Акт 10. Глава 66. Полёт Ворона

*За несколько часов до того, как Дез подчинил первую Марионетку.* Голос правителя Этернума громом разнесся над пылающими улицами Верхнего и Нижнего городов. Ди стоял перед громоздкой звуковой магической установкой, наскоро собранной Психеем, и крепко сжимал в руках передающий кристалл. Его слова, усиленные резонирующими башнями Цитадели, пробивались сквозь рев пожаров, крики Марионеток и шум дождя, достигая каждого темного подвала и каждого забаррикадированного дома. - Жители Этернума. Братья Жнецы. Говорит Ди, - эхом разносился его жесткий, напряженный голос. - Город пал. Те, кто не поддался скверне, кто еще способен стоять на ногах - немедленно бросайте всё и направляйтесь к Цитадели! Механическая армия зверей Тамаши уже выпущена на улицы, они прикроют ваш отход и отвлекут монстров. У вас есть всего один шанс. Как только поток выживших иссякнет, мы возведем вокруг Цитадели абсолютный барьер из Пламени. Кто не успеет - останется снаружи навсегда. Ваша жизнь теперь только в ваших руках. Бегите! Ди опустил кристалл и тяжело выдохнул. Он перевел взгляд на Тамаши, застывшего у рубильников. - Выпускай их всех, Психей. Направь зверей на самые крупные скопления тварей. Времени мало. Ученый коротко, нервно кивнул и бросился к пультам управления, активируя спящую в ангарах армию металлических зверей. Тем временем Ди решительным шагом направился к оружейным стойкам. Он отстегнул испорченные в подвале ножны, быстро вооружился свежей парой боевых стальных кинжалов и направился к тяжелым дубовым дверям, ведущим к выходу из штаба. Мэд и Рин, наблюдавшие за ним, мгновенно преградили ему путь. В их глазах читалась неподдельная тревога. - И куда это ты намылился, Ворон? - угрожающе пробасил Медведь, хватаясь за рукоять своего гигантского меча. - Иду на улицы, - не сбавляя шага, ответил Ди. - Помогать людям прорываться к Цитадели. Мэд с готовностью шагнул следом, его глаза загорелись боевым азартом. - Отлично. Я с тобой. Как в старые добрые. - Нет, Мэд, - Ди резко остановился и положил руку на бронированную грудь брата, останавливая его. - Ты остаешься здесь. Хотя бы один обладатель Пламени должен находиться возле Цитадели. Мэд возмущенно зарычал. - Отправляться туда в одиночку - это чистое безумие, Ди! Их там сотни! Ты просто захлебнешься в крови! - У нас нет другого варианта, брат, - голос Ворона стал тихим, но непреклонным. - Я не собираюсь просто стоять на балконе и смотреть, как моих людей рвут на куски в двух шагах от спасения. Я сделаю всё, что смогу. Мэду до скрежета зубов не нравилась эта суицидальная затея, но спорить с логикой он не мог. Оставить Цитадель без защиты Пламени в такой момент было равносильно предательству. Гигант лишь тяжело, обреченно выдохнул, отступая на шаг и доверяя жизнь брата судьбе. Ди коротко кивнул ему и перевел взгляд на Рин. Бывшая богиня смотрела на него так, словно уже прощалась. Ворон мягко подошел к ней. Он стянул через голову кожаный шнурок, на котором висел загадочный металлический Ключ, и протянул артефакт девушке. - Рин... возьми. Пусть он лучше побудет у тебя в безопасности. На всякий... Звонкая, хлесткая затрещина эхом разнеслась по штабу. Ди ошеломленно моргнул, прижимая ладонь к горящей щеке. Он непонимающе посмотрел на Рин. Изумрудные глаза девушки метал настоящие молнии, а грудь тяжело вздымалась от гнева и сдерживаемых слез. - Никаких "всяких случаев", придурок! - яростно прошипела Рин, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. - Я не для того отказалась от вечности и стала смертным, хрупким человеком, чтобы мой любимый мужчина помер на грязной улице от когтей каких-то безмозглых тварей! Она шагнула вплотную к нему, ткнув пальцем в его грудь. - Ты повесишь эту железяку обратно себе на шею! И ты вернешься сюда вместе с ней, как миленький! Слышишь меня, Ворон?! Возвращайся живым, понял? Ди несколько секунд потрясенно смотрел в ее пылающее гневом и любовью лицо. А затем на его губах, впервые за эти страшные дни, появилась слабая улыбка. Он молча кивнул, надел шнурок с Ключом обратно на шею и, не оглядываясь, решительно зашагал к выходу из Цитадели, навстречу пылающему хаосу. Массивные створки главных ворот Цитадели с протяжным, металлическим стоном распахнулись настежь, впуская внутрь удушливый запах гари и дыма. Но этот смрад тут же был сметен мощной волной жара и оглушительным ревом сотен паровых и магических двигателей. Из глубоких ангаров крепости на мостовую хлынула механическая армия. Это был настоящий стальной прилив: огромные волки с шестеренками вместо суставов и пылающими ядрами в груди, тяжелые механические медведи, закованные в толстую броню, и стаи латунных птиц с лезвиями вместо перьев. Не теряя ни секунды на построение, механические звери с лязгом и грохотом бросились врассыпную. Они устремились вниз по широким проспектам Верхнего города и нырнули в узкие, извилистые переулки Нижнего, безошибочно вычисляя скопления обезумевших Марионеток и прокладывая кровавый путь для напуганных, отчаявшихся жителей. Ди вышел за ворота прямо сквозь этот ревущий поток металла. Едва его сапоги коснулись залитой дождем брусчатки за пределами Цитадели, как сила внутри него взорвалась. Густое, яростное Алое пламя вырвалось из его тела, мгновенно окутав фигуру правителя. Огонь закружился в сложном танце, уплотняясь и принимая форму его фирменного, развевающегося на ветру пламенного плаща. Ворон решительно выхватил из ножен два тускло блеснувших стальных кинжала. Сжав рукояти, он присел, концентрируя взрывную энергию Алого пламени в ногах, и с оглушительным хлопком, оставившим в камне глубокую воронку, оттолкнулся от земли. Ди взмыл в затянутое дымом небо Этернума, превратившись в сияющий красный метеор, высматривающий тех, кто больше всего нуждался в спасении в этом пылающем аду. На одном из балконов Цитадели за стартом своей армии наблюдал Тамаши. Он знал, что его звери - лишь временная мера, грубая сила, способная отсрочить неизбежное. Не проронив ни слова, Психей круто развернулся и быстро зашагал обратно в подземелья. Лекарство само себя не синтезирует, и каждая секунда промедления стоила кому-то жизни. В это же время внизу, у распахнутых главных ворот, Мэд тяжело перехватил рукоять "Крушителя". Он закинул колоссальное лезвие своего исполинского меча на закованное в броню плечо и бросил на Рин короткий, полный мрачной решимости взгляд. Гигант коротко кивнул ей, прощаясь, и шагнул в дымную пелену за воротами. Его задачей было держать этот рубеж. Он должен был встречать поток выживших, отсекать преследующих их монстров и быть готовым в любую секунду вместе или без Ди возвести пламенный барьер. Рин проводила широкую спину Мэда изумрудными глазами. Ворота остались открытыми, а двор Цитадели внезапно показался ей пугающе пустым и тихим. Холодный ветер забрался под ее одежду, напоминая о хрупкости человеческого тела. Бывшая богиня до боли сжала набалдашник своей деревянной трости. Ей безумно хотелось броситься вслед за Ди, встать с ним спина к спине, как в старые времена. Но сейчас от нее там не было бы никакого толка - она стала бы лишь обузой. Стиснув зубы от бессильной злобы на саму себя, Рин развернулась. Опираясь на трость, она похромала обратно в главный штаб. Ей ничего не оставалось, кроме как занять место перед магическими картами, чтобы стать глазами Этернума, координировать отход жителей и молиться всем забытым богам, чтобы красный огонек Ди на карте не погас. *** Ди проносился над объятым огнем городом, словно комета, оставляя за собой в затянутом дымом небе сияющий красный шлейф. С высоты птичьего полета Этернум, лишенный привычной границы между Верхним и Нижним ярусами, выглядел как один сплошной, кипящий котел. Изумрудно-фиолетовые глаза правителя, сощуренные от бьющего в лицо пепла, непрерывно сканировали улицы. Он искал движение, выискивал тех, кто еще отчаянно цеплялся за жизнь. На пересечении двух узких улиц Нижнего города он заметил их. Небольшая группа из десятка перепуганных, измученных людей, прижатых к глухой каменной стене. Путь к отступлению им отрезали две Марионетки Хаоса. Твари, изломанно дергаясь, медленно приближались к своей добыче, предвкушая кровавую жатву. Ди не стал медлить ни секунды. Сложив руки вдоль тела, он камнем рухнул вниз. Он обрушился на брусчатку прямо между людьми и монстрами. Удар был подобен падению метеорита. В момент столкновения с землей из тела Ди во все стороны вырвалась концентрированная, кольцевая волна Алого пламени. Эта волна обладала абсолютной избирательностью. Пройдя сквозь сжавшихся от ужаса людей, она лишь обдала их приятным, согревающим теплом. Но когда огненный вал ударил в Марионеток, он сработал как таран. Обоих монстров с визгом отбросило на десяток метров назад, впечатав в обломки разрушенного прилавка. Ди медленно выпрямился, разводя руки в стороны. В его ладонях тускло блеснули два боевых стальных кинжала. - Не останавливаться! Бегом к Цитадели! Живо! - рявкнул он, не оборачиваясь к спасенным. Люди, не веря своему счастью, сорвались с места, огибая поле боя и устремляясь вверх по улице. Марионетки, с хрустом выламывая собственные суставы, начали подниматься из обломков. Их черные, лишенные разума глаза уставились на Ди. Они не чувствовали страха, только хаотичную ярость Бездны. Издав клокочущий рык, обе твари сорвались с места, превратившись в два смазанных черных пятна. В этот момент в глазах Ди исчезла тяжесть правителя Этернума. Исчез лорд, обремененный судьбой тысяч подданных. Остался только Ворон - безжалостный, расчетливый и хладнокровный лидер Жнецов, выросший на жестоких улицах Нижнего города. Он встретил их атаку в лоб. Первая Марионетка прыгнула, метя когтями ему в горло. Ди, используя скорость, дарованную Алым пламенем, текучим движением ушел в сторону. Его стальной кинжал, окутанный огнем, с шипением пропорол бок монстра. Вторая тварь атаковала снизу, пытаясь подрезать ему ноги. Ворон перепрыгнул через ее выпад, на лету нанося рубящий удар по вытянутой черной руке. Бой был диким, жестоким и безумно быстрым. Марионетки нападали хаотично, без малейшего намека на тактику, их движения были рваными, как у сломанных кукол. Ди же сражался с абсолютно холодным, математическим рассудком. Он парировал, уклонялся, кружился в смертельном танце, используя каждый сантиметр пространства. Его кинжалы раз за разом находили цель, но твари отказывались умирать от простых порезов. Внезапно Ди почувствовал, как рукояти обжигают ладони даже сквозь плотную кожу перчаток. Обычная сталь, пусть и лучшей ковки, не выдерживала такой длительной концентрации пламени. Кинжалы раскалились добела. Лезвия начали деформироваться прямо на глазах, покрываясь окалиной и теряя заточку под напором Алого пламени. Очередной удар когтей Марионетки пришелся по скрещенным клинкам. Сталь жалобно хрустнула. Понимая, что оружие сейчас расплавится в его руках, Ди принял мгновенное решение. Он сделал резкий выпад, уходя от очередной атаки, и с силой метнул оба раскаленных, почти жидких кинжала прямо в лица наступающим тварям. Светящаяся белым светом сталь глубоко вонзилась в черную плоть, заставив Марионеток взвыть и на секунду замешкаться, срывая с себя обжигающий металл. Этой секунды Ворону хватило. Он развел пустые руки в стороны, и воздух вокруг его ладоней исказился от колоссального жара. Из самого эпицентра его рук с гудением вырвались два ослепительных, пульсирующих клинка, сотканных из Алого пламени. - Пора заканчивать, - холодно процедил Ди. Марионетки, отбросив расплавленные остатки стали, с удвоенной яростью бросились на него. Одна из них умудрилась прорвать его защиту: длинные когти распороли плечо Ворона, глубоко вонзившись в плоть. Ди лишь глухо зарычал, даже не поморщившись. Боль только обострила его рефлексы. Игнорируя льющуюся по руке кровь, он резко сократил дистанцию. Пламенный клинок в его правой руке описал широкую дугу, одним ударом отсекая Марионетке руку вместе с плечевым суставом. Вторая тварь попыталась ударить его в спину, но Ди, словно предвидя движение, круто развернулся на пятках, уходя в глубокий присед, и снизу вверх вонзил второй огненный кинжал прямо в черное, пульсирующее скверной сердце монстра. Алое пламя мгновенно выжгло Хаос изнутри. Первая Марионетка, лишившись руки, бросилась на него в последней, суицидальной атаке, но Ди встретил ее встречным ударом, скрестив оба пламенных клинка на ее шее. Вспышка - и голова твари, превращаясь в пепел еще в полете, отделилась от тела. Оба обезглавленных, выжженных изнутри тела рухнули на залитую дождем брусчатку и рассыпались серой трухой. Ди медленно выдохнул. Пламенные клинки в его руках растаяли, втянувшись обратно под кожу. Он тяжело оперся спиной о каменную стену, сбрасывая с себя адреналиновое оцепенение. Ворон окинул быстрым, оценивающим взглядом свои раны. Плечо глубоко рассечено, на ребрах красовались четыре длинные царапины. Болело чертовски сильно, но раны не были смертельными. Хаос не мог заразить носителя Пламени. Сплюнув на землю горькую, смешанную с пеплом слюну, Ди заставил себя выпрямиться. Он не имел права останавливаться. До закрытия барьера оставалось слишком мало времени, а на улицах еще были люди. Сконцентрировав силу, Ворон вновь вспыхнул ревущим Алым пламенем. С силой оттолкнувшись от окровавленной брусчатки, он снова взмыл в пылающие небеса Этернума. Охота продолжалась. *** У распахнутых главных ворот Цитадели Мэд возвышался, словно ожившая гранитная статуя. За его спиной находился единственный безопасный островок в этом сходящем с ума мире, а впереди расстилался пылающий ад Этернума. Главнокомандующий сжимал в руке рукоять "Крушителя", острие исполинского меча тяжело покоилось на брусчатке, ожидая своего часа. Из дымной пелены начали выныривать первые группы выживших. Измученные, покрытые копотью и кровью, люди бежали к воротам, спотыкаясь и поддерживая друг друга. Мэд шагал им навстречу, прикрывая отход своим массивным телом. - Не останавливаться! Внутрь, живо! - басил гигант, перекрикивая гул пожаров. Пропуская мимо себя очередную группу дрожащих горожан, он хватал за плечо каждого, кто выглядел вменяемым. - Ворона видели? Моего брата? Но люди лишь испуганно мотали головами. - Нет, милорд... Мы видели только Алый метеор. Он пронесся над крышами в сторону старого рынка... Мэд сдавленно кивнул, отпуская их и указывая вглубь двора Цитадели. Там, за вторым кольцом обороны, уже был развернут полевой госпиталь. Отряд лекарей со Святой магией наготове встречал каждого вошедшего, чтобы мгновенно проверить на наличие скверны и залечить раны. Внезапно из узкого переулка, откуда только что выбежали люди, медленно, неестественно подволакивая ногу, вышла Марионетка. Ее черные глаза-провалы безошибочно зафиксировали возвышающуюся у ворот фигуру Медведя. Мэд, увидев тварь, тут же вскинул свой "Крушитель". Двухметровый кусок лучшей стали в его руках казался пушинкой. В следующее мгновение воздух вокруг гиганта с гулом уплотнился. Его сила вырвалась наружу, и тяжелая волна Синего пламени окутала Мэда, формируя поверх его доспехов непробиваемую огненную броню. Синий огонь послушно перетек на оружие, заставив лезвие меча вспыхнуть яростным сапфировым светом. Мэд не стал дожидаться, пока монстр оценит обстановку или нападет первым. Сконцентрировав пламя в ногах, он использовал взрывную сверхскорость. Брусчатка под его сапогами брызнула осколками, и гигант моментально сократил разделяющие их тридцать метров. Его "Крушитель", описав в воздухе сияющую синюю дугу, уже был готов рассечь черную тварь надвое, от плеча до бедра. Но Марионетка, движимая инстинктами Бездны, в самый последний момент рефлекторно дернулась в сторону. Исполинский меч с чавкающим звуком отрубил ей руку по самое плечо и с грохотом врубился в мостовую, высекая снопы искр. - Твою мать! Верлявая мразь! - гневно выругался Мэд, с натужным рыком вырывая лезвие из камня и замахиваясь для нового удара. Бой перешел в ближнюю дистанцию. Марионетка, не обращая внимания на потерю конечности, с шипением бросилась на гиганта, пытаясь достать его оставшимися когтями. Но Мэд был готов. Синее пламя давало ему не только силу, но и абсолютную защиту. Он отбивал шквал ударов твари, ловко прикрываясь широкой плоскостью лезвия "Крушителя", словно щитом. Те когти, что всё же скользили по его доспехам, вязли в Синей пламенной броне. Несколько раз твари удалось оставить на его незащищенных руках и лице глубокие царапины, но феноменальная живучесть, даруемая Синим пламенем, срабатывала мгновенно. Края ран вспыхивали синим светом и тут же затягивались, позволяя Медведю уверенно и безжалостно продолжать давление. Поняв, что монстр слишком юркий для тяжелого меча, Мэд сменил тактику. Отбив очередной выпад плоскостью клинка, он не стал замахиваться для удара, а вместо этого выбросил вперед левую руку. Его закованный в латную перчатку кулак, полыхающий Синим огнем, с хрустом врезался прямо в обезображенное лицо Марионетки. Удар был такой чудовищной силы, что тварь оторвало от земли. Мэд шагнул вперед, перехватил падающего монстра за горло и с ревом впечатал его спиной в каменную мостовую. Земля содрогнулась. Не давая Марионетке ни единого шанса, Главнокомандующий перехватил "Крушитель" обратным хватом и с размаху вогнал пылающее синим лезвие прямо в грудь твари, пригвоздив ее к камню и выжигая скверну Хаоса дотла. Когда от монстра осталась лишь кучка пепла, Мэд выдернул меч и тяжело выдохнул. Синее пламя на его доспехах слегка угасло, переходя в энергосберегающий режим. Спустя пару минут из дыма показалась новая, более многочисленная волна беженцев. Это были те самые люди, спасенные Ди на площади старого рынка. - Живее! Поторапливайтесь, ворота скоро закроются! - крикнул им Мэд, подгоняя толпу взмахами руки. Как только первые люди поравнялись с ним, он схватил за плечо крепкого мужчину. - Ворон! Вы видели моего брата?! Мужчина, тяжело дыша, судорожно закивал. - Да... да, милорд! Лорд Ди... он спас нас! Там, у фонтана... Нас зажали две эти черные твари, мы думали, нам конец... Но он рухнул с неба, как огонь! Он отвлек их на себя, велел нам бежать к Цитадели, а сам вступил с ними в бой! - Что дальше?! Вы видели, чем всё закончилось?! - с нажимом спросил Мэд. - Нет... - виновато опустил глаза мужчина. - Мы сразу побежали, как он и приказал. Дальнейшая его судьба нам неизвестна, милорд. Простите. Мэд отпустил его, позволяя скрыться за воротами. Медведь тяжело, с болью в груди вздохнул. Он повернул голову в сторону полыхающего, умирающего города, где сейчас в полном одиночестве бился его брат. Мэду оставалось лишь крепче сжать рукоять меча, стоять на своем рубеже и отчаянно надеяться, что с Ди всё будет хорошо. Он не мог уйти. Он должен был держать ворота открытыми до самой последней секунды. Ди проносился над руинами, оставляя за собой тающий дымный след. С каждым новым взмахом крыльев из Алого пламени Ворон чувствовал, как неумолимо тают его силы. Он был изрядно потрепан. В отличие от Мэда, чье Синее пламя даровало невероятную регенерацию и живучесть, тело Ди оставалось хрупким. Его раны не затягивались на глазах. Глубокий порез на плече продолжал кровоточить, пропитывая ткань рубашки, а каждое резкое движение отзывалось тупой болью в ушибленных ребрах. Он уже успел вырвать из лап смерти несколько групп горожан, принимая удары на себя и расходуя силы на поддержание скорости, но останавливаться было нельзя. Пока в небе горит его огонь, у людей есть надежда. Сквозь густую пелену гари Ди заметил очередную группу выживших. Пятеро горожан, среди которых были раненые, вжались в глухой угол полуразрушенного здания. К ним, издавая мерзкое шипение, медленно подступали четыре Марионетки. Ди камнем рухнул вниз. Сконцентрировав остатки скорости, он на полном ходу врезался в ближайшую тварь. Вспыхнули клинки из Алого пламени, оставляя в воздухе раскаленный росчерк. Удар отшвырнул искаженное тело монстра на десяток метров, впечатав его в обломки колонны. Ворон мягко приземлился перед перепуганными людьми, заслоняя их собой. - Отступайте! Живо двигайте к Цитадели! - тяжело дыша, бросил он через плечо. Люди судорожно закивали и уже развернулись, чтобы броситься в спасительный переулок, как вдруг из теней окружающих руин начали выходить новые силуэты. Они появлялись со всех сторон - с крыш, из проломов в стенах. Воздух наполнился множественным клокочущим рычанием. Четыре твари превратились в шесть, затем в восемь. Мгновение спустя Ди и горстку людей плотным кольцом окружили десять Марионеток. Для измотанного Ворона это было слишком много. Монстры синхронно сжались пружинами, готовясь к прыжку. Ди резко вскинул обе руки вверх. Вся сила, что еще оставалась в его резерве, выплеснулась наружу. Вокруг него и сбившихся в кучу людей с гулом вспыхнул и замкнулся полусферический купол из Алого пламени. Несколько тварей, не успев затормозить, врезались в огненный барьер. Воздух наполнился запахом паленой гнили. Монстры истошно зашипели и отскочили назад, злобно кружа на безопасном расстоянии от обжигающего жара Пламени. Ди сдавленно застонал сквозь стиснутые зубы. Держать такой объемный барьер было невероятно тяжело. Каждая секунда вытягивала из него энергию, руки предательски дрожали, а перед глазами начали плясать черные пятна. Он потратил слишком много сил на предыдущие бои, но опустить щит сейчас означало обречь этих людей на верную смерть. - Слушайте меня, - хрипло произнес Ди, не оборачиваясь. Его голос дрожал от напряжения. - Я дам вам окно для отхода. Привлеку их внимание на себя. Как только я сниму купол, вы должны бежать так быстро, как никогда в жизни. Один из мужчин сглотнул и неуверенно кивнул, крепче перехватывая на руки плачущего ребенка. Ди глубоко вздохнул, собирая в кулак всю оставшуюся волю. Он позволил куполу слегка потускнеть, а затем резко сорвался с места. Ворон рванул прямо сквозь собственную огненную стену, вырываясь наружу и намеренно вспыхивая Алым пламенем так ярко, как только мог. Он стал идеальной, ослепительной мишенью в этом царстве мрака. План сработал. Безумный голод Хаоса заставил всех десятерых Марионеток мгновенно забыть о беззащитных людях. Твари развернули свои обезображенные головы к сияющему источнику энергии и с жутким воем бросились за Ди. Ворон, используя остатки ловкости, взмыл по обвалившейся стене здания. Его сапоги скользили по осыпающейся черепице, когда он запрыгнул на крышу, уводя свору монстров всё дальше от переулка. Твари неустанно карабкались следом, их когти с противным скрежетом впивались в камень, они двигались быстро, словно гигантские черные пауки. Оказавшись на достаточном расстоянии, Ди бросил короткий взгляд вниз. Он взмахнул рукой, подавая знак. Алый купол окончательно рассеялся в воздухе. Выжившие, получив свой шанс, сломя голову бросились бежать в сторону Цитадели. Ди остался один на один с десятком монстров. Пути назад не было. Ди мчался по покатым, скользким от дождя крышам Этернума. Охотник и жертва поменялись местами. Десять Марионеток, словно стая изломанных, одержимых демонами гончих, гнались за ним по пятам. Их было слишком много. Твари двигались абсолютно непредсказуемо, хаотичными рывками перескакивая через провалы между домами. Они бежали по стенам, цеплялись когтями за дымоходы и раз за разом бросались на бегущего правителя, пытаясь разорвать его на куски. Ди даже не пытался вступать с ними в полноценный бой. На это банально не осталось энергии. Он лишь на одних рефлексах вскидывал угасающие пламенные клинки, принимая удары на скрещенные лезвия и отбрасывая визжащих монстров в стороны, чтобы выиграть себе еще пару метров дистанции. Ворон чувствовал, что достиг своего предела. Легкие горели, мышцы сводило судорогой. Улицы внизу, насколько он мог судить сквозь дым, были пусты. Те, кто мог бежать, уже направлялись к Цитадели. Те, кто не смог - затихли навсегда. Его миссия здесь была завершена. Оставалось лишь вернуться к своим товарищам. С этими мыслями Ди резко сменил траекторию, перепрыгивая на соседний скат крыши и направляясь в сторону Верхнего города. До невидимого рубежа, где когда-то возвышалась Великая Стена, оставалось совсем немного. Но лететь он уже был не в состоянии - резерв его сил иссяк почти до дна. Алый плащ, всегда ярко полыхавший за его спиной, теперь лишь жалко трепыхался на ветру. Огонь мерцал, тускнея и осыпаясь искрами с каждой секундой. В какой-то момент, при очередном прыжке через узкий переулок, пламя Ди предательски мигнуло и погасло на долю секунды. Потеряв поддержку, Ворон оступился на мокрой черепице. Скорость резко упала. Этой заминки оказалось достаточно. Ближайшая Марионетка, оттолкнувшись от каменной трубы, камнем рухнула на него сверху. Ди успел лишь вскинуть тающие пламенные кинжалы, блокируя атаку. Лезвия выдержали, но кинетическая сила удара обрушилась на истощенного человека всем своим весом. Ди не удержался на ногах. Удар снес его с края крыши, и правитель Этернума полетел вниз. Он с глухим, страшным хрустом рухнул на брусчатку узкой улицы. Удар выбил из легких весь воздух. Ди перекатился по мокрым камням, оставляя за собой кровавый след. Сплюнув густую, солоноватую кровь, он, шатаясь и опираясь на стену, заставил себя подняться на ноги. Сверху раздался противный скрежет когтей. Марионетки одна за другой спрыгнули с крыш. Они приземлялись с неестественной легкостью, тут же беря свою добычу в плотное, непреодолимое кольцо. Десять пар абсолютно черных, пустых глаз уставились на загнанного Жнеца. Ди горько усмехнулся, утирая кровь с подбородка. Алое пламя окончательно потухло, втянувшись под кожу. - Похоже... добраться до Цитадели у меня всё-таки не выйдет, - прохрипел он, глядя на сужающееся кольцо монстров. Оставался лишь самый последний вариант. Тот самый, который он берег до самого конца, надеясь, что ему никогда не придется его использовать. Ди резким движением сорвал с шеи кожаный шнурок. Ключ, холодный и тяжелый, лег в его ладонь. Ворон сжал его и, вложив остатки своей воли, попытался с силой вставить артефакт в пустое пространство прямо перед собой, надеясь провернуть его и открыть спасительный Разлом. Но ничего не произошло. Ключ просто рассек пустой воздух. Пространство не поддалось, не исказилось и не открыло дверь. Ди замер, глядя на бесполезный кусок металла в своей руке. Он не знал, как он работает. Он не понимал его полного функционала. Задумка с треском провалилась. Ди иронично, надломленно усмехнулся собственной наивности. Он медленно опустил руки, не пытаясь больше защищаться. Твари издали шипящий рык, и кольцо сомкнулось.