Глава 5, в которой Северус встречает новых-старых знакомых.

      Опять было холодно. Ветер завывал за стенами замка, камин давно потух, и даже пуховое одеяло, кажется, перестало согревать. На часах пять утра, можно было бы, конечно, еще доспать пару часов до подъема, но, повалявшись немного в полудреме, Северус понял, что сон к нему больше не вернется. По крайней мере сегодня.       По щелчку пальцев явился заспанный домовик, который позевывая и метя ушами по полу, согласился принести кофе и пару бутербродов «господину бывшему директору», но только не менее чем через полчаса.       Чтобы скоротать время, Северус решил прогуляться по замку, пока его не наводнили галдящие студенты, заодно согреться. Он любил это время суток, когда сам был школьником. Филч уже спит, все остальные еще спят. Идеальный момент, чтобы проскользнуть незамеченным куда угодно: побродить в тишине библиотеки (простейшая Алохомора вскрывала замок), покидать камушки в Черное озеро, наблюдая рассвет, или упросить Выручай-комнату показать ему место, где все спрятано, и потратить пару часов до завтрака, разглядывая всевозможные вещицы из прошлых столетий.       Интересно, как она поживает сейчас, Выручай-комната.       На стене по соседству проявился замысловатый узор, отдаленно напоминающий дверь.       Что за черт…       Северус нервно проверил, на каком он находится этаже. Примерно семь этажей бродячих лестниц высились над его головой. Что ж, это было похоже на специальное приглашение.       Достав палочку из рукава (кто он такой, чтобы доверять дверям, взявшимся из ниоткуда там, где их по определению быть не может), Северус шагнул вовнутрь. Сразу за дверью начинался длинный коридор, на стенах которого висели портреты, кажется, всех бывших директоров и уважаемых преподавателей Хогвартса. Дамблдор собственной персоной, Финеас Найджелус Блэк, какая-то женщина со странными перьями в прическе, мужчина в чудаковатой шляпе… Северус не был силен в истории Хогвартса, так что большая часть лиц ему ни о чем не говорила, к тому же из-за скудного освещения картины было трудно разглядеть. А вот вдалеке, в предполагаемом конце коридора, маячил свет.       Человек, который дошел туда, обнаружил бы себя в центре небольшой хорошо освещенной комнаты, две стены которой были покрыты гобеленами в честь четырех факультетов, а третья представляла собой огромный совместный портрет Основателей. Северус выдохнул. Странность этого места невозможно было переоценить. Молодые и одухотворенные, Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин, стояли все вместе, с надеждой глядя… ну, прямо на Северуса, получается.       Первым откашлялся сам Северус.       — Кхэм… Я полагаю, что это все лишь моя фантазия, поскольку общеизвестно, что у основателей нет совместного портрета.       Слизерин нахмурился и поджал губы. Когтевран резонно заметила:       — Ну как же нет? А что же тогда перед вами, господин директор? Неужто вы не верите своим глазам? Конечно, портрет существует. Если никто не знает, где он, это не значит, что его нет.       — Молодой человек, — вежливо начал Гриффиндор, хотя на портрете он был едва ли старше Северуса, — этот портрет открывается только директорам Хогвартса, и то не всем, а лишь тем, кому требуется помощь, которую никто другой оказать не в силах.       — Но я не директор! Перестал им быть после клинической смерти в больнице святого Мунго! — почти закричал Северус. — Все полномочия переданы Макгонагалл…       — Замок, похоже, другого мнения. — заметила Пуффендуй. И будто бы в ответ на это, в воздухе замерцали свечи, и подул приятный теплый ветер.       — Проверь третий слева от статуи домовика Хуки скрытый коридор, — внезапно подал голос Слизерин, — должно помочь.       Основатели замолчали, вновь приняв изначальные позы. Кажется, аудиенция была окончена.       

***

      Это было…странно? Другого слова Северус подобрать не смог.       Какого черта я шляюсь в пять утра по непонятным мне комнатам, выслушивая чушь от портретов, вместо того чтобы заняться, скажем, чтением?       Тебе не все равно.       Очень простой ответ возник в его голове. Не все равно. Замок стал частью тебя задолго до того, как ты осмелился это признать внутри себя. Задолго до того, как ты занял должность долбаного директора, хотя совершенно этого не хотел. В Хогвартсе всегда было место для всех, обездоленных и богатых, несчастных и счастливых, одиноких и компаний.       Примерно об этом вещали со сцены выжившие на войне учителя и бывшие ученики на ежегодном Дне Победы. О том, как он был от нас далек, о Хогвартсе, о себе в его стенах, о радостях и печалях, личных победах и поражениях…       Впервые за пять лет с конца той ужасной войны, Северус будто бы приблизился к пониманию, зачем проводить все эти помпезные мероприятия. Они были будто бы психотерапия для тех, кто выжил, они помогали чуть меньше чувствовать вину за то, что они живы, а их родные, близкие, или просто знакомые больше нет.       За невеселыми размышлениями Северус добрел до своей спальни, раскрыл шторы, чтобы через окна в верхней части стены в комнату попало хоть немного солнечного света, и достал свой мобильный телефон. Вообще-то телефоны в Хогвартсе не ловят мобильную связь, но волшебник он или кто?       Досадливо потыкав по кнопкам, он вспомнил, что так и не взял номера у своей новой знакомой Виолы Томпсон. Живет она в Лондоне, рассуждал он, сова будет лететь туда целую вечность, это вам не смска. Но отчаянно хотелось поделиться небольшими нововведениями, которые он произвел в классе, с единственным человеком, кто мог бы его понять.       Да она наверняка занята, Северус, — спорил он сам с собой, — что у нее, дел что ли других нет, как с тобой лясы точить в сомнительных барах?       Но в прошлый раз же точила! И выглядела довольной! — отвечал ему второй Северус в его голове.       Память услужливо подкинула картинку из Дырявого Котла, где Виола смеялась над какой-то игрой слов, которую ворчливо выдал Северус.       Что-то про связь Мимбулус Мимблетонии с Ципой-дрипой-лимпопонией?       Неважно, она смеялась, а он был доволен тем, как проходит вечер. Настолько доволен, что забыл спросить номер телефона, как хотел ранее. Да и неизвестно, конечно, есть ли у нее телефон, — стал оправдывать себя Северус.       Есть или нет, придется отправлять сову и назначить встречу.       Заодно зонт верну.