Часть 5

Медитационная камера Дарта Вейдера, Звездный Разрушитель «Император» Механическое дыхание было единственным звуком в герметичной тишине. Вейдер стоял неподвижно, его черный силуэт растворялся в полумраке камеры. Перед его внутренним взором вновь и вновь проигрывалась схватка. Не сама битва — она была хаотичным вихрем ярости и стали. А после. Спокойный, аналитический голос скелета, разрешающего ему уйти. То, как его собственная мощь, его молнии, его гнев, разбивались о ледяное, безразличное всеведение. В Силе станция «Муун» теперь ощущалась как растущая черная дыра. Не просто пустота. Активная, поглощающая пустота. Она медленно, но верно высасывала окружающие эфирные токи, создавая мертвую зону в космосе. Флот, окутавший её кольцом блокады, уже докладывал о сбоях в дальних сканерах и падении эффективности энергощитов на ближайших кораблях. Это была не атака. Это был побочный эффект её простого существования. Капитан Пиетт, бледный как полотно, стоял перед ним на мостике час назад, когда «Ночной ястреб» вернулся. — Мо… мой лорд. Ваши повреждения… — Неважно, — отрезал Вейдер, даже не взглянув на него. — Станция. Что с ней? — Она… активна, лорд. Энергопотребление выросло на 400%. Но не на оборону. Сканеры фиксируют масштабные внутренние перестройки. Силовые поля, неизвестного типа, окутали ключевые секции. И… — Пиетт сглотнул. — И мы зафиксировали несколько коротких, сверхсветовых прыжков малых объектов снаружи блокады. Они появились словно из ниоткуда и исчезли прежде, чем истребители смогли перехватить. — Куда? — В разные стороны Внешнего Кольца, лорд. К заброшенным шахтерским колониям, к старым ретрансляторам… к местам, где нет ничего ценного. Разведка. Или сбор ресурсов. Существо не просто оборонялось. Оно расширялось. С холодной, нечеловеческой эффективностью. Теперь Вейдер смотрел на голограмму, проецируемую с его бортового компьютера. Это была запись битвы, замедленная и разбитая на кадры. Каждый парирующий удар скелета, каждое его минимальное движение. Ничего лишнего. Чистая, смертоносная экономия. Анализ энерговыделений показывал аномалии, не совпадающие ни с одной известной технологией или проявлением Силы. «Аинз Оал Гоун». Это имя надо было сообщить Императору. Но прежде… прежде нужно было понять. Потеря двух отрядов, личное унижение — это можно было списать на тактическую неудачу, встречу с неизвестным видом оружия. Но если это существо действительно было чем-то большим… Вейдер с силой сжал кулак. Голограмма взорвалась искрами и погасла. Решение созрело. Нужны были не грубая сила, а информация. И для её добычи были специальные инструменты. Он активировал секретный канал связи, зашифрованный на уровне, доступном лишь ему и его Мастеру. — Гранд-инквизитор, — прошипел Вейдер в комлинк. --- Станция «Муун», центральный реакторный зал (переименованный в «Ядро Возрождения») Трансформация была пугающей по своему размаху и скорости. Аинз Оал Гоун не тратил время на ремонт. Он перестраивал. Под его руководством дроиды «Тени» и их отряды штурмовиков-марионеток работали с безупречной, круглосуточной эффективностью. Они не уставали, не ошибались, не задавали вопросов. Тень-1 стала его прямым исполнителем, её разум, усиленный его волей, координировал тысячи одновременных задач. Старое имперское оборудование разбиралось. Не на запчасти — на сырьё. В гигантских плавильных печах, сооруженных вокруг главного реактора, переплавлялись металлы, пластали, электроника. А из этих расплавов, под управлением Аинза и доктора Кора (чей научный гений, наконец, получил неограниченные ресурсы и… мотивацию), рождалось нечто новое. Используя принципы магической инженерии Назарика, адаптированные к местным технологиям, они создавали гибридные конструкции. Каркасы из местного сплава усиливались руническими кругами, вытравленными плазмой. Энергетические потоки реактора пропускались через кристаллические матрицы, настроенные на излучение негативной энергии. Станция медленно превращалась в гигантский ритуальный комплекс, машину для преобразования материи и энергии в соответствии с волей её Повелителя. Аинз стоял на новой командной платформе, возвышающейся над кипящим котлом созидания. Перед ним парили несколько голограмм. Одна показывала схему станции, где целые сектора меняли цвет с имперского серого на глубокий ониксово-фиолетовый. Другая — карту сектора с отметками. Маленькие, почти невидимые зонды, созданные из переработанных обломков шаттлов и сканеров, уже бороздили окрестные системы. Они искали два типа ресурсов: редкие минералы, пригодные для магического усиления, и… жизнь. Концентрации биомассы, которые можно было бы собрать и использовать. — Верховный Повелитель, — голос Тени-1 прозвучал рядом. — Зонд «Разведчик-3» передал данные. В системе GT-558, на третьей планете, обнаружены значительные залежи кристаллов аджида. Местная флора демонстрирует аномально высокое содержание мидихлорианов. Имеется примитивная фауна. Уровень угрозы — минимальный. — Мидихлорианы… — Аинз повторил слово, которое всё чаще встречал в данных. Симбиотические микроорганизмы, отвечающие за связь с Силой. Источник силы его противников. И потенциальное… топливо. — Подготовьте экспедицию. Приоритет — кристаллы. Биомассу собрать по возможности. Используйте шаттл класса «Гамма», модифицируйте его грузовые отсеки под контейнеры для живых образцов. — Слушаюсь. Команду возглавит Тень-7. Отряд штурмовиков сопровождения — двенадцать единиц. Аинз кивнул. Его разум был занят более масштабным проектом. Глядя на бурлящую энергию реактора, он обдумывал идею. В Назарике были Стражи — могущественные НПС, защищавшие каждый этаж. Здесь, в этом мире машин и энергии, он мог создать нечто подобное. Не из плоти и кости, а из стали и чистой воли. «Тени» были хорошим началом, но они — инструменты, солдаты. Ему нужен был Командующий. Существо, способное не просто выполнять приказы, но и мыслить стратегически в рамках этой новой реальности. Он посмотрел на доктора Кора, который, залитый синим светом голограмм, что-то яростно вычислял на терминале. — Доктор. Проект «Страж». Ваши соображения? Кор вздрогнул и обернулся. Его глаза горели. — Теоретически… возможно, лорд Аинз. База — усиленный каркас «Тени». Но вместо имплантов Силы… — он сделал паузу, боясь произнести это вслух, — …мы используем кристаллическую матрицу, настроенную на ваш энергетический отпечаток. Как у дроидов, но в миллион раз сложнее. Ядро процессора будет не кремниевым, а… органико-кристаллическим гибридом, выращенным из образцов биомассы и насыщенным негативной энергией от реактора. Это будет не искусственный интеллект. Это будет… искуственная душа. Ваша душа, вложенная в машину. Аинз замер. Искусственная душа. Аватар его воли. В Иггдрасиле такое было бы невозможно. Но здесь, где Сила связывала всё живое, где материя и энергия были более… податливыми… Это имело смысл. — Начните проработку концепта. Используйте все доступные ресурсы, — приказал он. — И, доктор… ускорьте работы по «Защитному Контуру». Наши гости не заставят себя долго ждать. Следующий визит будет более… изощренным. --- Гиперпространство, на борту фрегата «Молот Инквизитора» Он не был похож на Вейдера. Где Вейдер был сгустком ярости и мощи, этот человек был живым воплощением ледяного, пронзительного любопытства. Гранд-инквизитор, бывший джедай-хранитель храмов, а ныне — главный охотник на остатки своего Ордена. Его желтые глаза, помутневшие от погружения в Тёмную сторону, изучали данные, переданные Вейдером. — Интересно, — его голос был шипящим, как змеиный. — Никаких следов Света. Но и Тьма… она другая. Не питается эмоциями. Она их отрицает. Поглощает. — Может ли это быть ситхской алхимией? Древним ритуалом, забытым даже Императором? — спросил голос Вейдера из динамика. — Ситхская алхимия изменяет, искажает, но не отрицает саму жизнь, — задумчиво ответил Инквизитор. — Это… вне парадигмы. Как чёрная дыра. Вы говорите, он контролирует разум? — Полностью. Без остатка. Он превращает живых существ в идеальные механизмы. На лице Инквизитора промелькнула хищная улыбка. — Контроль разума — это сила джедаев. Но в таких масштабах… Это не джедай. Это нечто, что считало джедаев и ситхов всего лишь… разными сортами топлива. Я хочу увидеть это сам, лорд Вейдер. — Ваша задача — не «увидеть». Ваша задача — проникнуть, изучить и найти слабость. Возьмите с собой Пятого и Девятого братьев. И элитный отряд штурмовиков-ветеранов, прошедших ментальную закалку. — Проникнуть? — Инквизитор усмехнулся. — Он почувствует нас в Силе за версту. Его станция — мертвая зона. — Именно поэтому вы не будете полагаться на Силу, — ответил Вейдер. — Вы будете полагаться на старомодный шпионаж и технологию. Мы отправим к станции «грузовой конвой» с «поломанным» гипердрайвом. Вы будете на борту, скрытые от сканеров свинцовыми криптами и сенсорными маскировками. Конвой запросит экстренную помощь. Посмотрим, откликнется ли это… существо. И если да — как. Инквизитор кивнул, его ум уже работал над задачей. Охота на джедаев была скучной рутиной. Это… это был вызов. Возможность столкнуться с чем-то абсолютно новым, изучить это, а возможно — подчинить или уничтожить. — Мы выдвинемся в течение часа, — сказал он. — Ожидайте отчёта. Связь прервалась. Вейдер остался в тишине своей камеры. Он послал Инквизитора не только для сбора информации. Он послал его как пробный шар, как расходный материал, чтобы понять глубину способностей противника. Если Инквизитор падёт… это будет ценной данью. А если нет… то у Вейдера появится ключ. А на станции «Муун» Аинз Оал Гоун, стоя перед зарождающимся в энергетическом котле силуэтом будущего Стража, получил доклад от Тени-1. — Верховный Повелитель. Сканеры дальнего действия засекли три грузовых транспорта класса «Буран». Они вышли из гиперпространства на нестабильной траектории вблизи блокады. Передают сигнал бедствия. Указывают на критический сбой гипердвигателя и потерю управления. Имперские корабли блокады… игнорируют их. Малиновые огни в глазницах Аинза сузились. — Слишком вовремя. Слишком… очевидно. — Он на мгновение задумался. — Прикажите зондам просканировать их на максимальной мощности. Особое внимание — на ментальные экранирования и скрытые энергосигнатуры. И приготовьте «Гостевой отсек». Если они так хотят попасть внутрь… пусть войдут. Но по нашим правилам. Сигнал бедствия повторялся с нарочитой, почти театральной регулярностью. «…гравитационная аномалия… сбой навигации… нуждаемся в убежище…» Голос «капитана» был наполнен ровно той долей паники, какая и положена человеку на грани гибели, но без истерики. Профессионально. На мостике «Молота Инквизитора», скрытого в недрах самого большого транспорта «Бурана», Гранд-инквизитор наблюдал за станцией. Она висела в черноте, уродливая и молчаливая, как гробница. Но теперь, через усиленные сенсоры, он видел больше. Видел, как от неё тянутся тонкие, почти невидимые щупальца энергетических полей, высасывающие слабый свет звезд. Видел, как её поверхность, прежде серая, теперь отливает зловещим фиолетовым в местах стыков плит. Это была не просто станция. Это был паразит, привившийся на теле реальности. — Никакого ответа, — доложил Пятый брат, его молодое, жестокое лицо было искажено нетерпением. — Они игнорируют. — Они не игнорируют, — поправил его Инквизитор, не отрывая желтых глаз от экрана. — Они взвешивают. Это существо мыслит. Оно не руководствуется состраданием или долгом. Оно оценивает риск и выгоду. И наш спектакль… недостаточно убедителен. — Что предлагаете? — вступила в разговор Девятая сестра, её голос был холоден и циничен. — Подорвать один из транспортов? Создать реальную угрозу? — Нет. Слишком грубо. Он заподозрит ловушку сразу, — Инквизитор задумался. Его пальцы, покрытые тонкими шрамами от светового меча, постукивали по консоли. — Мы дадим ему то, что он не сможет проигнорировать. То, что будет представлять ценность даже при очевидном риске. Он отдал приказ. Через несколько минут один из «Буранов» — не тот, где прятались инквизиторы, а самый дальний, — начал передавать новый сигнал. Не просто запрос о помощи. Данные. «…имеем на борту груз категории «Омега»… экспериментальные кристаллы с планеты Кристан… подверглись спонтанной энергетической мутации во время скачка… излучают аномальные частоты… не можем гарантировать стабильность…» Кайберкристалы. Основа световых мечей. И мутировавшие, нестабильные кристаллы — это именно тот вид «интересного», опасного и потенциально полезного мусора, который мог привлечь внимание существа, явно увлеченного перекраиванием реальности. На станции сигнал был принят. Тень-1, стоя рядом с Аинзом, немедленно предоставила справку. — Фокусируют и усиливают энергетические потоки, в частности — Силу. Мутировавшие образцы — редкость. Могут обладать непредсказуемыми свойствами. В имперских архивах упоминаются как предмет исследований и… как опасные артефакты, способные к спонтанным взрывам с выбросом плазменной энергии. Аинз молчал несколько секунд. Его логика работала. Приманка очевидна. Но приманка интересная. И это меняло расчёт. Если это ловушка, то противник потрудился сделать её качественно. Значит, и сам противник представляет больший интерес, чем стандартные имперские солдаты. — Ответьте, — наконец произнес он. — Разрешаем стыковку только одному транспорту — тому, что заявляет о наличии груза. Остальные — остаются на дистанции. Координаты стыковочного шлюза передайте. И активируйте протокол «Встреча гостей». --- Шлюз «Гостевого отсека» был переделан до неузнаваемости. Вместо имперского серого — гладкий, темный металл, в который были вплавлены слабо пульсирующие фиолетовые линии, образующие сложные геометрические узоры. Воздух был стерильно холодным и пахнул озоном. Освещение — приглушенное, источники света скрыты. Из стен торчали странные, похожие на щупальца или стебли растения, сенсорные массивы. В конце зала, перед внутренней дверью, стояли четыре фигуры. Двое штурмовиков. Но не белых. Их броня была перекрашена в матовый черный цвет, а на плечах и груди горели те же фиолетовые руны. Они стояли, недвижимые, с зачехленными бластерами. И две «Тени» — Тень-3 и Тень-5. Их хромированные тела отражали тусклый свет, фиолетовые глаза холодно смотрели на входящий транспорт. «Буран» с шипением пристыковался. Шлюз открылся. Из него вышел не капитан-торговец. Вышел Гранд-инквизитор. Он был в своей темной, функциональной броне, световой меч висел на поясе. Его желтые глаза мгновенно оценили обстановку, скользнув по стенам, сенсорам, стражам. Он почувствовал… ничего. Тот же леденящий вакуум, о котором говорил Вейдер. Сила вокруг была мертва, подавлена. Он был слеп и глух в своем самом главном чувстве. Это было неприятно, тревожно, но и… возбуждающе. За ним вышли Пятый брат и Девятая сестра, а также десяток штурмовиков в стандартной белой броне, но с нехарактерно пустыми, отрешенными лицами — ветераны, прошедшие ментальную подготовку против джедайских трюков. Они несли несколько укреплённых контейнеров. — Добро пожаловать, — голос Тени-3 был мелодичным и абсолютно бесстрастным. — Верховный Повелитель Аинз Оал Гоун предоставил вам убежище. Пожалуйста, проследуйте для досмотра и дезинфекции. Оружие и потенциально опасные артефакты будут изъяты на время визита. Пятый брат едва заметно двинулся вперед, его рука потянулась к мечу. — Нас будет обыскивать железка? — его голос был полон презрения. — Это — условие, — парировала Тень-3, не моргнув. — Вы можете вернуться на свой корабль и попытать счастья у имперской блокады. Инквизитор поднял руку, останавливая брата. Его глаза сузились. Он смотрел не на дроида. Он смотрел на узоры на стенах. Они пульсировали в такт его сердцебиению. Нет. Они предвосхищали его сердцебиение. Они считывали его на каком-то фундаментальном, биологическом уровне. «Он уже здесь. Он наблюдает», — понял Инквизитор. — Мы согласны на условия, — сказал он, расстегивая пояс и протягивая свой изогнутый световой меч. — Проявляем добрую волю. Контейнеры с «кристаллами» и оружие штурмовиков были помещены в выдвижные ниши в стене, которые мгновенно закрылись. Затем из потолка опустились тонкие щупальца с распылителями. Облако мелкой, серебристой пыли окутало группу. Пыль оседала на броню, кожу, но не причиняла вреда — это были наносенсоры. — Сканирование завершено. Биологические угрозы не обнаружены. Проследуйте, — Тень-5 жестом указала на внутреннюю дверь. Их повели по длинным, извилистым коридорам. Станция внутри была ещё более чуждой, чем снаружи. Металл здесь, казалось, рос, образуя странные, органичные наплывы и структуры. Где-то слышалось тихое гудение энергии, где-то — щелканье и скрежет механизмов. Они миновали несколько открытых пространств, где черные штурмовики и «Тени» работали над какими-то аппаратами, не обращая на гостей ни малейшего внимания. Наконец, их привели в просторное помещение, напоминавшее лабораторию, с прозрачной стеной, за которой клубился энергетический туман реакторного ядра. В центре комнаты, за простым металлическим столом, стоял Аинз Оал Гоун. Он был без своего посоха. Просто высокий, величественный скелет в ониксовой мантии. Его малиновые огни медленно перевели взгляд с Инквизитора на его спутников и обратно. — Гранд-инквизитор, — произнес Аинз. Не вопрос. Констатация. — И двое ваших… учеников. Вы проделали долгий путь под столь творческим предлогом. Я ценю усилия. Инквизитор склонил голову, стараясь скрыть вспыхнувшее в нем волнение. Существо знало его. Звало. Это был первый контакт, не через бластерные залпы, а через слова. — Лорд Аинз Оал Гоун, — начал он, выбирая тон — не раболепный, но уважительный. — Мы пришли не с пустыми руками. И не только с кристаллами. Мы принесли… информацию. Ту, что, как мы полагаем, может вас заинтересовать больше, чем артефакты. — Информация — всегда ценная валюта, — кивнул Аинз. — Но прежде, чем торговаться, давайте установим правила. Вы здесь по моей воле. Ваши корабли на орбите удерживаются не только вашими пилотами, но и системами станции. Любая попытка агрессии, любого обмана, будет расценена как нарушение гостеприимства. И последует немедленная… нейтрализация. В его голосе не было угрозы. Была простая физика. Как закон тяготения. — Мы понимаем, — сказал Инквизитор, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. Он верил каждому слову. — Наша цель — взаимовыгодный диалог. Империя… заинтересована в вас. Не как в угрозе, а как в потенциальном… союзнике. Или, по крайней мере, в нейтральной силе. Аинз прошел к столу и жестом пригласил их сесть. Странно, видеть, как скелет совершает такие обыденные жесты. — Союзнике? Ваш Дарт Вейдер имел иное представление о диалоге. — Лорд Вейдер… действовал в рамках стандартного протокола для неопознанных угроз, — ответил Инквизитор. — Теперь, когда первичный контакт установлен, протокол меняется. Империя обширна. В ней есть место для многих сил. Особенно для тех, кто может предложить нечто уникальное. Например… ваш метод контроля над разумом. Ах, вот она, первая ставка. Прямо к делу. — Метод не передаваем, — сухо ответил Аинз. — Он является производной моей собственной природы. Но его результаты… могут быть воспроизведены в ограниченном виде. Зачем Империи это? — Представьте армию, — вступила Девятая сестра, её глаза блестели. — Абсолютно лояльную, не знающую страха, сомнений, усталости. Армию, которой можно приказать всё и которая выполнит приказ без колебаний. Для подавления восстаний, для завоевания непокорных миров… Это мечта любого командующего. — Вы хотите, чтобы я создал для вас таких солдат? — уточнил Аинз. — Мы хотим понять, можете ли вы, — поправил Инквизитор. — И каковы будут условия. Император… щедр к тем, кто приносит ему силу. Аинз замолчал, его огненные глаза будто смотрели внутрь себя. Он видел расклад. Они лгут, конечно. Их цель — выведать секреты, найти слабость, а возможно — захватить его самого. Но они также предлагали доступ. Доступ к ресурсам Империи, к её знаниям, к её инфраструктуре. Быть «нейтральной силой» в тени такого колосса… это давало время. Время для роста, для изучения Силы, для завершения «Стража». Это была опасная игра. Но Великое Приключение никогда не было безопасным. — Обсуждение возможно, — наконец сказал он. — Но прежде, чем говорить о будущем, давайте проверим вашу «добрую волю» в настоящем. Вы принесли кристаллы. Продемонстрируйте их. Здесь и сейчас. А я, в свою очередь, продемонстрирую вам кое-что… о возможностях переработки. Он жестом подозвал Тень-1, которая вынесла один из контейнеров и поставила его на стол. Инквизитор, обменявшись взглядом с Пятым братом, кивнул. Брат открыл контейнер. Внутри, на мягкой подложке, лежало несколько кристаллов. Но они не сияли чистым светом. Они были мутными, с внутренними черными прожилками, и от них исходило слабое, болезненное тепло. — Мутация вызвала внутренний разлад, — пояснил Инквизитор. — Они нестабильны. Попытка использовать их в световом мече приведет к взрыву. Аинз протянул костяную руку над контейнером. Он не прикасался к кристаллам. Он просто… сосредоточился. Его воля, холодная и чуждая, обволокла их. Он чувствовал искаженную, больную энергию внутри — Силу, скрученную в узлы боли и хаоса. И он начал её распутывать. Не очищал, как с дроидами. Нет. Он применил принцип, обратный своему [Прикосновению Бесплодной Земли]. Если то заклинание привносило смерть и распад, то сейчас он, с величайшей осторожностью, попытался… перенаправить. Выровнять хаотичные потоки, стабилизировать структуру, используя ту самую негативную энергию, что наполняла станцию, как стабилизирующий каркас. Кристаллы на столе затрепетали. Черные прожилки начали светлеть, превращаясь в серебристые нити. Мутный свет прояснялся, становясь глубоким, бархатно-фиолетовым. От них перестало исходить тепло — теперь они излучали холодный, безэмоциональный свет, очень похожий на свет в глазах «Теней». Процесс занял меньше минуты. Когда Аинз убрал руку, в контейнере лежали совершенно иные кристаллы. Гармоничные. Стабильные. И наполненные тихой, леденящей мощью, которая не была ни Светом, ни Тьмой в привычном понимании. Гранд-инквизитор замер, его желтые глаза были расширены от изумления. Он чувствовал это, даже в мертвой зоне. Энергия кристаллов теперь резонировала с энергией станции. Это было невозможно. Ни один ситх, ни один алхимик не мог так… исправлять Силу. — Вот что я могу предложить, — тихо сказал Аинз, его голос прозвучал громко в гробовой тишине лаборатории. — Не просто контроль. Трансформацию. Теперь, господин Инквизитор… давайте поговорим об Империи. И о том, какое место в ней вы мне предлагаете. И главное — какую цену вы готовы заплатить за моё… сотрудничество. Игра началась. И на этот раз фигуры двигались не на поле боя, а на шахматной доске политики и власти. И Аинз Оал Гоун только что сделал первый, очень красноречивый ход.