Глава 12. «Смех на паузе»

Если бы кто-то спросил Джию, что значит “идеальный день”, она бы раньше ответила что-то рациональное: выспаться, всё успеть, ничего не забыть, никого не подвести. Но теперь “идеальный день” иногда выглядел иначе: четыре самых близких человека рядом, солнце в небе и план без расписания. — Парк аттракционов! — объявила Эмма на их утреннем сборе так торжественно, будто зачитывала закон. — Нам нужен день, где мы просто… подростки! Ной поднял палец: — Подростки могут быть в опасности в парках аттракционов. Статистика травм— — Ной! — хором перебили его Джейк и Эмма. Трой усмехнулся: — Я за. Но без глупостей. — Трой, — Джейк хлопнул его по плечу, — мы и есть глупости. Это наш бренд. Джия стояла рядом, поправляя ремешок сумки и пытаясь выглядеть “не слишком довольной”. Но улыбка всё равно пряталась в уголках губ. — Хорошо, — сказала она наконец. — Едем. Только без… — Без чего? — Джейк наклонился ближе. — Без того, чтобы ты кричал на всю очередь, что мы встречаемся, — сухо сказала Джия. — Я вообще-то думал кричать, что ты — лучшая девушка на планете, — невинно ответил Джейк. Эмма прыснула: — Он не исправится. Ной вздохнул: — Тогда хотя бы пусть кричит в правильные моменты. Например, на американских горках. --- Парк аттракционов встретил их яркими вывесками, сладким запахом карамели и музыкой, которая звучала громче, чем нужно, но почему-то делала всё счастливее. Люди ходили с шариками, смеялись, дети тянули родителей к каруселям, подростки визжали так, будто это обязательная часть программы. — Я чувствую себя… странно, — признался Ной, оглядываясь. — Это называется “радость”, — сказала Эмма и схватила его за рукав. — Пойдём! — Куда? — На самые страшные горки! Ной побледнел: — Я… не подписывался на смерть. Трой спокойно сказал: — Подпишешься. Это укрепляет характер. Джейк уже тащил Джию к очереди на огромные американские горки, где вагончики взлетали вверх и падали вниз, оставляя за собой только крик и смех. — Давай, — сказал Джейк, сияя. — Это будет легендарно. Джия прищурилась: — Джейк. Я не боюсь. — Я тоже не боюсь, — быстро сказал Джейк, и это прозвучало слишком громко. Эмма подняла бровь: — Ого. Значит, ты боишься. Очередь двигалась медленно. Джейк успевал шутить, Эмма успевала фотографировать, Ной успевал читать правила безопасности на табличке и комментировать. — “Не вставать во время движения”. Это важно, — сказал Ной. — Ты думаешь, кто-то встанет? — удивилась Эмма. Ной посмотрел на Джейка. — Я думаю, Джейк может попытаться “победить страх”, стоя. — Я не настолько… — начал Джейк. — Ты настолько, — сказала Джия. Джейк обречённо улыбнулся: — Ладно, я настолько. Но ради тебя я буду сидеть. Когда они наконец сели в вагончик, Джия оказалась рядом с Джейком, Эмма — с Ноем, а Трой сел за ними, как будто это его пост охраны. — Пристегнитесь, — напомнил Ной всем, хотя табличка уже всё сказала. — Я пристегнулся дважды, — заявил Джейк. — Это невозможно, — сухо сказал Ной. — Ты недооцениваешь мою изобретательность, — возразил Джейк. Горки медленно поползли вверх. Цепь под вагончиком щёлкала, как таймер. Ветер стал сильнее. Внизу люди казались маленькими. — Ной, какова вероятность, что мы умрём? — спросила Эмма, ухмыляясь. — Низкая, — ответил Ной. — Но не нулевая. Эмма рассмеялась: — Он романтик. Джейк наклонился к Джии и прошептал: — Если я закричу, ты не будешь смеяться? — Я буду смеяться, — честно сказала Джия. — Но любя. — Это жестоко, — вздохнул Джейк. — Это отношения, — ответила Джия. Вагончик достиг вершины. На секунду стало тихо. Потом — падение. Крик вырвался у всех одновременно. У Джейка — громко, честно. У Эммы — радостно. У Ноя — неожиданно высоким голосом, который он сам бы не признал. Трой… тоже крикнул. Просто очень коротко. Как человек, который хотел сохранить достоинство и не смог. Внизу камера сделала снимок. Джейк с открытым ртом, Джия с непроизвольной улыбкой, Эмма визжит от счастья, Ной выглядит как “я сейчас покину тело”, Трой смотрит так, будто обещал себе не кричать и теперь разочарован. Когда они вышли, Эмма сразу побежала смотреть фото. — О БОЖЕ! — она показала экран. — Ной! Ты выглядишь как мем! Ной попытался забрать фото: — Удали. Это компрометирует. — Это шедевр! — Эмма уже сохранила его. Трой тихо сказал: — Я не кричал. Джейк поднял бровь: — Трой, у тебя на фото лицо человека, который кричал внутри. Джия посмотрела на Джейка и улыбнулась: — А ты кричал снаружи. — Я выражал эмоции, — гордо заявил Джейк. — Это полезно. --- После горок им нужен был “перерыв на сахар”. Эмма потянула всех к киоску с сладостями, и через пару минут у каждого в руках было что-то: у Эммы — карамельное яблоко, у Ноя — мороженое “потому что оно меньше липнет”, у Троя — просто вода (он утверждал, что это “практично”), а у Джейка и Джии — огромная розовая сахарная вата на палочке. — Это слишком большая, — подозрительно сказала Джия, глядя на вату. — Для нас? — возмутился Джейк. — Для нас нет “слишком”. — Для тебя — да, — сказала Джия. Джейк широко улыбнулся: — Тогда я съем больше. Как мужчина. — Как ребёнок, — уточнил Ной. Эмма хихикнула: — Ой, они такие милые! Джейк аккуратно оторвал кусочек ваты и поднёс Джии. — Давай. Джия смутилась: — Джейк… тут люди. — Пусть завидуют, — уверенно сказал он. Джия всё-таки взяла кусочек. Сахарная вата таяла на языке, оставляя сладкий вкус и липкость. Джейк тут же тоже откусил, и у него на губе осталась розовая пушинка. Джия протянула палец и убрала её. — Ты как маленький, — сказала она тихо. — Ты заботишься обо мне, — важно сказал Джейк. — Это официально. Джия закатила глаза, но улыбнулась. Эмма, наблюдая, приложила руку к сердцу: — Я сейчас расплачусь. Ной пробормотал: — Не надо. В парке аттракционов повышенная влажность может испортить сахар. — Ной! — Эмма толкнула его. — Ты невозможный. Трой смотрел на них спокойно, но в его взгляде было то самое редкое тепло: он рад, что у них есть такие моменты. И именно в этот момент музыка парка вдруг… оборвалась. Сначала это показалось случайностью: уличная колонка хрипнула, замолчала. Но потом замолчали все. Колесо обозрения, которое вращалось вдалеке, резко остановилось. Карусель зависла на месте. Американские горки замерли на подъёме. Люди в вагончиках начали кричать — уже не от удовольствия. В воздухе раздался низкий, неприятный звук — будто кто-то выключал праздник рубильником. Ной напрягся первым: — Нет. Джия уже выпрямилась: — Всем назад. Джейк сжал её ладонь: — Монстр? — Монстр, — подтвердил Трой. И голос Госэя прозвучал у всех в голове: “Рейнджеры. Опасность. Противник класса ‘Антивеселье’. Он блокирует механизмы и подавляет эмоциональную активность.” Эмма возмущённо выдохнула: — Антивеселье?! Это… преступление! --- Портал открылся прямо у главной площади парка. Из него вышло существо, похожее на огромный пульт управления с ногами и руками, вокруг которого крутились шестерёнки. На груди светился зелёный кристалл, а на голове торчала антенна, как у старого телевизора. Его голос был противный, монотонный, как объявление о запрете: — Веселье… запрещено. Смех… запрещён. Адреналин… запрещён. Всё должно… остановиться. Он поднял руку — и вокруг разлетелись зелёные импульсы, которые попадали в аттракционы, будто “замораживали” их. — Я — Стоппер, — заявил монстр. — Я люблю тишину. Я люблю порядок. Я люблю, когда все сидят и не радуются. Ной прищурился: — Он как мой внутренний голос на контрольной. Эмма ахнула: — Ной! Это ужасно! Джейк стиснул зубы: — Он остановил горки. Это личное. Люди вокруг в панике. Где-то вдалеке дети плачут. На колесе обозрения кабинки зависли высоко над землёй, и внутри люди стучали по стеклу. — Сначала эвакуация и спасение застрявших, — сказала Джия. — Потом бой. — Но аттракционы отключены. Доступ к механизмам закрыт, — быстро оценил Ной. — Нам нужно отключить его импульсы. Они нашли укрытие за киоском и морфировались. — МЕГАФОРС! Рейнджеры выбежали на площадь. Стоппер повернул к ним “лицо-пульт”. — О. Ещё один источник шума. Он ударил импульсом — и воздух вокруг словно стал вязким. Двигаться стало тяжелее, как будто мир включил режим “медленно”. — Он замедляет! — крикнул Ной. — Это поле инерции! — Понял! — крикнул Джейк. — Значит, надо двигаться быстрее, чем он думает! — Это противоречит физике, — буркнул Ной. — Тогда мы будем против физики, — ответил Джейк. Трой пошёл вперёд, принимая удар на себя. Эмма побежала к зоне колеса обозрения, чтобы искать способ открыть кабинки. Джия и Джейк прикрывали, Ной анализировал импульсы. — Его кристалл — источник поля, — сказал Ной. — Но кристалл защищён. Нужно сначала сломать антенну — она усиливает сигнал. — Я займусь антенной, — сказал Трой. — Я прикрою, — сказал Джейк. Джия посмотрела на Эмму: — Эмма, осторожно. — Я буду суперосторожной! — крикнула Эмма, уже убегая. — Я спасу всех! Джия задержала взгляд на колесе обозрения. Там были люди. И, несмотря на то, что она старалась не показывать, внутри у неё появилась знакомая тревога. Ответственность всегда начинала давить именно так. — Я помогу тоже, — сказала Джия и побежала следом. — Джия! — крикнул Джейк, но она уже была в движении. --- Колесо обозрения остановилось на высоте, и кабинки зависли в воздухе. Одна из них была чуть ниже остальных, но всё равно слишком высоко для обычных людей. Эмма пыталась открыть аварийную панель, но та была “запечатана” зелёной энергией. — Он заблокировал механизм! — выдохнула Эмма. — Тут нужен… — Ной, — сказала Джия по связи, — как снять блокировку? — Поле держится импульсом. Если я выведу вас из зоны импульса… или если вы разрушите его узел в распределителе, — ответил Ной. — Но распределитель наверху. Эмма подняла голову: — Наверху?! Джия посмотрела вверх — туда, где кабинки висели, где люди махали руками. И не раздумывая, сказала: — Я поднимусь. — Ты что?! — крикнула Эмма. — Я рейнджер, — ровно ответила Джия. — И я могу. Она схватилась за лестницу технического обслуживания у основания колеса — ту самую, которую обычно никто не использовал. И начала подниматься. — Джия, стой! — голос Джейка в связи был резким. — Это опасно! — Я знаю, — ответила Джия. — Но там люди. — Я иду к тебе! — сказал Джейк. — Нет, — отрезала Джия. — Ты нужен на поле. — Ты моя девушка! — вырвалось у Джейка. — И я рейнджер! — так же резко ответила Джия. Это был их старый спор — “миссия” против “сердца”. Только теперь он болел сильнее, потому что они действительно стали важными друг для друга. Джейк сжал кулак, потом резко выдохнул: — Ладно. Тогда я сделаю так, чтобы ты вернулась. Джия поднималась быстро, но поле Стоппера делало движение тяжелее. Она чувствовала, как руки устают быстрее. Но она продолжала. В одной из нижних кабин люди были в панике: маленький мальчик плакал, женщина пыталась его успокоить. Джия добралась до кабины и постучала. — Всё хорошо, — сказала она громко, чтобы они услышали. — Я сейчас открою. Она нашла ручку аварийного механизма… но та была залита зелёным “замком”. — Чёрт, — прошептала Джия. — Он и здесь… Она поднялась ещё выше — к распределителю. Там действительно был узел: маленькая коробка, пульсирующая зелёным светом. Она потянулась… и в этот момент колесо дрогнуло. Не сильно — но достаточно, чтобы Джия потеряла равновесие. Её нога соскользнула. Она ухватилась за поручень, но поле “замедления” не позволило ей быстро стабилизироваться. На секунду у неё перехватило дыхание. — Джия! — голос Эммы снизу был паническим. — Я держусь! — крикнула Джия. Но она понимала: если сейчас что-то ещё дрогнет, она может упасть. А если она упадёт, Джейк… Джейк… В голове на секунду вспыхнула мысль: я не могу его сломать этим страхом. Она снова потянулась к узлу и ударила по нему оружием. Узел треснул, но не полностью. — Ной! — крикнула она по связи. — Я повредила узел, но он держится! — Ещё удар! — ответил Ной. — Тогда блокировка спадёт! — Мне нужна стабильность! — выдохнула Джия. И в этот момент снизу раздался знакомый голос: — Эй, моя лучшая девушка на планете! Держись! Джейк. Он не послушал её полностью. Он не бросил бой — но добрался сюда, к колесу, в момент, когда она была в опасности. Джия повернула голову вниз и увидела: Джейк уже карабкается по технической лестнице, двигаясь быстрее, чем позволяла “логика” поля. Он держался руками так уверенно, будто это не высота, а обычная школьная лестница. — Джейк, ты… — начала Джия. — Потом поругаешь, — крикнул он. — Сейчас спасаю! Он поднялся до её уровня и встал чуть ниже, чтобы быть опорой. — Дай руку, — сказал Джейк коротко. — Я не… — Джия хотела сказать “я справлюсь”, но в этот раз не стала. Она протянула руку. Джейк схватил её крепко и подтянул ближе к поручню, стабилизируя её положение. — Вот, — выдохнул он. — Теперь бей. Джия смотрела на него — и в его глазах было столько страха и любви одновременно, что она вдруг почувствовала: она не одна. И это не слабость. Это сила. Она подняла оружие и нанесла точный второй удар по узлу. Зелёный “замок” вспыхнул и исчез. Колесо обозрения вдруг тихо зажужжало. Кабинки начали медленно двигаться вниз. Люди в них закричали — уже от облегчения. Эмма снизу подняла руки: — ДА! Ной по связи выдохнул: — Блокировка спала. Отлично! Джия повернулась к Джейку: — Спасибо. — Всегда, — сказал он и добавил, уже легче: — Но ты меня напугала до седых волос. — У тебя нет седых волос. — Будут, — сказал Джейк. — Ты их производишь. Джия вдруг улыбнулась — коротко, но по-настоящему. И на секунду, на этой высоте, среди остановленного веселья, она почувствовала себя счастливой. — Пойдём вниз, — сказал Джейк. — У нас ещё монстр. — И хотдоги, — добавила Джия. Джейк ухмыльнулся: — Это мотивация. --- Когда они спустились, бой на площади всё ещё шёл. Трой держал линию, Эмма помогала людям, Ной пытался найти “ритм импульса”, чтобы пробить защиту. — Антенна почти сломана, но он снова усилил поле! — крикнул Трой. — Он перенаправил сигнал! — сказал Ной. — Ему нужно питание от страха людей. Чем больше паника — тем сильнее поле. — Значит, надо вернуть веселье, — сказала Эмма. — Прямо сейчас! Она вдруг сделала то, что могла только Эмма: подняла голос и начала кричать людям, что всё будет нормально, что рейнджеры здесь, что нужно дышать, что всё под контролем. И даже пошутила: — Не бойтесь! Мы не дадим ему испортить ваши фото! Люди засмеялись — сначала нервно, потом чуть увереннее. Джейк посмотрел на Джию: — Готова? — Всегда, — ответила она. Они вместе ворвались в бой. Джейк отвлекал Стоппера, заставляя его крутиться и терять концентрацию. Джия искала слабое место. Ной крикнул: — Антенна! Её надо добить! Тогда поле рухнет! Трой поднял меч, но поле замедления мешало. — Я помогу, — сказал Джейк и рванул к Трою, подсаживая его, чтобы тот смог ударить выше. Трой нанёс удар — антенна треснула и отлетела. Поле замедления дрогнуло. Мир будто ускорился обратно. — Сейчас! — выкрикнула Джия. Ной добавил: — Кристалл открыт! Команда ударила синхронно. Кристалл на груди Стоппера вспыхнул, треснул, и монстр завыл: — Нет… веселье… должно… остановиться… — Веселье — это жизнь, — сказала Эмма. — А жизнь мы не остановим, — добавил Трой. Финальный удар — и Стоппер рассыпался зелёными искрами. Музыка в парке снова включилась, словно кто-то вернул питание. Аттракционы зажужжали, люди начали аплодировать, кто-то даже кричал “рейнджеры!” как на шоу. Эмма прыгнула на месте: — Мы спасли парк! Ной устало выдохнул: — И мою нервную систему. Почти. Трой кивнул: — Хорошая работа. Джейк подошёл к Джии и тихо спросил: — Ты в порядке? — Да, — сказала Джия. — И ты? — Да, — Джейк улыбнулся. — Только… я хочу, чтобы ты иногда позволяла мне тебя спасать. Не потому что ты не можешь. А потому что я хочу быть рядом. Джия посмотрела на него серьёзно, потом мягко кивнула: — Хорошо. --- Когда всё закончилось и люди разошлись по аттракционам, ребята наконец сделали то, ради чего сюда пришли: купили хотдоги и сели за столик неподалёку от сцены, где снова играла музыка. Эмма вытянула телефон: — Ладно, смотрим фото с горок! Ной сразу напрягся: — Нет. — Да! — радостно сказала Эмма. Она показала снимки. На одном Джейк кричал так, будто его душу забирают. На другом Джия выглядела слишком счастливой, чтобы это было “по плану”. Ной — как человек, который понял смысл жизни и разочаровался. Трой — как “я не кричал”, хотя по лицу было видно обратное. — Трой, — Эмма ткнула фото, — это лицо человека, который потерял гордость на скорости 90 км/ч. — Я не кричал, — упрямо повторил Трой. — Ты кричал внутри, — сказал Джейк. — Это не считается, — ответил Трой. Ной вздохнул: — Я требую удаления моего фото. Эмма сладко улыбнулась: — Я требую сохранения. — Это конфликт интересов, — пробормотал Ной. — Это дружба, — сказала Эмма. Джейк откусил хотдог слишком бодро… и соус, конечно, оказался на подбородке. И на щеке. И, кажется, на рубашке. — Джейк, — сказала Джия с тем самым терпеливым голосом, который обычно звучал на тренировках, — стой. Она достала салфетки и начала вытирать его, как будто он ребёнок, который не умеет есть. — Я справлюсь, — пробормотал Джейк, но не двинулся. — Нет, не справишься, — спокойно сказала Джия и продолжила вытирать. Эмма прыснула: — Ой, это так мило. Ной добавил: — И крайне показательно. Трой усмехнулся: — Она реально его “ведёт”. Джейк поднял глаза и сказал с самым серьёзным видом: — Джия, ты сейчас ведёшь себя как мамочка, а не как будущая жена. Наступила пауза на секунду — а потом все взорвались смехом. — ДЖЕЙК! — возмутилась Джия, но сама тоже смеялась. Эмма почти упала со стула: — “Мамочка”! Я не могу! Ной поправил очки и сухо заметил: — С точки зрения выживания, это разумно. Джейк без контроля быстро превратится в ходячий соус. Трой добавил: — И это будет опасно для окружающих. Джия выдохнула, посмотрела на Джейка, который всё ещё улыбался своей самой наглой улыбкой, и вдруг сделала то, чего никто не ожидал. Она наклонилась и поцеловала Джейка в губы — коротко, уверенно. Потом отстранилась и сказала спокойно: — Так соус убираю только я. Понял? Джейк застыл с открытым ртом, будто его снова посадили на горки. Эмма визжала: — ОНИИИ! Ной отвернулся, но было видно, что он улыбается: — Это… не научно. Трой тихо сказал: — Но эффективно. Джейк наконец моргнул. — Я… понял, — выдохнул он. — И официально заявляю: это лучший способ уборки соуса в истории. — Пожалуйста, не развивай тему, — сказала Джия, но улыбалась. Они сидели, ели хотдоги, смеялись над фотографиями и вспоминали, кто как кричал на горках, кто пытался выглядеть “круто”, кто испугался, кто спасал людей на колесе обозрения. И Джия, глядя на друзей, вдруг подумала: Вот оно. Вот почему мы всё это делаем. Чтобы у людей было веселье. Чтобы у них были такие дни. Чтобы аттракционы крутились, музыка играла, и кто-то мог целовать кого-то “ради соуса” и не думать о войне. А Джейк, глядя на неё, подумал: Это и есть победа. Не потому что они уничтожили монстра. А потому что после этого они всё равно умеют смеяться.