3.12

Харука проебался. Серьёзно проебался и теперь он не знает что делать. Былые страхи больше не гнали его вперёд, ему не нужно было убегать и планировать, что делать дальше. Теперь он полностью посвящал себя ужасному чувству вины, сжирающего изнутри. Потихоньку съедая желудок, добираясь до сердца. В голове крутились одни и те же мысли, одна и та же картинка. Фальшивое лицо плавится как дешёвый пластик, ублюдки бросаются на них всей толпой. Кусуми в зажатом положении из-за лисьего парня из Шишитоурен. Огромная рука. Хруст, отдающий эхом в ушах. Его лёгкие наполняются иглами, глаза готовы к крови. Приглушённый крик ещё хуже чем хруст. Из-за Харуки пострадал Кусуми. Если бы он не нервничал, если бы не боялся напортачить - ничего бы не случилось. Кусуми не пострадал бы, пытаясь спасти всех и сразу. Возможно, были бы проблемы с освобождением дурней из Шишитоурен, но они остались бы целы. Всё было бы лучше, если бы не Харука. Хруст отдался болью даже в его собственных костях. Он не представляет как было больно Кусуми. А тот молчит, ничего не говорит и не пишет. Просто обнял одной рукой, перед тем как уйти в медпункт. Улыбнулся. Харуку тошнило от самого себя, ведь он просно приобнял его в ответ как какое-то бревно и пошёл за свой стол в Бофурин, писать отчёт. Ни слова не сказал. Когда он научится реагировать нормально? Делать как все? Подходить в тот же момент, задавать тысячи вопросов о самочувствии, постоянно навещать и тараторить о своём волнении? Сможет ли Сакура вообще стать нормальным? Почему так трудно высказать собственное волнение как все кончится? Так делает Нирей, так делала мама, как только уходили клиенты, так делает Хираги. Почему так не может Харука? Что в этом сложного? Но каждый раз, когда ему следует это сделать, в голову не лезет ни одной нормальной мысли, слова поддержки кажутся слишком громоздкими и неуместными, а руки не знают, куда себя деть. Харука не знает что делать. Харука сорвал разведку. Под конец, когда всё было сделано, но сорвал. Почему он так нервничал? Кусуми был спокоен как удав, ничем не выдал в себе чужого. А Сакуре всё время казалось, что лишний вздох, лишний взгляд или движение - вызовет подозрения и их сразу убьют. Харука не хотел, что бы Кусуми умер. И сам не хотел умирать, но не это главное. Если умирать, то не на базе врага в чужой шкуре. Оно чувствовалось как напяленное на его тело сырое мясо, постоянно сползающее и не способное стоять на месте. Харука испортил операцию своей некомптенцией. Кусуми пострадал. Харука виноват. –Чего стоишь, о чём думаешь? –Сакура тяжело вздыхает и замирает. Стоп. Вздыхает? Нет, нет, нет! Ни в коем случае нельзя перенять эту отвратительную привычку! Уже и Кадзи поддался, Харука не может сдаться! Хотя когда мысли заняты постоянной прокруткой своих тупых ошибок, тяжело не поддаться чужому влиянию. Харука может позволить себе вздохнуть. Просто что бы снова набрать воздух и прокрутить в голове хруст руки Кусуми. Блять, Кусуми, почему ты взял меня с собой?.. –Ни о чём... –Бурчит он под нос. –У тебя на лице написано чувство вины и разочарования в себе, –Хираги ухмыляется, –рассказывай. –С каких пор ты стал Момосэ? И вообще, иди ты нах- –Эй-эй! –Ему прилетает лёгкий подзатыльник, который ощущается скорее касанием, чем ударом. –Не посылай меня, пацан! И для тебя он Момосэ-бучё, понял? Понял-понял, не трогай меня! Харука отталкивает чужую руку. Он специально не смотрит на Хираги, боясь увидеть в разочарование в глазах. Зубастик не любил, когда страдают его близкие. Стоило видеть это лицо - все четверо близких подопечных на больничных койках, а третий ещё и в коме, всё проснуться не может, не смотря на полностью выздоровевший организм. А сейчас Харука мало того, что испортил операцию, так и Кусуми пострадал. Из-за ошибки Харуки пострадал Сенпай. Гораздо более полезный старший стажёр. –Пацан, ты чего? –Теперь голос звучит гораздо серьёзнее. –Случилось что-то? Случилось, ты же знаешь! Небось ещё с Тогамэ будут проблемы - его подчинённые пострадали ещё больше из-за ошибки Харуки. Из-за тупых нервов и волнений. Лисья морда наверняка с сотрясением, а у гиперактивного как минимум с довольно сильными ушибами, если не переломам. Харука виноват. –Конечно ничего не случилось, –шипит он. –Просто Кусуми теперь со сломанной рукой, операция сорвалась, двум идиотам из Шишитоурена стало ещё хуже и во всём виноват- –Так, во-первых, ты не так далеко ушёл от «идиотов из Шишитоурена» в своём безрассудстве, –Хираги кладёт руку ему на голову. –А во-вторых, ты не виноват. Да убери ты свою руку! –Меня удивляет, что тебя так трудно переубедить. Упрямый как осёл. –Эй, слышь!.. –Продолжаешь взваливать на себя всё, будто оно от тебя зависит. Ну вот скажи, ты мог как-то повлиять на ублюдков, державших Сако и Инугами? –Нет, но- –Вот именно, –рука гладит его по голову и Харука застывает. –Ты только ускорил процесс. Драка бы началась и в этом была бы вина только тех ублюдков, отказавшихся отдать вам Сако с Инугами. Ты не понимаешь о чём говоришь! Хираги был слишком добр. Слишком терпелив и заботлив. Смотрел сквозь пальцы на всё, на что хотел. Даже когда Харука причинил вред Кусуми. Харука виноват и ощущает как вина становится ещё тяжелее. Потому что никто его не обвиняет, Харука не может себя защитить. Не может защитить от самого себя. –Если бы я не нервничал, Кусуми смог бы вырулить ситуацию и тогда бы он не сломал руку! А я, как какой-то ребёнок испугался, даже маскировку удержать не мог! –Ты сломал Кусуми руку? –Спрашивает Хираги и Харука наконец поднимает глаза. В них видно желание доказать, сразу становится понятно - он не отойдёт от своей точки зрения. Сакура не сможет переспорить Зубастика. Не сейчас, когда так подавлен. –Нет. –Тогда ты не виноват. Возможно, всё было бы спокойнее, если бы ты удержал маскировку. –Он уже собирается кинуться с вопросами о ебаных противоречиях, как Хираги продолжает : –Но, кто знает, может быть, без этой драки всё было бы хуже? Ты не можешь знать будущего без способности предвиденья. Если постоянно переживать из-за «сделай я это, может быть...», можно сойти с ума. Возможно... в этом был смысл. Возможно, Харука не был виноват. Только возможно. –Да и нервничать на первой разведке это нормально. Я вообще сказал что меня зовут Мацуо Басё, когда впервые раз вышел. –Серьёзно? –Вырвалось у него против воли. –Как поэт хайку Мацуо Басё?! Смех рвался из груди, но из уважения к "мудрым" словам Хираги перед этим, он сдерживался. –Смейся-смейся, Кадзи тоже смеялся, когда узнал. И Харука смеялся. Вина всё равно лежала тяжёлым покрывалом на сердце, но медленно становилась лёгкой простынью, а следом - невесомой тюлью. Стало легче.

***

Подготовка к рейду на Нороши шла полным ходом. Не смотря на то, что часть комплекса Фуурин была уничтожена внезапной атакой, некоторые залы оказались вполне себе целы и теперь в них почти каждый день происходили драки за возможность провести тренировку. Короли и их близкие помощники чуть ли не ночевали в залах, тренируя свои отделы, подготавливая к грядущему пиздецу. Утром, вечером, днём и ночью - тренировки шли круглые сутки. Сакура даже не пытался скрыть, что ему это нравится. Он боролся с самыми разными людьми до седьмого пота, получал синяки и кричал проклятья на всех, кто смел драться используя свой рост и вес как преимущество, – он не виноват, что недоедал большую часть своей жизни! – ощущал невероятную боль в мышцах после каждого дня, но был доволен. Единственное невыносимое во всей этой ситуации - уроки стратегии, постоянные напоминания о связях с старшими членами Бофурин и тому подобном. Тысячи протоколов, которые Харуке нужно было выучить. Серьёзно, зачем их столько придумывать? Тем же вопросом он задавался, когда приходилось после патруля записывать в отчётах всё, что произошло, а потом ещё и официально проводить какие-то махинации, по типу изъятия ножа. Блять, неужели его могут засудить за то, что он отобрал нож у какого-то алкаша, который хотел ограбить магазин? Кадзи сказал, что его могут упечь и за меньшее, но Харука этому придурку не верит. В прошлый раз кусачка уверял - потеряешь удостоверение и работники архива тебя на части разгрызут. Хираги сказал, что Кадзи врёт. (Харука верил, пока Хираги не сказал обратное. Больше он не будет верить всем словам Кадзи. Уёбок) Не смотря на то, что каждый урок стратегии и протоколов выходил скучным, Сакура пытался запомнить как можно больше. Эти штуки тупые, занудные, но нужные. В смысле, а чем ещё можно будет оправдать его действия? «Я вмазал вам в рожу согласно протоколу номер 153 подчасть 13, всё законно». Да и, может быть, когда-нибудь один из протоколов подскажет ему что делать дальше. Или что не делать. Типа, реально, кто будет бежать от драки, даже если враг численно тебя превосходит? Явно не Харука. Он не трус. По этому сейчас он ведёт спарринг с капитаном Цугеурой, способным уложить его одной левой, стоит только схватить и придавить к земле. Физической силой капитан превосходит его в несколько раз. Бесит! Сакура извивался на месте как змея, иногда попадая ногами по капитану, но получалось это редко. Постоянно уклоняясь, не давая себя схватить, он уже три раза успел почувствовать замирание сердца - каждый раз, как рука капитана Цугеуры оказывалась слишком близко к нему. Этот чёрт ещё и успевал разговаривать с ним! –Ты неуловим, Сакура-кун! –И ведь даже не запыхался. Харука бесился всё сильнее, какого хрена вообще?! Почему Харука так не может?! –Бей по сильнее, у тебя всё получится! Да завалите вы свой рот! Но, естественно, в слух этого не сказал. Было достаточно уважения к этому человеку. И недостаточно дыхалки для разговора. Серьёзно, в чём смысл моего быстрого бега, если я не могу на той же скорости держаться в бою?! Это. Очень. Бесит. Руки уже начинают скользить по татами, когда он наконец выхватывает опору в виде спины капитана Цугеуры и подпрыгивает вверх, цепляясь за потолок тенями. Конечно, там где они сражаются держаться практически не за что, но Харука всё равно пару секунд держится на потолке, пока капитан не поднимает голову. В этот момент он спрыгивает приземляясь на шею капитану. Харука берёт его в удушающий, с улыбкой, собираясь праздновать победу. Он недооценил длину рук и силу капитана. Сакуру скинули с шеи как тряпичную куклу, повалили на землю и прижали рукой. Блять! –Отпусти меня, ёп твою мать!.. –Сипло шипит он, ворочаясь под сильной рукой. –Это было умно, но ты держался за меня слишком слабо. Тебе бы руки поднакачать, цены бы тебе не было! –Рука наконец уходит, но быстро возвращается, предлагая помощь. Харука соглашается. Ему нужно ещё раз подраться с капитаном. Он не может так просто ему проиграть! Нужен реванш! Или, хотя бы, ещё парочку спаррингов. Ему нужно узнать противника лучше, что бы победить. Наверно. –Вот мой сын - Тайга, у него действительно сильные руки! Почти как у меня! –На лице у капитана появляется гордая улыбка. Харука может позавидовать Тайге. Не только потому, что у него сильные руки и, наверняка, всё остальное тело, но и потому, что у него хороший отец. Капитан Цугеура сильный человек не только в плане драки. Иногда Харука думает каков этот человек дома. Такой же разговорчивый? Постоянно хватает свою жену и сына в захваты? Или он такой же двуличный, как тётя и дядя? Харука не знает. Капитан Цугеура кажется ему такой же сложной загадкой, как и любой другой человек. Но только ему легче довериться, чем другим людям. Даже Хираги было труднее довериться, чем капитану Цугеуре. Харука знает, что может доверять этому человеку не только из-за пары заданий. Если капитан Цугеура получит дело - он выполнит его со всей ответственностью, будто это ему поручил сам президент. Или Умэмия. Тут у кого какие авторитеты. Даже если это просто просьба занять место в актовом зале от младшего стажёра, капитан Цугеура будет драться за кресло, лишь бы выполнить просьбу. Капитан очень ответственный человек, превосходит в этом даже Хираги, в плане обыденных вещей. –Тайга, кстати, твой ровесник, –сообщает капитан, полныв с пола бутылку воды и привалившись к стене, –может удастся вас познакомить. –Не надо, –ворчит Харука, присаживаясь рядом. –Может быть, когда-нибудь, но не сейчас. Я занят тренировками. Возможно, он был немного горд. Возможно. –О, посмотрите какие мы важные, –улыбается капитан. –Не нужно перетруждаться Сакура-кун. –Ты говоришь как Хираги. –Потому что Хираги-бучё разумный человек. Шум спортзала нарушил громкий крик : –Кадзи-тайчо, вас Хираги-бучё в кабинет зовёт, на разговор! –Это был один из младших стажёров, одетый в повседневную одежду, будто только вылез из кровати. –Опа, кусачке пизда, –улыбка появляется на его лице. –Сакура-кун! –Возмущённо говорит капитан Цугеура, –какие ужасные слова! –Мне похуй. –Сакура-кун!

***

–Честно, это не я пронёс коньяк на стратегическое совещание- Ладно, не этого я ожидал. Вообще, никто ему не говорил, что на стратегическом совещании для старших стажёров распивали коньяк, но в угоду радостной новости, которую он хочет преподнести, разбираться пока не будет. Всё равно, рано или поздно, кто-нибудь да и проговориться. Если Кадзи пронёс на совещание коньяк, то давать ему звание героя - слишком поспешное решение... Хватит сомневаться, если решил - делай. –Подожди, –Кадзи тут же замолкает, –я не поэтому тебя позвал. Но мы об этом поговорим. Слышится как он сглатывает, – видимо понял, что проболтался – но смиренно садится напротив Томы, пытаясь не глядеть в глаза. Сжал кулаки, мерно двигает левой ногой. Кадзи нервничает и боится. Боже, он же его не на казнь позвал, что за пиздец? Почему каждый раз, как он вызывает Кадзи или Сакуру, у них сразу просыпается самоуничижение?! –Кадзи, –голова поворачивается к нему, но глаза не поднимаются. –Я принял очень важное решение. –Ты переводишь меня в офис? –В голосе сквозит разочарование и Толика страха. –Нет, успокойся! –Начинает злиться Тома, –блять, я тебя позвал не приговор делать, а новость сообщить! –Да я виноват что ли, что ты позвал меня через стажёра, а не по телефону?! Ты так делаешь когда хочешь спросить с меня за иски или поведение во время патруля! Я... правда так делаю? –До тебя хер дозвонишься на тренировке, –бурчит Тома. Так, серьёзный вид, очень важная новость. –Я, вообще, о чем. Вместе с ним Кадзи становится серьёзным, но хотя бы не встревоженным. Честное слово, когда они перестанут бояться того, что Тома будет их ругать или разочаруется в них? –Недавно ты освоил свою силу полностью, получил абсолютный контроль над пантерой. Это была цель всех наших тренировок на протяжении двух лет. –Кадзи кивает на эти слова. –Я вижу как ты изменился за всё это время. Ты стал лучше контролировать свою агрессию, стал более ответственным и готовым отвечать за свои поступки. –У меня что, день рождения? –Перебивает он. –Завали рот и жди конец торжественной речи, сопляк! –Прокашлялся. Может Тома переоценил терпеливость Кадзи? Может не стоит взваливать на его плечи бремя звания героя? Нет, ты принял решение. Кадзи готов. Иначе он не станет героем никогда. Нельзя останавливать его развитие, только потому что ты неуверен в его эмоциональной устойчивости. Я тоже довольно вспыльчивый, разве это значит, что я плохой герой? –Ты сильно вырос, Кадзи. По этому я официально объявляю тебя героем Бофурин. –Тома достаёт из ящика стола готовое удостоверение с тремя полосками, с фото Рена и нужной личной информацией. Подписанный самим Томой и Умэмией. Удостоверение, что Рен наконец готов стать героем. Перестал быть опасным для других, контролирует себя и свою способность. Рен вырос. Тома практически не может в это поверить. Совсем перед глазами, на краю стола, стоит фотография Рена, Юто, Такеши и Томы, где они стоят в парке, ещё до того, как они пришли в Бофурин. Это было всего два года назад, а казалось, что целую вечность. Тома ощущает себя стариком, по сравнению с ними. Не смотря на то, что старше большинства своих детей даже не на десять лет. Рен выглядит ошеломлённым, будто ему вручили не удостоверение, а три чемодана денег. Будто желая удостовериться в реальности, Рен берет документ в руки. Они слегка трясутся и Тому, честно говоря, это даже немного веселит. Он рад за Рена. Теперь парень свободен от оков протоколов для стажёров. Теперь он может действовать как герой и ему не нужно разрешение для какого-то серьёзного действия. Свободен от ограничений, но теперь сам накладывающий их. Тома может поручить ему группу гораздо больше его группы из стажёров. А может вообще, отдать целый отдел в распоряжение. Делать он этого, конечно, не будет. Не смотря на то, что Рен был его заместителем некоторое время, он ещё не готов к такой большой работе. Опыту надо. Да и другие члены Бофурин, оказавшись под началом неопытного и злого новичка, могли поднять шум. И Тома бы их понял. –Поздравляю, –тихо говорит Тома. Кадзи, кажется, его не слышит и продолжает смотреть на корку, даже не пытаясь посмотреть внутрь. Глаза будто не могут оторваться, двигаются по короткому тексту. Удостоверение героя. Кандзи, тёмно-зелёная корка, три золотых полоски. Ничего необычного, но Рен застыл как перед восьмым чудом света. –Я... герой? –В голосе столько неверия, можно даже без Момосэ понять, что Рен какой-то своей частью не верит в происходящее. Считает это шуткой. –Реально герой? –Самый настоящий, со всеми полномочиями и обязанностями. –Тома наклоняется вперёд, –теперь ты герой, сопляк. Последнее слово, не смотря на свою грубость, звучит как ласковое прозвище. Может, перестать так его называть? Рен больше не сопляк. Теперь он герой. Полноправный. –Я герой. –Ты молодец. Рен утыкается лбом в свои руки, не поднимая лица. Тома лишь улыбается, протягивает руку через стол, касаясь его головы. Рену 19 лет. Рен герой.