Просто обычная дата

Утро 14 февраля начиналось слишком обычно, чтобы быть честным. Слишком тихо. Слишком спокойно. Хвостик сидела на подоконнике, поджав под себя ноги, и крутила в пальцах маленькое розовое сердечко из бумаги. Она вырезала его вчера ночью — не потому что собиралась кому-то дарить, а потому что руки сами тянулись к ножницам, когда мысли становились слишком громкими. — Глупый праздник… — пробормотала она, глядя, как за окном медленно просыпается город. В комнате было тепло, но внутри — странно щекотало. Такое чувство появлялось каждый раз, когда она думала об Игруле. Не о каком-то конкретном моменте — просто о нём вообще. О том, как он смеётся, когда выигрывает. О том, как становится сосредоточенным и почти не моргает. О том, как иногда забывает обо всём вокруг, кроме одного важного для него дела. И о том, как легко другие могут это заметить. Хвостик сжала бумажное сердечко сильнее, чем нужно. Только он будет моей валентинкой. Она не сказала это вслух. Пока. В соседней комнате что-то упало, и знакомый голос пробормотал что-то про «нечестную физику». Хвостик улыбнулась — совсем чуть-чуть. Сегодня будет обычный день. Просто… она не собиралась ни с кем им делиться. Игруля вышел из комнаты, растрёпанный, в слишком большой кофте и с телефоном в руках. Он выглядел так, будто ночь закончилась всего минуту назад, а не несколько часов назад. — У нас есть что-нибудь съесть? — спросил он, даже не поднимая взгляд. — Есть чай, — ответила Хвостик. — И тишина. — Отличный набор, — хмыкнул он и только потом заметил её на подоконнике. — Ты чего там сидишь? Замёрзнешь. — Мне нормально. Он подошёл ближе, поставил чайник и, обернувшись, вдруг остановился. Посмотрел внимательнее. Слишком внимательно. — Ты странная сегодня, — сказал он. Хвостик дёрнула хвостом. — Я всегда странная. — Не настолько, — пожал плечами Игруля. — Обычно ты либо болтаешь без остановки, либо игнорируешь меня демонстративно. А сейчас… как будто что-то считаешь. Она отвела взгляд. Сердечко всё ещё было у неё в ладони. Она спрятала его в карман слишком резко, и Игруля это заметил. — Эй, — он прищурился. — Это что было? — Ничего. — «Ничего» не шуршит, — усмехнулся он. — Это валентинка? Слово повисло в воздухе. Хвостик почувствовала, как уши предательски нагрелись. — Не твоё дело, — буркнула она. Игруля на секунду задумался, потом вдруг улыбнулся — не широко, а как-то мягко, осторожно. — Сегодня же четырнадцатое, да? — К сожалению, — пробормотала она. — Значит, всё-таки праздник, — сказал он и включил чайник. — Интересно. Интересно. Это слово ей не понравилось. Хвостик спрыгнула с подоконника и подошла ближе. — Ты… — она запнулась, потом резко продолжила: — Тебе кто-нибудь уже подарил валентинку? Он обернулся. Их взгляды встретились. — Пока нет, — честно ответил Игруля. — А что? Она молчала пару секунд. Слишком долго, чтобы это выглядело случайно. — Просто… — тихо сказала она. — Если вдруг подарят… не бери. Он моргнул. — Почему? Хвостик подняла на него глаза. В них было всё сразу — упрямство, волнение и что-то очень личное. — Потому что… — она вдохнула. — Только он будет моей валентинкой. Она поняла, что сказала не так. Но было уже поздно. Игруля замер на месте, словно слова Хвостика только что отразились в воздухе и остались висеть между ними. — Подожди… — начал он, потом фыркнул и рассмеялся тихо, почти себе под нос. — Ты серьёзно? Хвостик скрестила руки на груди и упрямо посмотрела в пол. — Да, серьёзно. — Её голос дрожал чуть-чуть, но в нём звучала твёрдость. — И если кто-то другой попробует… даже дотронуться… — Она сжала кулачки. — …он будет моей валентинкой. Только моей. Игруля подошёл ближе, наклонился к её росту и мягко, почти шепотом сказал: — Ну, ты прям как злодейка в истории про любовь… но… мне это нравится. Хвостик подняла взгляд, и у неё внутри что-то щёлкнуло. Её брови приподнялись, глаза загорелись. — Нравится? — переспросила она с лёгкой иронией. — Тебе нравится, что я… ревную? — Ну… — Он ухмыльнулся и опёрся на подоконник рядом с ней. — Честно? Мне нравится, что это только со мной. Она почувствовала, как сердце подпрыгнуло. — И… что теперь? — спросила Хвостик, едва сдерживая улыбку. — А теперь… — Игруля осторожно протянул руку. — …мы просто проведём этот день вместе. И никаких других валентинок. Хвостик кивнула, не в силах отвести взгляд. И, как ни странно, мир вдруг стал чуть ярче. Даже чайник зашипел веселее. — Ладно, — сказала она тихо. — Только ты… мой. Он улыбнулся, наклонился и слегка коснулся лба её лбом. — Договорились. Игруля и Хвостик стояли так близко, что казалось, воздух между ними шипел от напряжения. Её сердце стучало слишком громко, и она боялась вдохнуть — вдруг всё исчезнет. Он наклонился чуть ближе. Она почувствовала тепло его дыхания. И внезапно — лёгкое, едва заметное касание губ. Это было мягко. Нежно. И слишком… настоящим. Хвостик замерла, а потом осторожно ответила на прикосновение, словно проверяя, что это действительно происходит. Игруля улыбнулся во время касания, и это сделало момент ещё интимнее. Они разорвали контакт едва заметно, но никто не сделал шаг назад. Глаза Хвостика сияли, губы слегка дрожали. — Это… — выдохнула она. — Это правильно, — мягко сказал Игруля, едва прикасаясь лбом к её лбу. — Только мы. И мир вокруг на мгновение перестал существовать. Остался только этот момент. И только они.