Парочка на прогулке, но за ними следят

Игруля и Хвостик вышли из дома, и улица встретила их холодным, но свежим воздухом. Ветер шуршал в деревьях, а редкие прохожие спешили по своим делам. — Смотри, — сказал Игруля, слегка подтягивая Хвостика за руку, — я знаю одно место, где почти никто не ходит. Там можно спокойно… быть вдвоём. Хвостик кивнула, чуть улыбаясь. Сердце всё ещё колотилось после их первого поцелуя, но она старалась вести себя спокойно. Они шли по узкой улочке, где фонари отбрасывали мягкий золотистый свет, а тихий шум города превращался в лёгкую музыку на фоне. — Ты… уверен, что никто нас не увидит? — тихо спросила Хвостик, слегка пряча руку в его ладони. — Почти уверен, — усмехнулся Игруля. — А если и увидят… пусть завидуют. Хвостик фыркнула, но улыбка не покидала её лица. Её мысли прыгали между «какой он милый» и «только он будет моей валентинкой». Они подошли к маленькому парку с пустой скамейкой у пруда. Лёгкое солнце отражалось в воде, а редкие листики тихо плавали по поверхности. — Здесь красиво, — сказала Хвостик, садясь рядом. — И тихо. — Именно, — кивнул Игруля, присаживаясь рядом. — Можно просто… быть. Они молчали, наслаждаясь моментом. Ни слова лишнего, только лёгкое тепло друг друга и мягкое шуршание листьев. Хвостик положила голову на плечо Игрули, и он осторожно обнял её за талию. — Знаешь, — сказал он тихо, — я рад, что это только мы. — Я тоже, — выдохнула Хвостик, закрывая глаза. — Только мы. И на мгновение весь мир перестал существовать — остались только они и их маленький уютный момент. Тишину парка внезапно прорезал знакомый голос: — Эй, вы двое! — громко крикнул Бубу, появляясь из-за кустов с ухмылкой, будто только что заметил что-то интересное. Хвостик мгновенно сжала руку Игрули, чуть подпрыгнув. — Бубу?! — выдохнула она. — Что… что ты здесь делаешь?! — А, просто прогуливаюсь, — сказал Бубу, но глаза его блеснули хитринкой. — И случайно заметил кое-кого… сидящими так близко. Игруля приподнял бровь и слегка подтянул Хвостика к себе. — Случайно, да? — сказал он спокойно, но голос звучал чуть холоднее, чем обычно. — Ну, да… случайно, — Бубу сделал вид, что почесывает затылок. — Просто проходил мимо и подумал: «О, вот это момент!» Хвостик почувствовала, как щеки горят, а сердце колотится быстрее. Она слегка прижалась к Игруле, словно говоря без слов: «только он — моя валентинка». Игруля мягко обнял её за плечи и посмотрел на Бубу с лёгкой улыбкой, но с ноткой «не тронь её»: — Знаешь, Бубу… нам сейчас немного уютно. Ты можешь уйти? — Ага, ага… — сказал Бубу, делая вид, что обижен. — Ладно, ладно… но я вернусь! Он ушёл, оставив лёгкую тревогу и одновременно смешок. Хвостик глубоко вдохнула и посмотрела на Игрулю. — Он… не собирается просто так уходить, да? — тихо сказала она. — Нет, — кивнул он, осторожно коснувшись её руки. — Но пока здесь мы. Только мы. И мир снова стал их маленьким уютным уголком, хотя сердце Хвостика всё ещё подпрыгивало от напряжения. Бубу вдруг достал из кармана ярко-розовую валентинку и поднял её, улыбаясь так, будто только что выиграл невидимый приз. — А, кстати… — сказал он, демонстративно поднимая бумажку. — Думаю, это для тебя, Игруля! Хвостик замерла. Сердце словно подпрыгнуло до самого горла. Она сжала руку Игрули сильнее, почти впиваясь в ладонь, и взгляд её стал режущим: — Бубу… — сказала она тихо, но холодно. — Ты не смеешь. — Эй, это просто подарок, — сказал Бубу, будто не понимая всей ситуации. — Валентинка, ничего личного… Игруля посмотрел на Хвостика, потом на Бубу. Его взгляд стал чуть серьёзнее, но улыбка не пропала: — Знаешь, Бубу… — сказал он спокойно, но твёрдо — — этот день уже занят. Он слегка подтянул Хвостика к себе, так, что их плечи коснулись. Хвостик почувствовала тепло его руки и успокоилась, но сердечко всё ещё билось как бешеное. — Так что, — продолжил Игруля, слегка наклонившись к Бубу, — эта валентинка… пусть остаётся у тебя. Но мою не тронь. Бубу, слегка смутившись и поймав намёк, вскинул руки: — Ладно, ладно! Я понял! Просто хотел проверить… — И он быстро ушёл, оставляя после себя лёгкий шорох листьев и смешок. Хвостик наконец выдохнула и посмотрела на Игрулю. — Только… только ты, — прошептала она, чуть касаясь его руки. — И только мы, — ответил он, мягко улыбаясь, и осторожно коснулся её лба своим. Мир снова сузился до их маленького уголка — тепла, смеха и чувства, что этот день теперь принадлежит только им. Игруля и Хвостик снова шагнули по узкой улочке, но теперь воздух вокруг казался другим — лёгким, почти сладким. Каждый шаг отдавался эхом в груди, потому что в ней всё ещё пульсировало: «только он будет моей валентинкой». — Так… — тихо сказала Хвостик, слегка коснувшись его пальцев. — Куда теперь идём? — Ага, я знаю одно место… — Игруля слегка улыбнулся, ведя её за руку. — Там есть маленькая лавочка у озера. Почти никто не ходит, и можно сидеть, смотреть на воду и просто… быть. Хвостик кивнула, улыбка расползлась по лицу. В её голове всё ещё крутились мысли о Бубу, но рядом с Игрулей они становились просто… смешными. Они дошли до озера, сели на лавочку и посмотрели на отражение вечернего неба в воде. Лёгкий ветер колыхал листья, и всё вокруг казалось замедленным, словно время подстраивалось под их настроение. — Знаешь, — сказала Хвостик тихо, — я рада, что этот день только наш. — Я тоже, — ответил Игруля, слегка обнимая её за плечи. — Даже если кто-то пытается вмешаться… — Кто? — Хвостик посмотрела на него с хитрой улыбкой. — Ну… Бубу, например, — сказал он, слегка усмехнувшись. Хвостик захихикала, но тут же наклонилась к нему, чуть касаясь губ: — Только мы. — Только мы, — повторил Игруля, мягко обнимая её. И мир снова стал их маленьким, уютным островком. Лёгкое тепло друг друга, тишина и мерцающий свет фонарей создавали ощущение, что этот день — настоящий маленький праздник, который больше никто не сможет разрушить. Их тихий уютный момент у озера снова нарушился. Сначала лёгкий шорох, а потом знакомый голос: — Эй, что тут у нас такое интересное?! — громко сказал Васян, появляясь из-за деревьев с огромной улыбкой. Хвостик мгновенно подпрыгнула на месте и схватила Игрулю за руку, будто говоря: «только ты — моя валентинка, и никто больше!» — Васян?! — выдохнула она. — Ты откуда здесь взялся?! — А, просто гулял, и вдруг заметил… — Васян оглянулся вокруг с хитринкой, словно собирался разыграть их. — …и подумал: «О, вот это романтика!» Игруля слегка приподнял бровь, но оставался спокойным. Он подтянул Хвостика к себе ближе, так что их плечи соприкоснулись. — Слушай, Васян… — начал он, мягко, но твёрдо. — Сейчас мы заняты. И… этот день уже принадлежит нам. — О, понятно, — сказал Васян, но в его глазах блеснула лёгкая озорная улыбка. — Значит, я просто буду наблюдать! Хвостик почувствовала, как щеки горят, но она крепко держала руку Игрули и слегка прижалась к нему. — Только мы, — прошептала она, будто подтверждая слова Игрули. — Только мы, — повторил он, улыбаясь, и осторожно коснулся её лба своим. Васян слегка пожал плечами, но не уходил, а лишь стал рядом, слегка дразня их взглядом: — Ладно, ладно… но я всё равно буду тут рядом! Хвостик вздохнула, а Игруля лишь тихо засмеялся. — Пусть будет рядом… — сказал он. — Но только как зритель. И снова их маленький мир сжался до их тепла, смеха и чувства, что этот день теперь принадлежит только им, даже если вокруг появляются новые вмешивающиеся.