Книга, телевизор и рыба

Пентаграм-сити, Башня Оверлордов. *** После окончания собрания все оверлорды устремились к выходу, поспешно собираясь и задвигая за собой стулья. В последнее время эти конференции становились все менее продуктивными; Грундгезетц уже подумывал пропустить их разок-другой в пользу продвижения предприятия. К сожалению, всегда выходило так, что именно у Аполло из них двоих в дни собраний оказывались неотложные дела (Грундгезетц был почти уверен, что она специально назначает все важные встречи на эти сроки), и именно ему всегда доводилось переться на это сборище некомпетентных придурков. На протяжении полутора часов они только то и делали, что перекидывались угрожающими взглядами и пафосными словечками, пытаясь при этом симулировать высочайшую мозговую активность и проявить свой незаурядный интеллект. Смех, да и только. На этих совещаниях, как ни парадоксально, именно Грундгезетц говорил меньше всех, хотя за пределами Башни он слыл нехилым любителем почесать языком. Оверлорд считал пустой тратой времени доказывать свои убеждения тем, кто тысячелетиями не удосуживался пересмотреть свои способы ведения политики. Ему это просто-напросто наскучивало - после окончания очередного собрания Грунд тут же начал резво собирать свои пожитки. Уже вставая со своего места и рассеянно поправляя галстук с намерением поскорее смыться, он замер, внезапно услышав за спиной до боли знакомый громкий голос. - Грундгезетц, дружище! Если бы у Грунда были зубы, мой дорогой читатель, сейчас они бы скрипели от злобы так сильно, что он вполне мог бы стереть их в порошок. К счастью, зубов у него не было, поэтому мужчина лишь раздосадованно прошелестел страницами своей книги-головы, топя в шорохе выразительное немецкое "шайзе". Это был он. Тот, кто так отвратительно, позерски пытался произносить его имя на немецкий манер с гортанным "р". Тот, от одного взгляда на кого у бизнесмена к горлу подкатывала желчь. Тот, чьего присутствия даже на заседаниях он старался избегать. В конце-концов, тот, с чьим телевизионным шумом он не хотел иметь никаких точек соприкосновения. - Вокс, мой дорогой коллега! Какая встреча! - повернув переплет в сторону теледемона, отозвался Грунд. Хотя голос демона законодательства в своей приторной слащавости никогда его не подводил, Грундгезетц с удивлением обнаружил, что сжимает несчастную поверхность стола так сильно, что его когти оставляют за собой глубокие борозды. Демон телекоммуникаций, как и всегда, ужасал своей гротескностью. Нелепый цилиндр, совершенно не сочитающийся с еще более нелепым пиджаком с подплечниками в голубую полоску, простые брюки и вбивающая последний гвоздь в крышку гроба его образа жилетка в малиновую полоску. Вишенкой на этом торте из нечистот служила не менее мерзкая малиновая бабочка. Добавьте к этому вечно ухмыляющуюся во все тридцать два зуба рожу на голубом экране, и вы получите Вокса. - Я думал, вы давно покинули зал. Забыли что-нибудь? - Склонив голову набок, учтиво поинтересовался Грундгезетц. В душе он почти молился, чтобы это было именно так. - Забыл? Что за ерунда.- пренебрежительно махнул рукой медиамагнат. - Грунд, я уже давно хотел с тобой поговорить. Теледемон приблизился к книгоголовому, опасно сокращая пространство. Что за фамильярность. Грундгезетц ощутил, как каждая мышца в теле напрягается с желанием швырнуть что-нибудь в наглеца, чтобы он не подошел еще ближе, но приказал себе успокоиться. Когда дело касалось поддержки публичного образа, эмоции не имели ни единого шанса против его рациональности. - Поговорить? О чем же? - повернувшись к телеголовому, бархатным голосом поинтересовался он. - Я весь во внимании, милый коллега. Ухмылка Вокса стала еще шире. Наверное, он думал, что уже взял контроль над ситуацией. - Давай сперва присядем. - Отодвинув для них обоих по стулу, шоумен кивнул Грундгезетцу. Мысленно закатывая глаза, тот медленно опустился в сиденье. Пристальный голубой взгляд тут же устремился к теледемону. Сцепив перед собой когтистые пальцы, Вокс придвинулся ближе. Воздух начал потрескивать: очевидно, медиамагнат был на взводе. Ну что за идиот - показывает противнику свою главную слабость, лениво подумалось Грунду. Он бы никогда себе такого не позволил. Скрестив руки на груди, книгоголовый демон откинулся на спинку стула. - Вы взволнованы. Что-нибудь важное? Теледемон хохотнул с отвратительной статикой, испытывая, однако, некоторый дискомфорт от того, как открыто Грунд выразил свое наблюдение. Списав это на немецкую натуру бюрократа и улыбнувшись еще шире, он наклонился ближе к Грундгезетцу - тот лишь сощурил глаза, скрывая бесконечное отторжение, которое он испытывал к телеголовому. - Важное - не то слово, Грунд. То, что я готов тебе предложить, точно не оставит тебя равнодушным - я же знаю, как ты сильно ты ценишь все эти союзы, пакты, контракты.... - Телеголовый игриво ткнул его острым локтем под ребро, и лишь страшным усилием воли демон законодательства усмирил желание схватить невежу за шкирку и бить его рожей о стол до тех пор, пока от его блестящего невенького монитора не останется одних осколков. В итоге Грундгезетц ограничился негромким вздохом. Рассчеты, приказал он себе. Думай о предприятии. О задолженностях клиентов Аполло. Об инвестициях.. - Как тебе идея совместить усилия? Я знаю, ты очень тесно сотрудничаешь с некой ученой, которая появляется здесь редко, но, как говорится, две головы хорошо, а пять лучше! - очевидно, очень довольный своим речевым оборотом, Вокс рассмеялся. Грундгезетц медленно моргнул, переводя взгляд на медиамагната, но не удосуживая оверлорда ответом. Похоже, он был ничуть не затронут данной перспективой. Вокс, однако, интерпретировал это молчание как крайнюю заинтересованность. Теледемон придвинулся еще ближе, теперь уже откровенно вторгаясь в личное пространство книгоголового, и приобнял мужчину за плечи. Грундгезетца словно прошибло током, а от подкатившего к горлу отвращения стало трудно дышать. В нос ударил слишком яркий, бесвкусный аромат дорогого одеколона, смешанного с запахом жжёной проводки, от которого виски начинали ныть, а голова кружиться. Держи позицию, приказал себе Грунд сквозь приступы тошноты. Нельзя показать мерзавцу ни малейшей реакции, негативной или позитивной. Нельзя дать ему почувствовать победу. Нельзя отпустить контроль... Через силу он заставил себя абстрагироваться от ощущения чужой руки на своем теле, расслабляя напряженные мышцы. Голубые глаза Книгоголового превратились в узкие щелочки. - Подумай о возможностях, Грунд.. - голос Теледемона понизился, приобретая заговорщицкие нотки, и он слегка встряхнул книгоголового за плечо, отчего тот мысленно поморщился. - Мы ведь с тобой одной крови! Оба бизнесмены, беспокоящиеся за успех своих предприятий... Оба амбициозны и готовы оправдать любое средство ради цели... - ладонь теледемона сжалась на плече начальника бюро, почти впиваясь когтями в кожу сквозь ткань. Такие низкоуровневые манипуляции с Грундом не прокатывали. Отвлекаясь от клокочущего внутри омерзения, тот лишь лениво снял с закатанного рукава рубашки пылинку. Затем, он наконец перевел взгляд на Вокса. В нем читалась лишь скука; видя, что теледемон намерен продолжать, он изогнул бровь. - Конгломерат из пяти Оверлордов, Грунд! Если мы грамотно разделим власть, у каждого будет в распоряжении столько душ, сколько нет у этого поганого радиодемона и всех остальных консервативных придурков вместе взятых! А если ты беспокоишься за свою автономность... - видя, что Грундгезетца все еще не трогает его пламенная речь, шоумен продолжил, - что ж, вопрос будет только в согласовании процессов. Я не буду... Мешать работе вашего бюро. Мягко говоря, книгоголовый демон был разочарован. На что вообще надеялся этот раздутый осёл, предлагая ему (и втягивая Аполло) сотрудничество с их нестабильной, непрофессиональной тройкой? В работе Грундгезетцу прежде всего нужны были гарантии и надёжность - медиа-, порно- и бьютииндустрия? Не будь мужчина так отвращен откровенно безмозглым и фамильярным оверлордом, он бы даже позволил себе небольшой смешок. Грундгезетц тихо шелестнул страницами переплета, и легким жестом остановил дальнейший бессвязный поток слов. - Довольно, коллега. - медленно, но все так же безупречно протянул бизнесмен. Вокс опешил; он уже посчитал, что книгоголовый развесил уши и внимает его сладким речам. - Прощу прощения? - с нажимом спросил телеголовый. По его лицу-монитору прошла легкая рябь. Хорошо. Значит, его напыщенность сдувалась быстрее воздушного шарика. - Со всем моим уважением к вам, дорогой Вокс - промурлыкал Грундгезетц, сверля Вокса взглядом ярко-голубых глаз, - я не питаю слабости к медиа и всему, что с ним связано. Экран теледемона заметно посерел в ответ на это заявление. - А еще меньше слабости я питаю к тем - пользуясь ошеломлением Вокса, Книгоголовый снял со своего плеча его предплечье, сжимая уж чересчур сильно - кто пытается навязать мне, как будет лучше для моего бизнеса. Я надеюсь, мы больше не будем этого обсуждать, и разойдемся как взрослые люди. Телеголовый изумленно моргнул, теперь по его экрану прошла видимая помеха. Уже неплохо - у себя в голове Грундгезетц, однако, мечтал, чтобы этот расфуфыренный прибор закоротило на месте. Руку он, к огромному облегчению книгоголового, все же убрал, хотя неприятное ощущение от чужого прикосновения и головокружение от какофонии запахов все еще не проходили. - Ты.. Отказываешься? - недоверчиво переспросил Вокс. Воздух вокруг Грундгезетца затрещал. Книгоголовый, однако, был недвижим - знал, что Вокс не посмеет поднять на него руку здесь и сейчас. - Вы только не переживайте так сильно, коллега. - сложив пальцы в замок, мягко прокомментировал Грунд. - Столько возможностей вокруг! - Да ты... - Вокс запнулся, вскакивая со своего места. Его разного цвета глаза на секунду мелькнули гипнотической рябью. Книгоголовый не дрогнул - теперь, когда противник увеличил дистанцию, он уже ощущал возвращающийся к нему самоконтроль, а вид эмоциональной реакции шоумена тешил его эго. - Ты не знаешь, от чего отказываешься, Грунд! Поодиночке вас всех быстро перебьют! - пытаясь спасти безнадежно ускользающее преимущество, сбивчиво заговорил медиамагнат. В воздухе начали появляться небольшие вспышки электричества. Видя, что книгоголового это не колышет, теледемон почти отчаялся. Его лицо то и дело перекашивалость пробегающей статикой и серым экраном, а голос то становился механическим, то вообще исчезал. - Играешь в "не такого, как все", да? Чувствуешь себя особенным? Посмотрим, каким особенным ты будешь, когда начнется серьезная вербовка на места оверлордов! - рявкнул он. Грундгезетц выждал несколько секунд. - Это все, что вы хотели мне сказать, коллега? - все тем же бархатистым, ровным тоном ответил грешник. Вокс, уже окончательно осознавший свое поражение, умолк. Повисшая в воздухе тишина прерывалась лишь изредка вспыхивающими молниями. Грундгезетц все так же наблюдал за теледемоном, щурясь в попытке скрыть веселый блеск глаз. Чуть придя в себя, телеголовый все же продолжил, но уже хриплее: - Я... надеюсь, ты еще передумаешь, Грунд. Не хотелось бы... не хотелось бы потерять такого особенного союзника. Затем, бросив полный бешенства взгляд на книгоголового, Вокс испарился в очередной голубой вспышке молний. Грундгезетц выиграл. *** Часы с маятником уже били второй час ночи, когда ручка офиса наконец скрипнула, впуская его владельца внутрь. Сидящая в кресле Грундгезетца Аполло встрепенулась, вскакивая с места и направляясь к демону законодательства. - О, немец-перец-колбаса! А я тут только о новом проектике задумалась...Прикинула, так сказать, цифры...- Демонесса изумленно захлопала глазами, наблюдая, как ее напарник как ни в чем ни бывало проходит мимо нее, поспешно стягивая с себя пиджак и швыряя его на стол. Затем он прошествовал к одному из несгораемых шкафов, отодвигая ящики с контрактами и выуживая неоткрытую бутылку "Егермайстера". - А что, здороваться у нас уже не в моде? - скрещивая руки на груди, язвительно бросила Аполло. Грунд, наконец, обернулся, глубоко вздыхая. - Ты уж прости, милая, что после целого рабочего дня на ногах и пары часов на этом ублюдском заседании я не бросаюсь тебе в объятия и не визжу от счастья. - саркастично закатывая глаза, он плюхнулся в свое родное кресло и откупорил бутылку. - Да не дай бог. - фыркнула Аполло, вильнув хвостом. Она давно привыкла к такой манере общения между ними. Видя, однако, как жадно книгоголовый поливает страницы своего переплета янтарной влагой, она все же предположила, что денек у ее союзника выдался не из легких. Грундгезетц выпивал до занудного редко. Позволив крепкому алкоголю обжечь горло, книгоголовый, наконец, отставил бутылку в сторону, слизывая остатки с переплета языком-закладкой. По телу разлилось приятное тепло, слегка притупляя остатки воспоминаний о тошнотворном теледемоне. Аполло неторопливо приблизилась, усаживаясь на стол прямо перед ним. - Ты хоть поделись тем, что заставило тебя нарушить обет трезвости.- уже чуть тише сказала она. - Работа. - ответ был, как всегда, лаконичным. Грундгезетц поспешно стянул бордовый галстук, будто тот его душил, и ослабил воротничок рубашки. - А поподробнее? - Меня облапал омерзительный американский телеведущий, предлагая союз. Я послал его к черту. Теперь у меня перманентная проблема в лице озабоченного телевизора и его не менее озабоченной шайки. - мрачно сыронизировал Грунд. - Достаточно подробно? Аполло скривилась, взмахнув костяным хвостом и чуть не опрокинув бутылку "Егермайстера". С Воксом они пересекались лишь однажды: тогда он, помнится, лоснил комплиментами ее питомцев-рыб...Встреча не оставила после себя приятных впечатлений. Девушка протянула ладонь, неуклюже потрепав задумавшегося книгоголового по обложке. Тот даже не воспротивился; просто слегка сощурил глаза, накрывая ее бледную ладонь своей перламутровой. Аполло задумчиво, методично провела пальцами по белой обложке. - Хочешь, я...Эм... Схожу на совещание в следующий раз? Не за бесплатно, конечно... - Видя, что бизнесмен уже собирается вывалить на нее поток возмущений, она закатила глаза. - Ладно, ладно, так уж и быть, схожу просто так. Ненавижу быть оверлордом... - Пробурчала девушка, уже думая о том, как бы ей улизнуть с собрания, ссылаясь на плохое самочувствие. - Невероятно. Ты соизволила наконец выполнить свою прямую обязанность... - съязвил мужчина, укладывая белый переплет с немецким орлом ей на колени и приобнимая ее за спину. После той сенсорной какофонии, что ему пришлось испытать, присутствие Аполло было почти что успокаивающим. Ученая обвила хвостом его плечи в ответ, про себя замечая, что бизнесмен был напряженнее обычного. - Ты.. еще не поговорил с Кармайн.? - спустя несколько минут молчания негромко спросила она. Грундгезетц поднял на нее взгляд, шелестя страницами. - Нет. Сегодня дамочка была особенно не в духе. Аполло кивнула, задумчиво отводя взгляд. - Я планировал назначить ей термин на следующей неделе. Бог весть, когда еще я смогу ее встретить до следующего собрания. Надо перестраховаться. - рассеянно проговорил Грунд, водя пальцами по ткани жилета демонессы. - Мне все равно, когда. Главное - поговори с ней. - голос Аполло был негромким, но твердым. Грундгезетц что-то неопределенно промычал, снова утыкаясь переплетом в колени девушки. Непонятно, зачем Аполло была нужна Кармилла, но устроить их переговоры пока что мог только он. Грешница не была искусным оратором, поэтому даже договориться о встрече с Кармайн не представлялось ей возможным - учитывая то, какой осторожной та была, когда дело касалось союзников. Кто знает, сколько они еще оставались в этом положении - время исчезло, лишь изредка напоминая о себе тихим шумом маятника. И, хотя в адском воздухе уже витала угроза, наши коллеги были в этот момент были необычайно безмятежны. Проблемы ведь надо решать по мере их поступления, или как там говорят.