Глава 2 проверка

И вот, ирьёнин всё же пришёл. Очередь выстроили прямо в большом зале приюта — длинная, шумная, нервная. Я оказался последним. Не специально, просто так вышло. Кто-то суетился, кто-то пытался выглядеть уверенно, а кто-то наоборот — молчал и смотрел в пол. Дети выходили по одному. Одни — радостные. Глаза горят, улыбки до ушей, взрослые хлопают по плечу и сразу говорят что-то вроде: «Поздравляю, готовься к академии». Другие — грустные. Без слёз, но с пустым взглядом. Им просто говорили, что чакры недостаточно, или что потенциала почти нет. Их ждал другой путь — обычная школа, обычная жизнь. Я наблюдал и делал выводы. Вроде бы в аниме и манге не говорилось, что существуют обычные школы для тех, кто не стал шиноби. Но если подумать — это логично. Не все же обязаны бегать с кунаями и умирать на миссиях. Кому-то нужно жить дальше, работать, строить деревню. Очередь медленно сокращалась. Чем ближе был мой черёд, тем тише становилось внутри. Не страх — нет. Скорее сосредоточенность. Я знал свои цифры. Знал, что чакра есть. Знал, что контроль не нулевой. Но всё равно… это был первый реальный тест. Первый момент, когда система и реальность пересекались напрямую. Наконец в зале остались только я и взрослые. — Следующий, — сказал спокойный голос. Я встал и вошёл. Комната была простой. Стол, несколько стульев, свитки, приборы для измерений. Никакой мистики, всё максимально практично. За столом сидел мужчина лет сорока — спокойный, собранный, с тем самым взглядом человека, который видел сотни детей до меня. Ирьёнин. Он кивнул мне и указал на стул. — Имя? — Шин Куросаки. — Возраст? — Семь. Он сделал пометку в свитке и посмотрел внимательнее. — Руку. Я протянул. Он положил пальцы мне на запястье, закрыл глаза и на секунду сосредоточился. Его руки начали светиться зелёным. Я почувствовал лёгкое тепло — чужая чакра, аккуратная, выверенная. Никакого давления, просто проверка. Секунда. Две. Три. Его бровь чуть заметно приподнялась. — Хм. Он убрал руку и посмотрел на меня уже по-другому. — Чакра есть. И… немало для твоего возраста. — Хотя кейракукей ещё не развиты, — он сделал паузу, — потенциал присутствует. Интересно. Я молчал. Он что-то записал, потом откинулся на спинку стула. — Скажи, Шин, ты тренировался? — Да, — ответил я честно. — Немного. Он хмыкнул. — «Немного», — повторил он. — Обычно так говорят те, кто тренировался много, но не хочет лишних вопросов. Я пожал плечами. — Я просто люблю бегать и играть. И это была правда. Просто не вся. Ирьёнин усмехнулся, но дальше не стал копать. Он встал, подошёл к шкафу и достал ещё один свиток. — Хорошо. Тогда официально. Он развернул бумагу. — Шин Куросаки. Чакра присутствует. Потенциал — выше среднего. Он посмотрел мне прямо в глаза. — Ты проходишь. Тебе рекомендовано поступление в академию шиноби. Слова прозвучали спокойно. Без пафоса. Но для окружающих — это был приговор судьбы. В хорошем смысле. — Подготовка начнётся позже, — продолжил он. — Тебя уведомят. Пока что — продолжай делать то, что делал. И не перенапрягайся. — Понял, — кивнул я. Он свернул свиток и жестом указал на дверь. — Свободен. Я вышел в зал. Несколько взрослых посмотрели на меня с интересом. Кто-то улыбнулся. Кто-то кивнул. Дети, которые уже прошли, переглянулись. — Ну что? — тихо спросил кто-то. — Прошёл, — ответил я просто. Этого было достаточно. Меня поздравили, похлопали по плечу, кто-то сказал, что «так и знал». Я принимал это спокойно. Без эйфории. Внутри было другое чувство — удовлетворение. Система не подвела. Год тренировок был не зря. И первый шаг сделан. Академия шиноби была впереди. И это был только начало. Через пару часов за нами пришёл какой-то человек. Высокий, в жилете шиноби, с протектором Листа на лбу. Он выглядел расслабленным, даже слишком — будто это была обычная прогулка, а не отбор будущих ниндзя. Он улыбнулся и махнул рукой. — Ну, привет, будущие шиноби. Нам пора идти. Собрали все свои вещи? — спросил он. В зале сразу стало шумно. Кто-то закивал, кто-то начал оглядываться, проверяя, не забыл ли что-нибудь. Вещей у всех было немного — пара сменной одежды, какие-то мелочи, у кого-то аккуратно сложенный свиток или подарок от воспитателей. Я проверил свой мешок машинально. Всё на месте. Ничего лишнего. — Если кто-то что-то забыл — сейчас самое время сказать, — продолжил мужчина. — Потом возвращаться не будем. Никто не ответил. Он удовлетворённо кивнул. — Отлично. Тогда выдвигаемся. Нас вывели из приюта организованной группой. Не строем, но и не как попало — взрослые шли по краям, мы внутри. Я впервые вышел за ворота с осознанием, что назад уже не вернусь. Не потому что нельзя, а потому что смысла не будет. Дорога была недолгой, но для меня — новой. Деревня жила своей жизнью: торговцы, шиноби, обычные жители. Кто-то бросал на нас быстрые взгляды, кто-то улыбался, будто уже знал, куда мы идём. — Привыкайте, — бросил сопровождающий через плечо. — С сегодняшнего дня вы часть этого мира чуть больше, чем раньше. Я молчал и смотрел по сторонам. Академия шиноби была уже близко. И почему-то именно сейчас я понял: игры закончились. Дальше всё будет по-настоящему. — Перед тем как вас распределят по классам, вас проверят основательно, — сказал мужчина, не оборачиваясь. — Все ваши сильные и слабые стороны. В группе сразу послышался тихий гул. Кто-то напрягся, кто-то наоборот оживился, будто это было чем-то интересным, а не пугающим. Несколько детей начали перешёптываться, строя догадки — что именно будут проверять и как. Я слушал молча. Проверка… значит, не просто формальность. Не «есть чакра — проходи». Скорее всего, будут смотреть тело, реакцию, координацию, выносливость. Возможно, базовые упражнения. Ничего сверхъестественного, но достаточно, чтобы понять, кто на что способен. — Не бойтесь, — добавил он уже спокойнее. — Это не экзамен и не отсев. Вас уже приняли. Проверка нужна, чтобы вас правильно распределить и не угробить на первых тренировках. Кто-то заметно выдохнул. Я же отметил другое слово — «основательно». Значит, поверхностно не отделаются. Хорошо. Чем точнее оценка, тем меньше лишних вопросов потом. Я не собирался выделяться, но и занижать себя тоже не видел смысла. Пусть видят крепкого, быстрого ребёнка. Талантливого. Ничего более. Мы свернули с главной улицы, и впереди показалось здание академии. Простое, без излишнего пафоса, но сразу чувствовалось — это место не для игр. Мужчина остановился у входа и обернулся к нам. — Запомните, — сказал он. — Сегодня вы просто дети. Завтра — ученики. А дальше всё зависит от вас. Двери академии открылись. И я сделал шаг вперёд, уже понимая: эта проверка — только начало. — У меня вопрос, а что за классы? — спросил я, не повышая голоса. — Типа… есть самые лучшие? Мужчина хмыкнул и бросил на меня быстрый взгляд через плечо. — Хо… а ты смышлёный, — сказал он с лёгкой усмешкой. — Да, есть. Самый высокий — A-класс. В группе сразу стало тише. Даже те, кто шептался секунду назад, замолчали. — Но сразу скажу, — продолжил он. — Обычно туда попадают клановые дети. Те, у кого уже есть база: подготовка с детства, наставники, родовые техники, деньги. Он говорил без зависти и без пафоса. Просто констатировал факт. — B-класс — сильные, но без клана. C — середняки. D — те, кому нужно больше времени и осторожности. Кто-то нахмурился. Кто-то наоборот выпрямился, будто уже мысленно записал себя в верхние ряды. Я же спокойно переваривал информацию. Кланы — это логично. В мире шиноби род решает очень многое. Техники, доступ к тренировкам, знания, связи. Старт у них выше, спорить с этим глупо. — А если не клановый? — спросил кто-то из детей. Мужчина усмехнулся. — Тогда всё просто. Покажешь результат — попадёшь куда заслужил. Он посмотрел на нас внимательнее. — Академия смотрит не на фамилии, а на выживаемость. А она часто идёт рука об руку с силой и мозгами. Я отвёл взгляд. A-класс, значит. Интересно. Не потому что престиж. А потому что именно там будут самые сильные и самые перспективные. А значит — самые полезные соперники. Я ничего не сказал вслух. Просто сделал пометку в голове. — Вы сказали «обычно туда попадают клановые дети», — уточнил я. — Это значит… и другие тоже? Мужчина остановился на секунду и повернулся ко мне уже полностью. Посмотрел внимательно, без раздражения — скорее с интересом. — Да, — ответил он спокойно. — Иногда и другие. Он сделал шаг ближе, будто решив объяснить чуть подробнее. — Бывает, что ребёнок без клана показывает результат выше, чем у половины клановых. Реакция, тело, чакра, мышление — всё вместе. Таких игнорировать никто не будет. Кто-то из детей напрягся ещё сильнее. — Но это редкость, — добавил он. — Очень редкость. Он выпрямился и снова пошёл вперёд. — В A-класс попадают не по фамилии, а по совокупности. Просто у клановых изначально больше шансов. Он бросил взгляд через плечо. — Если ты без клана и всё равно туда попал — значит, ты реально опасен. Я слегка кивнул, принимая информацию. Значит, возможно. Не норма — но шанс есть. Я не знал, в какой класс попаду. И, если честно, сейчас это было не так важно. Куда важнее было другое: критерии. Тело. Чакра. Голова. С этим у меня проблем не было. Я перевёл взгляд на здание академии, которое уже возвышалось совсем рядом. Проверка начнётся скоро. И тогда станет ясно, кто есть кто. Нас вывели в отдельное крыло академии. Здесь было тише, строже, даже воздух казался другим. Никаких ученических голосов, никакой суеты — только взрослые шиноби и мы. И тогда я его увидел. Перед нами, за невысоким столом, сидел Третий Хокаге. Я на секунду замер. Серьёзно?.. Седые волосы, трубка в руке, спокойный взгляд человека, который пережил слишком много, чтобы удивляться детям. Он не давил аурой, не пытался показаться важным — и именно от этого ощущался ещё сильнее. Я быстро взял себя в руки. Удивление было, но паники — нет. Почти сразу я вспомнил: да, он действительно каждый год лично присутствует на проверках. Не на всех этапах, но на ключевых. Особенно когда речь идёт о распределении и потенциально опасных детях. Это было… интересно. Если выделиться перед ним — это плюс. Огромный плюс. Но и риск. Нельзя забывать про Данзо. Где Хокаге — там почти всегда тень. Даже если его здесь нет физически, отчёты точно до него дойдут. А слишком яркие дети без клана — это как маяк. Я медленно выдохнул. Ладно. Без глупостей. Я не собирался прятаться полностью, но и выкладываться на сто процентов тоже не планировал. Нужно ровно столько, чтобы попасть куда нужно — и не больше. А нужно было в A-класс. Я честно признался себе: да, причина не только в обучении. Там будут главные персонажи. Там будут сильнейшие дети. Там будут связи, доступ, внимание преподавателей. И, скорее всего, привилегии. Лучшие инструкторы. Более жёсткая программа. Меньше «балласта». Для выживания и роста — идеальное место. — Хорошо… — спокойно сказал Третий Хокаге, глядя на нас поверх трубки. — Начнём проверку. Я выпрямился. Попасть в A-класс. Не привлечь лишнего внимания. И при этом показать достаточно. Задача сложная. Но выполнимая. В это время, чуть в стороне от детей, шёл совсем другой разговор. — Хокаге-сама… — сказал один из шиноби почти шёпотом. — У этого мальчика чакры больше всех в этой группе. Он был сенсором и не сводил взгляда с одного конкретного ребёнка. Его лицо оставалось спокойным, но внутри он был явно напряжён — такие показатели у семилетних встречались крайне редко. Третий Хокаге медленно затянулся трубкой и перевёл взгляд туда, куда указывал сенсор. Затем без спешки взял папку с документами. — Хм… — протянул он, перелистывая страницы. — Шин Куросаки… Он задержался на отчёте ирьёнина. — По результатам первичной проверки, — продолжил Хокаге уже тише, — объём чакры почти на уровне слабого генина. Сенсор едва заметно нахмурился. — И это без активного использования чакры, — добавил он. — Просто естественный запас. Хокаге закрыл папку. — Интересно, — повторил он, на этот раз уже с явным интересом. — Не клановый… без официальных наставников… и такие показатели. Он снова посмотрел на детей, на этот раз внимательнее, чем раньше. Особенно — на того самого мальчика, который внешне ничем не выделялся: спокойный, собранный, без лишних эмоций. — Проследите за ним во время испытаний, — спокойно сказал Хокаге. — Но без давления. Пусть покажет себя сам. — Есть, — ответил шиноби. Третий Хокаге сделал ещё одну затяжку и тихо добавил, скорее для себя: — Такие дети либо становятся опорой деревни… — либо причиной больших проблем. Проверка продолжалась. У меня по спине пробежали мурашки. Было ощущение, будто кто-то смотрит прямо на меня — не в лоб, не открыто, а внимательно и оценивающе. Я не понял кто именно, да и не стал искать взглядом. Сейчас это было не главное. Вдох — выдох. Я выровнял дыхание и заставил себя расслабиться. Если начать крутить головой или напрягаться, это только привлечёт лишнее внимание. А оно мне сейчас точно не нужно. Проверка впереди. Вот что важно. Я сосредоточился на происходящем вокруг, отсекая всё лишнее. Чужие взгляды, напряжение в воздухе, шёпот взрослых — всё это пусть идёт фоном. Соберись. Сейчас нужно просто показать ровно то, что от меня ожидают. Ни больше. Ни меньше. Остальное — потом. Нас вывели на какую-то открытую площадку. Просторную, огороженную, явно предназначенную именно для таких проверок. Ничего необычного — ровная земля, несколько разметок, простые снаряды для тестов. Здесь мы показывали, что могли. Каждый по отдельности. Бег, координация, реакция, простые упражнения. Никаких техник, никакой чакровой показухи — чистая база. Смотри, как двигаешься. Смотри, как думаешь. Смотри, как реагируешь. И, конечно же, как обычно, я оказался последним. Не потому что так хотел. Просто детей было куда больше, чем я ожидал. Оказалось, что сюда привели не только из нашего приюта — были дети из других приютов, из семей, даже явно клановые. Это сразу бросалось в глаза: уверенные движения, привычка к вниманию, иногда — слишком. Очередь тянулась бесконечно. Я сидел на краю площадки, смотрел, как один за другим выходят дети, и медленно сходил с ума. Я хотел сдохнуть. Я никогда не любил очереди. Особенно такие. Долгие, бессмысленные, когда ты уже всё готов сделать, а остаётся только ждать и вариться в собственных мыслях. Кто-то выступал хорошо. Кто-то — откровенно плохо. Кого-то останавливали почти сразу. Я зевал, менял позу, считал трещины на земле, слушал чужие дыхания, чтобы хоть как-то убить время. Ну давайте уже… Но ждать всё равно пришлось. Много. И чем дольше это тянулось, тем сильнее хотелось, чтобы наконец дошла моя очередь — просто чтобы всё это закончилось. Пока время тянулось, я решил хоть как-то себя занять. Рядом со мной сидел пацан — на вид моего возраста, но по движениям сразу было видно: тренировался. Спокойный, собранный, без лишней суеты. Клановый, почти наверняка. — Камень, ножницы, бумага? — предложил я, больше от скуки, чем из интереса. Он посмотрел на меня пару секунд, потом хмыкнул. — Давай. Всё равно ждать. Мы сыграли быстро. Без разговоров, без показухи. И я выиграл. В тот же момент знакомое ощущение щёлкнуло внутри. Получено: Потенциал +9 Я едва не споткнулся на месте. Ого. Это было… много. Очень много. Даже с учётом того, что у меня уже был потенциал, такой прирост ощущался сразу — не телом, а чем-то глубже. Как будто внутренний предел немного отодвинули. Я сделал вид, что ничего не произошло. Пацан просто пожал плечами, как будто проигрыш его вообще не волновал, и снова уставился на площадку. Понятно. Клановый. И явно не из слабых. Плюс он тоже устал ждать, как и я. Я перевёл взгляд вперёд и мысленно усмехнулся. Ну… ожидание уже не совсем бесполезное. Теперь главное — чтобы никто из взрослых не заметил, насколько удачной получилась эта партия. Я открыл свой статус. Интерфейс всплыл перед глазами привычно и тихо, будто всегда был здесь. Атрибуты: Сила: 40 Выносливость: 49 Ловкость: 30 Скорость: 38 Чакра: 42 Восприятие: 19 Контроль чакры: 15 Потенциал: 17 Я задержал взгляд на последней строчке. С семнадцати… Нет, стоп. Было восемь. Плюс девять. Я медленно выдохнул. Это уже не просто «неплохо». Это очень серьёзно. Такой потенциал означал, что всё — тренировки, обучение, освоение техник — пойдёт заметно быстрее. Не скачком, не магией, а стабильным, уверенным ростом. Я закрыл интерфейс так же незаметно, как и открыл. Со стороны я всё ещё выглядел как обычный ребёнок, который просто сидит и ждёт своей очереди. Никаких эмоций, никакой реакции. Только внутри было лёгкое, почти азартное чувство. Ладно… Теперь точно стоит попасть в A-класс. Я перевёл взгляд на площадку, где очередной ребёнок заканчивал проверку. Очередь двигалась. И моя — уже была близко. Ну раз уж всё равно ждать… Можно ещё атрибутов нафармить. Тут полно способных детей, — подумал я, скользнув взглядом по площадке. Клановые, не клановые, из приютов, из семей — уровень у всех разный, но слабых почти не было. Уже сам факт, что они здесь, говорил о многом. А значит, система может сработать ещё не раз. Главное — аккуратно. Без лишнего шума. Без повторов с одними и теми же. Без побед, которые будут слишком бросаться в глаза. Я медленно поднялся и огляделся, выбирая следующую «жертву» так, чтобы это выглядело как обычная детская скука, а не целенаправленный фарм. Очереди длинные, — усмехнулся я про себя. — Грех не воспользоваться. Проверка всё ещё шла. А время… Время наконец-то начало работать на меня. Спустя час моя очередь наконец настала. К этому моменту я уже успел неплохо так подтянуть атрибуты — аккуратно, без фанатизма. Ровно настолько, чтобы стало лучше, но не настолько, чтобы это бросалось в глаза взрослым. Я ещё раз быстро глянул статус. Атрибуты: Сила: 49 Выносливость: 59 Ловкость: 41 Скорость: 56 Чакра: 45 Восприятие: 35 Контроль чакры: 30 Потенциал: 35 Нормально. Чакры стало больше, но не критично. Не тот уровень, чтобы сенсоры начали нервно переглядываться или Хокаге поднял бровь во второй раз. Всё выглядело как естественный разброс среди сильных детей. А вот восприятие… Вот это вообще топ. Мир ощущался иначе. Не как полноценный сенсор, конечно, но что-то очень близкое. Я стал чётче улавливать движения вокруг, дыхание людей, изменение темпа шагов. Даже не глядя, мог примерно понять, где кто стоит. Сенсор на минималках, — мысленно хмыкнул я. Я закрыл интерфейс и сделал шаг вперёд, выходя на площадку. Лицо — спокойное, тело — расслабленное. Ни намёка на волнение или усталость. Снаружи я выглядел как просто способный ребёнок. А внутри был готов. Теперь пусть проверяют. — Шин Куросаки. Моё имя прозвучало чётко и спокойно, без эмоций, но для меня этот звук будто отрезал всё лишнее. Шум вокруг сразу ушёл на второй план. Очередь, ожидание, игры — всё закончилось. Я сделал шаг вперёд. Под ногами была ровная земля площадки, знакомая разметка, взгляды взрослых шиноби. Я чувствовал их внимание — не давящее, но цепкое. Кто-то просто отмечал, кто-то сравнивал, кто-то уже делал выводы. Я остановился в центре и выпрямился. Спокойно. Сердце билось ровно. Дыхание — под контролем. Восприятие цепляло мелочи: как один из экзаменаторов чуть сместил вес, как сенсор напрягся на мгновение, как Третий Хокаге не сводил с меня взгляда. Я был готов. Теперь очередь была за ними. — Ну что ж, — сказал проверяющий, глядя на меня внимательно. — Начинай. Я кивнул и сделал шаг вперёд. Без максимума, — напомнил я себе. — Почти как у клановых. Но не больше. Первое задание было простым — бег. Короткая дистанция, но с резкой сменой направления. Я стартовал без рывка, разгонялся плавно, держал темп. Не рвал жилы, не выжимал всё, просто двигался уверенно, как ребёнок, который давно привык к тренировкам. Финишировал быстро. Не первым из всех, но точно выше среднего. Проверяющий что-то отметил в планшете. Дальше — координация. Прыжки, баланс, простые препятствия. Я проходил их чисто, без суеты. Там, где можно было срезать секунду — не делал этого. Там, где ошибаются слабые — не ошибался. Сила. Подъём груза, отжимания, удержание веса. Я сделал ровно столько, сколько выглядело разумно для «талантливого, но не монстра» ребёнка. Без скрипа в мышцах, без дрожи. Я видел краем глаза реакции взрослых. Не удивление — интерес. То самое, которое бывает, когда ожидал меньше, а получил больше. — Хм… — пробормотал кто-то из экзаменаторов. Я закончил и отступил на шаг, ожидая следующего указания. Хорошо, — подумал я. — Ровно так, как нужно. Я не был самым сильным здесь — и это было нормально. Такие, кто заметно превосходил меня, действительно были. Но их было мало. Очень мало. А вот среди остальных я смотрелся уверенно. Достаточно, чтобы попасть в A-класс. И недостаточно, чтобы вызвать ненужные вопросы. Именно так, как я и планировал. После проверки нас собрали вместе и коротко всё объяснили. Через месяц будет ещё одна проверка — уже на знания. Теория, основы, без фанатизма, но халявы тоже не будет. Плюс за этот месяц нам выделили общежитие и официально разрешили ходить в библиотеку академии, чтобы подтянуть всё, что нужно. Неплохо. С потенциалом учёба пойдёт легче, я это уже чувствовал. Информация усваивалась быстрее, мысли складывались чётче. Не магия, но разница была. Ещё одна новость оказалась приятной. Сиротам каждый месяц выдавались деньги. Немного, но стабильно. Хватило бы на еду, мелочи, иногда на снаряжение попроще. Впрочем, тратить их было необязательно — можно было получать талоны на Ичераку рамэн. И тут я даже мысленно улыбнулся. Я ел рамэн при жизни. И он был реально вкусным. Так что вариант «не тратить деньги вообще» меня полностью устраивал. К тому же общежитие было именно для сирот. Логично — дома у нас не было. Небольшие комнаты, по несколько человек, простая мебель, ничего лишнего. Но чисто и спокойно. Мне досталась обычная комната. Кровать, стол, шкаф. Всё, что нужно. Я сел на край кровати и на секунду просто остановился. Академия впереди. Месяц подготовки. Библиотека. Еда есть. Крыша над головой есть. Для начала — более чем. Я уже знал, как проведу этот месяц: днём — библиотека, вечером — тренировки, ночью — анализ и планирование. Спешить некуда. Зато возможностей — полно. И это было… приятно. И ещё один приятный момент — мой сосед по комнате оказался знакомым. Парень из приюта, с которым мы быстро сдружились ещё там. Как-то само получилось: без клятв, без пафоса, просто начали держаться рядом. Он был полной моей противоположностью. Всегда энергичный, шумный, живой. Постоянно что-то рассказывал, смеялся, строил планы, будто академия — это одно большое приключение, а не начало тяжёлого пути шиноби. Иногда это даже раздражало… но чаще — помогало. С ним в комнате было не так тихо. — Прикинь, если нас реально в A-класс закинут! — говорил он, расхаживая туда-сюда. — Я тогда вообще всем докажу! Я только хмыкал в ответ. Он не был глупым. Просто действовал на эмоциях. И, что удивительно, при всей своей энергии он умел слушать. Иногда спрашивал совета, иногда просто делился мыслями. Хороший сосед. Я поймал себя на том, что с ним проще расслабиться. Не нужно всё время быть настороже, думать о каждом слове. Впервые за долгое время рядом был кто-то… обычный. Пусть будет так. В этом мире, где каждый может стать оружием, иметь рядом просто приятеля — уже редкая роскошь. — Кстати, Шин! А какая у тебя мечта? — спросил он внезапно, плюхнувшись на кровать и уставившись в потолок. Я на секунду завис. — Мечта? — переспросил я. И правда… я об этом даже не думал. Всё время были цели, планы, расчёты, шаги вперёд. Но не мечта. Не что-то абстрактное. Хотя… Я медленно выдохнул. — Я хочу быть выше всех, — сказал я спокойно. — Я хочу быть самым сильным. Даже сильнее Хокаге. Он резко повернул голову и уставился на меня, а потом широко улыбнулся. — Круто! Я тоже так хочу! — сказал он с искренним восторгом. Никакой зависти. Никакого сомнения. Просто принял это как должное, будто мы обсуждали погоду или планы на завтра. Я слегка усмехнулся. Вот за это он мне и нравится. Для него это была мечта. Громкая, наивная, светлая. Для меня — цель. Чёткая и вполне достижимая. Мы ненадолго замолчали. За окном уже начинало темнеть, в коридоре общежития слышались голоса, шаги, смех. Жизнь шла своим чередом. — Ну, — сказал он наконец, — значит, будем стараться, да? — Да, — ответил я. — Будем. И в этот момент я поймал себя на странной мысли: если даже путь шиноби полон крови и потерь… начинать его с такой простой, честной мечты — не самый плохой вариант. Мы сидели в библиотеке. Тихо, спокойно, почти уютно. Я читал — внимательно, вдумчиво, перелистывая свиток за свитком. Основы чакры, история деревни, базовые правила, тактика. Ничего сложного, но объём большой. А вот у него не шло. Рюта сидел напротив, уткнувшись в книгу, но взгляд постоянно уплывал. То в окно посмотрит, то уставится в одну точку, то вздохнёт так, будто на него весь мир навалился разом. Его голова была забита мыслями — тренировками, будущим, проверками, мечтами. Всем, кроме текста перед глазами. Я это видел. И терпел какое-то время. Потом закрыл книгу и сказал тихо, но чётко: — Рюта, если так и продолжишь… в A-класс попаду только я один. Он замер. Буквально на секунду. Как будто слова не сразу дошли. Потом его спина выпрямилась, взгляд стал другим — собранным, цепким. — Чего?.. — пробормотал он. — Я серьёзно, — спокойно добавил я. — Физуха у тебя есть. Энергии — хоть отбавляй. Но если провалишь теорию, тебя просто не возьмут. И всем будет всё равно, как быстро ты бегаешь. Он молча опустил взгляд в книгу. Пару секунд — тишина. А потом он резко перелистнул страницу. — Ладно, — сказал он уже другим тоном. — Поехали. И начал читать. Не делая вид — по-настоящему. Медленно, внимательно, иногда хмурясь, иногда перечитывая абзацы по два раза. Даже вопросы начал задавать, тихо, чтобы не мешать другим. Я вернулся к своей книге и краем глаза отметил: Сработало. Иногда человеку не нужен долгий разговор. Достаточно одной фразы, сказанной вовремя. В библиотеке снова стало тихо. И на этот раз — по делу. Прошёл ровно месяц. За это время я выучил теорию на отличном уровне. Не просто зазубрил, а именно понял: как работает чакра, базовые принципы техник, структура деревни, иерархия, правила, которые нельзя нарушать. С потенциалом учёба шла легко — информация ложилась ровно, без перегрузки. Рюта тоже подтянулся. Не идеально, не на моём уровне, но достаточно. Он всё ещё больше тянулся к физухе, тренировкам, движению — это было видно сразу. Теория давалась ему тяжелее, но он не забил. А это уже многое значило. — Я всё равно больше по бегу и ударам, — как-то сказал он, закрывая книгу. — Но хоть не опозорюсь. — Этого хватит, — ответил я. — Остальное доберёшь по ходу. Он усмехнулся. Месяц прошёл быстро. Слишком быстро. И вот снова пришёл день проверки. Мы шли по коридорам академии уже не как новички, а как будущие ученики. Неуверенность ушла, на её место пришла привычка. Я чувствовал себя спокойно. Готово было всё, что могло быть готово. Теория — есть. Тело — есть. План — есть. Оставалось только одно. Показать это. И вот мы снова пришли в академию. Нас провели внутрь и распределили по пустующим классам — обычные аудитории, без украшений, только парты, доска и экзаменаторы. Атмосфера была напряжённая, но уже не такая, как в первый день. Теперь это была не неизвестность, а проверка того, что ты реально сделал за месяц. Началась теория. Вопросы были разные: основы чакры, простейшие принципы контроля, история деревни, базовые правила поведения шиноби, элементарная тактика. Ничего невозможного, но и не совсем детский уровень. Нужно было думать, а не просто вспоминать слова из книги. Я писал спокойно, без спешки. Иногда перечитывал вопросы по два раза, проверял формулировки ответов. Не потому что сомневался, а чтобы не наделать глупых ошибок. Когда всё закончилось, я уже примерно понимал результат. 90 баллов из 100. Я слегка удивился, но без разочарования. Значит, где-то всё-таки недожал или ответил не так, как хотели проверяющие. Впрочем, это всё равно был отличный результат. Рюта справился хуже, но достойно. 80 баллов. Для него — реально хорошо. Он сам это понимал и, когда узнал результат, выглядел скорее довольным, чем расстроенным. — Я думал будет хуже, — честно сказал он. — Значит, не зря мучился. А вот клановые… У них цифры были заметно выше. 95, 97, иногда даже почти максимум. Это было ожидаемо. У них было больше времени, больше подготовки, личные учителя, объяснявшие не «что», а «почему». Соревноваться с этим в теории с нуля — сложно. Я спокойно принял это. Теория — не всё. И это был только один этап. Экзаменаторы собрали работы, что-то записали, обменялись взглядами. Распределение было уже совсем близко. Я посмотрел на Рюту. — Ну что, — сказал я тихо, — первый раунд прошли. Он усмехнулся и кивнул. Впереди оставалось самое интересное.