Шторм,холод и берег.

***

Встреча с Леорио стала для Венди точкой опоры в бушующем море чужих амбиций. На палубе «Журавля-Мореплавателя», прижавшись спиной к холодному металлу борта, она ловила ртом солёный воздух, пытаясь унять дрожь в коленях. Её синие хвостики растрепались, отдельные пряди выбились и прилипли ко лбу и щекам. Она машинально пыталась убрать их за ухо, но пальцы слегка дрожали. Леорио, в своём слегка помятом, но добротном костюме, прислонился рядом, одной рукой прижимая к ноге свой неизменный кожаный чемоданчик с лекарствами. — Вот так всегда, — вздохнул он, наблюдая за клубящейся толпой. — Набрасываются друг на друга, как псы, ещё до старта. Теряют силы понапрасну. Он обернулся к ней, и его взгляд стал оценивающим, но не осуждающим. — А ты молодец. Выбрала тактику. Выжидать и наблюдать — это уже умение. Как зовут? — Венди, — выдохнула она. Её карие глаза осторожно поднялись на него. — Леорио. Будущий врач, — он постучал по чемоданчику. — А ты? Зачем тебе лицензия охотника в… сколько тебе, девять? — Двенадцать, — поправила она тихо. — Чтобы… найти ответы. И чтобы больше никогда не быть беспомощной. Леорио кивнул, и она почувствовала, что он её понимает. — Держись рядом. Тут водятся те, кто любит «убрать конкурентов» заранее. Венди кивнула, сжимая ремень своей холщовой сумки. Её Нен, её интуитивное чувствование мира, постепенно оправляясь от шока толпы, начал снова работать, сканируя пространство. Корабль вышел в открытое море, и начался искусственный шторм. Палуба кренилась. Венди вцепилась в борт , её синие хвостики хлестали по лицу. Леорио, широко расставив ноги, одной рукой крепко держал чемоданчик, другой придерживал её. — Не борись с движением! — крикнул он. — Стань его частью! Она закрыла глаза, отключила панирующее зрение и позволила телу стать гибким. Когда открыла глаза, в них уже было меньше паники. Леорио одобрительно кивнул. Шторм стих. Наступила ночь, а с ней — пронизывающий холод. Венди дрожала, прижавшись к стенке. Леорио в промокшем костюме стоял перед ней. Вдруг её Нен зафиксировал необычное движение. В метрах от них, из хаотичной толпы, внезапно выплыла, как яркая рыба из мутной воды, невероятная аура. Это был мальчик. Он нёсся по скользкой, качающейся палубе не как человек, борющийся со стихией, а как неукротимая сила природы. На нём была зелёная куртка с красной окантовкой, из-под которой виднелась чёрная майка, зелёные шорты и зелёные заштурованные ботинки, которые, казалось, цеплялись за палубу с удивительной силой. Его тёмные волосы развевались, а на лице сияла самая беззаботная, солнечная улыбка, которую Венди когда-либо видела. Его аура била в её чувства ключом — это был чистый, нефильтрованный восторг, дикое любопытство и невероятная, кипучая жизненная сила. — Ух ты! — крикнул он на бегу, глядя на бушующее море. — Да это же круче, чем на рыбалке с тётей Мито! Он ловко перепрыгнул через лежащего претендента, сделал почти полный оборот на пятке, чтобы не столкнуться с кем-то ещё, и его путь неожиданно пролёг прямо мимо Венди и Леорио. Он посмотрел на них, и его глаза, полные огня, широко улыбнулись, будто он встретил старых друзей. — Эй, вы держитесь! Сколько же тут всего интересного! — И, не дожидаясь ответа, он рванул дальше, смеясь над штормом, как над самой увлекательной игрой. — И этот тоже… оригинальный, — покачал головой Леорио. — Полный энтузиазма, как будто на пикнике, а не на смертельном испытании. — Он… светится, — невольно вырвалось у Венди, заворожённо следя за мелькающей зелёной курткой. Леорио посмотрел на неё с любопытством, но ничего не спросил. Позже, когда холод сковал кости, к ним подошли двое с явно плохими намерениями. Леорио снова шагнул вперёд, и его твёрдая решимость заставила хулиганов отступить. Под самое утро её внимание привлекла другая фигура. Он стоял у борта, не держась, но абсолютно устойчиво. Юноша в синем табарде с оранжевыми швами и белом тренировочном костюме, в китайских туфлях без каблуков. В левом ухе сверкала серёжка с рубином. Его аура была полной противоположностью солнечному мальчику — сфокусированной, острой и пронзительно печальной, словно лезвие, заточённое в лёд. Когда его тёмный взгляд скользнул по Венди, она почувствовала не любопытство, а холодную аналитическую оценку. Он был здесь, но казалось, вся его сущность уже находилась где-то в другом месте, в погоне за чем-то незримым. Когда рассвело и показался негостеприимный скалистый берег, началась давка у шлюпок. Венди снова увидела того, в зелёной куртке. Он не полез в толчею. Стоя на самом краю борта, он прицелился взглядом на далёкий берег, полный решимости. Затем, сбросив свою куртку и оставшись в чёрной майке, он разбежался и с громким, ликующим криком совершил мощный прыжок с высокого борта прямо в ледяные волны. Через мгновение его мокрая голова показалась на поверхности, и он энергично поплыл к суше, словно это была заплыв на радостях, а не борьба за выживание. — Ну, парень определённо не лишён храбрости… или безрассудства, — пробормотал Леорио, прокладывая им путь к шлюпке. Юноша в табарде тем временем спускался по трапу с невероятной, кошачьей лёгкостью, его туфли не скользили. Он шёл, будто не замечая ни паники, ни холода. Сердце Венди билось учащённо. Она поправила сумку, собрала выбившиеся синие пряди в хвостики. Мир Экзамена оказался полон таких разных, ярких личностей: живое, неудержимое солнце в зелёной куртке и ледяное, заточённое лезвие в синем табарде. Что ждало её среди них? Сделав глубокий вдох, она твёрдо последовала за Леорио. Путь на берег начинался, и с ним — её настоящее испытание.