Не детективы, а полное разочарование

– У нас всё на руках, верно? Вы, дебилы, перестали искать после случая с Джокером, а как по мне, это должно было подстегнуть искать активнее. Мальчишка тронулся головой, сбежал, и вы что? Решили, что одиннадцатилетний психопат справится сам, и лучше его не трогать? – Это была не лучшая наша идея, да, но... – Никаких «но», тупица. Вы должны были вписться в него зубами, и именно этим мы сейчас и займёмся. Джейсон важно расхаживал перед компьютером, на котором была открыта папка со всеми видео, полученными от Робина. До этого они пересматривали эти видео – а Джейсон смотрел впервые – и Дик детально рассказывал брату, к каким выводам они приходили по каждому из эпизодов. Теперь они начали выводить факты от начала. 1. Мальчик из Бристоля. – Этот акцент я не спутаю ни с чем. Я передразнивал Брюса три месяца после того, как услышал его у Брюси. Альфред тогда пояснил Джейсону, что Брюс на самом деле учился бристольскому акценту. В детстве, к восьми годам, он говорил с этим акцентом, да. Потом, после ужасного случая с его родителями, Брюс стал перенимать акцент Альфреда, с которым разговаривал бóльшую часть времени. Потом он отправился в своё боевое путешествие, учил языки, говорил с неведомым множеством людей. У Бэтмена не было акцента уроженца Бристоля, но Брюси Уэйн не мог появиться на публике и заговорить как типичный простолюдин. 2. Два года назад ему было от девяти до одиннадцати. Так что они ищут бристольского ребёнка – мальчика, это они выяснили во время передержки Джей-Джея – определённых годов рождения. – Ты уверен, что ему тут десять-то есть? – Не-а. Можем взять ещё в проверку на год-два младше детей, почему нет. Легче или сложнее нам от этого не будет. – Он был у вас сколько? Месяц? Два? Вы не узнали его возраст? – Две недели. И он говорил, что ему одиннадцать. Двуликому он сказал то же самое. Но выглядел и по всем проверкам не подходил к показателям этого возраста. И вообще, отстань. Ты сам спросил. – Справедливо. 3. Мальчик гениален. – Окей, два года, да? Два года, и вы не подумали проверить годы постарше, чем начальную и среднюю школу? Пацан скрывался от Бэтмена в прямом и техническом смысле, откуда-то взял его фотографии и скрыл свой информационный след, и вы, блять... Ой, всё. – Крылышко... – Я разочарован, Дик. Разочарован. Вы просто ужасны. Детективы? Посмешище. – Ладно, ладно, но что ты предлагаешь? – Мы проверяем учеников, которые перепрыгивали классы. Школьников на домашнем обучении. Детей, которые кончили экстерном, всё такое. Среди бристольских детей таких будет легко отсеять. – На самом деле... Чëрт, ты прав. Погоди, погоди, сейчас...

***

Брюс спускался в пещеру после внеплановой встречи с Люциусом Фоксом. Тот выражал обеспокоенность насчёт медицинской компании, Drake Industries, и они долгие три часа рассматривали возможности захватить эту компанию на время, пока ребёнок Дрейков не достигнет возраста наследия. Иначе компанию разграбят нынешние отвечающие, а её важность на рынке Готема нельзя переоценить – только она и контролирует цены на многие лекарства, не давая им подняться ещё выше. (Недоступность лекарств в своё время лишила Джейсона матери. Настоящей, а не той, что продала его Джокеру. Так насколько же повысятся подобные смерти, если цены подскочат ещё сильнее?) Он отпил горький, холодный кофе, принесённый им из кофейни. В пещере раздавались голоса – знакомые, один из которых всё ещё заставлял его сердце сжиматься, а глаза слезиться. В последнее время эти двое всё чаще появлялись где-то вместе. Брюс не знал, чем они занимаются сейчас, но был готов к будущей головной боли. Честное слово, почему он решил, что заводить детей – хорошая идея? Мальчики сгруппировались перед компьютером, и Брюс, не сомневаясь, что его уже услышали, медленно скользил глазами по открытым вкладкам. Фотографии детей. Мальчики с чёрными волосами и голубыми глазами. Всего двадцать человек. В трёх из них Брюс узнаёт мальчиков, которых проверял в своё время. У этих он помнит нечто общее – кажется, вон тот перескочил пятый класс и сразу пошёл в шестой, а вон тот перескочил второй... – Вы изучаете Робина? – спрашивает он, уже зная ответ. Мальчики не оборачиваются, Джейсон поднимает средний палец, Дик просто машет рукой, показывая не мешать. Брюс мычит, допивая кофе и блуждая по остальным фотографиям. Глаза цепляются за фамилию, что раздражала его последние три часа. Дрейки – на экране изображение из газеты, где обсуждался новый проект их компании. Джанет, прекрасная и умная женщина, в своё время бывшая грозной змеёй бизнеса, держит своего мужа за локоть. Джек, худощавый, собранный, говорит с кем-то за кадром. Между ними крохотный, доходящий едва ли до пупка отца мальчик, более новых фотографий которого нет, иначе бы на компьютере высвечивались они. У мальчика чёрные, лакированные волосы, зачёсанные назад. Умные, пронзающие душу глаза, которые... Которые Брюс уже встречал. Нет, не в тот раз, когда очаровательный мальчик на гала-вечере подошёл к нему и протянул тарелочку с закусками, будто знал, что до этого Бэтмен семнадцать часов ловил преступников и не имел времени даже на уличное тако. Нет, не в тот раз, когда этот же мальчик смотрел на него с другого края зала, прожигая так остро, что Брюсу хотелось напасть или бежать. А в тот раз, когда он вымывал зелёную краску из чёрных волос, а бледные пальцы играли с резиновыми утками, едва-едва найденными Альфредом, чтобы мальчик не сопротивлялся мытью. – Тимоти. – Что? Брюс, не отвлекай, иди занимайся своими мстительными делишками. Мы ищем своего нового младшего братишку, и тебе лучше подготовить те документы, что появились на столе во время Джей-Джея. – Нет, я не... Дик. Это Тимоти Дрейк. Он – Робин. – Что? Курсор скачет по экрану, кликает по фотографии Дрейков. Джейсон что-то быстро печатает, пока не начинают открываться вкладки со всеми статьями по ним, в то же время Дик замер, смотря на фотографию с пониманием и ужасом. – Да ты издеваешься! Наш сосед? – Брюс, ты не можешь быть серьёзен. Как вы не узнали мальчика, который жил в соседнем доме? Я разочарован, окончательно разочарован. Вы ужасные детективы. Я всё расскажу Барбаре. Фотографий мальчика почти нет. Большая часть – 90%, если точнее – сделаны в год с восьми до девяти лет Тимоти. Родители выводили его наружу каждый раз, когда сами появлялись в Готеме, а журналисты с удовольствием освещали ребёнка, которого до этого почти не видели. Более глубокое расследование показывает, что старших Дрейков почти не бывало в доме, а за Тимоти никто толком не следил начиная с их переезда. Деньги перечислялись только домработнице, суммы огромные, но камеры, расставленные Брюсом по большей части Бристоля, показывают, что её доисторическая машина проезжала по дорогам района всего два раза в неделю. Больше никто к мальчику не приезжал и не приходил, сам он дом не покидал – что ложь, об этом трио прекрасно знает – а школу посещал только на экзамены. «Разве он не говорил, что никто не зовёт его настоящим именем? Потому что некому так его звать?» – Брюс, он закончил школу в прошлом году. Уже после Джей-Джея. – Есть записи с камер? – Посмотри сам. Я в этом хуже вас с Барбарой. Брюс садится за компьютер, начиная взламывать облачное хранилище записей со школьных камер. Парни в это время с двух сторон от него ставят свои кресла, Джейсон крутится, Дик принимает нечеловеческой гибкости позы. Наконец, они находят нужную дату. Тимоти пришёл. Зелёный свитер, объëмный, поглощающий его. Синие штаны, обтягивающие тонкие, как спички, ноги. На лице толстый слой пудры, хотя кожа рук белая, волосы местами чёрные, местами всё ещё зелёные. Экзамен проходил всего через месяц после того, как Джей-Джей сбежал от Бэтмена. Из Тима вырывается смех, глаза широко распахнуты, учителя от него шарахаются, но мальчик с отличием сдаёт все предметы и становится самым молодым выпускником Академии Готема. – Почему учителя не растрепали об этом? Журналисты бы на что угодно пошли, чтобы получить такой материал. – Ну, Голди, наш ты Чудо-Вундеркинд, не все готовы раскрывать, как много им заплатили, чтобы получить возможность просто перепрыгнуть через пару классов. – Не понимаю. Суммы не могут быть настолько огромными, чтобы отказаться от... О. О. Ладно, я понял. Неплохая плата за молчание. – Откуда он вообще брал эти деньги? – Первые переводы проходили с счетов его родителей. Следующие с тех компаний, с которыми он спорил насчёт Бэтмена. Последний... – Б... – Старик... Чувак снял херову тучу денег с твоих счетов, и ты не заметил. Ты такой... – Язык, Джейлад. Не говори мне, что Альфреду нужно ещё раз провести с тобой беседу. – Но я пра~в. Он действовал у тебя под носом. Ты потерял хватку. – Он абсолютнейше прав, Б. Как ты не заметил этого? – Он скрыл перевод с банковских приложений. А я не проверяю наши денежные переводы через бэткомпьютер каждый месяц.

***

Они изучают ещё некоторое время. Следуют по сложной линии взломов банковских счетов – от Брюса до Лекса Лютера, который, кажется, стал дойной коровой Юной Лиги Справедливости. Покупка недвижимости, очень больших квартир сразу в нескольких городах, один из которых – Метрополис. Создание официального банковского счета, получение карточки, с которой проходят более мелкие траты. От походов в кино до десятков дорогостоящих комплектующих для различной техники. – Пятикомнатная квартирка... Мы уверены, что Лекс не знает о снимаемых средствах? – Дики, птенчик запугал Бэтмена два года назад, ты думаешь, он не нашёл что-нибудь на Лекса? У него теперь море опыта за плечами. – Да, ладно, поставь себе ещё одну галочку «Джейсон прав, а остальные тупят». Но что мы будем делать? Кажется, он хорошо там устроился. – А нас это волновать должно? Лично меня наличие хаты в Метрополисе не остановит от вербовки нового младшего брата. С этим малышом я устрою чертов хаос на улицах Готема. – Джейлад, пожалуйста, не втягивай своих братьев в это. – О? Ты даже не будешь отрицать этого, старик? – Брюс сдался! Альфред! Альфред, Брюс усыновит Робина! У нас будет свой собственный маленький Тимми! Брюс вздохнул, пока двое ничуть не выросших бестий бушевали над ним, улюлюкая и придумывая самые разные способы унизить его и посмеяться. Он решил игнорировать это, создавая новую папку и начиная продумывать план адаптации Тимоти в семью. Альфред и правда скоро появился, однако не из-за восторженных криков Дика и Джейсона. – У нас гости, господа. Прошу подняться в поместье.

***

Ничего личного, если честно. Тим не считал Ра'са или его Лигу чем-то настолько важным, чтобы пытаться насолить им из какой-то мести или тому подобное. Конечно, столкнуть монету на этого бессмертного старика было смешно, но не более того. Враги Бэтмена могут и дальше оставаться врагами Бэтмена. Но Тим – и Джей-Джей, и на самом деле они не могли отличить друг друга, они были одним целым, просто иногда с разными потребностями – жаждал вызова. Становилось слишком скучно. Да, они гоняли в космос, да, подменили один раз Санту, сразились с злыми версиями себя, что, ха, забавно, так как это, видимо, не то измерение, потому что... Ладно, для этой мысли нужна минутка, и Тим позволил себе отступление от мыслей про Лигу. Но это просто не могли быть они из их вселенной. Робин бы никогда не надел маску Бэтмена, он бы не опорочил этот плащ таким тривиальным оружием, как пистолет. Он и сам понимал, что скоро придётся сменить маску, но не на Бэтмена же. Помимо этого, их ожидали встретить в башне Титанов в Сан-Франциско. Команда и правда была в тот день в Сан-Франциско, но с чего бы им быть в башне? А ещё они так насмехались над командой героев, но потом внезапно удивились, когда Робин бросил нож в прорезь доспехов на плече своего гипотетического будущего «Я». Если они – это Юная Справедливость из будущего, то с чего бы им удивляться ножам у Робина? Ну, они удивились. И они не были готовы. Так вот, даже несмотря на такие занимательные столкновение, становилось скучно. Тим уже трижды взломал Пентагон – ему отправили милую открытку с просьбой так больше не делать, потому что, по всей видимости, солдаты Пентагона не готовы выступать против злодеев из Готема, каким является и Робин – устал от шахматных партий с Лексом, четыре раза раздражал мисс или миссис Аманду Уоллер, которая теперь охотилась по его голову. Ску-ко-та. Таким образом он и вышел на Лигу Убийц. Через Аманду, то есть, а не через скуку, но тут, наверное, сумма обстоятельств решала. Потом он узнал, что это враги Бэтмена, потому что узнал Ра'са по их стычке, потом углубился, потом ещё углубился, потом... ...оказалось, к их личным базам данных нельзя подключиться удалённо. И тогда Тим принял вызов. Так что да, это не было личным. Тим просто заскучал, а теперь он без труда пробирается по коридорам Нанда-Парбат, которая куда меньше охраняется днём, чем ночью. Смех, высокий, но не громче шёпота, вырывался из него быстрыми трелями, как щебет птичек, быстро спугнутых с веточек. Он крался, иногда используя шахты, иногда – вентиляции, а чаще всего просто перебегая из коридора в коридор. Он знал, что его скрытность на высоте, не сомневался в этом на самом деле, но очередное подтверждение этому было лестью, бальзамом, обволакивающим душу. Он слишком уж беспрепятственно оказался в комнате базы данных, дротиками, когда-то вырубившими мистера Дента, обезвредил всех в помещении, после чего залез в компьютер. Допотопный, медленный, ужасный, но полный информации компьютер. Это должен был быть вызов. Но это оказалось так ску-ч-но. С отдельной «ч», не иначе. Может быть, взорвать пару баз? Чтобы немного развлечься? Это будет очень по-злодейски – уничтожить несколько баз другого злодея. Тим – Джей-Джей? – хихикнул, принимаясь за программирование. Он, конечно, не глупый, так что не планировал взрывать всё прямо сейчас. Он же здесь, и нужно будет ещё убежать. Но будет так здорово, если их подорвёт через, скажем, неделю. Совершенно без предупреждения... Ну ладно, с предупреждением. Потому что там, очевидно, люди. Он мог бы дать им пять... Десять... – Кто ты? Тим обернулся. В дверном проёме стоял мальчик. Мальчик! Ниже него! Давно никто не был ниже него! Это не должно так радовать, но Тим не сильно беспокоился о своих эмоциональных реакциях. В этом он определённо стал отличаться от себя прежнего после времени с папочкой. – Робин! А ты? – Дэмиан аль Гул, наследник Головы Демона. Что ты здесь делаешь? – Вау! У Ра'са есть сын? Но он такой стаааарый, кто же полюбил его настолько, чтобы родить сына? Тим был умным. Он знал, что дети появляются от любви двух человек, мужчины и женщины, или землянина и не землянина, если условия позволяют. Любовь – это самое важное, так все видео про детей говорят. Он не совсем уверен, но мистер Лекс... О! О! Мужчины с мужчиной тоже могут, точно! Иначе бы Коннер не родился! Конечно, он появился из пробирки, но всё равно, у него ДНК двух человек, так что он ребёнок. Так вот, Лекс ему подтвердил, что любовь – это обязательно. Ещё он выглядел так, будто не хочет вести этот разговор, но Тиму, если честно, плевать, чего хочет Лекс. – Ты ничтожен и глуп. Я внук дедушки, а не сын. – О, да, звучит логично. Внук дедушки не может быть его сыном, потому что тогда бы дедушка должен был сделать любовь с дочкой, а это нехорошо. Дети от дедушки и дочки были бы больными, а ещё они были бы одновременно детьми и внуками своему дедушке... – Замолчи! Ты несёшь чушь. – Может быть, – он улыбается ничуть не волнуясь о том, что ему говорят, и повернулся обратно к компьютеру. Так вот, десять... Или пятнадцать? – Что ты делаешь? – Устанавливаю таймер. – Зачем? – Чтобы люди успели убежать. – Убежать? – Да. Перед тем, как тут всё взорвётся. Люди должны будут куда-нибудь убежать за это время. – Куда-нибудь? Почему всё должно взорваться? – Потому что я всё взорву, и нужно будет, чтобы люди ушли перед этим. Не знаю, куда. Куда бы ты хотел убежать? – Колыбель – мой дом. Мне некуда отсюда бежать. Только трусы бегут. – От взрыва бегут не трусы, а умные люди. Ты же не хочешь взорваться? – Тогда не взрывай ничего. Я расскажу дедушке, и тебя остановят. – Может быть. Можешь сказать, кто мешает? Но мне скучно, так что я взорву что-нибудь. Иначе я пришёл сюда совсем без смысла. – Но мне некуда бежать. Ты взорвешь мой дом. – Тогда давай найдём тебе новый дом! – он заулыбался, когда такая гениальная идея пришла ему в голову. – Где бы ты хотел жить? Некоторое время мальчик молчал, раздумывая. Тим в это время решился на таймере в полчаса, чтобы больше людей успели убежать, но взялся за усложнение своей программы, чтобы за эти полчаса не успели обезвредить взрывы в целом. – К отцу. – Хорошо! Где живёт твой отец? – Я не знаю. Когда я выиграю у матери, она должна будет сказать мне, кто он, и тогда я смогу узнать, где он живёт. – Ну, тогда иди пока выиграй. Я подожду, и мы вместе поищем, куда тебе нужно будет бежать. Он пожал плечам, не видя в этом проблемы, однако Дэмиан напрягся. – Мама позволяет устраивать этот бой только раз в месяц. Ещё не наступил день боя. – Хм... Тогда давай просто посмотрим, есть ли эта информация на ваших компьютерах. Тим подозвал Дэмиана ближе к себе, и они вместе смотрели на экран, пока Тим искал информацию. Файлы про Дэмиана были зашифрованы, и пришлось потратить ещё по одному дротику в каждого вырубленного человека, чтобы Тиму хватило времени расшифровать данные. – Ого! Ты сын мистера Уэйна! – Ты знаешь, кто это? – Конечно! Так круто! Мы не можем ждать целую неделю, я просто обязан рассказать ему как можно скорее! Тим чуть ли не вибрировал на месте, но Дэмиан смотрел на него скептически. Потом он оглянулся на вырубленных ниндзя вокруг них, снова посмотрел на Робина, одетого как светофор, так, что его нельзя было не заметить, и кивнул. Он мог довериться человеку, который явно обладал мастерством, превышающим мастерство этих отбросов. Вместе они пробрались в личные комнаты Дэмиана, где тот взял самое необходимое – катану, он взял катану – и после этого вместе убежали из Нанда-Парбат, Тим контролировал весь их путь, разразившись громким, неконтролируемым хохотом лишь тогда, когда они оказались достаточно далеко от базы. – Кооооон! – успокоившись, громко, певуче позвал он. Супер тут же появился перед ним, и Робин с радостью подхватил друга под руки, устраивая победный танец. – Я нашёл сына Бэтмена, сына Бэтмена, представляешь? Так круто, так круто, нам нужно в Готем, я должен их познакомить, Кон, он будет так рад! Он всегда рад, он так любит своих сыновей, он будет в восторге! Кон, привычный к его поведению, со смехом присоединился к танцу, размахивая их сцепленными руками и позволяя Робину прыгать и кружиться, как тому хотелось. – Значит, прошло хорошо? Ты развлёкся? – О нет, ты не представляешь, это было ужасно! Так скучно, никакого вызова, никакой опасности, ничего! Их охрана днём просто ужасна, стоило прийти ночью, но ночью это была бы совсем другая атмосфера, и ночью я занят, а они идиоты, которые думают, что днём им ничего не угрожает! Такие глупые, Кон, очень глупые! По сравнению с Робином, как считал Кон, глупые все, кроме разве что Лекса, но он кивал, ничего не говоря. Когда же Роб успокоился, прижавшись к нему и хихикая куда-то ему в шею, он протянул руку мальчику, который, судя по всему, сын Бэтмена. – Я отнесу вас в Готем. Держись крепче, хорошо? Роб и Импульс иногда отпускают меня, потому что, судя по всему, это очень смешно, но я бы не хотел, чтобы ты за ними повторял. Дэмиан фыркнул что-то очень похожее на «как будто я бы делал что-то настолько глупое», после чего принял помощь Коннера с видом короля, которому прислуживает плебей. Да, определённо есть что-то от Бэтмена. Кон почти уверен, что видел, как тот так же пользовался Супер-такси, выглядя так серьёзно, будто совсем не летит на руках/спине пришельца, а едет в карете королевы Британии. Он высаживает этих двоих в богатом районе, обещая Робу не подслушивать, потому что тот не рассказывает им личность Бэтмена. Договорившись встретиться позже, чтобы вернуться домой, они расходятся. Так Робин и Дэмиан и оказались в поместье Уэйнов.