Глава 3 Академия и дружба

Распределение объявили на следующий день. Без пафоса, без торжественных речей. Просто список на доске в главном коридоре академии. И толпа детей вокруг него — шумная, нервная, дергающаяся. Я подошёл не сразу. Дал толпе немного рассосаться, чтобы не стоять за спинами и не тянуть шею. Всё равно список никуда не денется. — Ну что, пойдём? — спросил сосед по комнате, нетерпеливо подпрыгивая на месте. — А то сейчас всё самое интересное разберут! Я хмыкнул и пошёл следом. Подошёл к доске, пробежался взглядом сверху вниз. A-класс. Имена шли столбцом. Я искал своё спокойно. Без замирания сердца, без внутреннего крика. Я знал, что шанс есть. И знал, что если не попаду — мир не рухнет. Нашёл. Шин Куросаки. Чуть ниже середины списка. — Есть, — подумал я. — Отлично. — О! — рядом раздался голос соседа. — Я тоже тут! Он ткнул пальцем чуть выше моего имени. — Мы в одном классе! Я кивнул. — Повезло. Это была правда. И не только из-за компании. A-класс — это плотная группа сильных, а значит, конкуренция, рост и меньше случайных людей. Я ещё раз пробежался взглядом по списку. Много фамилий с клановыми окончаниями. Хьюга, Инудзука, Абураме. Были и менее известные, но всё равно узнаваемые. И несколько таких же, как я — без громкой фамилии, но явно не случайных. — Интересно, — подумал я. — С кем именно мне предстоит учиться. Нас собрали быстро. Преподаватель был обычный. Не легенда, не герой войны. Просто шиноби с опытом и усталым взглядом. Такой, который знает, что дети — это не милота, а будущие солдаты. — Я ваш куратор, — сказал он без лишних слов. — Задача простая: сделать так, чтобы вы дожили до выпуска. Всё остальное — бонус. Кто-то хихикнул. Кто-то напрягся. Я молчал. — A-класс, — продолжил он. — Значит, ожидания к вам выше. Это не значит, что вы лучше других. Это значит, что с вас будут спрашивать больше. Он прошёлся взглядом по нам. — Отчислений не будет. Но будут те, кто сломается. Физически или головой. Это нормально. Не все созданы для пути шиноби. Я отметил формулировку. Не все созданы. Не «не стараются», не «плохо учатся». А именно — не созданы. Занятия начались сразу. Без вводных лекций и рассказов про волю огня. Первая половина дня — теория. История деревни, структура миссий, базовые принципы чакры. Ничего нового для мира, но нового для детей. Для меня — тоже. Я читал про чакру раньше. В манге, в аниме. Но это было… плоско. Здесь же всё подавалось иначе. Без пафоса, без «энергии духа». Просто как ресурс. — Чакра — это смесь физической и духовной энергии, — говорил преподаватель, чертя схемы. — Физическая — от тела. Духовная — от разума. Баланс важнее объёма. Я слушал внимательно. Контроль решает. Это подтверждали снова и снова. Большой объём без контроля — это травмы, срывы техник, пустая трата энергии. Я невольно мысленно глянул на свои цифры. Контроль чакры: 30. — Неплохо, — подумал я. — Очень неплохо. Потенциал тоже ощущался. Информация укладывалась быстро. Не потому что я гений, а потому что мозг будто работал чуть эффективнее. Связывал факты, запоминал схемы, выстраивал цепочки. После теории — практика. Не техники. База. Стойки, дыхание, концентрация. Простые упражнения на ощущение чакры. Большинство детей морщились, хмурились, кто-то вообще ничего не чувствовал. Я почувствовал почти сразу. Не поток, не движение. Скорее тепло. Лёгкое, рассеянное, будто где-то внутри тела есть запас, который пока закрыт крышкой. — Хорошо, — отметил преподаватель, проходя мимо. — Не лезь дальше. Я и не собирался. Лезть раньше времени — плохая идея. Особенно когда за тобой уже наблюдают. Перерыв. Дети тут же разбились на группы. Кто-то обсуждал задания, кто-то хвастался, кто-то просто шумел. Я сел в стороне. Не потому что хотел выглядеть загадочно. Просто мне нужно было подумать. Система работала. За утро я получил пару мелких прибавок — за концентрацию, за выносливость. Ничего резкого, но стабильного. Я открыл интерфейс мельком. Атрибуты: Сила: 50 Выносливость: 61 Ловкость: 42 Скорость: 58 Чакра: 46 Восприятие: 36 Контроль чакры: 31 Потенциал: 35 — Рост есть, — подумал я. — Значит, всё идёт как надо. Рядом кто-то сел. Я повернул голову и сразу узнал его. Шикамару. Мы и правда оказались в самом заднем ряду — будто по негласному соглашению людей, которым не нравится быть в центре внимания. Он развалился на лавке, закинув руки за голову, и уставился в потолок. — Утомительно… — протянул он. — Первый день, а я уже устал. Я хмыкнул. В детстве, когда я смотрел аниме, он мне не особо нравился. Слишком ленивый, слишком безразличный. Тогда хотелось экшена, силы, криков и «я стану хокаге». Сейчас… сейчас я его понимал. Отдыхать 24/7 — это действительно кайф. Но сейчас нельзя. — Ты тоже из A-класса, да? — лениво спросил он, не поворачивая головы. — Да. — Фамилия? — Куросаки. Он приоткрыл один глаз. — Не клановая… — пробормотал. — Значит, либо тебе повезло, либо ты реально хорош. — Возможно, и то и другое. Он усмехнулся. — Сложно… слишком много думать, чтобы понять. Я не стал отвечать. Шикамару замолчал, и несколько секунд мы просто сидели в тишине, слушая гул коридора. — Знаешь, — сказал он вдруг, — A-класс — это морока. От нас будут требовать больше. А я ненавижу, когда от меня чего-то ждут. — Я тоже, — честно сказал я. Он снова усмехнулся. — Тогда нам не повезло. Перерыв закончился быстро. Нас снова подняли и повели на площадку. Физическая подготовка. Без криков, без мотивационных речей. Просто команды и нормативы. Бег. Отжимания. Удары по макиварам. Баланс. Я не выкладывался на максимум. Не было смысла. Слишком ранний всплеск силы — это маяк. А я не хотел, чтобы на меня светили прожектором с первого дня. Я держался чуть выше среднего. Достаточно, чтобы не выглядеть слабым. Недостаточно, чтобы выделяться. Тело слушалось хорошо. Лучше, чем должно было для ребёнка моего возраста. Выносливость радовала. Дыхание сбивалось позже, чем у большинства. Мышцы не горели, а просто работали. Система снова отметилась тихо. +1 к выносливости. +1 к силе. Незаметно. Правильно. К концу дня многие были выжаты. Кто-то сидел на земле, кто-то тяжело дышал, кто-то злился. Я чувствовал усталость, но не предел. — Неплохо для первого дня, — сказал куратор, глядя на нас. — Завтра начнём серьёзнее. Это было сказано без угроз. Спокойно. От этого становилось только хуже. Вечером я вернулся в комнату и сел на кровать. Тело ныло, но приятно. Я ещё раз проверил атрибуты. Рост шёл. Медленно, но стабильно. — Хорошо, — подумал я. — Главное — не торопиться. A-класс — это длинная дистанция. И я собирался дойти до конца. Первый день прошёл довольно быстро. Впрочем, ничего удивительного. Первый же день всё-таки. Нас не стали слишком нагружать — больше присматривались, щупали, смотрели, кто как реагирует. Поэтому в общежитие мы вернулись рано, ещё до заката. Комната встретила тишиной. Сосед куда-то ушёл — то ли знакомиться, то ли просто слоняться без цели. Меня это устраивало. Я сел на кровать, скрестил ноги и закрыл глаза. Медитация. Не как в красивых историях, где сразу открываются тайные силы и мир начинает пульсировать. Всё куда прозаичнее. Я сосредоточился на ощущениях внутри тела. Чакра откликнулась почти сразу. Она не «текла» как река и не вспыхивала. Скорее ощущалась как тёплый поток, идущий по кругу — медленно, размеренно, будто кровоток, но глубже. Не в сосудах, а в чём-то другом. Я направлял внимание по телу. От центра — к груди. К рукам. К ногам. И обратно. Без рывков. Без давления. Контроль важнее всего — это сегодня повторяли слишком часто, чтобы игнорировать. Иногда поток сбивался. Иногда ощущение становилось размытым. Тогда я просто возвращался назад, не пытаясь продавить. Спешка здесь — прямой путь к ошибке. Минуты тянулись спокойно. Тело постепенно расслаблялось, дыхание выравнивалось. Усталость от дня уходила, оставляя лишь лёгкую тяжесть в мышцах. Система тихо отреагировала. +1 к контролю чакры. Я мысленно усмехнулся. — Медленно, — подумал я. — Но зато без откатов. Я продолжил. С каждым кругом ощущение становилось чуть чётче. Не сильнее — именно чётче. Я начинал различать, где поток идёт ровно, а где будто цепляется за что-то внутри. Интересно. Я не стал лезть глубже. Не стал ускорять. Просто запоминал ощущения. Когда открыл глаза, за окном уже темнело. Первый день закончился. И, что самое важное, он прошёл именно так, как должен был. Без лишнего шума. Без ошибок. Без внимания. Идеальное начало. Пока я был один, решил попробовать кое-что ещё. Ту самую тренировку из аниме. Хождение по вертикальным поверхностям. Навык базовый, но при этом чертовски показательный. Если не умеешь — значит, с контролем чакры у тебя беда. Если умеешь — уже можно говорить о фундаменте. Я встал, подошёл к стене и несколько секунд просто смотрел на неё. Без пафоса. Без «я сейчас сделаю невозможное». Просто стена. Я сосредоточился на ступнях. Чакра откликнулась сразу — знакомым тёплым ощущением. Я аккуратно направил её вниз, не усиливая, не давя. Ровно столько, чтобы она «прилипла», а не взорвалась выбросом. Первый шаг. Нога коснулась стены… и почти сразу соскользнула. — Ожидаемо, — спокойно подумал я. Слишком резко. Контроль есть, но привычки нет. Я попробовал ещё раз. Медленнее. Чакра легла ровнее, распределилась по всей стопе, а не точкой. Нога удержалась. Не идеально, но удержалась. Я перенёс вес. Вторая нога — сложнее. Баланс сразу начал плыть, тело инстинктивно пыталось компенсировать, и я едва не сорвался. Пришлось отступить. Я выдохнул. — Ещё раз. На этот раз я не пытался идти. Просто стоял. Обе ноги на стене, тело под углом, чакра удерживает вес. Ощущение странное — будто нарушаешь базовые правила мира, но при этом всё работает логично. Стоял пару секунд. Потом аккуратно спрыгнул. Сердце билось чуть быстрее, чем обычно. Не от страха — от концентрации. Я повторил. И ещё раз. Каждый раз получалось чуть лучше. Не стабильнее — именно понятнее. Я начинал чувствовать, сколько чакры уходит, где перебор, где недобор. Слишком много — отталкивает. Слишком мало — соскальзываешь. Нужен баланс. Через какое-то время я смог сделать шаг вверх. Потом ещё один. Всего два шага — и я спрыгнул обратно. Не потому что не мог дальше. Потому что хватит. — Отлично, — подумал я. — Для первого раза более чем. Система, как и ожидалось, отреагировала. +1 к контролю чакры. +1 к восприятию. Незаметно. Без фанфар. Я сел обратно на кровать, чувствуя приятную усталость в ногах. Этот навык был не просто «крутым». Он был фундаментальным. А значит, я обязательно к нему вернусь. Но не сегодня. Сегодняшний день и так дал достаточно. Я лёг, заложил руки за голову и уставился в потолок. Первый день академии закончился. И, что самое важное, я сделал шаг вперёд — тихо, без свидетелей. Так, как мне и нужно. «Хотя у меня контроль уже высокий, так что я без особых проблем смогу освоить этот навык», — подумал я. Тело приятно ныло после тренировок, чакра успокоилась, будто тоже ушла на отдых. Я больше не пытался что-то делать — день был прожит правильно, и сейчас не стоило выжимать из себя лишнее. Я лёг на кровать и закрыл глаза. Мысли медленно затихали. Завтра будет новый день. Новые нагрузки. Новые проверки. А этот… этот можно считать удачным началом. Я уснул спокойно. Утро было не самым приятным. Я уснул поздно, а будильник по имени Рюта орал так, будто хотел разбудить не только меня, но и половину общежития. — Шин! Вставай! Мы опоздаем! — его голос бил по ушам без всякой жалости. Я с трудом приоткрыл глаза и уставился в потолок. — Ты издеваешься… — пробормотал я, переворачиваясь на бок. Я лёг поздно. Это я помнил точно. Более того — когда я укладывался, Рюты в комнате не было. А это значит, что он пришёл ещё позже меня. И всё равно сейчас он был бодрый. Слишком бодрый. Я медленно сел на кровати и посмотрел на него. Он уже был одет, стоял посреди комнаты и буквально подпрыгивал на месте, будто у него внутри встроенный генератор энергии. — Как… — я зевнул, — как ты вообще можешь быть таким живым? Рюта усмехнулся. — Привычка, наверное! Я вчера ещё с ребятами тренировался, потом болтали, потом ещё немного побегал! Я уставился на него молча. — Ты ненормальный, — констатировал я. — Спасибо! — радостно ответил он. Я тяжело вздохнул и потёр лицо. Чакра внутри откликнулась лениво, словно тоже была недовольна ранним подъёмом. Ни о какой утренней медитации сейчас и речи не шло. — Ладно, — сказал я, вставая. — Пошли. Пока ты не начал петь. — Я могу! — тут же воодушевился он. — Даже не думай. Мы вышли из комнаты, а я всё ещё пытался понять одну вещь. Как можно лечь позже и всё равно быть таким бодрым? Некоторые люди просто устроены неправильно. До начала уроков оставалось минут тридцать. Этого вполне хватало, чтобы успеть позавтракать и не нестись потом сломя голову. Я посмотрел на Рюту, который всё ещё излучал подозрительное количество энергии для человека, почти не спавшего. — Погнали в Ичираку, — сказал я. — Говорят, там вкусно. Рюта замер на секунду, а потом его глаза буквально загорелись. — Серьёзно?! В ту самую Ичираку?! — А их тут много? — хмыкнул я. — Нет, но всё равно! — он уже разворачивался в сторону выхода. — Я давно хотел попробовать их рамен! Я шёл рядом, не торопясь. Про Ичираку я, конечно, знал. В этом мире это не просто лапшичная — это почти культ. Простая еда, без изысков, но с репутацией, которая не берётся на пустом месте. — Если там действительно так хорошо, как говорят, — подумал я, — то станет отличным утренним ритуалом. Мы быстро добрались до улицы. Утренний Коноха жил своей жизнью. Люди спешили по делам, шиноби исчезали в шуншинах, кто-то открывал лавки, кто-то уже торговался. Запахи еды витали в воздухе, и мой желудок тут же напомнил о себе. — Вот она! — Рюта ткнул пальцем вперёд. Я посмотрел на знакомую вывеску и слегка улыбнулся. Интересно было наконец попробовать то, о чём я столько раз слышал. — Ладно, — сказал я. — Посмотрим, оправдает ли она слухи. Мы зашли внутрь, а впереди нас ждал самый обычный завтрак. Именно такие мелочи и делали этот мир реальным. Я заметил одного парня за стойкой. Он ел рамен с таким видом, будто это была последняя еда в его жизни. Перед ним стояла целая батарея пустых мисок, аккуратно сложенных одна в другую. Блондин. Оранжевая куртка со штанами. Шумный, жующий, абсолютно довольный жизнью. Его трудно было не узнать. Наруто Узумаки. Главный герой этого мира — хотя сам он об этом, разумеется, не знал. Я на секунду задержал на нём взгляд, без удивления, без внутреннего «вот это да». Просто отметил факт. — Эй, Шин, ты чего встал? — Рюта уже уселся. — Садись давай! Я сел рядом с ним, по другую сторону от Наруто. Тот даже не обратил внимания. Он был полностью поглощён раменом. — Два рамена, — сказал я хозяину лавки. — Обычных. — И побольше! — тут же добавил Рюта. — Конечно, — спокойно ответили нам из-за стойки. Я краем глаза посмотрел на Наруто. Он шумно втянул лапшу, вытер рот рукавом и довольно вздохнул. — Ичираку — лучшая! — заявил он вслух, ни к кому конкретно не обращаясь. Рюта сразу оживился. — Правда?! Мы тут впервые! Наруто повернул голову, оглядел нас и широко улыбнулся. — Тогда вам повезло! Тут всегда вкусно! Я тут почти каждый день ем! Я мысленно усмехнулся. — Почти каждый — это мягко сказано. Я не стал заговаривать с ним первым. Не потому что боялся что-то изменить. Просто… сейчас это было не нужно. Мы были просто двумя учениками, пришедшими позавтракать. И этого было более чем достаточно. Рамен вскоре поставили перед нами. Запах был действительно хорош. Я взял палочки. — Ладно, — подумал я. — Посмотрим, за что тут такая репутация. И впервые за утро почувствовал, что начинаю окончательно просыпаться. И то, что я попробовал… было действительно вкусно. Не «нормально». Не «сойдёт». А именно вкусно. Бульон насыщенный, горячий, не обжигающий, но сразу разгоняющий сонливость. Лапша упругая, не разваливается, не слипается. Всё просто — и в этом вся суть. Я ел медленно, прислушиваясь к ощущениям. И понял одну вещь. Этот рамен был вкуснее любого, что я ел при жизни. Не потому что «другой мир» или «магия». А потому что он был честный. Быстрый, сытный, без лишнего — именно то, что нужно шиноби с утра. Рюта ел с таким же энтузиазмом, как и Наруто, только тише. — Офигенно… — пробормотал он с набитым ртом. — Я тут теперь каждый день буду есть. — Похоже на то, — ответил я, не отрываясь от миски. Сытость пришла быстро, но не тяжело. Тело приняло еду без сопротивления, будто она идеально вписалась в утренний режим. Я допил бульон и отставил миску. — Да, — подумал я. — Это место я запомню. Простой завтрак. Простое утро. Но почему-то именно такие моменты ощущались самыми настоящими. Я знал, что контактировать с Наруто — опасно. Слишком много внимания. Слишком много событий крутится вокруг него. Любая мелочь рядом с таким человеком может пойти совсем не туда. Но в то же время… Он был обычным ребёнком. Громким, неуклюжим, голодным до внимания и еды. С судьбой, которая точно не была приятной — даже если он сам ещё не до конца это понимал. Пока мы ели, разговор как-то сам собой завязался. Ничего важного. Школа. Академия. Кто в какой класс попал. Кто что умеет. Наруто говорил много. Очень много. Рюта подхватывал почти всё, смеялся, перебивал, добавлял от себя. Я больше слушал. И чем дольше смотрел на них обоих, тем яснее становилось — они правда похожи. Не внешне. По сути. Оба шумные. Оба живут на эмоциях. Оба идут вперёд, не задумываясь, что будет через пять шагов. И при этом… искренние. Без второго дна. — Шин, а ты чё такой тихий? — спросил Наруто, отставляя пустую миску. — Думаю, — ответил я честно. — О-о-о, — протянул он. — Сложно. Рюта расхохотался. — Он у нас умный! Типо стратег! Я покачал головой. — Просто не люблю лишний шум. Наруто пожал плечами. — Ну, тоже норм. И вот в этот момент я понял: да, контакт с ним — риск. Но не враг. Не катастрофа. Не точка невозврата. Просто дружба. Быстрая. Детская. Без расчёта. Мы расплатились и вышли на улицу уже втроём. До уроков оставалось совсем немного. Я шёл рядом с ними и думал, что, возможно, иногда можно позволить себе простые решения. Не всё в этом мире должно быть холодным расчётом. Иногда… достаточно просто быть рядом. — Кстати… — Наруто резко оживился, будто только что сложил в голове важный пазл. — Мы же в одном классе получается! Это же так круто! Он широко улыбнулся, будто это было величайшее открытие за утро. Рюта тут же подхватил. — Серьёзно?! Тогда вообще кайф! Мы теперь втроём! Я слегка кивнул. — Да. A-класс. Наруто на секунду завис, а потом сжал кулак. — Значит, я точно стану самым сильным! Вот увидите! — заявил он с полной уверенностью. — Я всех обгоню! — Сложно… — протянул я задумчиво. — Эй! — возмутился он. — Ты что, не веришь?! — Верю, — спокойно ответил я. — Просто путь будет длинный. Он нахмурился, явно пытаясь переварить мысль, потом махнул рукой. — Да пофиг! Главное — дойти! Рюта рассмеялся. — Вот это настрой! Мы свернули в сторону академии. Утро уже окончательно проснулось, улицы наполнялись детьми в повязках и без, шум постепенно сгущался. Я шёл рядом с ними и чувствовал странное спокойствие. Один — будущий центр мира, вокруг которого закрутится история. Второй — чистая энергия и упрямство. И я — тот, кто знает слишком много и старается не вмешиваться больше, чем нужно. И всё же… — В одном классе, значит, — подумал я. — Похоже, скучно точно не будет. Мы ускорили шаг. Уроки начинались. — Чуть не опоздали, — сказал Рюта, плюхаясь на своё место и тяжело выдыхая. — Ага, — отозвался я, садясь на самый задний ряд. Наруто уселся впереди, развернулся к нам почти всем корпусом и широко улыбнулся. — Было весело! — заявил он. — Может, после академии куда-нибудь сходим? Я пожал плечами. — Почему нет? — Ага, я только за! — тут же поддержал Рюта, явно не видя в этом ни одной проблемы. — Шумно, — лениво протянул голос справа. Я повернул голову. Шикамару уже сидел, подперев щёку ладонью и глядя в никуда, будто разговор вокруг происходил в другой реальности. — Извиняй, — сказал я тихо. Он махнул рукой. — Да ладно… просто с утра думать тяжело. Я хмыкнул и отвернулся. Класс постепенно заполнялся. Гул разговоров нарастал, кто-то спорил, кто-то смеялся, кто-то нервно молчал. Обычный шум перед началом уроков. Я откинулся на спинку стула и посмотрел вперёд. Первый день ещё не закончился, а вокруг уже собиралась компания. Слишком быстро, если честно. Но… пока что это не мешало. Я закрыл глаза на пару секунд, прислушался к ровному дыханию, к спокойному ощущению чакры внутри. — Посмотрим, — подумал я. — Что из этого выйдет. В класс зашёл преподаватель. Разговоры стихли. День продолжался. И вот в класс вошёл он. Умино Ирука. Разговоры стихли почти мгновенно. Не потому что он давил авторитетом или выглядел грозно — наоборот. Просто его присутствие ощущалось… правильным. Как будто в класс вошёл человек, который должен здесь быть. — Всем привет! — сказал он с улыбкой, оглядывая нас. — Как у вас дела? Готовы к занятиям? Кто-то неуверенно кивнул. Кто-то пробормотал «да». Наруто, разумеется, поднял руку. — Я готов! Я сегодня уже рамен ел! По классу прошёлся смешок. Ирука лишь усмехнулся. — Это… тоже неплохая подготовка, Наруто, — сказал он спокойно. Я отметил реакцию. Без раздражения. Без скрытой усталости. Просто тёплая, человеческая улыбка. — Хорошо, — продолжил Ирука, подходя к доске. — Тогда начнём. Он взял мел и написал крупно: Основы шиноби. Контроль чакры. — Вчера вы уже познакомились с базой, — сказал он. — Сегодня мы пойдём чуть дальше. Не в техниках, а в понимании. Я выпрямился. Это было интересно. — Большинство из вас думает, что сила шиноби — в количестве чакры, — продолжал он. — Это ошибка. Количество важно, но без контроля оно бесполезно. А иногда — опасно. Мой взгляд невольно скользнул вперёд, на Наруто. Он слушал. Не идеально, но слушал. — Контроль чакры — это то, что отличает живого шиноби от калеки, — сказал Ирука уже серьёзнее. — И именно с этого мы начнём практику. Я почувствовал лёгкое напряжение в классе. Практика. Хорошо. Я уже знал, что это будет не так просто, как кажется. И почему-то был уверен — этот урок запомнится многим. — Вы уже знаете, как чувствовать чакру, — сказал он, постукивая мелом по доске. — И даже как управлять ею. Пусть на базовом уровне, пусть неосознанно, но это уже управление. Он обвёл класс взглядом, задерживаясь на каждом лице. — Вчера многие из вас впервые почувствовали её. Тепло, давление, покалывание — неважно. Ощущения могут отличаться. Важно другое: вы поняли, что это реально. Кто-то кивнул. Кто-то нахмурился, явно пытаясь вспомнить свои ощущения. — Сегодня мы проверим, насколько вы можете удерживать контроль, — продолжил он. — Без спешки. Без соревнований. Это не экзамен. Наруто облегчённо выдохнул. Я мысленно усмехнулся. — Но, — добавил Ирука, и голос стал чуть строже, — я буду смотреть внимательно. Ошибки здесь — это не «ничего страшного». Это привычки, которые потом сложно исправить. Он отложил мел. — Сейчас все встаньте. Стулья заскрипели, класс поднялся. — Сконцентрируйтесь на чакре, — сказал он. — Не пытайтесь увеличить поток. Не давите. Просто удерживайте её в теле, равномерно. Как дыхание. Я сделал, как сказано. Чакра откликнулась спокойно. Ровный круг, без всплесков. Почти автоматически. — Хорошо… — подумал я. — Это даже легче, чем вчера. — Если почувствуете дискомфорт — сразу останавливайтесь, — продолжил Ирука. — Контроль — это не про терпение боли. Я заметил, как у пары учеников лица напряглись. У кого-то чакра явно «гуляла». — А теперь, — сказал он после короткой паузы, — попробуйте удержать это состояние одну минуту. Тишина в классе стала плотной. Я стоял спокойно. Без напряжения. Без желания выделиться. Просто делал то, что уже умел. И именно в этот момент я понял: этот урок — не про силу. Он про основу, на которой потом строится всё остальное. И тут это произошло. Чакра Наруто сорвалась. Не постепенно, не рывком — вырвалась. Огромным, грубым потоком, будто кто-то резко сорвал крышку с переполненного сосуда. По классу прошла волна давления. Не нужно было быть сенсором, чтобы это почувствовать. Чакра была тяжёлой, сырой, почти давящей на кожу. Несколько учеников вздрогнули, кто-то отступил на шаг. Наруто сам замер, широко распахнув глаза. — А? — вырвалось у него. — Я… я ничего не делал! Я стоял спокойно, но внутри отметил всё сразу. Контроль — ужасный. Объём — ненормальный. Чакры у него было слишком много для ребёнка его возраста. Несоразмерно. И она не слушалась — не текла, не распределялась, а просто давила изнутри, ища выход. — Вот оно, — подумал я. — Классика. Джинчурики. И плюс кровь Узумаки. У них всегда было много чакры. Очень много. Но именно из-за этого контроль давался сложнее. Чем больше ресурс — тем труднее удерживать его в узде. А если добавить к этому ещё и то, что именно запечатано внутри… Ирука среагировал мгновенно. — Наруто! — резко, но без крика. — Остановись! Не дави! Он оказался рядом почти сразу, положил руку ему на плечо. — Дыши. Просто дыши. Не пытайся удержать. Дай ей успокоиться. Наруто судорожно вдохнул. Поток начал спадать. Медленно, рывками, будто нехотя. Класс стоял в тишине. Кто-то смотрел с испугом. Кто-то — с завистью. Кто-то — с непониманием. Я смотрел без эмоций. — Много силы, — подумал я. — И почти ноль контроля. Опасное сочетание. Но и… колоссальный потенциал. Когда всё наконец улеглось, Ирука выпрямился и обвёл класс взглядом. — Вот пример того, почему контроль важнее объёма, — сказал он спокойно. — Это не ошибка. Это проблема, с которой можно и нужно работать. Он посмотрел на Наруто уже мягче. — Ты не сломан. Просто тебе будет сложнее, чем остальным. Наруто почесал затылок и неловко усмехнулся. — Э-э… сорян… Я отвёл взгляд и снова сосредоточился на своей чакре. — Значит, вот с чем ему придётся жить, — подумал я. — И вот почему к нему лучше не относиться легкомысленно. Урок продолжился. Но для многих этот момент уже стал откровением. В это время Саске Учиха молчал. Он стоял неподвижно, снаружи — спокойный, собранный, как всегда. Но внутри… внутри было напряжение. Он не понимал. То, что он почувствовал секунду назад, не укладывалось в привычную картину мира. Такое количество чакры… Слишком большое. Ненормальное. Это не было «чуть больше, чем у остальных». Не было даже «талант». Это было ощущение, будто рядом открылся источник, который не должен существовать в теле ребёнка. Саске невольно сжал пальцы. Он знал, сколько чакры у него самого. Знал, что он сильнее большинства. Знал, что его хвалят, на него смотрят, от него ждут. Но это… — Что это вообще было?.. — подумал он, бросив короткий взгляд на Наруто. Тот стоял растерянный, почесывая затылок, будто ничего особенного не произошло. Это злило. Не показной злостью. Тихой, холодной. — Он даже не понимает, что в нём есть, — мелькнула мысль. Саске отвёл взгляд и снова сосредоточился на своей чакре, но внимание уже не было таким же. Внутри что-то щёлкнуло. Мир, в котором всё было понятно — где есть талант, усилия и результат — дал трещину. — Значит, вот как… — подумал он. — Есть те, кому просто дали больше. Он не собирался сдаваться. Наоборот. Если рядом появился кто-то с таким объёмом… Значит, подниматься придётся ещё выше. Я заметил Саске. Он стоял чуть в стороне, с ровной осанкой и холодным взглядом. Не таким, каким я его помнил по аниме. Там он был старше, резче, сломаннее. Сейчас же… он был просто ребёнком. Замкнутым, напряжённым, но ещё целым. Ему семь. А это значит, что через год произойдёт резня клана Учиха. Мысль была тяжёлой. Я знал, чем всё закончится. Знал имена. Знал причины, последствия, цепочку событий, которая перевернёт его жизнь и сделает из него того самого Саске, которого знают все. Это было… плохо. Очень плохо. Но вместе с этим возникал другой, куда более неприятный вопрос. Что я могу сделать? Остановить это? Предупредить? Вмешаться? Я почти сразу отбросил первые два варианта. Я — ребёнок. Без имени. Без веса. Без доступа к информации и людям, которые реально принимают решения. Любая попытка «предупредить» будет выглядеть как бред или, в худшем случае, как угроза. А вмешательство… Это уже не фанфик из головы. Это чужие жизни, чужие решения, чужая история, в которой каждое движение может всё только усугубить. Я посмотрел на Саске ещё раз. Он не смотрел ни на кого. Только внутрь себя. — Жёстко, — подумал я. — Знать и ничего не делать — тоже выбор. И пока я не понимал, какой из вариантов хуже. Одно я знал точно: если я когда-нибудь решу вмешаться — это будет не сейчас. Сначала мне нужно выжить. Стать сильнее. Понять этот мир не по манге, а по-настоящему. А пока… Я просто отвернулся и продолжил удерживать чакру. Потому что иногда лучший шаг — это подождать. После учёбы мы втроём гуляли по деревне. Без цели. Просто шли куда глаза глядят — по улицам Конохи, мимо лавок, тренировочных площадок, шумных перекрёстков. Наруто что-то рассказывал, активно жестикулируя, Рюта подхватывал, смеялся, вставлял свои комментарии. Я слушал вполуха. Вторая половина внимания была внутри. Я пытался двигать чакру прямо на ходу. Не останавливаясь. Не закрывая глаза. Просто шаг за шагом — удерживать её в теле, гонять по кругу, как утром в медитации. Это оказалось сложнее, чем сидя. Во время движения поток постоянно сбивался. Стоило отвлечься на разговор — и чакра расползалась. Стоило ускорить шаг — контроль проседал. Тело требовало своё, и чакра реагировала на каждое напряжение мышц. Интересно. Я замедлил дыхание, подстроил ритм под шаги. Раз — шаг. Два — шаг. Чакра начала подстраиваться. Не идеально, но уже лучше. Круг стал неровным, вытянутым, но не рвался. — Эй, Шин, — Наруто вдруг заглянул мне в лицо. — Ты опять в себя ушёл. — Типа того, — ответил я. — Ты всё время так делаешь, — сказал Рюта. — Думаешь, думаешь… — Привычка. Они пожали плечами и пошли дальше. Я же отметил результат. Контроль в движении — следующий этап. Если я смогу удерживать чакру не только в покое, но и во время ходьбы, бега, боя — это даст огромное преимущество. Пусть небольшое, но стабильное. Система пока молчала. И это было нормально. Такие вещи не любят спешки. Мы прошли ещё пару улиц. Солнце клонилось к закату, деревня постепенно меняла ритм — кто-то возвращался с миссий, кто-то закрывал лавки, где-то пахло едой. Я шёл рядом с ними, двигая чакру по кругу и ощущая, как мир вокруг становится… реальным. Не как сцены из аниме. Как место, где я живу. И где мне придётся расти. И вот тогда Наруто вдруг свернул с дороги. — Эй, идите сюда, — сказал он, оглянувшись через плечо. — Я вам кое-что покажу. Мы с Рютой переглянулись и пошли следом. Он провёл нас между деревьями, по узкой тропе, которую явно протоптали не один раз. Ветки царапали одежду, под ногами хрустели сухие листья. Шум деревни быстро остался позади. А потом пространство открылось. Небольшая поляна. Перекошенные столбы, следы от старых мишеней, обломки брёвен. Земля местами была утоптана, местами — вся в вмятинах и трещинах. Заброшенный тренировочный полигон. — Я часто тут тренируюсь, — сказал Наруто с заметной гордостью. — Тут никто не мешает. И орать можно сколько угодно! Рюта огляделся. — Выглядит… сурово. — Зато удобно, — добавил я. И это была правда. Место было далеко от глаз, но всё ещё в пределах деревни. Достаточно просторно, чтобы тренироваться, и достаточно заброшено, чтобы никого не привлекать. Я снова сосредоточился на чакре, продолжая гонять её по кругу, уже стоя на месте. Здесь было легче — меньше отвлекающих факторов. — Ты опять это делаешь, да? — заметил Наруто. — Ага. — Сложно? — В движении — да. Он почесал затылок. — Странный ты… но прикольный. Рюта рассмеялся. — Я же говорил! Я лишь слегка улыбнулся. Полигон мне понравился. Тихий. Неприметный. Идеальный для того, чтобы пробовать новое — без лишних свидетелей. — Запомню это место, — подумал я. Очень вероятно, что мы ещё не раз сюда вернёмся. Я заметил грушу для битья. Она висела чуть в стороне — старая, потёртая, с трещинами на поверхности, но при этом выглядела… слишком целой для заброшенного полигона. Канаты были новые, а сама груша почти не раскачивалась от ветра. — Хм… — я подошёл ближе. — Интересно. Рюта и Наруто остановились, наблюдая. — Она крепкая, — сказал Наруто. — Я её сколько раз бил — не ломается! Это только подстегнуло интерес. Я встал напротив, выровнял стойку и на секунду сосредоточился. Без чакры. Чистая физика. Ударил со всей силы. Груша дёрнулась, канаты натянулись, по поверхности пошла лёгкая вибрация… и всё. Никаких трещин. Никаких разрывов. Она выдержала. Я убрал руку и посмотрел на неё внимательнее. — Укреплённая, — сделал вывод я. — Не простая. Скорее всего, с печатями или особой обработкой. Такие делают, чтобы выдерживали удары шиноби, а не обычных людей. Рюта присвистнул. — Ничего себе… Я думал, ты её сейчас пробьёшь. — Рано ещё, — ответил я спокойно. Я прокрутил ощущения в голове. Мышцы отработали нормально. Связки выдержали. Удар был плотный, без перекоса. По физической силе… — Как слабый генин, — подумал я. — Может, ближе к среднему. Для моего возраста — отлично. Для будущего — недостаточно. Наруто вдруг ударил грушу следом. Резко, размашисто, без техники. Груша раскачалась сильнее, но результат был тем же. — Блин! — он нахмурился. — Она читерская! Я едва заметно усмехнулся. — Зато честная, — сказал я. — Показывает, где твой реальный предел. Я ещё раз посмотрел на грушу. Хороший инструмент. И, похоже, она ещё долго не развалится — даже если мы будем бить её каждый день. Я вдруг почувствовал взгляд. Не прямой, не давящий — скорее фоновый. Такое ощущение, будто кто-то просто есть, и ты это улавливаешь краем сознания. Я не повернул голову сразу. Сначала прислушался к ощущениям. Чакра вокруг была спокойной. Никаких всплесков. Никакой враждебности. Но это чувство… оно не исчезало. — Понятно, — подумал я. Анбу. Те самые, что следят за Наруто. Они были где-то рядом — в кронах деревьев, в тени, за пределами полигона. Не скрывались по-настоящему. И не должны были. Мы же дети. Для обычного ребёнка их присутствие — ноль. Пустота. Максимум — чувство, что «как-то не по себе», и всё. Я бы тоже их не заметил. Если бы не повышенное восприятие. Это не было зрением или слухом. Скорее ощущение дисбаланса — будто в окружающем пространстве есть что-то лишнее, но слишком аккуратное, чтобы бросаться в глаза. Я внутренне усмехнулся. — Расслабьтесь, — мысленно сказал я в пустоту. — Мы просто бьём грушу. Наруто ничего не заметил. Он снова замахивался, явно решив победить грушу принципиально. Рюта стоял сбоку и подбадривал его, как на соревновании. Обычная сцена. Именно такой её и должны были видеть анбу. Я продолжил вести себя как обычный ребёнок. Расслабленно. Без напряжения. Без попыток «прощупать» источник взгляда. Потому что если есть что-то хуже, чем быть под наблюдением… Так это показать, что ты это понял. Я снова посмотрел на грушу и сжал кулак. — Ничего личного, — подумал я. — Я просто тренируюсь. А взгляд так и остался. Тихий. Спокойный. Следящий не за мной — за тем, кто даже не догадывался, сколько глаз смотрит ему в спину. Я решил попробовать кое-что ещё. Движения из прошлой жизни. Тхэквондо. Для меня — знакомая последовательность. Память тела, а не головы. Поворот корпуса, перенос веса, работа опорной ноги, резкий выброс — всё шло почти автоматически. Я начал медленно. Не показывая связок целиком. Не делая ничего слишком чисто. Со стороны это выглядело просто как странный стиль — будто я где-то это видел и решил повторить. Никакой «школы», никакого названия. Просто удары ногами, чуть непривычные для этого мира. Низкий удар. Разворот. Боковой. Возврат в стойку. Я бил не грушу — воздух. Отрабатывал механику. Тело слушалось хорошо. Даже лучше, чем ожидалось. Гибкость, баланс, чувство дистанции — всё складывалось. — Ого, — протянул Рюта. — Это чё за стиль? — Сам придумал, — ответил я спокойно. Формально — не соврал. Наруто остановился и уставился на меня. — Ты ногами дерёшься? Это вообще норм? — Почему нет? — я пожал плечами. — Руки заняты — бьёшь ногами. Он задумался. — Хм… логично! Я краем внимания всё ещё чувствовал взгляд. Анбу. Они смотрели, но без интереса. Для них это выглядело как детская импровизация. Ничего системного. Ничего опасного. Именно так, как нужно. Я специально не использовал чакру. Ни усиления, ни ускорения. Чистая физика, чистая техника. — Пока рано, — подумал я. — Пусть это будет просто «странно», а не «подозрительно». Я закончил связку, выдохнул и расслабился. Тело приятно нагрелось. Мышцы откликались правильно, без перекоса. Значит, можно будет развивать это дальше — аккуратно, шаг за шагом. В этом мире бьют в основном руками. А значит… Ещё один небольшой козырь у меня уже есть. Через пару часов, когда солнце уже клонилось к закату, мы разошлись. Я и Рюта направились обратно в общежитие, а Наруто — в другую сторону, к своему дому. К своей квартире. Ему выдали её, когда он поступил в академию. Маленькая, простая, но своя. И живёт он там один. Эта мысль неприятно царапнула. Я посмотрел ему вслед всего на секунду. Он махнул нам рукой, как ни в чём не бывало, и побежал вперёд, насвистывая что-то своё. — Он реально один живёт? — спросил Рюта, когда Наруто скрылся за поворотом. — Да, — ответил я коротко. Рюта нахмурился. — Странно… ему же всего семь. — Этот мир вообще странный, — сказал я. Мы шли молча. Общежитие встретило знакомым шумом — шаги, голоса, скрип дверей. Обычная жизнь. Тёплая, пусть и немного тесная. Я поймал себя на мысли, что рад возвращению сюда. Наруто был сильным. Очень сильным. Но сейчас он был просто ребёнком, которому приходится слишком рано быть самостоятельным. Я сжал кулак и тут же разжал его. — Не лезь, — напомнил я себе. — Не сейчас. Мы поднялись к себе. День подошёл к концу. И он оставил после себя странное ощущение — будто я стал частью мира чуть глубже, чем утром. Не как наблюдатель. Как участник.