Часть 8

Глава 8. ‧₊˚.࿐ ࣪˖ ☽︎ ࿐ ‧₊˚. Я шагала к архивам. Элементали были рядом. Шини скакал с задних лап на передние, согреваясь в морозную ночь, а Рю подталкивал его, чтобы тот шел вперед и не отставал. — что будешь делать, если правда откажется слишком тяжелой для тебя? — спросил лис. — у нас много вариантов? — у нас? Да. Побег, принятие, торги, еще бог знает что…а у тебя, боюсь, список поменьше будет. — предлагаю сократить список до одного. — истерики? — Восстания. Лис на секунду остановился, а потом хрипло расхохотался. — да? И много ты в одиночку сделаешь? — зависит от того, что от меня потребуется. — равнодушно ответила я. Рю вздохнул и сел на снегу, смерив меня тяжелым взглядом. — послушай, Мирабель…правда будет ужасной. Увы, мы живем в таком мире, где правят люди. А люди, я тебе скажу, в высшей степени эгоисты. Они не заботятся о своей стае и в случае чего спасают лишь свою задницу. У такого мире априори не может быть хорошего исхода. Пока люди стоят у пульта - нам, элементалям, приходится ютится в другом мире. Мире слез и скорби. И таким он стал по вине людей. Я с непривычным холодом слушала его тираду в надежде услышать что-то нужное мне. — ты хотела знать, откуда являются элементали? — спросил лис — нас призывают из другого мира. А туда мы попадаем, потому что люди были к нам жестоки. — что с вами делали? —…академия убивает. — тут мог бы получится неплохой каламбур с игрой слов, Рю говорил буквально — в верхушке академии сидят те, кто причастен к смертям. — и зачем им это? — я открыла тяжелую дверь, проходя в здание, где и хранились записи о том, что мне нужно. — без понятия. Разве не за этой информацией мы здесь? — я надеялась скоротать время, если ты что-то знаешь. — что знал рассказал. Теперь все зависит от тебя. Мы подошли к двери, где нас встретил охранник. Высокий, коренастый парень, который, судя по скуке на его лице, относился к работе не серьезнее моей первой жертвы. — детям здесь не место. Тем более в такой час. Тоже мне, нашелся умник. — фактически, я не ребенок, мне есть 18. А еще у нас нет комендантского часа, так что могу ходить где и когда хочу. Хмурый охранник преградил мне проход, повторяя «неположено», монотонным и низким голосом. Где-то в далеке противным криком отозвалась сова, предрекая мне скорую смерть. Мужчина, отвлекаясь на громкий звук отвернулся, чем дал мне фору. Я с ловкостью выхватила из кармана нож и легким движением воткнула его прямо в сердце охранника. Стоит при встрече поблагодарить Стива за подарок. Столько раз помогал мне. Мужчина сполз по стенке, хрипя и пытаясь вдохнуть, но для него кислород больше не имел смысла. Сев на колени, как Стив, когда взламывал замок, я повторила его действия и - вуаля - проход в архивы открыт. Я затащила охранника внутрь, не особо запариваясь с тем, что стоит спрятать труп. Главное, что он не на входе, а уж кто в такое время будет шляться по архивам? Правильно, только я. Здесь было совсем пусто. Собственные шаги были четкими и громкими. Стеллажи с документами и папками заполняли все пространство. Как и пыль. Судя по ее количеству, возникала мысль о том, что сюда никто не заходил уже очень и очень давно. Шини, остановившийся у тела мужчины, опустил ушки и, жалобно заскулив, поднял на меня глаза. — ты забыла о молитве, Мирабель… О, точно. Как жаль, что мне сейчас не до этого. Прямо рыдаю от того, как же кристаллически мне все равно. — плевать я хотела на молитвы. — отмахнулась я, ища нужные мне документы на полках. Шини заткнулся по началу, но после нахмурился и запрыгнул на столик рядом, неуверенно глядя на меня, будто думая, стоит спрашивать дальше или нет. — почему ты стала такой?.. — едва слышно прошептал он — ты ведь можешь быть хорошей, я знаю. Нам было так весело в детстве, когда ты была… — нормальной? — закончила я за него. — человечной — выделил голосом щеночек. — ну не скажи, — вмешался Рю, — человечность у людей и человечность в понимании элементалей - понятия разные. Друг с другом человеческая раса лояльна. Они поддерживают друг друга в том хаосе, что создают. Для элементалей нет «человечных людей». Все люди - твари. — а теперь заткнулись оба, я работаю! — рявкнула я, отчего сама опешила. Раньше я не срывалась ни на кого. Тем более на Шини. Именно по этой причине мой детский Элементаль опустил ушки и жалобно заскулил, не понимая, что происходит. — нашла. — я указала на интересующую меня статью, и уже думала начать вникать, но снова влез лис. — один вопрос: как ты сориентировалась среди тысячи документов и папок и нашла то, что тебе нужно, если в глаза не видела статей? Гм, вопрос хороший…больше его не задавайте. — все элементарное - просто. — я уперла руку в бок, склоняя голову в сторону — вот если у тебя пропадет, скажем, мячик. Где ты будешь его искать? Элементали переглянулись, задумываясь. И спустя минуту начали поочередно предлагать варианты: — под шкафом? — предложил Шини — за какими-то предметами, куда он мог закатиться — вторил ему лис. — или проверить последние посещаемые места. Вдруг положила куда-то и забыла. С тяжелым вздохом, я прервала их. — стоп-стоп. Вы, ребята, даже если и были людьми в прошлой жизни, то явно не поняли человеческой логики. Поймав интерес зверей на себе, я продолжила, наконец объяснив им одну простую истину. — если хочешь спрятать что-то, оставь это на самом видном месте. Ведь мозг, как вы и говорили, изначально думает о самых отдаленных уголках, игнорируя очевидное. Шини открыл рот, но тут же закрыл его, совсем запутавшись. Рю же глядел на меня с подозрением. — знаешь, между гениальностью и идиотизмом есть тонкая грань…и ты используешь эту грань как гребаную скакалку. Игнорируя его, я открыла свод документов, вычитывая статьи. — сбил меня, зараза…— прошипела я, по новой вчитываясь в контекст тех или иных слов и предложений, который так успешно нашла несколькими минутами ранее. Наконец мой взгляд зацепился за то, что нужно. Убрав лишнюю воду и формальности, в статье говорилось о высокой детской смертности, что было доказано ранее и не опровергалось самой академией, однако журналисты копали глубже. Они выяснили, что все эти смерти далеко не несчастные случаи. Верхушка академии приносила детей в жертву тому самому демону, которого мы видели в запретном отделе библиотеки, так как этот самый демон помог академии. Как - история пока умалчивает. Но, думаю, скоро я пойму. А пока стоит принять то, что детей выращивали в качестве корма.[] Как мило. Мы что, в убогой антиутопии? — эй, погляди — Шини неуклюже отодвинул листочки документов, указывая на дополнительные заметки. Текст там почти стерся, но прочитать его еще было можно. И он раскрыл еще некоторые нюансы. Так как академия фактически содержала демона и работала на него, каждый из детей за все годы пребывания в академии успел получить какую-то часть его силы. Не уточняется, что именно - какие-то способности или же а-ля облучение, вроде радиации. Понятно было то, что каждый ребенок, и я сама в том числе, заражены. А так как на академии у нас завязан буквально весь город и каждый человек учился там, то проблема эта куда серьезнее. — что ты будешь делать, Мирабель? — едва слышно пробормотал Шини. — нужно избавить академию от демона. — даже если ты сможешь в одиночку противостоять ему, что вряд-ли, у тебя останется целый, мать твою, город. — объяснил Рю еще разок, хотя я от провалов в памяти не страдала. — не беда, устроим геноцид. — я даже удивилась оттого, насколько буднично сказала это. Ладно-ладно, между нами говоря, я уже стала привыкать к тому, какой сволочью стала. — тем более, если уж эта сила, которой заражены все остальные, передается от демона к людям, значит и от человека к человеку тоже передастся. А это значит, что пока я буду вырезать город, по силе смогу сравняться с самим демоном. Шини тут же спрыгнул со стола и спрятался под ним, услышав о столь кардинальных решениях. Лис же недовольно смотрел на меня, надеясь, что я шучу. — тебе не кажется, что именно после встречи с тем демоном у тебя в голове что-то переклинило? Ты тогда настолько сильно головой приложилась? — вероятно, я просто вышла из теплых, тепличных условий в холодный и жестокий мир. — интересно будет посмотреть на реакцию твоих преподавателей, когда по их жизнь придешь ты, тот невинный раньше тепличный цветочек, который теперь питается далеко не фотосинтезом, а кровью. — он вытянул лапы и прогнул спину, как обычно делают кошки. Потом спрыгнул на пол и не оглядываясь добавил — ты похожа на венерину мухаловку. Она тоже может существовать за счет фотосинтеза, но выбирает другой путь — жрать насекомых. В моменте я перестала его слушать и опустилась на колени на пол. Шини забился в угол, спрятав нос в лапки. Ему все это явно не нравится. — идем, Шини. — я подозвала его и расправила руки для объятий. Раньше я часто делала так, но сейчас движения были более скованными. Щеночек лишь поднял на меня глаза и с испугом вжался в угол сильнее. — почему ты стала такой? Ты же можешь быть другой, я знаю. — я не хочу быть другой — перебила я его. — но поверь, как только я со всем разберусь все будет хорошо. Мы избавимся от демона. — и от целого города — не к месту напомнил Рю — и в конце концов ты убьешь саму себя, да? Ты ведь тоже «зараженная» Кстати, о таком я не подумала. У меня на сей счет был другой план. — я воссоздам на этих землях новый, чистый город. Но ему нужен будет правитель. И именно моя сила будет отличать меня от серой массы и держать всех в узде. — ты думаешь, что можно создать город, в котором все будут тебя бояться? — спросил Шини — тогда ведь все будут пытаться сбежать. — не сбегут. Тотальный контроль будет моим нещадным спутником, а штрафы и наказания только приукрасят картину. Людям будет некуда деваться - либо быть со мной, либо в могилу. Шини заскулил и свернулся в пушистый комочек, прячась от меня. Он детский элементаль. Ребенок. Конечно, мои взгляды и планы идут наперерез с его. Но я не вижу иных выходов. Да и меня все устраивает. Помирать не хочется. Да и зачем, если я могу захватит власть и прогнуть людей под себя? — почему мы не можем оставить все так, как есть? — спросил щеночек дрожащим голоском — ведь до этого мы жили в академии и все было хорошо. Мы бы так же жили в городе, как все взрослые, и… — потому что я сбежала из академии, — напомнила я, — и теперь там творится настоящий ад. И если мы не вмешаемся, будет плохо. — будто от того, что ты вмешаешься не будет хуже — парировал Рю, но я не стала ничего говорить. Мой выбор был сделан. — если вы со мной, то нам стоит поторапливаться. Если нет, на этом наши пути расходятся. Рю, хоть и с неохотой, но примкнул ко мне, а вот Шини долго колебался. Но после слов о том, что я его не трону, он чуть успокоился и занял почетное место рядом со мной, хотя его настрой оставлял желать лучшего. Я отряхнула одежду от пыли, обращая внимание на волосы. Черт, они слишком длинные. Я подцепила нож и, прокрутив его на пальце, собрала волосы свободной рукой. — что ты- —раздался голосок Шини, прерванный лязгом металла. Пряди волос осыпались на пол. Теперь мои волосы представляли собой небрежную прическу. — мне казалось, ты любила свои волосы — с упреком напомни Рю — кажется, я уже ничего не люблю. — монотонно, с неохотой отвечала я. Волосы мне было совсем не жалко. К тому же с ними будет много мороки. За них меня могут схватить, они могут зацепиться за что-нибудь…да и, кстати, так легче. Что ж, уже около часа ночи. Нам следует выдвигаться и начинать кровавую ночь.