной нагрузки, — спокойно объяснила Лиззи. — Если его активировать, машины начинают работать быстрее, плотнее. Вкус становится насыщеннее, — я молчала, переваривая услышанное. — Тогда почему его не используют? — спросила я. — Потому что это риск, — ответила девушка. — Механизмы могут перегреться. Ритм сложнее удержать. Если собьёшься – линия остановится. — И ты хочешь его запустить? — тихо спросила я. — На пять минут, — уточнила рыжеволосая. — Не больше. Мы сыграем точную последовательность, чтобы машины не сорвались. Получится небольшая партия сладостей с усиленным вкусом. — И что потом? — она посмотрела прямо мне в глаза. — У меня есть человек, который готов заплатить за такую партию. Очень хорошо заплатить, — до меня медленно дошло. — Ты собираешься продать это? — Несколько килограммов никто не заметит, — спокойно сказала она. — Это не кража тонами. Это… возможность. — Это всё равно воровство, — резко ответила я. — Это твои деньги, — я отвела взгляд. И в голову лезло только одно – как она узнала? — Мне нужна ты, потому что под максимальной нагрузкой ритм начинает плыть. Ты лучше всех удерживаешь темп. Даже когда машины сходят с ума, — я сжала губы. — Если что-то пойдёт не так, он узнает, — мне не хотелось доставлять проблем мистеру Вонке, особенно таким способом. Пусть он холодный и самовлюблённый чудак, но… тоже человек. — Если пойдёт что-то не так – да. А если всё будет идеально, никто даже не поймёт, что режим включали, — она снова достала телефон и слегка качнула им в воздухе. Я была в замешательстве. — Но если откажешь… — я резко перебила её. — Это подделка. — И как ты это докажешь? — спросила она. — Ты здесь второй день, — тишина повисла между нами. — Когда? — тихо спросила я. — Завтра после полуночи. Если прийдёшь – значит ты со мной. Если нет… — она слегка пожала плечами. В следующую минуту она внезапно развернулась и ушла, оставив меня одну с мыслью о том, что впервые в жизни музыка может стать не искусством – а преступлением. Я ещё долго блуждала по коридорам фабрики. Ночью она становилась совсем другой. Длинные коридоры, приглушённый свет ламп и далёкий гул механизмов, которые, казалось, никогда не засыпали. Я уже начала думать, что окончательно потерялась. — Замечательно… — пробормотала я себе под нос, сворачивая за очередной угол. — Второй день на фабрике и уже ночую в коридорах. Я провела рукой по лицу и остановилась, пытаясь вспомнить дорогу. Но мысли всё время ускользали обратно – к разговору с мистером Барнсом… и к словам Лиззи. Я тяжело вздохнула и пошла дальше. Через несколько минут впереди наконец появилась знакомая дверь. Я почти не поверила глазам. — Нашлась, — тихо выдохнула я. Быстро зайдя в свои покои я закрыла дверь. Сейчас это место казалось единственным островком спокойствия во всей огромной фабрике. Я медленно села на край кровати и мысли не давали мне покоя. Подставлять мистера Вонку я не хотела. Пусть он был холодным, иногда откровенно заносчивым и явно привык, что весь мир вращается вокруг его фабрики, но он всё равно дал мне шанс… Я не настолько долго здесь, но уже чувствовала, что это место для меня значит гораздо больше, чем работа. И мысль о том, что я могу всё это разрушить, неприятно сжимала грудь. Я закрыла глаза. Но, если не найду деньги сейчас, операция не состоится… А Лиззи… Я тихо усмехнулась без всякой радости. Её угрозы всё ещё звучали в голове. Это видео с выпускного, где якобы я издеваюсь над ней в уборной. Подделка, причём довольно грубая. Но кто станет разбираться? Особенно если она покажет мистеру Вонке. Он просто решит, что нанял проблемного человека. И избавиться от меня. Я медленно легла на кровать и уставилась в потолок. — Прекрасный выбор, Кайрис, — сказала я. — Просто великолепный, — больше всего, я не хотела стать такой как рыжеволосая. Это ужасно. Сон накрыл неожиданно быстро. Мне снился дом. Мой родной дом, в котором я выросла. Небольшая кухня с узким окном, запах травяного чая и любимый Локки, который тёрся об ноги. Всё было настолько настоящим, что я на секунду даже забыла, что нахожусь на фабрике. Мама сидела у окна. Она выглядела слабее, чем обычно. Плечи слегка опущены, руки спокойно лежат на коленях. Но когда она подняла взгляд, в нём всё равно было то самое тепло, которое я знала всю жизнь. — Кайрис… — тихо сказала она. Я мгновенно подошла ближе. — Мам, всё будет хорошо. Я уже знаю, как… — она мягко покачала головой. — Нет, — я замерла. — Не делай этого. — У меня нет выбора… — мама посмотрела на меня долгим спокойным взглядом. — Выбор есть всегда, — тихо сказала она. — Просто иногда правильный выбор самый тяжёлый. Она протянула руку и коснулась моей щеки. — Не становись кем-то другим ради меня, — стены резко начали рушиться. Кайрис… Я резко проснулась. В комнате уже пробивался утренний свет. Несколько секунд я просто сидела на кровати, стараясь успокоить дыхание. Сон всё ещё стоял перед глазами слишком ясно. Бросив взгляд на часы, я поняла, что у меня ещё около сорока минут. Этого вполне хватало, чтобы прийти в себя. Я решила пойти в душ, ведь ночью я даже не заметила, как уснула, не потрудившись переодеться. Работа на фабрике началась как обычно. Я старалась сосредоточиться, но мысли постоянно уплывали. Пальцы несколько раз промахивались, от чего машины начинали издавать не самый приятный звук. — Кайс, — вдруг сказала Джесс. Я подняла голову. Она стояла рядом, внимательно наблюдая за мной. — Ты в курсе, что уже третий раз играешь не ту ноту? — Правда? — я быстро посмотрела на механизм. — Просто задумалась. — Ну да, — она чуть наклонила голову. — Ты выглядишь так, будто не просто задумалась, а пережила маленькую личную катастрофу. Я усмехнулась. — Всё не настолько драматично. — Тогда расскажи! — не унималась подруга. — Джесс… — Кайрис, — она посмотрела прямо в глаза и явно не собиралась отступать. Я на секунду отвела взгляд заметив Лиззи. — Правда, всё нормально. Просто… плохо спала, — блондинка несколько секунд молча разглядывала меня. — Ладно, — наконец сказала она. — Но если вдруг решишь взорвать один из механизмов, предупреждай заранее. Я хотя бы успею выбежать из цеха. — Спасибо за заботу. — Всегда пожалуйста. Мы вернулись к работе. За весь день мистер Вонка так и не появился. Это было странно. Обычно он хотя бы ненадолго заходил в цех, проверял работу, делал несколько замечаний и исчезал так же внезапно. Но сегодня – ничего. И я поймала себя на том, что иногда невольно смотрю на дверь. Часть меня почему-то ожидала, что он появится. Но этого не происходило. С одной стороны это даже облегчало, но с другой стороны… отсутствие кондитера почему-то немного тревожило. Когда смена закончилась, я вернулась в свою комнату. Вечер медленно перешёл в ночь. Я сидела на кровати и смотрела на часы. Сегодня… Мы должны были пробраться в цех и включить тот самый режим, о котором говорила Лиззи. Я не могла решиться… Несколько раз я вставала, начинала ходить по комнате, потом снова садилась, но спать не ложилась. И когда стало совсем поздно, я всё-таки подошла к шкафу. Рабочую форму я сняла и аккуратно повесила обратно. Вместо неё надела тёмную одежду – такую, которая не будет сильно выделяться. Волосы я собрала, чтобы не мешали. Я посмотрела в зеркало. — Отлично, — пробормотала я. — Просто идеальный вид для человека, который будет делать что-то совершенно законное… На фабрике наверняка есть камеры. Я их не замечала, но было бы странно, если бы их не было. Мистер Вонка не идиот. Сейчас сердце билось быстрее. Я выдохнула, открыла дверь и вышла в коридор. И в тот же момент в памяти резко всплыл сон. «Не делай этого» Я остановилась. Коридор был пустым и тихим. Свет ламп тихо ложился на стены, а где-то далеко снова глухо работали ночные машины. Я стояла посреди коридора и вдруг поняла, что не могу сделать ни шага дальше. Чувство вины поднялось так резко, что стало трудно дышать. Нет. Я не могла. Чтобы не происходило дальше – я не могла это сделать. Не могла обманывать человека, который бывает совершенно невыносимым, но который смог заметить меня среди других. А если мистер Вонка увидит то видео… Если решит, что я какая-то ненормальная работница… Пусть. Это будет унизительно. И возможно, я потеряю работу. Но это всё равно будет легче принять, чем сознательно сделать что-то за его спиной. Я медленно повернулась к двери своей комнаты. — Всё, — тихо прошептала я. — Хватит. Я уже собиралась открыть дверь, как вдруг из-за дальнего угла коридора раздались быстрые шаги. Очень быстрые. Из-за поворота резко вышел мистер Вонка… Он двигался стремительно, почти не глядя по сторонам, словно точно знал, куда идёт. Его лицо было таким напряжённым, каким я ещё никогда не видела. Когда его взгляд наткнулся на меня, он мгновенно остановился. На секунду в коридоре повисла тишина. А потом его голос разрезал её, как нож. — Мисс Энвер! Немедленно остановитесь, — я вздрогнула. Сердце провалилось куда-то вниз. Он уже шёл ко мне. Выражение его лица ясно давало понять – он не в настроении для спокойных разговоров. — Мистер Вонка, я… — Ни слова, — резко перебил он. Я машинально сделала шаг назад. А потом ещё один. Дверь моей комнаты оказалось прямо за спиной, и я отступила внутрь почти автоматически. Но он не остановился, магнат вошёл следом. Дверь тихо захлопнулась за его спиной. Тепер расстояние между нами стремительно сокращалось. Я отступала, пока не упёрлась спиной в подоконник. Дальше идти было некуда. Он остановился всего в шаге от меня. Слишком близко. В комнате стало вдруг невыносимо тесно. Его взгляд был холодным и острым, но под этой холодностью явно скрывалась злость. — Не хотите объяснить, мисс Энвер, — произнёс он тихо, но в его голосе звучала сталь. — Почему в такое время разгуливаете по фабрике в… подобном виде? — я сглотнула. — Я просто… — И заодно объясните, — перебил он. — Почему мне сообщают, что этой ночью вы собираетесь проникнуть в мой цех, — я замерла. — Что?… — он смотрел на меня внимательно, изучая каждую реакцию. — Интересно, — произнёс он сухо. — Насколько вы считаете меня наивным человеком. — Я не понимаю, о чём вы говорите. — Правда? — он сделал шаг ближе. Я инстинктивно вжалась ещё больше. — Сегодня вечером ко мне заходила одна очень наблюдательная особа, — сказал он ровно. — И поделилась весьма любопытной информацией, — у меня внутри всё сжалось. Лиззи. Конечно… — По её словам, — продолжил он. — Она случайно услышала разговор, в котором вы довольно уверенно рассуждали о ночном визите в цех, — я широко раскрыла глаза. — Это неправда! — он приподнял бровь. — Неужели? — я быстро покачала головой. — Я правда не собиралась ничего делать, — он на секунду перевёл взгляд на мою одежду. — Однако вы стоите в коридоре посреди ночи, явно не собираясь спать, — мне нечего было ответить. Я не могла понять, почему так и не рассказала мистеру Вонке правду. И почему раньше не сообразила, что за этим всем снова стоит рыжеволосая со своим мерзким планом. Молчание между нами становилось всё тяжелее. Я почти физически ощущала его взгляд на себе. Но больше всего меня смущало другое. За холодной злостью в его глазах иногда мелькало нечто другое. Сомнение. Будто какая-то часть его не хотела до конца верить в то, что происходит. — Знаете, что меня больше удивляет, мисс Энвер? — тихо сказал он. Я осторожно подняла взгляд. — Вы работаете здесь… сколько? Даже недели не прошло. — Да, — коротко ответила я. — И за это время вы уже успели занять у меня… подозрительно много мыслей. Я растерянно моргнула. — Обычно мне достаточно пары минут, чтобы понять, что за человек передо мной. Но вы… — его взгляд на секунду задержался на моих глазах. — Заставляете меня сомневаться в собственных выводах. Комната снова погрузилась в тяжёлую тишину. Он стоял слишком близко, и от этого дышать становилось невыносимо трудно. — И признаться, — добавил он. — Я ещё не решил, считать ли это интересным… или невероятно раздражающим. Я уже собиралась сказать всё. Слова буквально жгли изнутри. Нужно было лишь открыть рот – и вся эта нелепая история наконец выйдет наружу. Но мистер Вонка, похоже, вовсе не собирался слушать. Он медленно отступил и прошёлся по комнате, сцепив руки за спиной, как человек, который не может найти ответ. — Забавно, — произнёс он негромко. — Что именно? — я нахмурила брови. Он остановился и повернулся ко мне. — Я даю вам шанс работать на моей фабрике, — его голос был острым. — Через несколько дней я получаю весьма… неприятную информацию о вас, — я стиснула зубы. — И всё это сопровождается вашим искренним удивлением. — Потому что это ложь. — Разумеется, — сухо ответил он. — Вы даже не пытаетесь меня выслушать! — я шагнула вперёд. — Напротив, мисс Энвер. Я слушаю. Просто пока что вы не сказали ничего убедительного, — это было уже слишком. — Хорошо! — резко сказала я. — Хотите услышать правду? Отлично, тогда… — я уже хотела высказать всё, как было на самом деле. Но воздух застрял в легких, когда стол взорвался внезапным звонком. Меня буквально передернуло от неожиданности. В этой атмосфере комнаты звук телефона казался оглушительным, как сирена. Я бросила взгляд на экран, и в груди всё похолодело. Мистер Барнс. Заметив его имя, сердце заставило сжаться тугой, болезненный ком. — Нет… — вырвалось у меня тише воздуха. Я рванулась к столу, не думая ни о чем, кроме того, что этот звонок должен быть услышан. Но мистер Вонка… он словно был молнией. Его движения были пугающе быстрыми, почти нечеловеческими. Прежде чем я успела протянуть руку, он уже вырос на моем пути, перекрывая доступ к столу своим высоким, невозмутимым телом. Я едва не врезалась в него, затормозив в каких-то сантиметрах от его груди. Мои пальцы судорожно замерли в воздухе, так и не коснувшись телефона, потому что его ладонь накрыла мобильный секундой раньше. — Отдайте! — я попыталась вырвать его из рук кондитера, но он лишь легко поднял руку выше, заставляя меня потянуться вверх и едва коснуться его плеча. — Полагаю, это и есть тот самый таинственный покупатель? — в его голосе проскользнула торжественная нотка. — Это не… — слова застряли в горле. Он резко принял звонок. Я замерла, не в силах пошевелиться, глядя, как он подносит телефон к уху. — Кайрис, — раздался голос мистера Барнса, приглушенный динамиком. — Я всё обдумал, — я застыла и опустила руки. Всё. Смысла бороться больше не было. — Послушайте… с первой операцией я смогу вам помочь. Понимаю, что у вас нет сейчас таких денег, — комната будто стала тише. — Это, конечно, не решит проблему полностью. Болезнь никуда не денется. Это только первая операция. Потом понадобиться ещё… и врачи не дают гарантий… Я не смела поднять глаз на кондитера, но чувствовала, как изменилась его поза. Он больше не возвышался на до мной. — Но состояние вашей мамы должно улучшиться, — кондитер уже не выглядел уверенным. Он смотрел на меня так, будто внезапно увидел совсем не то, что думал. Через секунду он медленно отвёл телефон от уха, и протянул его мне. — Кажется… — тихо сказал он. — Это всё же вам, — я быстро схватила телефон. — Да… мистер Барнс, я здесь… — я отошла на несколько шагов, пытаясь говорить спокойно, объясняя путаницу и снова благодаря его. Но всё это время я чувствовала тяжёлый взгляд. Когда разговор закончился и я опустила телефон, в комнате снова стало тихо. Мистер Вонка стоял на том же месте, но выглядел иначе. Ни резкости, ни той холодной уверенности, с которой он ворвался в мою комнату. Я глубоко вдохнула. — Я… — начала я и на секунду замолчала, собираясь с мыслями. — Вы были правы в одном, — я опустила взгляд на свои руки. — Вначале я правда думала об этом. Слова давались трудно, но теперь во мне не было злости. Только усталость и странное облегчение от того, что я наконец говорю правду. — Я думала, что смогу… сделать это. Мне действительно срочно нужны деньги, — я отвела взгляд, не веря, что действительно сейчас рассказываю это магнату. — Но когда я вышла в коридор… я не смогла, — я подняла на него взгляд. Он всё ещё молчал. И почему-то именно это делало всё происходящее гораздо тяжелее. — Я бы не смогла подставить вас, — призналась я тихо. — Не смогла бы сделать это, — я провела пальцами по виску, стараясь подобрать слова. — Я знаю, как это выглядело со стороны. Ночь, коридор… и эта одежда. Я на секунду отвела взгляд. — Но я собиралась вернуться в комнату, — я поймала себя на мысли, что могу сказать ещё кое-что. Имя само всплыло в голове. Лиззи. Но слова почему-то не вышли. Не знаю, почему… Может, потому что всё это казалось слишком мелким на фоне всего остального. Кондитер и сам в силах догадаться, кто всё это устроил. Я снова посмотрела на него, он стоял неподвижно, чуть опустив голову, будто обдумывал услышанное. Раздался негромкий скрип перчаток – он крепче сжал трость. На мгновение он задержал на мне взгляд, и в этой внезапной тишине между нами будто натянулась невидимая, едва уловимая нить. Он тихо выдохнул. — Что ж… — произнёс он наконец. Голос уже не был резким, скорее задумчивым. Он сделал шаг к двери, но резко остановился. — Обычно, мисс Энвер, люди заходят гораздо дальше, прежде чем у них внезапно просыпается совесть. Перед тем как выйти, он ещё на мгновение задержался на пороге и бросил короткий взгляд через плечо. — И всё же, — сказал он спокойно. — В следующий раз старайтесь выбирать для ночных прогулок менее подозрительное время, — тень улыбки мелькнула на его лице. Дверь тихо закрылась. Щелчок оказался мягким, почти осторожным, будто он не хотел нарушать ту странную тишину, что осталась после разговора. Я ещё несколько секунд смотрела на дверь, словно ожидала, что она снова откроется. Но в коридоре уже стихли шаги. Я медленно выдохнула и только сейчас почувствовала, насколько устала. Весь вечер держался на каком-то внутреннем напряжении, а теперь оно наконец отступило. Я провела ладонью по волосам и опустилась на край кровати. В голове всё ещё звучали его слова. Сначала острые как нож, потом спокойные и не такие холодные, как раньше. Странно… но он действительно слушал. Я посмотрела на телефон в своей руке. Экран давно погас, но разговор с мистером Барнсом всё ещё был в памяти. Страх никуда не исчез, деньги всё ещё были проблемой. Я чувствовала сильную неловкость перед мужчиной, который был готов оплатить первую операцию, и не могла понять, почему он так решительно стремится мне помочь. Как только заработаю деньги, верну всё до последней копейки. Но ещё, меня радовало другое, что я не сделала того, о чём бы потом жалела всю жизнь. Мой взгляд быстро скользнул к двери. Мистер Вонка. Я нахмурилась, вспоминая его лицо в тот момент, когда он понял, что ошибся. Он не извинялся, по крайней мере не прямо. Но что-то в его голосе… в том коротком взгляде у двери всё же было похоже на это. Я вдруг поймала себя на мысли… когда он стоял рядом слишком близко, почти вплотную – мне было невыносимо страшно. Но и не только страшно. — Глупости… — пробормотала я, и резко тряхнула головой. Наверное, это просто напряжение. Слишком много всего произошло. Я встала, подошла к окну и посмотрела на осеннюю ночь. Сейчас стало спокойно, как никогда, но я знала, завтра будет странный день. Мне снова прийдётся встретиться с человеком, который сегодня ворвался в мою комнату, обвинил меня… а потом ушёл, явно задумавшись обо мне гораздо больше, чем собирался.