Глава 1

…Исаги где-то полторы минуты стояла на месте, тупо моргая глазами, надеясь, что ей просто почудился чужой взгляд в легкой темноте женской уборной. Остальная небольшая группа девушек продолжила болтать о своем в другом конце, будто бы и не собираясь продвигаться дальше входа в «Тюрьму». Вероятнее всего, ей либо и вправду почудилось, либо же глаза собственной сестры может видеть лишь она одна. Благо, никому из толпы незнакомок не было дела до этой дурочки-пацанки, которая просто глупо стоит ото всех как какой-то псих-одиночка, не натянув до конца свою форму. Параллельно, та ещё следила за этим странным пятном на коже, и вовсю пыталась избавиться от ненужных тревог (ещё не хватало того, чтобы её сразу же выперли домой по болезни без шанса на возвращение). Ей не хотелось верить в то, что у неё преждевременно могла появиться метка, ведь если да, то столько проблем возникнет в зависимости от второго пола. От этих девушек недалеко уши случайно подслушали то, что все участники проекта, не достигшие 18 лет, были возможными альфами или бетами, исходя из медицинских данных каждого. А представительниц женского пола никто изначально не хотел выбирать так как те всегда с древних пор были омегами (по вполне понятным биологическим причинам), лишь единицы были альфами. Это лишь в очередной раз доказывало, что омег даже в нашем веке высоких технологий до сих пор видели лишь как носителей новой жизни и никого более, что очень удручало. Потому Исаги молилась всему пантеону японских богов, прося их о том, чтобы все это было ошибкой и что бы её не делали омегой, а хотя бы бетой. Она настолько сильно отвлеклась на свои мысленные мольбы, что не заметила, как кто-то очень низкий подошёл вплотную. — Не может быть… — прошептали буквально в паре метров. От услышанного Ёко аж вздрогнула и отпрыгнула в сторону, благо, успела чуть приглушить свой голос. Она была настолько в шоке, что еще секунд 15 не могла понять, где находится источник звука, пока снизу не добавили: — Да ты ж полуомега, сестрица! — голос звучал с ярко выраженным изумлением от чего-то доселе невиданного. И только сейчас та осмелилась опустить глаза вниз, и лучше бы она этого не делала. Перед ней, почти нагнувшись, стояла самая что ни на есть её любимая сестренка Ицуки, ещё и смотрящая на метку такими невинными глазами, словно бы сейчас не происходило ничего из ряда вон выходящего. — Ну, ты помнишь… Те, про которых в одной документалке говорили? Ну, там, что они вроде миф и всё такое… — не унималась малютка, совсем не обращая внимание на выражение лица сестры. Наконец, Исаги отмерла, но это не сулило ничего хорошего. Она по-прежнему с трудом верила в то, что её сестра могла как-то проскочить и просто материализоваться здесь. Лицо девушки нахмурилось, под бровями аж возникла небольшая морщинка, в общем, все предупреждало о том, что Ицуки легко не отделается. Если честно, Ёко вообще прежде никогда так сильно не злилась, даже тогда, когда эта малявка так увлеклась защитой сестры от злых первоклашек, что аж разбила несколько соседских цветочных горшков. — Как ты сюда попала? — едва ли не прошипела брюнетка. Но эта маленькая дуреха не обращала на неё совсем никакого внимания, слишком озабоченная каким-то пятном. — Ё-тян, неужели ты не понимаешь… Ты ведь на 3 головы выше всех остальных! Все альфы и омеги просто обязаны лежать у твоих-! — речь девочки была в ту же секунду прервана чужим пальцем у губ. На неё грозно шикнули, и только тогда Ицуки заметила, что сестра, мягко говоря, очень недовольна не на шутку. — Нет, Ицу… Это ты не понимаешь ничего… — она оглянулась по сторонам, потом нагнулась к ней и продолжила, чуть понизив голос — Ты ведь в курсе, где ты сейчас находишься? Ей и слышать ничего не хотелось про всяких там альф и омег, она ведь приехала сюда побеждать серьёзных соперников, а не быть посмешищем среди толпы отвратительных альф. — Конечно знаю, в «Синей Дыре»… И я не оговорилась, оно так и является. Исаги от неожиданности отпустила свою сестру и, кажется, начала всерьёз думать о том, что у неё просто начались галлюцинации от волнений, ибо, действительно, как маленькая девочка могла пробраться незамеченной сквозь множество старшеклассников. Краем уха обе услышали, как внезапно закопошились девушки в углу. Они явно поняли, что задержались тут со своими сплетнями и разговорами, и им пора бы уже принять правила «Тюрьмы» всерьёз и выдвигаться на первое испытание. Исаги это тоже поняла, после чего машинально надела на себя остаток формы и побежала к выходу. Однако, перед тем, как выйти, девушка обернулась и быстренько шепнула ей, по-прежнему недовольная и сконфуженная ситуацией: — С тобой я разберусь позже… Но я бы посоветовала тебе уйти тем же путём, которым ты и пришла… А далее она ушла туда, куда и надо было идти. Исаги понимала, что поступила сейчас чересчур эгоистично (даже по меркам этого проекта), просто бросив 10-летнего ребенка, которого все эти 17 лет старательно защищала (хотя, тут всегда был вопрос, кто кого защищал чаще) и берегла. Но какая-то часть сознания вовсю убеждала о том, что Ицу не пропадет, учитывая то, как ловко та проскользнула на территорию с кучей камер, постоянно просматриваемых Эго с Анри, да и вообще, эта проказница всегда была умнее и изворотливее многих, даже не своего возраста… Хотя, вероятнее всего, это была не уверенность в безопасности близкого человека, а скорее попытка оправдать свой растущий по часам эгоизм. В общем, та таки без происшествий добралась в нужную комнату. Внутри уже собрался весь народ, и он, ожидаемо, состоял из одних лишь парней. Взгляды некоторых сразу же были прикованы к ней, и Ёко в принципе понимала по какой причине. Все видели в ней парня, но не могли понять, почему перед ними карлик (по их меркам) с фигурой подстать только моделям. Пытаясь отвлечься от насущных глаз, девушка зацепилась за чье-то лежащее тело посреди всей толпы. Перед ней, почти в самой середине, свернувшись в эмбрион, лежал и тихо посапывал её новый знакомый Бачира. При виде него она мысленно скривилась, вспоминая их недавнее очень странное знакомство. Нет, серьёзно, кто первым делом после приветствия оценивает твой запах, которого и нет вовсе? Даже самый бесстыдный альфа не будет первым делом обращать внимания на аромат омеги перед ним, если это не период течки. Однако, по крайней мере, Бачира выглядит всё-таки поспокойнее остального народа в этом просторном помещении. Он просто спал и никому особо не мешал, пока остальные чуть перешептывались насчет возможного второго пола зашедшей Исаги. Все эти голоса не очень нравились девушке, ведь по крайней мере один человек уже заклеймил её омегой, очевидно, не зная, что перед ним не парень. — Я не хочу играть в одной команде с омежкой! От них ведь столько проблем! Это сказал один очень странный парень-блондин с акульими зубами, который пристальнее всех таращился на беднягу. От него не очень-то и веяло дружелюбием и пониманием. Позднее, с ним согласилась ещё пара человек, но они не были столь категоричны, как он. — Райти, думай что говоришь… — кто-то сказал рядом. Этому чудаку тут же дали небольшой подзатыльник за его ранее сквернословие. Тот злобно прошипел, недоуменно глядя на этого смельчака и после ругаясь ему вслед. Этот же самый парень начал потихоньку надвигаться к самой Ёко, стоящей подальше от всех в сторонке. Тень от его торчащих во все стороны рыжих волос упала на лицо девушки, смотрящей на него буквально снизу вверх. — Пора бы вам перестать верить этим глупым стереотипам об омегах… — голос «спасителя» звучал спокойно, но всё-таки немного грозно, подстать его хорошему физическому сложению — В футбол позволено играть всем. Далее он обратился уже к самой Ёко, совсем не смущенный её «не совсем мужским» телосложением. — Надеюсь, ты не в обиде из-за этого дурака. — Ну что вы, меня он нисколечки не обидел — помотала головой брюнетка, ведь в её планы пока не входило быть кем-то спасённой в которой она бы могла и сама защититься — Я ведь сюда развиваться пришла, а не обижаться на кого-то… Этот рыжий красавец лишь хмыкнул, только сейчас оглядывая своего возможного будущего соперника с ног до головы. — Это верно… Меня просто немного бесит, когда честному человеку просто так не дают играть в футбол… Лишь сейчас девушка заметила с каким лицом её оглядывают со всех сторон. И это немного насторожило. Похоже, всех в этой комнате очень интересует и смущает пол Исаги, и все они придают этому слишком большое значение, даже этот рыжий адекват. Сейчас та у себя в голове желала лишь одного — чтобы Эго прекратил ждать и наконец начал свое испытание, из-за которого и собрал их всех здесь. Но ей явно не стоило забывать про спящего Бачиру… В следующий момент этот парень пчелиной расцветки внезапно проснулся и… Накинулся на бедную Ёко со спины с громким восклицанием, заключая в дружественные объятия. Девушка тут же свалилась вперед от неожиданности, заставив рыжего добряка отпрыгнуть в сторону. Своими криками они привлекли к себе всеобщее внимание. Парень лежал грудью на Исаги, слегка вдавив её в пол. Грудь девушки же достаточно сильно прижалась к твердому полу, что вот-вот могла провалиться туда насквозь. При каждом даже мимолетном движении Мэгуру тело девушки слегка терлось об горизонтальную поверхность, вызывая не очень приятные ощущения. Девушка, насколько это возможно, повернулась к нему, чтобы понять, какого хрена сейчас произошло. Этот чудак находился в полусне, и только сейчас готовился разлепить глаза. Разве люди могут быть такими неуправляемыми во сне? — Бачира-сан… Какого фига?! — вырвалось у неё от осознания того, в какой позе он припечатал её. Парень, ожидаемо, уже медленно раскрыл веки от такого шума, но головой ещё не до конца вышел из сладкого сна. Почувствовав знакомый, воображаемый ванильный аромат, он расплылся в улыбке и проговорил: — О, Мистер Ванилька… И вы здесь? «Мистер Ванилька»? Что за? … Какого фига тут происходит в «Синей тюрьме»?! На лице Ёко поплыл едва заметный румянец, то ли от смущения, то ли от гнева и недоумения… Ей ведь уже второй раз говорят про запах ванили, которого на самом деле то и нет… — Эй, пацан, кончай придуриваться… — раздалось сверху, буквально над ухом — Что это сейчас было? Вес со спины мгновенно исчез. Как оказалось, этот миленький рыжик просто взял и одной рукой схватил отнюдь не легкую тушку Бачиры за шкирку, и поднял вверх. Уже второй раз её «спасли». — Надеюсь, ты на поле не будешь такие грязные фокусы проворачивать? — опять этот грозный голос — Знаешь ли, как мне не нравятся жулики? — А ты у нас походу господин-педант, как я посмотрю… — чуть вяло проговорил Бачира, протирая одно из век. Исаги, пользуясь тем, что эти двое заняты друг другом и своими разборками, быстренько встала и на цыпочках ушла в сторону. Она уже действительно стала жалеть о своем выборе поездки в эту дыру у черта на куличиках. Но нет, ближайшие полгода их не выпустят, ещё и сестра здесь не пойми чем занимается, придется терпеть этих дураков и её. Созревает вопрос: а как выжить? Очевидно, люди в этом месте по-прежнему живут устаревшими стереотипами касательно омег и их мизерной роли в обществе, забывая, что в истории среди них были и великие личности, например, один известный фигурист, про которых так часто смотрит Ицуки. Во всяком случае, сейчас стояла только одна первостепенная задача — пройти испытание этого сумасшедшего очкарика, постриженного под горшок… **** …Исаги таки пережила первый этап попадания в «Синюю Тюрьму», а пережила она его еле-еле, успев на последних секундах. Этот чертов Эго ещё раз доказал всем свою полную отбитость и свою любовь к «истязаниям» подростков. Серьёзно, где еще в Японии нужно за простой пропуск в общежитие играть в странное футбольное подобие салочек или пятнашек? Еще и на выживание? Мечтам 17-летней девушки наступил бы конец, если бы не (внезапно) действия Бачиры и если бы в самом конце она не решила оборвать карьеру футболисту, забившему последний гол в ворота команды её школы. Ёко размышляла над этим, пока размешивала палочками склизкие и противные бобы натто. Перед ней сидит глупый мальчик-монах Игагури и давится через силу своей редькой. Глупая система рейтингов! Из-за неё приходится довольствоваться этим скудным рационом питания, один вид которого через месяц вызовет чувство тошноты. И Эго в очередной раз доказал свою возможную ненависть к следующему поколению японского футбола, раз лишает растущие организмы многих важных витаминов. Глаза с завистью смотрели на то, чем трапезничает, возможно, пока самый чудаковатый парень из всех, кто сегодня повстречался — Гагамару Гин. Этому лупоглазому повезло в качестве вкусняшки получить гёдза с соевым соусом вдобавок к обычному рису и супу мисо. Однако, этот «царский» обед был вмиг испорчен самым Гагамару, который, видать, в жизни никогда не держал в руках столовых приборов. Со спины к Гину подкрался весьма низкий (даже чуть ниже самой Исаги) мальчик… Кажется, Нарухая? Так вот, он подкрадывается со спины и, без стыда и совести, выкрадывает и съедает одну пельмешку, блестящую от соуса. Парень не остается в стороне и бежит за мелким нахалом, чем-то угрожая ему своим монотонным голосом. Вроде бы, ничего такого, Исаги бы и сама попробовала умыкнуть у него еду, если бы она не была уже сытой, но… Её взгляд цепляется за что-то нечто странное… Пока Гагамару гоняется за Нарухаей, его гёдза подъедает кто-то еще. Из-под его стояла появляется чья-то худенькая, короткая ручка, явно принадлежащая ребёнку. Рука какое-то время шарится по поверхности, ища что-то пока пальцы не цепляются за одну из вкусняшек на тарелке, после чего незнакомец опять же исчезает в темноте подстолья. Ёко, естественно, была удивлена такой паранормальщине, но не настолько сильно, как бы это сделал нормальный человек на её месте. Она была удивлена совсем по другой причине… Она знала, что это была Ицуки, которая никуда не ушла, несмотря на недовольство сестры. Девушка узнала сестренку по самодельному браслету со звездочкой на руке, Ицу-тян ведь всегда обожала всякие блестяшки, фенечки, бусинки и всё в таком роде… Понятное дело, никому не было дела до этих странностей, все были заняты своими, например, Игагури сейчас вовсю пытался с кем-то построить дружбу, чтобы обменять свою редьку на что-то более крупное. Исаги пыталась незаметно посмотреть под стол, чтобы поймать родственницу с поличным, однако, эта маленькая дурёха уже успела смыться у неё прямо под носом. Она была по-прежнему недовольна, но понимала, что не сможет поймать ту сразу и принять сопутствующие меры. Ицуки слишком умна (умнее Эго???), чтобы просто так попасться кому-то на глаза, у неё всегда была куча разных планов на все случаи жизни, в которые она втягивала всех, кто ей удобен, иначе говоря, в свои 10 лет эта девочка уже могла умело использовать людей в своих личных целях… Однако, нужно определенно что-то сделать. Рано или поздно… **** — Эй, Господин Педант… — вяло проговорил Бачира, доедая последнюю рисинку в чаше. Этот самый рыжий «педант» по имени Кунигами Рэнске, до этого уже дважды спасший Исаги и подружившийся с Бачирой после неудачного знакомства, недоуменно повернулся к парню. — Ты не знаешь, почему наш Мистер Ванилька молчит? — спросил тот, указывая пальцем прямиком на Исаги. Кунигами посмотрел туда, в каком направлении указывал Мэгуру. Он лишь просто пожал плечами. Его даже не смутило то, какое прозвище тот дал Ёко из-за незнания её имени. — Не знаю. Не освоился еще, может быть. Брюнета этот ответ не очень устроил. Он лишь только промычал, и просто продолжил смотреть на Исаги с явным интересом в глазах, который только крот не заметил бы. — Но я так хочу пообщаться с ним. Ванилька ведь так хорошо себя показал на испытании! Он такой крутой и он мне уже нравится! Рыжий вначале посмотрел на скучающего Бачиру, потом на Исаги вдалеке. Кунигами тоже проявлял некий интерес к Ёко, но понятным причинам (им ведь всё-таки в одной команде играть). Однако, что-то его всё-таки смущало в нём (и он был очень сильно прав). А тем временем под другим столом опять сидела Ицуки. Она внимательно следила за Кунигами и Бачирой, детально изучая каждое их движение и эмоцию на лице. Причина такой слежки крылась в очевидном недоверии к людям, которые проявляют пока непонятный для неё интерес к её старшей сестре. Во всяком случае, остановить и проучить их вовремя сумеет, если те и другие будут представлять угрозу для дорогого члена семьи…