パート5

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟

      Утро встретило их хрустящим морозным воздухом и мягким светом, отражённым в снегу. Деревня уже жила своей неторопливой жизнью: где-то шумел рынок, вдалеке слышались детские голоса, а из окон поднимался тёплый дымок печей. Рико и Шизума неспешно покидали маленький отельчик. Она шла уверенно, в своём привычном облике неимоверно спокойная походка; словно всё происходящее не касалось её напрямую. Но внутри царила буря вопросов.

Что делать с ним дальше?

Она всё ещё ждала ответа от Хокаге, надеясь, что тот сможет пролить свет на происхождение мальчика. Шизума же выглядел иначе, чем накануне. Больше не оборванный беглец с пустыми глазами; теперь на нём были новые тёплые вещи, подобранные Рико. Чёрные штаны, тёплая водолазка, короткий плащ с капюшоном, удобные сапоги шиноби. Простая, но намного лучше и теплее, чем те тряпки, что тот носил явно не первый год. И казалось, даже в осанке появилось что-то иное; тень уверенности, будто впервые за долгое время он снова чувствует себя человеком, а не загнанным зверьком. Молчание сопровождало их дорогу. Рико не нарушала его, скорее, давала парню самому привыкнуть к новой обстановке. Но внутри у неё уже формировался план: она привела его сюда не просто поесть. Ей нужно было услышать его историю. Понять, с кем она имеет дело. Скоро они добрались до небольшого прилавка, известного в деревне своими сладостями. Воздух наполнился ароматом свежезаваренного зелёного чая и сладкого соуса для данго. Рико сразу уловила знакомый запах; её любимое сочетание, которое вечно напоминало о Конохе и мирных днях. Они заняли дальний столик, в тихом углу, подальше от посторонних глаз. Тепло от чашек медленно разгоняло холод, въевшийся в тело за утро. Через несколько минут на столе уже стояли румяные данго и горячий чай. Девушка смотрела, как напротив сидит Шизума. Он ел спокойно, сдержанно, но при этом будто с удовольствием: редкая для него, уставшего, привычка. Оказалось, она угадала: сладости действительно пришлись ему по вкусу. Но всё это время мысли Рико упрямо возвращались к одному: к его глазам. Эти алые, потухшие глаза. Они не отпускали её, не давали покоя. Где-то она видела нечто подобное, но где?.. В памяти не хватало пазла, и от этого в голове вечно образовывалась каша. Она прищурилась, не выдержав паузы: — Шизума… — голос её прозвучал мягко, но с оттенком серьёзности. Он отозвался коротким взглядом, не переставая держать в руках шпажку с данго. — Как ты попал в это захолустье? — она чуть наклонилась вперёд, внимательно глядя в его лицо, —..не хочешь рассказать… кто ты такой? Её слова не звучали как допрос. В них не было ни нажима или приказа. Лишь сдержанное любопытство и едва заметная забота. Шизума ожидал вопросов. С того самого момента, как Рико привела его в этот отель и дала крышу над головой. Он знал, что рано или поздно она захочет выяснить, кого именно спасла. И он был готов. Но вместе с этим у него самого копились вопросы к ней. Столько же недоверия, сколько и благодарности. Он смотрел на девушку исподлобья. Её строгий облик, повязка на глазу, плащ, спокойствие в каждом движении..Всё в ней кричало о том, что она опытный и опасный боец. Слишком опасный. И где-то в глубине Шизума видел в ней образ, от которого его сердце замирало:

«коварная охотница за головами».

Те самые, кто ради звонкой монеты готовы срезать голову спящему. Определённо из тех бандитов, что шли по его следу. Но… почему тогда именно её рука вытянула его из того ада? Почему именно она смотрела на него не как на товар, а… совсем иначе? «Наверняка это тоже обман», — думал он, сжимая в пальцах горячую чашку чая, будто пытаясь согреться этой мыслью. Она просто выжидает удобного момента. В конце всё равно предаст. Как и все до неё. И тогда он спросил: — Вы хотите… меня убить, не так ли?, – голос его звучал странно спокойно, как будто эти слова давно застряли в горле и теперь просто вырвались наружу. Рико вскинула бровь. — Чего? — в её голосе даже не было возмущения. Только удивление и отрешение. Она откинулась назад, склонив голову, будто пыталась понять, правильно ли она расслышала, —..с чего мне тебя убивать? Её искренность неприятно резала слух Шизуме. Слишком прямой тон. Чересчур естественный взгляд, без привычной фальши, которую он видел у других. Но всё равно… это ведь тоже может быть игрой. Он явно не доверяет даже её искреннему тону в голосе. Он сжал зубы и, помолчав, сказал тихо, глядя в чай: — Наёмники, которых вы победили… они хотели убить меня. За деньги. Слова упали на стол, как тяжёлый камень. Рико нахмурилась, но не прервала его, —..чтобы получить награду за мою голову, — закончил он и медленно поднял глаза. Алые, усталые глаза встретились с её единственным, горящим взглядом. И в них не было вызова, лишь настороженность, как у дикого зверя, загнанного в угол. Рико лишь слегка приподняла бровь. Для неё это не новость, чёрный рынок давно кишит головами тех, кто по какой-то причине оказался ценным. Но что за мальчик сидит перед ней, если его уже внесли в этот список? Шизума уловил её паузу и поспешил добавить: — Вот я и спрашиваю, — голос его стал чуть резче, —...вы ведь тоже… хотели за мою голову награду? Теперь в его глазах появилось то самое знакомое отчаяние, с которым он привык смотреть на людей. Словно он заранее знал ответ, и лишь проверял, насколько красиво умеет лгать человек, который сидит перед ним прямо сейчас. В его мире все люди были лжецами. Все хотели только одного — его редкой крови. Глаз, которые стоят сотни жизней и головы за сотни миллионов йен. Естественно, он ждал подвоха. Ждал, что и она, в конце концов, признается. Но Рико всё так же спокойно смотрела на него, слегка наклонив голову набок, как будто пыталась разглядеть не «добычу» перед собой, а мальчика, потерявшего веру во всё. Между ними повисла тишина; густая, как дым. Даже аромат сладкого чая и данго не мог разрядить её. Рико смотрела прямо в эти глаза. Потухшие, алые, почти чёрные от сомнений и недоверия. Она узнавала этот взгляд: взгляд того, кто слишком много раз видел предательство, смерти, и потому давно перестал верить в добро. И всё же он сидел напротив неё, спокойно, почти смиренно, хотя каждое его слово было пропитано подозрением. «Если он считает меня одной из тех, кто жаждет его головы… почему тогда он принимает мою помощь? Почему сидит здесь, спокойно пьёт чай, ест данго?» Ответ был очевиден. Отчаяние. Рико устало вздохнула, оперевшись щекой на ладонь. — Скажу честно, — выдохнула она, её голос звучал неожиданно просто, —..я спасла твою жизнь не для того, чтобы в конце её оборвать. Шизума вздрогнул. Эти слова прозвучали слишком прямолинейно. А значит, подозрительно. Для него они были не чем иным, как ловко выстроенной ложью. Так лгут профессионалы: просто, сухо и с таким видом, что невозможно докопаться до подлинного мотива. Он хотел оттолкнуть её, не верить. Но её взгляд… не дрогнул ни на мгновение. — …Ты из особого клана? — спокойно продолжила Рико, не сводя глаз. В этот момент Шизума заметно напрягся. Его пальцы сжались на чашке, а взгляд устало упал на стол. «Она что, правда не знала? Не имела ни малейшего представления, кого именно вытащила из лап наёмников?» Мысли его рванулись в прошлое. Лица родителей. Голоса, разрывающие сознание. Его мать, шепчущая: «ты — последняя надежда, сынок…» Его отец, уверенный: «ты большее, чем обычный ребёнок. Ты сильнее нас». А потом...огонь, крики, кровь. Шум мечей, запах дыма. И пустота после, удушающая тишина. Клан Юхий. Проклятые, опасные, и чудовищно сильные. Те, чьё имя стирали из памяти мира. Их сила заключалась в глазах. Алые, с тёмной радужкой, они были способны пленить врага в иллюзию, из которой не было выхода. Их гендзюцу считались в сотни раз опаснее техник Учих. Любой, кто встречал шиноби из Юхий, уже понимал: шанс выжить крайне ничтожен. Их называли «пародией Учих», но в этом прозвище звучал скорее страх, чем насмешка. Их мечи тоже были смертельны. Кендзюцу, сенсорные способности, чутьё на чакру; всё это делало их врагами, равными великим кланам. Они были слишком сильны. И именно поэтому их вырезали подчистую. Сожгли дома. Уничтожили свитки и знания. Асолютно никого не пощадили. Вот только..он остался. Самым последним. Шизума долго молчал. Его взгляд блуждал по чайной чашке, над которой уже не поднимался пар. И в какой-то момент он поднял её, будто это был щит, и посмотрел прямо в лицо девушки. Она терпеливо ждала. Не давила и не старалась как-то поторопить его. Времени было уйма, вот она и ждала. И он впервые за долгое время не почувствовал от человека злобы, скрытого яда или жадности. Его кровь отзывалась тихим доверием, будто говорила: эта женщина не враг. Тем не менее, он ужасно колебался. Внутри всё кричало: замолчи, не открывайся, это очередная ловушка. Но губы всё равно дрогнули: — Да. Рико слегка напряглась. Её единственный глаз сверкнул вниманием. Шизума глубоко вдохнул и, вопреки собственным сомнениям, начал говорить. Его голос звучал глухо, но в нём слышался надлом, не мальчишеский, скорее, тот самый голос выжившего. — Я… из клана Юхий. Он произнёс это имя так, будто вытащил его из пепла.

𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟𓆝 𓆟 𓆞 𓆝 𓆟