Глава 9. Похоже, я поспешил.

Апрель в Хогвартсе выдался ветреным и беспокойным. Гарри чувствовал это каждой клеточкой - что-то надвигалось. Снейп стал ещё мрачнее, на уроках срывался на каждом втором, а по вечерам в гостиной слизеринцы шушукались, что профессор зельеварения почти не спит. — Мой отец говорит, что Министерство продолжает слежку, — доверительно сообщил Драко, когда они возвращались с ужина. — И кого они подозревают? — как можно небрежнее спросил Гарри. — Всех по очереди, — Драко пожал плечами. — Но Снейпа, конечно, в первую очередь. Это же очевидно. Гарри промолчал. Он уже устал доказывать, что Снейп не виноват. Рон с Гермионой всё равно не верили, а слизеринцам было плевать - они Снейпа обожали, и любые подозрения в его адрес считали происками Дамблдора и Министерства. --- В середине апреля профессор Квиррелл попросил Гарри остаться после урока. Это было странно - обычно Квиррелл старался заканчивать занятия пораньше и сбегать к себе в кабинет, подальше от студентов. Гарри подошёл к столу. Квиррелл нервно теребил край мантии и заикался сильнее обычного: — М-мистер Поттер, я хотел п-поговорить с вами... н-насчёт профессора Снейпа. Гарри насторожился. — А что с ним? — В-вы знаете, он... он очень опасается вас, — зашептал Квиррелл, оглядываясь на дверь. — Я с-слышал, как он говорил с директором. Он с-считает, что вы слишком много з-знаете. И что вы м-можете ему помешать. — Помешать в чём? — Гарри старался говорить спокойно, хотя сердце уже колотилось где-то в горле. — В его п-планах, — Квиррелл понизил голос до шёпота. — Он хочет п-получить то, что спрятано в замке. И боится, что вы с в-вашими друзьями... помешаете. Б-будьте осторожны, мистер Поттер. Очень осторожны. Он схватил Гарри за руку, заглянул в глаза и тут же отдёрнул ладонь, словно обжёгся. — М-мне пора, — быстро сказал он и выбежал из класса. Гарри стоял посреди пустого кабинета и пытался переварить услышанное. Квиррелл говорит, что Снейп боится его? Что Снейп что-то замышляет? Но ведь Северус сам сказал, что охраняет камень. Кому верить? Он решил, что ответ может быть только один. Надо спросить у самого Снейпа. --- Вечером Гарри спустился в подземелья. Он знал, что Северус обычно в это время в кабинете - проверяет домашние задания или варит зелья для больничного крыла. Дверь была приоткрыта. Гарри постучал и вошёл. Снейп сидел за столом, заваленным пергаментами. При виде Гарри его брови сошлись на переносице. — Поттер. Что тебе нужно в такое время? — Поговорить. — Говори быстрее. У меня мало времени. Гарри подошёл ближе, стараясь подобрать слова. — Профессор Квиррелл сказал мне сегодня... он сказал, что ты боишься меня. Что я могу тебе помешать. Снейп медленно поднял голову, отрывая взгляд от пергамента, на котором только что написал "полная чушь" и поставил 0 баллов. — Квиррелл? — переспросил он таким тоном, будто это имя было ругательством. — И ты ему поверил? — Я не знаю, кому верить, — честно ответил Гарри. — Ты говоришь одно, Квиррелл - другое. Рон и Гермиона уверены, что ты хочешь украсть камень. А я... — А ты что? — резко перебил Снейп. — Решил, что раз я взял тебя к себе, то должен быть святым? Думаешь, я обязан перед тобой отчитываться? — Нет! Я просто хочу знать правду! — Правду? — Снейп встал из-за стола, и Гарри невольно сделал шаг назад. — Хорошо. Вот тебе правда: я действительно хожу на третий этаж. Я действительно что-то охраняю. И да, я боюсь. Но не за себя, а за идиотов вроде тебя, которые лезут куда не просят! — Зачем тебе за меня бояться? — выпалил Гарри. — Ты сам всегда говоришь, что я тебе никто! Повисла тишина. Снейп смотрел на него так, словно решал, удавить его сразу или сначала придушить. — Ты прав, — вдруг тихо сказал он. — Ты мне никто. Просто мальчишка, которого я когда-то пожалел. И который теперь считает, что имеет право врываться ко мне с допросами. — Я не с допросами... — Молчать! — рявкнул Снейп. — Ты хоть понимаешь, что Квиррелл специально тебе это сказал? Чтобы ты пришёл ко мне. Чтобы ты начал высказывать мне этот бред. Чтобы ты побежал к нему за утешением и защитой! — Зачем ему это? — Затем, что он хочет добраться до тебя! — выкрикнул Снейп и вдруг осекся. Гарри смотрел на него, не веря своим ушам. Северус сказал это так, будто речь шла о чём-то страшном. Будто Квиррелл - не просто нервный преподаватель, а кто-то гораздо опаснее. — Почему ты так о нём говоришь? — тихо спросил Гарри. Снейп отвернулся к окну, за которым плескалась вода, и долго молчал. Когда он заговорил, голос звучал глухо и устало: — Потому что я знаю, кто он на самом деле. Но тебе этого знать не нужно. Ты должен просто держаться от него подальше. И от камня тоже. И вообще от всего, что происходит в этом замке. — Но если он опасен, мы должны что-то сделать! Предупредить директора! — Дамблдор знает. — Снейп резко развернулся. — Дамблдор знает всё. И если он не вмешивается, значит, на то есть причины. А ты, Поттер, будешь делать то, что тебе говорят. Впервые в жизни. — Почему ты всегда так со мной разговариваешь? — Гарри почувствовал, как в груди закипает обида. — Я же не враг тебе! Я просто хочу помочь! — Помочь? — Снейп усмехнулся, но усмешка вышла горькой. — Ты хочешь помочь? Тогда сядь и не высовывайся. Не лезь. Не задавай вопросов. Это будет лучшей помощью. — Я не могу просто сидеть, когда что-то происходит! — Можешь. И будешь. — Ты не имеешь права мне указывать! — Не имею права? — Гарри никогда не видел Снейпа таким. В его глазах полыхала такая ярость, что мальчик невольно отступил ещё на шаг. — Я тебя вырастил, Поттер. Десять лет. Я кормил тебя, одевал, учил, терпел твои выходки и капризы. Я отказывался от всего, лишь бы у тебя было нормальное детство. И после этого ты смеешь говорить, что я не имею права? Гарри открыл рот, чтобы ответить, но Снейп не дал: — Знаешь, в чём твоя проблема? Ты в точности как твой несносный отец. Такой же самоуверенный болван, который лезет вперёд, не думая о последствиях. Похоже, даже моё воспитание не может справиться с дурным характером, данным от природы. Эти слова упали в тишину кабинета, как камни в воду. Гарри смотрел на Снейпа и чувствовал, как внутри что-то обрывается. Он никогда не слышал, чтобы Северус говорил о его отце. Никогда. И теперь, когда услышал... это было хуже любой ругани. — Ты... ты правда так думаешь? — голос Гарри дрогнул. Снейп замер. На мгновение в его глазах мелькнуло что-то похожее на раскаяние, но он тут же отвернулся. — Я думаю то, что думаю, — глухо сказал он. — А теперь уходи. У меня много работы. Гарри вышел, не сказав ни слова. В коридоре он прислонился к холодной каменной стене и закрыл глаза. Слова Снейпа жгли, не давали дышать. "Ты в точности как твой несносный отец". Значит, вот как Северус видит его всё это время? Не как Гарри, а как отражение Джеймса Поттера, которого он ненавидел? Он сам не заметил, как ноги понесли его наверх, прочь из подземелий. Мысли путались. С одной стороны - Квиррелл, который явно пытался их рассорить. С другой - слова Снейпа, в которых была такая злость, такая горечь, что они не могли быть ложью. Может, Рон и Гермиона правы? Может, Снейп действительно что-то замышляет? И его забота - только прикрытие? Гарри тряхнул головой, отгоняя эту мысль. Но она возвращалась снова и снова. --- Ночью он почти не спал. Под глазами залегли тени, и Драко, взглянув на него, присвистнул: — Ты чего такой? Привидение увидел? — Вроде того, — буркнул Гарри. На завтраке он поймал взгляд Снейпа. Тот сидел за преподавательским столом, мрачный и отстранённый, и даже не взглянул в сторону слизеринцев. Гарри снова вспомнил вчерашнее. "Ты в точности как твой несносный отец". Рука сжала вилку так, что та погнулась. — Эй, полегче, — Рон удивлённо посмотрел на него. — Ты чего злой? — Я не злой. Я... — Гарри запнулся. — Я думаю. — О чём? — О Снейпе. Рон и Гермиона переглянулись. Гермиона отложила вилку и наклонилась ближе: — Мы же говорили тебе. Он подозрительный. Все улики против него. — А если нет? — тихо спросил Гарри. — Если мы ошибаемся? — Тогда кто? — резонно возразил Рон. — Кто ещё мог пытаться украсть камень? Гарри промолчал. Он вспомнил Квиррелла, его нервный шёпот, его странное поведение. Но сказать друзьям? Они же решат, что он свихнулся. Квиррелл - жалкий, заикающийся, вечно дрожащий преподаватель. Кто в здравом уме заподозрит его? — Ладно, — наконец сказал Гарри. — Допустим, вы правы. Допустим, Снейп хочет украсть камень. Что мы будем делать? — Следить, — тут же ответила Гермиона. — У нас есть план. Мы будем дежурить по ночам у коридора на третьем этаже. — Но туда нельзя, — напомнил Рон. — Именно поэтому Снейп пойдёт туда ночью, когда никто не видит. Гарри вздохнул. Идея была безумной. Но если это поможет узнать правду... Если это докажет, что Снейп не виноват... Или что виноват. — Хорошо, — сказал он. — Я с вами. --- Три ночи они дежурили в пустых коридорах, кутаясь в мантии-невидимки. Три ночи ничего не происходило. На четвёртую Гермиона уже хотела сдаться, но Гарри настоял: — Ещё одна ночь. Если ничего не будет, значит, мы ошиблись. Они сидели в нише у входа в коридор, прижавшись друг к другу под мантией. Было холодно и страшно. Гарри уже начал дремать, когда Рон вдруг дёрнулся: — Тихо! Кто-то идёт. Шаги. Лёгкие, быстрые, крадущиеся. Гарри выглянул из-под мантии и увидел знакомую фигуру в чёрном. Снейп. Он шёл к двери в коридор, оглядываясь по сторонам. В руке у него была палочка, светящаяся на конце. Снейп остановился у двери, что-то прошептал, замок щёлкнул, и Северус скрылся внутри. — Я же говорила! — зашипела Гермиона. — Он идёт к камню! — Идём за ним, — решился Гарри. Они выскользнули из ниши и прокрались к двери. Она была приоткрыта. Внутри было темно, только впереди мерцал свет - Снейп шёл с люмосом. — Осторожно, — прошептал Гарри. Они двинулись следом. Коридор оказался длинным, с множеством ответвлений. Гарри ориентировался по свету, но вдруг тот погас. — Он нас заметил? — испугался Рон. — Не знаю. Тихо. Они замерли. В полной темноте слышно было только собственное дыхание. А потом впереди, в конце коридора, зажёгся мягкий свет. Он исходил не от палочки - откуда-то сверху. Гарри шагнул вперёд и замер. В центре небольшой комнаты стояло огромное зеркало в резной раме. Оно было выше человеческого роста, и от него исходило золотистое сияние. Надпись в верхней части гласила: «Я показываю не лицо твоё, но сокровенное желанье». Снейпа в комнате не было. — Что это? — прошептала Гермиона, подходя ближе. — Я читала о таких зеркалах... Кажется, это зеркало Еиналеж. Оно показывает самое сокровенное желание человека. — И что ты видишь? — спросил Рон, заглядывая через плечо. Гермиона покраснела и быстро отвернулась: — Ничего особенного. Рон подошёл к зеркалу и замер. Его лицо расплылось в улыбке: — Я вижу себя... я староста школы! И держу кубок по квиддичу! А рядом мама, она так мной гордится... Он отступил, уступая место Гарри. Гарри подошёл к зеркалу и посмотрел в него. Сначала он увидел себя: уставшего, взлохмаченного, в мантии Слизерина. Но потом изображение поплыло, и рядом с ним появились другие люди. Женщина с рыжими волосами и зелёными глазами, точь-в-точь как у него. Она улыбалась и протягивала к нему руки. Рядом стоял мужчина с взлохмаченными чёрными волосами и очками на носу - он был похож на Гарри, только старше. Они оба смотрели на него с такой любовью, что у Гарри перехватило дыхание. — Папа... мама... — прошептал он. А за их спинами, чуть поодаль, стоял Снейп. Не тот Снейп, которого Гарри знал - мрачный, вечно недовольный, язвительный. Этот Северус улыбался. Он стоял рядом с его родителями и смотрел на Гарри с теплотой, какой мальчик никогда не видел на его лице. — Гарри, — тихо позвала женщина. — Мы так гордимся тобой. — Мы всегда рядом, — добавил мужчина. — Ты не один, — тихо сказал Снейп из отражения. Гарри протянул руку к зеркалу, но изображение дрогнуло и исчезло. Вместо него снова был просто Гарри - одинокий, растерянный, с мокрыми глазами. — Гарри? — Гермиона тронула его за плечо. — Ты чего? Что ты видел? — Ничего, — хрипло сказал Гарри, отворачиваясь. — Нам пора. — Но Снейп... — начал Рон. — Его здесь нет. Мы потеряли его. Они вышли из комнаты, и Гарри обернулся в последний раз. Зеркало всё ещё мерцало, обещая то, чего никогда не будет. --- В спальне, лёжа в кровати и глядя на проплывающих за стеклом русалок, Гарри думал о том, что увидел. Родители. Счастливая семья. И Северус, улыбающийся им. Значит, где-то в глубине души он хочет, чтобы Снейп был частью его семьи. Чтобы тот не просто терпел его, а действительно любил. — Дурак, — прошептал Гарри в темноту. — Чего ты хочешь? Чтобы он стал тебе отцом? Ответа не было. Только тихий плеск воды за стеклом и мерное дыхание спящего Драко.