Двойная жизнь

Когда он был маленьким, нянюшка рассказывала ему легенды и мифы родной Набу. О чучунах, стройных и среднего роста, атлетического телосложения человекоподобных существах, проживающих в горах Галло. Они покрыты шерстью и боятся огня, живут в семьях по трое-четверо и общаются свистом. Но почти цивилизованны — носят одежду из шкур, пользуются каменным оружием: ножами, топорами и даже иногда луками. Не стоит злить хозяев гор, к ним нужно относиться с уважением и при встрече дарить металлические вещи, до которых они весьма охочи. На Лианормских болотах проживали иччи, духи природы, занимавшие кочки, деревья и некоторые луга. Отличить занятое место от свободно было не сложно — иччи меняли цвета своего дома: видишь среди серых камней серебристый — вот он дом духа. Видишь среди пожухших полянок ярко-зелёную: не ступай на неё без приглашения или дара. Иччи любили яркие ленты, заколки и бусины, набуанское молоко и звонкие блестящие монетки, которые суеверные набуанцы нанизывали как браслеты и всегда носили с собой в качестве украшений. В озере Паонга же обитают сюлюкюны, морские черти, всегда готовые затащить неумелого ныряльщика в свои пещеры. Многоногие и многоглазые морские чудовища не выносят яркого света, поэтому купаться в озёрах можно только при безоблачной погоде и ближе к полудню. Самым же неприятным жителем Набу является Улу Тойон — бог смерти и зла. Он живёт на самой высокой горе, пике Джи’Мар, и с туманами, спускаясь в долины, крушит леса свирепыми бурями и насылает болезни на людей и животных. Но гораздо хуже всех этих мистических, но всё же родных жителей Набу, были джедаи. Злобные колдуны, укравшие из семьи Ким будущего короля, запудрившие своим колдовством голову родителям маленького Ронара, они стали детским кошмаром впечатлительного мальчика. — Нянюшка, — робко спрашивал четырёхлетний Шив, — а если и у меня будет много этих, как их… мидианов? — Мидихлорианов, милый, — поправляла его нянюшка. — Да, их, — чуть не плача ответил малыш. — Меня тоже украдут в этот их орден? — Не волнуйся, милый, — успокаивала его женщина. — Анализ на мидихлорианы больше не сдаёт ни один набуанец. И успокаивающе обнимала его, стирая слёзы. — Ты в безопасности, малыш, ты в безопасности.

***

О том, что нянюшка была не совсем права, заявляя, что он в безопасности, Шив понял лет в семь, когда после непрекращающейся недели ночных кошмаров у подопечного милая Джайна сошла с ума. Шив чувствовал, что это его влияние погубило разум нянюшки, но пока так и не смог понять, как взять это внутреннее «что-то» под контроль. Священник, вызванный на всякий случай, указал мальчику на необходимость молитв и поста — что неожиданно помогло: монотонность и бесконечное повторение одних и тех же строк вводило разум в подобие транса, где его внутреннее «что-то» текло спокойной полноводной рекой, больше не пытаясь всплесками навредить окружающим его разумным, а недостаток энергетически насыщенных веществ в пище успокаивал тело. Никто из семьи так и не понял, что произошло с няней наследника — сначала искали отравителя, потом конкурента — после похищения юного Ронара Кима джедаями, в выборах '905 года на должность Короля автоматически побеждал Шив, ибо у остальных королевских семей детей подходящего возраста не нашлось; соперники юного Палпатина на право занимать трон были либо слишком юны, либо слишком стары, чтобы участвовать в следующей гонке. Сейчас должность Королевы занимала Шармила Топало, с тронным именем Дейгурана, и она будет переизбрана на второй срок в следующем году. Шив сполна использовал время, пока был единственным ребёнком в семье — по традиции в королевских семьях дети рождались с разницей в восемь лет (два срока Короля или Королевы на троне) и годы рождения наследников всегда согласовывались между Домами. Так, его матушка ожидала появления второго ребёнка в следующем году и Шив очень рассчитывал на сестру, которую было бы желательно пристроить замуж за рождённого в этом году наследника Дома Парнелли. И хотя отец, Косинга Палпатин, сыном не интересовался, мать — Отерия Палпатин, урожденная Ким, подошла к воспитанию сына со всей серьёзностью. Да и её кузен — Видар Ким, потерявший в джедайском ордене младшего сына, нашёл утешение в юном племяннике. Пока же, лучшие учителя, гувернёры и обучающие программы, забота и постоянное внимание дяди, заменившего отца, и матери — да, это время мальчику нравилось. Он рос умным, амбициозным, хватким и очень энергичным. Уже к пяти годам Шив чувствовал, что восьми положенных часов сна ему слишком много, и научился неслышно прокрадываться в библиотеку или кабинет матери, чтобы почитать что-нибудь интересное, пока остальные домочадцы спят. Мать, помимо руководства предприятиями своей новой семьи, занимала в Королевском консультативном совете (и Правящем Совете, соответственно) должность первого консультанта по экономическим связям, что фактически приравнивалось к должности министра внешнеэкономических связей большинства из планет Внутреннего кольца. И документы, которые она приносила домой, были порой невероятно интересными. Шиву нравилось распутывать хитро закрученные формулировки договоров на поставку, указов на пошлины и налоги на сверхприбыль. Он млел от сухого крючкотворства и бюрократического языка официальных декретов, от нахождения лазеек и непредусмотренных «дыр» в самых, казалось бы, основополагающих документах родного мира — Конституции Набу и Налогового Кодекса. Дядя Видар, видя такую тягу к политике и экономике, лишь посмеивался — будущему Королю не повредит уметь обходить принимаемые им же самим законы. А уж как виртуозно юный Шив умел выкручивать строчки из разных постановлений, указов и резолюций — просто любо-дорого смотреть. И уже прикидывал, куда бы приставить умненького племянника — нынешний Сенатор от Набу был «ни рыба ни мясо»: самому что ли занять проблемную должность? Тогда же Шив впервые почувствовал, что ощущает эмоции других людей, их стремления, интересы и желания. И начал учиться манипулировать окружающими: мягкое подталкивание здесь, аккуратное подтормаживание там — и вот отец уже дарить сыну первый спидер, а мать — поездку в столицу, на практикум для юных Законников. Ночные кошмары, после длительной молитвы перед сном, также упорядочились — Шив уже мог что-то из показанного наутро запомнить и после обдумать. Он стал легче отличать — что сон, а что реальность, и постепенно приучил мозг не бояться фантазий. Мальчик твёрдо намеревался огранить и эти свои необычные таланты, поэтому шёл вперёд с упорством ранкоров, известных, помимо прочего, ещё и тем, что могли выслеживать свою добычу годами. Игнорировать необычное и дальше было совсем не в характере Шива, поэтому найдя в голонете открытую информацию о пользователях Силы, он без труда определил что-то очень похожее у себя самого. Требовалось провести проверку, но только так, чтобы никто не узнал. Не став откладывать в долгий ящик, Шив обратился к семейному медику с вопросом о пресловутых мидихлорианах и тесте на них. Тест был запрещён для всех граждан Набу, но у медика имелся простенький переносной тестер, не дающий большой точности, но могущий показать примерный уровень этих телец на клетку. Доктор жестом указал пациенту, где лежит приборчик и дипломатично вышел из кабинета. Шив, не став медлить, загрузил в приборчик каплю своей крови. Почти шесть тысяч. Много это или мало? — Доктор Сайрас, — спросил юный наследник, когда мужчина вернулся в свой кабинет, — а какой средний показатель этих мидихлориан по галактике? — Полторы-две тысячи, — ответил доктор. — В Орден Джедаев принимают разумных с уровнем выше трёх с половиной тысяч на клетку. — Спасибо, доктор, кстати, я случайно наступил тут на что-то, робот-уборщик уже убрал осколки. Понятливый доктор согласно вздохнул, принял чек за консультацию и попрощался с юным Палпатином. Обучение наследника, тем временем, продолжалось. Дядя Видар настоятельно рекомендовал племяннику завести какую-нибудь слабость. — Люди не верят идеальным политикам, Шив, — настойчиво повторял дядя. — Дай им что-нибудь, за что они могут зацепиться, но не утянуть тебя вниз: странноватое хобби, не слишком одобряемое, но безобидное времяпрепровождение или вовсе глупую дорогостоящую блажь. И Шив решил: пусть будут гонки на эксклюзивных спидерах в подростковом возрасте, а после — коллекция натуральных тканей и опера. Создаст впечатление немного бунтаря в юности, но став чуть старше, перерастёт в хобби, которые аристократичны, элегантны, дороги и с чудинкой, ровно то, что нужно будущему политику. И при этом такое поведение не оттолкнёт ни электорат, ни идеологически близких политических союзников, которые в будущем окажут Шиву решающую поддержку в продвижении в Галактический Сенат.

***

Время шло, в восемь юный Палпатин начал свой путь Законника на родной планете, для чего с матерью и родившейся недавно сестрой они переехали в Тид. Отец, практически с рождения Шива живущий параллельно с тремя любовницами и имевший от каждой по ребёнку, ничуть не возражал. Юный наследник знал, что брак родителей был насквозь политическим, но не понимал: зачем было плодить бастардов, отношение к которым среди высшей аристократии Набу даже хуже, чем к гунганам. Дети старшего Палпатина могли бы жить спокойно, имея в свидетельствах о рождении одних только матерей — набуанцы вполне понимающе относились к женщинам, решившим родить «для себя». Но ведь Косинга признал всех троих бастардов официально, чем невероятно усложнил жизнь и им, и их матерям, а себе навсегда похерил репутацию — в высших кругах не было принято хвастаться своей глупостью. А уж похеренное Палпатином-старшим тысячелетнее правило «не попадаться», и вовсе впитывалось всеми наследниками королевских домов с молоком матери. Отерия как могла нивелировала ущерб репутации Дома, но могла она не так уж и много. Ей удалось защитить сына и дочь — законных наследников. На них не смотрели косо, лишь сочувственно улыбались или злорадно ухмылялись, но с грязью не мешали и в дружественных визитах не отказывали. — Тебе придётся взять на себя Дом, — предупредила его мать. — Как только ты сдашь экзамены на Законника, готовься, я начну передавать тебе дела. — Но мама, у меня выборы на Трон, — слегка возмутился Шив, надеясь передохнуть после тяжелейшей четырёхлетней учёбы. — Ты и сам знаешь, дорогой, что выборы — лишь формальность, — парировала Отерия. — А вот личный авторитет сам себя не заработает. До меня начали доходить слухи о недопустимом поведении двоих бастардов-сыновей твоего отца. Тебе придётся что-то предпринимать на их счёт. Да и по поводу Косинги — тоже. Подумай дважды, сын, ты будущий политик, а репутация начинает складываться из твоих действий и решений уже сейчас. Косинга действительно стал проблемой: он много пил, периодически попадал в драки, начал распродавать семейные реликвии, хотя имел полный доступ к счетам Дома и в деньгах не нуждался. Бастарды недалеко ушли от папаши. Один гонял как сумасшедший, успев насмерть сбить уже троих пешеходов (отец еле отмазал подростка от тюремного заключения), второй сидел на наркотиках, вытягивая какие-то невероятные суммы денег как из отца, так и из достаточно высокопоставленной матери. Подумав, Шив заказал самое полное исследование наркотических препаратов, гуляющих сейчас по Среднему Кольцу в целом и сектору Чоммелль в частности. Выбрал самый убойный, будучи представителем «золотой молодёжи» с лёгкостью нашел продавца, да и отправил посылкой «братишке». По поводу же «гонщика» стоило повременить — уголовная ответственность на Набу наступала с двенадцати лет, этого возраста «братик» пока не достиг. Что же касалось отца, Шиву пришлось наведаться в семейное поместье и немного применить свои мистические способности. В итоге Косинга упрятал все вещи, имеющие хоть какую-то историческую ценность, в банк с запретом открывать ячейку в ближайшие десять лет. Такое решение Шива вполне устроило. В прессе промелькнула смерть Одериса Палпатина, Шив, будучи наследником Дома, принёс соответствующие статусу соболезнования матери покойного — Дейдре Тапало (тётке прошлой Королевы, замужней, что характерно). Подумал уже было заказать соболезнования и для второй любовницы отца, но пока не стал — не время ещё, пусть сыночек пока побарахтается. Аристократы Набу считывали подобные жесты на рефлекторном уровне. Вот уже пошли слухи, что наследник Палпатин радеет о репутации Дома, вот кто-то вскользь упомянул, что Шив амбициозен и энергичен, вот некоторые из помощников, с которыми он работал, будучи Законником, отметили его честный подход к решению проблем и ум в избегании «подводных камней». И вот уже кампания по выборам нового Короля набирает обороты. Главы других королевских Домов шлют свои наилучшие пожелания и предлагают услуги, Королевский консультативный совет, не дожидаясь итогов голосования, начинает вводить Шива в курс дел, губернатор Набу, как глава Правящего Совета, также начинает согласовывать свои решения с ещё не коронованным Королём. Всё это отнимало кучу времени и сил, но юный Палпатин понимал, что чем быстрее он вникнет сейчас, тем больше у него будет времени на реальную работу потом, поэтому не спорил, не избегал и уж конечно не игнорировал ценнейшую информацию, которой с ним делились по-настоящему знающие своё дело люди. Видар Ким был счастлив, наконец, передать весь свой королевский опыт — в своё время он был выдающимся дипломатом, но никто из его детей на Трон так и не взошёл, поэтому он бросил все силы на обучение племянника.

***

Два года потребовалось Шиву, чтобы и Консультативный, и Правящий Советы начали работать так, как ему нужно. Видар помогал советами, Отерии пришлось вновь взять на себя контроль за делами Дома Палпатин, поэтому что сын откровенно зашивался с делами сектора. Но вот, кажется, дело пошло на лад, и Шив назначил дядю Сенатором в Галактический Совет. Шесть следующих лет он плёл интриги, изворачивался между различными политическими течениями, юлил, флиртовал и кокетничал, научился виртуозно врать как словами, так и мыслями, и даже телом, и навсегда зарёкся тянуть руководство в одиночку. В двадцать, со вздохом облегчения, Шив передал свои королевские полномочия Бону Тапало, избранному следующим Королём и, оплатив очередной штраф «за неподобающее поведение» за отца, убыл к дяде, на Корусант. Встреча с Хего Дамаском, одним из пользователей пресловутой Силы, но не джедаем, стала подарком судьбы. Тот искал политика-аристократа, с достаточно высоким уровнем мидихлориан. Шиву же давно нужен был учитель — его влияние на окружающих снова начало расти, и он опасался очередного «несчастья», что для политика, метящего в Сенат, было смерти подобно. Дарт Плэгас, как звали мууна, обучил юного политика самому основному — сокрытию в Силе, телекинезу, базовому бою на мечах и некоторым ментальным техникам. Сам Хего Дамаск был очень занят в Банковском клане, к тому же он был увлекающимся учёным, не склонным тратить своё и так невеликое время на взрослого (читай почти бесполезного для перековки) ученика. Шив не был против — он давно уже понял, что сила в Галактике решает далеко не всё. А вот мозги, да. Вскоре дядя вернулся на родину, нянчить внуков, а Шив занял его место, став сенатором от сектора Чоммелль. Тогда же, сестрёнка Сиенна, закончив обучение на Законника, решила не продолжать политическую карьеру, а вполне удачно выскочила замуж за одного из сыновей Варуны.

***

В роли сенатора Шив чувствовал себя прекрасно, собственно работа в Сенате почти ничем не отличалась от его обязанностей на Троне Набу, разве что ответственности меньше, а выгоды больше. Шив не наглел, никуда особо не лез, исправно показывал всем и каждому свои «слабости», гоняя на нелегальных гонках, каждый сезон приобретая дорогущий гардероб и не пропуская ни одной премьеры в Опере. Но, как известно, всё не может идти гладко. И для Шива этими камушками на пути к заветному креслу Канцлера стали отец и брат. Однако не всё в жизни Шива было так прекрасно, как казалось со стороны. Внезапно он узнал, что скоро станет дядей — поганец-Марк, братец-бастард, обрюхатил-таки мадам Наберри, к которой неровно дышал с самого сопливого детства. Мамаша у Марка была из Вирмов, не самого простого семейства, папаша — из Палпатинов, и Руви Наберри ругаться с королевскими Домами благоразумно не стал. Однако выторговал для «приёмыша» и ежегодные отступные, и место Законника, и возможность претендовать на Трон. Эта выходка стала последней каплей в, итак, не бесконечном терпении Шива. С братцем пора была что-то решать. Сенатор пытался решить семейные проблемы и так, и эдак, но поехавший на ниве пьянства отец и насмерть сбивший очередного несчастного брат ничуть не способствовали проявлению снисхождения, да и Сила недвусмысленно намекала, что здесь стоит принимать только кардинальные меры. Сажать в тюрьму пусть бастарда, но всё же Палпатина был не вариант, так что Шив устроил дорогим родственникам туристическое путешествие на Акзиллу — планету-казино, до которой они, собственно, не долетели. Отказ гипердвигателей где-то в гиперпространстве, несчастный случай, какая жалость. После этого случая, Шив всем интересующимся говорил, что никогда не женится. Потеряв любимую семью и дорогих родственников, он глубоко скорбел и больше никогда не хотел испытывать боль потери родных людей. Расплатой же за знание и способности в Силе для тогда ещё тридцатилетнего Шива стало отродье с Датомира, сыночек Кайсины, ведьмы из Сестёр Ночи, чтобы её вуффа-черви по ночам до конца её никчёмной жизни жрали. Эта, прости Сила, ведьма всучила пролетающему мимо одарённому свёрток с младенцем, да и усвистала в дальние дали, кукушка! Нет, поначалу-то Шив подумал, вот это подарок! Одарённый ребёнок, ещё и тёмный, прямо как на заказ. Но… Оказалось, что дети, в том числе одарённые, бывают очень разными. И конкретно этот был сильным, агрессивным и очень, просто очень тупым! Шив пытался привить ему манеры, он воспитывал его так, как воспитывали его самого — в атмосфере интриг и заговоров, усваивая паранойю и умение играть словами буквально с молоком матери. Этого рогатого гондарка не брало ничего! Он предпочитал решать проблемы кулаками, а если проблема так не решалась, он просто делал вид, что её не существует вовсе. Политика, экономика, социальные взаимодействия, этикет, философия — всё это в рогатой голове не задерживалось ни на миг! Шив честно пытался: перелопатил кучу книг по детской психологии, нашёл пару ситхских голокронов со старыми программами обучения, даже энергетический хлыст приобрёл, как советовали Лорды древности — пороть нерадивого ученика — всё без толку… Малыш Мол был классическим тёмным боевиком, поэтому на помощь в политике тут можно было не рассчитывать. Бросать обучение ребёнка Палпатин не стал, но отправил «это наказание» от Корусанта подальше, построил базу, накупил подростку боевых и учебных дроидов, выдал несколько голокронов с советами от мастеров меча, да и забросил воспитание — выше головы не прыгнешь и из Мола получится максимум какой-нибудь убийца, может до шпиона дорастёт, хотя это вряд ли — там тоже мозги нужны… А для работы в Сенате Палпатин начал присматривать кого-то из уже сложившихся джедаев, с опытом работы в политике, хороших переговорщиков и тех, кто не понаслышке знает о жизни за пределами Внутреннего Кольца. Таких, как ни странно, оказалось до смешного мало — не любили светлые работу «в поле», им всё больше подавай приёмы во дворцах да красивые плановые переговоры в цивилизованных помпезных залах. Но были, всё же были те, кто действительно старался, работал, матерел и грубел душой на ниве невозможности «помирить всех со всеми». И одним из самых именитых был, пожалуй, граф Дуку. Аристократ с Серенно, преданный в детстве собственным отцом, недавно потерявший падавана, практически разочаровавшийся в Ордене как структуре, обладающий огромным опытом и знаниями, он стал бы отличным помощником в грядущем возвышении Канцлера. Вначале Шив решил прощупать графа, как политик политика: дедуган был на десять лет старше сенатора от сектора Чоммелль и в несколько раз опытнее. Но тут, как говорится, со светлым одарённым сыграла шутку вечная привычка во всём полагаться на Силу, в которой Шив неизменно выглядел очень правдивым, радеющим за общее благо, энергичным и жизнерадостным политиком. Просто сокровище, а не человек! Первый контакт прошёл отлично, потом второй, третий, и вот уже граф Дуку работает на Шива Палпатина не за страх, а за совесть. Когда же как по нотам прошла битва за Набу, в которой придурошный Мол сложил-таки свою буйную голову, новоназначенный Канцлер снова задумался об Ученике, тем более что его собственный Учитель покинул этот мир со всей доступной ему скоростью, и ситх в Галактике остался только один. Воспитывать нового ученика с пелёнок пятидесяти трёхлетний канцлер, занятый в политике круглые сутки семь дней в неделю, был не готов, так что следовало поискать уже слегка подросшие экземпляры. А где их взять? Да в Ордене, вон он, светит окнами чётко напротив. Сказано-сделано. Изыскав час свободного от бесконечной работы времени и найдя достаточно весомый предлог, чтобы его пропустили в «святая святых», Шив переместился в Храм, чтобы встретиться с Мейсом Винду, где, вместе с Оби-Ваном Кеноби смотрел на тренировку падаванов. Там-то, в бою с голограммой Дарта Мола, он и заприметил Энакина Скайуокера. Нужно сказать, что о великом победителе Шив забыл в тот же миг, как отвернулся от него — мало ли таких героев осталось на Набу? Да и за дальнейшей его судьбой особо не следил, что интересного можно было поиметь с бывшего раба с мусорной планеты? А вот оно, оказывается, как. Выросло даже что-то путное… Надо бы присмотреться, может и выйдет толк. Что ж, стоило продавить Голос Совета — Мейса Винду на опеку над перспективным юношей, вряд ли современный Орден посмеет отказать Канцлеру в такой малости, как редкие визиты в Сенат одного из падаванов.