Часть 2

Бесконечные, монотонные коридоры «Императора» тянулись во все стороны, как металлические артерии гигантского механического зверя. Аинз Оал Гоун двигался по ним незримой тенью, его костяные стопы не издавали ни звука. Карта, извлеченная из сознания штурмовика, была расплывчатой, но достаточной, чтобы найти главный информационный узел — центральный компьютерный зал. «Интерфейс не работает. "Кольцо Аинз Уал Гоун" не отвечает на ментальный зов. Инвентарь... заблокирован. Но базовые способности — [Невидимость], [Полет], простейшие заклинания контроля разума и тела — они действуют. Не через интерфейс, а через... концентрацию. Как будто я сам и есть заклинание», — анализировал он, скользя мимо патрулей. Его [Сенсоры Жизни] (которые теперь были не умением, а частью его восприятия) засекали каждую живую искру на сотни метров вокруг. Страх, скука, усталость, высокомерие — эмоции имперцев висели в воздухе, как туман, и он читал их без усилий. Компьютерный зал встретил его мерцанием голографических терминалов и тихим гулом процессоров. Несколько техников в серых комбинезонах склонились над консолями. Аинз не стал церемониться. [Купол Тишины] [Массовый Паралич] Невидимый купол отсек помещение от внешнего мира, заглушив звуки. Техники замерли в неестественных позах, их глаза закатились, сознание отключено. Аинз материализовался перед главным терминалом. Его костяной палец коснулся сенсорной панели. «Язык программирования... примитивный, линейный. Защита... грубая сила, а не тонкая магия». Его интеллект, усиленный расой повелителя нежити, рванулся на штурм. Он не взламывал код — он подчинял его своей воле, сокрушая виртуальные барьеры одним ментальным напором. Голографические экраны замерцали, протестуя, но через мгновение перед ним предстали терабайты информации. История. Политика. Технологии. Карты галактики. От Альдераана до Татуина. Республика. Войны клонов. Император Палпатин. Орден джедаев. Сита. Сила. Малиновые огоньки в глазницах Аинза горели неярко, поглощая данные с пугающей скоростью. «Галактическая Империя... тоталитарный режим, построенный на страхе. Аналог тиранических королевств из игр. Технологический уровень превышает всё, что я знал... но социальное устройство удивительно примитивно. Сила... мистическая энергия, связывающая всё живое. Её тёмная сторона питает Императора и его ученика. Джедаи... светлая сторона... уничтожены». Он нашел записи о Дарте Вейдере. Подавление повстанцев. Невероятная мощь в Силе. Жестокость, возведенная в принцип. «Угроза высочайшего уровня. Потенциально сравним с игроками сотого левела или владельцами мировых предметов. Но его сила имеет источник — эту "Силу". А у меня... источник — я сам. И наследие Назарика, которое пока недоступно». Мысли о Назарике вызвали острую, почти физическую боль в груди, где когда-то билось сердце. Где теперь был лишь магический кристалл, поддерживающий его не-жизнь. Он сосредоточился на главном: «Мне нужна база. Ресурсы. И... слуги». Он углубился в архивы, ища нужное. И нашел. Отдалённая научно-исследовательская станция на границе Внешнего Кольца, «Сектор Мууна». Проект «Теней» — попытка имперских учёных синтезировать искусственных существ, управляемых через кибернетику и остаточные явления Силы. Результаты плачевны, финансирование урезано. Станция обречена на закрытие. Идеальная цель. Аинз отключил терминалы. Он посмотрел на замерших техников. Мысль убить их была логичной — устранить свидетелей. Но логика Сатору Сузуки, офисного работника, на мгновение пересилила холодный расчёт Повелителя. Эти люди были ничтожны. Их смерть ничего не даст, но может привлечь ненужное внимание раньше времени. [Управление Памятью: Стирание] Он стёр последние минуты из их памяти, оставив лишь смутное ощущение провала и головной боли. Затем растворился в [Невидимости] и покинул зал, сняв заклинания. Техники пришли в себя, недоуменно потирая виски, списав всё на переутомление. --- Дарт Вейдер стоял на мостике «Императора», сжимая перила в железной хватке. Его чёрная маска была повёрнута к виду на звёзды, но внутренний взор был обращён внутрь корабля. — Отчёт, — прошипел он, не поворачиваясь. Капитан Пиетт, бледный и подобострастный, выступил вперёд. — Мой лорд, инцидент в секторе G-56 расследован. Двое штурмовиков найдены без сознания. Они не помнят, что произошло. Сканеры не зафиксировали несанкционированного доступа или неопознанных форм жизни. Возможно, сбой в системе жизнеобеспечения... — Сбой, — голос Вейдера был полон яда, — не вызывает волну страха, которая ощущается в Силе. Нечто было здесь. И скрылось. Он чувствовал это. Холодное, чужеродное присутствие, подобное тени от несуществующей звезды. Оно не излучало Силу, но поглощало её вокруг себя, создавая вакуум в живом потоке галактики. Это было... не естественно. — Удвойте патрули. Проверьте все доки и грузовые отсеки. И принесите мне журналы посещаемости компьютерного ядра за последний час. — Слушаюсь, мой лорд. Вейдер развернулся, его плащ взметнулся. Угроза была неясной, но реальной. И пока Император был занят своими планами, он, Вейдер, разберётся с этим сам. В галактике не может быть двух Тёмных Владык. --- Аинз Оал Гоун уже покидал «Император». Он нашёл ангар с небольшими транспортными шаттлами класса «Лямбда». Охранники и пилоты были обработаны комбинацией [Гипноза] и [Контроля Разума]. Они видели в нём высокопоставленного офицера Имперской Безопасности в чёрном мундире с бесстрастным лицом — иллюзия, поддерживаемая постоянным заклинанием [Иллюзия Высшего Уровня]. Шаттл отстыковался и ушёл в гиперпространство по заданным координатам. Аинз сидел в кресле пилота, глядя на мелькающие полосы света тоннеля. Его планы начали обретать форму. 1. Захват станции «Муун». Слабый гарнизон, отчаявшиеся учёные. Идеальная точка для начала. С помощью магии контроля он подчинит их, сделав первым ядром новой организации. 2. Исследование «Силы». Он должен понять эту энергию. Возможно, её можно адаптировать, подчинить, или... использовать для подпитки магии. Его расовые навыки «Тёмного Ритуала» и «Поглощения Души» могут найти здесь неожиданное применение. 3. Поиск артефактов. В галактике должны быть места силы, древние реликвии. Их энергия может стать ключом к восстановлению связи с Назариком или открытию портала. Мир, где есть «Сила», может скрывать аналоги мировых предметов. 4. Создание легиона. У него есть знания некромантии высшего порядка. Даже без доступа к полному арсеналу заклинаний, его базовая способность создавать нежить и подчинять тёмных существ может работать. На станции найдутся биоматериалы для первых экспериментов. Шаттл вышел из гиперпространства у холодной, безжизненной планеты. На её орбите висела уродливая, угловатая станция, похожая на мёртвого паука. «Проект Теней». Аинз почувствовал слабые, искажённые импульсы жизни внутри — страх, отчаяние, безумие. «Хорошо», — подумал он, и в его мысленном голосе зазвучали первые нотки нечеловеческого удовлетворения. «Отчаяние — лучшая почва для лояльности. Страх — прочнейший фундамент власти». Шаттл получил разрешение на стыковку. Аинз отменил иллюзию. Пусть они увидят его истинный облик. Пусть поймут, к кому перешло их хрупкое владычество над этим металлическим гробом. Двери шлюза открылись с шипением. В сером, залитом холодным светом коридоре его встретили растерянный имперский офицер и два нервных штурмовика. За ними виднелись фигуры в потрёпанных лабораторных халатах. Величественный скелет в ониксовой мантии ступил на пол станции. Посох с чудесным сиянием семи цветов слегка ударил о металл, и звук, похожий на погребальный звон, прокатился по коридору. Все присутствующие замерли, охваченные леденящим душу ужасом, исходящим от фигуры. — Я, — голос Аинза был тих, но заполнил собой всё пространство, проникая прямо в разум, — Аинз Оал Гоун. Отныне эта станция, все её ресурсы и все, кто на ней находится, принадлежат мне. Ваши прежние жизни кончились. Служите хорошо, и вы будете частью нового порядка. Проявите глупость... и станете материалом для него. Малиновые огоньки медленно обвели потрясённые лица. — Приведите меня к руководителю проекта. И покажите... ваши «тени». Великое Приключение в галактике далёкой-далёкой только что обрело свою первую цитадель. И в холодной пустоте космоса зажглась первая искорка новой, беспощадной воли.