Часть 9

Глава 9. ‧₊˚.࿐ ࣪˖ ☽︎ ࿐ ‧₊˚. Не теряя времени, я зашла в первый попавшийся дом. Люди в это время спали глубоким сном, так что проблем не должно было возникнуть. Скрипнув дверью, я прошла в комнату. Судя по темным шторам и двум спящим в обнимку людям, это была спальня. Я прокрутила на пальце нож и вонзила его прямо в сердце сначала одному, а потом второму человеку. Действия четкие и быстрые. Они даже не проснулись. Умерли быстро и без мучений. Стоит отойти дом и посмотреть, есть ли тут кто-то еще? Я толкнула дверь в следующую комнату. Никого. И снова комната без людей. Обойдя все и проверив в каждом уголке - а это, поверьте, было важно, чтобы потом не обзавестись неожиданными выжившими и свидетелями - я покинула домишко. Ждать нечего, пора нанести визит соседям. ☆ Передо мной цель, к которой я хочу дойти, во что бы то ни стало. Позади - горы трупов - мужчин, женщин, детей - я не щадила никого. Город вымирает, оставляя в совсем недавно жилых домах людей, как наследие. Вот позади дом соседей, а передо мной - мой собственный, родительский дом. — ты так просто уберечь с пути родителей? — впервые за долгое время подал голос Рю. — у меня нет выбора. — пожала я плечами, открывая дверь. — у тебя есть выбор — крикнул Шини, не решаясь переступить порог — но ты упрямо не хочешь возвращаться к нему. Ты могла бы закончить это безумие, но оно тебе нравится, верно? — мне по душе анархия — уклончиво ответила я, заходя домой. Что ж, мне стоит сделать все быстро и без лишних проблем. Я прошла к матери на кухню. Она что-то готовила, напевая любимый мотив. — мам, я хотела спросить кое-что. — начала я вполне обычный разговор, чтобы не вызывать подозрений. — да, милая? Что такое? — а ты меня любишь? — я серьезно посмотрела ей в глаза, будто от ее ответа что-то зависит. — ну конечно! — она отложила овощи, которые нарезала, и обернулась ко мне ровно в тот момент, когда ей в печень пришелся удар ножом. Она, широко распахнув глаза, смотрела на меня, пытаясь понять. Вместо слов с ее губ срывались хрипы. Следующий четкий удар пришелся ей по шее, и после этого она, покачнувшись, замертво упала. Шини сидел позади, зло хмуря бровки. — ты всегда хотела увидеть маму — начал он уныло — неужели ты не помнишь, как представляла, что закончатся годы учебы в академии и ты бросишься к ней в объятия, едва переступишь через порог? — Шини поднял на меня глаза — что с тобой стало, Мирабель? Ты пошла против той, кто дал тебе жизнь. Убила ее, не колебавшись ни секунды. Я не ответила. Посто не знала, что можно ответить на такую очевидную истину. А потому, перешагивая через элементаля, я направилась в соседнюю комнату, где должен быть папа. Дверь со скрипом открылась. На диване с опущенной вниз головой сидел отец, от нечего делать прокручивавший на пальце пистолет. — она уже мертва, верно? — спросил он холодно, медленно поднимая на меня взгляд. Не составило труда понять, что он говорил о маме. Да, он давно догадался. Я поняла это еще в то мгновенье, когда он упомянул внеплановые «каникулы». — не волнуйся, я сделала это быстро, чтобы она не мучилась — заверила я его, подходя ближе. Между нами оставался ровно шаг. — и теперь пришла по мою душу? — догадливо пробормотал он больше для себя. — думаешь, я тебе это позволю? Ты сделала слишком много, Мирабель. Кто-то должен остановить этот кошмар. — он поднял руку и направил на меня пистолет. В отличие от моих, его руки дрожали. И в этом его главная ошибка. Он меня не убьет. Слишком любит. — у тебя трясутся руки. Собьешь прицел — упрекнула я отца, подходя в плотную к нему. Он отвернулся и нажал на курок ровно в тот момент, когда я произвела удар по сонной артерии. Пуля не достигла меня. Зато досталось Шини. Судя по его положению на полу, он хотел меня прикрыть и в последний момент прыгнул, подставляясь под прицел. Теперь у Шини сквозная рана в сердце, а отец с перерезанной глоткой. А сам кошмар в том, что я не испытываю вины или страха. Все рано или поздно должно было закончиться и для папы, и для элементаля. Я перешагнула через порог, собираясь покинуть комнату. — черт с ним, если ты людей не любишь, — окликнул меня Рю — но, Мирабель…—он указал в сторону Шини, рядом с которым теперь сидел. — это твой элементаль. — я понимаю. — буднично ответила я. — по-моему не понимаешь. Это твой детский элемнталь. Он был твоим другом с 10 лет. Единственным другом, Мирабель. И ты так спокойно уйдешь, даже не попрощавшись? Я обернулась, давая Рю надежду на лучший и более благосклонный исход, но… — нет. Больше скажу, если продолжишь нюни разводить, я уйду без тебя. — иди — прохрипел лис, ложась рядом с тельцем Шини — иди! Я считал, что ты будешь отличаться от людей, но нет…ты не лучше их. И даже хуже. Никакой нормальный человек не стал бы устраивать геноцид и уж точно так хладнокровно не оставил бы свою семью и друга. Ты не человек, Мирабель. Ты дьявол воплоти. И я очень надеюсь, что по дороге в ад ты пойдешь по самому тернистому пути, и для тебя найдется самый жаркий котел. А лучше, пусть сам Люцифер [] раздирает тебя. Ты не заслуживаешь даже того, чтобы зваться человеком. — очень познавательно, ты закончил? — ровно, не мигая, спросила я. Рю презрительно окинул меня взглядом, укрывая хвостом уже наверняка остывшее тело Шини. Странно, что он так о нем печется, ведь теперь Шини не больше чем кусок мяса. Причем, надо заметить, гнилого, в скором времени дурно пахнущего мяса. — будь у меня возможность или выбор, я бы отмотал время назад и пожелал бы одного - не встречаться с тобой ни при каких условиях. Ты - тварь, не заслужившая жизни. Раньше я считал, что все человечество в целом не заслуживает такой привилегии, как жизнь, но, кажется, я ошибся. И теперь я понимаю это наглядно, основываясь на твоем примере. Мне хотелось закончить это так сильно, что я не поленилась войти обратно в комнату за забытым пистолетом отца, который мог бы пригодится мне в будущем, а после ушла, не оглядываясь и не обращая внимания на возмущенную ругать Рю в свою сторону.