Брюс принимает сомнительные решения. Всё заканчивается хорошо

Дэмиан не совсем понимал, что происходит. Он держался тихо, наблюдал и запоминал, готовый отреагировать в любой момент. Диван под ним жёсткий, но не в неприятном плане. Его ноги не достают до пола, но подушки приятно – до некомфортного комфортно – приподнимают его коленки, в то время как сам он находится в небольшом углублении. Под спиной подушка, мягче, чем сам диван, и хорошо вписывается в интерьер. Его попросили снять уличную обувь, и, следуя примеру Робина, Дэмиан остался в носках. Отказался от предложенных тапочек. В любом случае, в коридорах и комнате, где они теперь находились, были ковры. Их встретил в поместье пожилой мужчина, прислуга. Налил горячий чай, предложил для него сахар, молоко, мёд и закуску, и сказал, что скоро вернётся. Он вернулся. Вместе с отцом и двумя не совсем мужчинами, но уже и не мальчиками. Юношами? Парнями? Угрозами. Тот, что пониже, с ужасным контролем эмоций, тут же оказался рядом с Робином, подхватил его на руки и что-то заговорил на слишком быстром английском. Из-за сильного акцента Дэмиан не поспевал за ним. Мать никогда не обучала его акценту Готема, что было неблагоразумно с её стороны, ведь его стоило научить говорить также, как отец. Тогда бы его будущее внедрение в семью отца прошло глаже. Робин с визгливым смехом ответил на объятия невысокого мужчины, закружившись с ним по комнате, когда его опустили на землю. Решив, что может оставить их без внимания, Дэмиан продолжил следить за другими двумя – высокими, крепкими, широкоплечими. Черноволосые. У одного знакомый оттенок глаз, у другого – явно выраженный зрелый возраст. Предполагая, что один из них является его отцом, Дэмиан делал ставку на того, что старше, хотя не до конца отметал зеленоглазого. Знает Ра, Ямы Лазаря на самом деле способны сохранять молодость, если правильно ими воспользоваться. – Хорошо, – наконец заговорил зеленоглазый, отрывая взгляд от двух гиперактивных людей, ставших ещё активнее, как только им позволили оказаться в орбите друг друга. Кажется, сейчас Робин висел вниз головой на спине незнакомца, а незнакомец подбивал его на какую-то пакость. В Лиге их бы давно наказали, если не убили. – С этим всё понятно, демоны всегда появляются, как только о них заговоришь. А ты кто такой? Новый член его волшебных покемонов? Неизвестное, но наверняка оскорбительное сравнение ничуть не задело Дэмиана. Его обучали лучшие из лучших держать свои эмоции при себе. Он убьёт этого человека во сне и не оставит ни единого следа. – Я Дэмиан Аль Гул, наследник Главы Демона, единокровный сын человека, зовущегося Брюсом Уэйном. Робин, – он указал рукой в сторону висящих... Висящих на люстре? Двоих. – Выяснил эту связь, планируя уничтожить базы дедушки, и предоставил помощь по транспортировке в родовой дом отца.

***

«Демоны всегда появляются, как только о них заговоришь» Это правда. Брюсу, по крайней мере, так кажется. Сколько раз он пытался обсудить что-то тихо с Альфредом, как тот его сын, о котором был разговор, появлялся в той же комнате, лез, выпытывал, не отставал, пока ему тоже не расскажут, о чём старшие шептались. Дик готов был весь дом на уши поставить, на голове ходить, висеть на Брюсе, проверяя, кто кого переупрямит. Джейсон в первые месяцы смотрел с таким подозрением и опаской, что Брюса съедала необходимость заверить его в безопасности и объясниться. Джейсону всё равно не нравилось, что о нём говорили за его спиной, но так они быстро узнали, что Брюс... Может просто подойти и спросить? Не пытаться догадываться? Его социализация в те месяцы перестраивалась. Но если ему всё же приходилось обсудить что-то тайно от Джея – хотя бы подарки на праздники – то проказливый мальчишка всё равно тут же появлялся рядом. Даже Робин Джей-Джей Тим был таким ребёнком. Он пробыл в поместье всего-ничего, но успел измотать каждого в доме, как примагниченный появляясь в тех комнатах, где только-только прозвучало его имя. До этого же стоило им подумать, что слишком давно не было новостей о Робине, как на компьютере появлялось новое видео. Или в новостях. Или на сайтах новостей, потому что некоторые ролики не выпускали в эфир с тех пор, как к новому злодею привыкли. Робин всегда появлялся, стоило о нём вспомнить. Пока они не опоздали. Теперь сыновья Брюса решили разыскать того, кого назвали младшим братом. Новым братом. А также вспомнили Робина. Потому что это не одно и то же. Брюс хотел бы этого, хотел бы, как никто здесь, больше, чем чего-либо ещё. Но он видел, что Робину это не нужно. Что он должен получить взрослого, который о нём позаботиться, что так будет для него лучше. Но этим взрослым будет не Брюс. А новый младший брат, о котором заговорили его старшие мальчики, сидел перед ним, смотря своими выразительными зелёными глазами, приподняв подбородок, держась уверенно, но скованно, испуганно так, как не увидит нетренированный глаз. У мальчиков появился младший брат. Потому что у Брюса появился сын.

***

Тимми – тот очень удивился, когда к нему обратились по имени, хотя и не испугался этого и не отнёсся так, будто это вообще тайна – удалось уговорить остаться на обед. Во многом помог предложенный суп Альфреда и обещание десерта на выбор Тима, если этот десерт будет возможно приготовить ко времени трапезы. Тим, кстати, выбрал наилучшее и самое замечательное печенье по фирменному рецепту Альфреда. То самое, где были острые специи, которые волшебным образом делали вкус просто превосходным. Дик посвятил всего себя, чтобы младший брат, ускользающий от них всё это время, чувствовал себя желанным и счастливым. Чтобы Тим захотел остаться с ними, а не пытался убежать при первой же возможности. Поучаствовать в акции «заполучи одного младшего брата, второго получишь в подарок» тоже было чудесно, и Дик с радостью познакомился с Дэмианом, однако, признаться честно, был куда менее им увлечён в тот момент. Что-то, за что, наверное, в будущем он будет себя корить, хотя, честно говоря, вряд ли. Он не знает Дэмиана. А вот Робина – Тима – он знал годами, две недели даже встречался с ним лично, и пусть их общение было скорее как зрители и любимый блогер, Дик проникся мальчиком, как никем другим. Вот почему для него стало шоком, когда Робин объявил, что ему пора идти, а Брюс не стал с ним спорить. Где знаменитый инстинкт усыновления грустных черноволосых и голубоглазых мальчиков? Где всем известное желание помочь всем и каждому, даже если внезапной жертвой окажется некогда известный злодей? Они не раз спасали доктора Фриза, Айви, Харли Квинн, чёрт подери, до убийства Джейсона они даже спасали Джокера из ловушек, в которые псих сам себя загнал! Так что же изменилось? – А? Нет, старик, так не пойдёт! – полностью выразил его мысли Джейсон. – Ты же не собираешься так просто позволить ему уйти чёрт знает куда, верно? Мальчишка не может и дальше сам за собой присматривать! – Ты прав, Джейсон, – удивительно сдержанно ответил Брюс, взглянув на сына, после поворачиваясь к Джей-Джею. Тот грыз печенье (почти вся партия довольно быстро и совсем не тайно перекочевала в карманы на его поясе) и наблюдал за разговором, как за развлекательным теле-шоу. – Я бы хотел, чтобы за тобой присматривал взрослый, Тимоти. Чтобы у тебя был кто-то, кто о тебе позаботится, к кому ты сможешь обратиться, если тебе понадобится помощь. Однако, поправь меня, если я не прав, у тебя уже есть такой человек, не так ли? – Взрослый? – Джей-Джей наклонил голову, смеясь. – Конечно! У меня появилось так много друзей, а они такие дети! Я нашёл нам взрослого! Энтузиазм в голосе Тимми совсем не успокоил Дика. Он продолжал слушать, слова застряли в горле, грозясь перерасти либо в крики, либо в ком где-то в животе. – Я очень рад это слышать. Я бы не смог заставить тебя остаться со мной. Тебя уже давненько не было в Готеме, верно, Робин? – Мгм! Я... Не очень хотел возвращаться. А потом был так занят! Но... В последнее время я немного скучаю. – Правда? Потому что мы будем всегда рады видеть тебя здесь. Ты можешь приходить к нам когда захочешь. – Даже ночью, – поддакнул Джейсон. Дик бросил быстрый взгляд в сторону. Джей выглядел так, будто тоже не понимал, что творит Брюс, но пытался вставить свои пять копеек. – Знаешь, я был бы не против потренировать своего преемника. Да и ты уже не промах. Совсем не обязательно перерезать людям сухожилия, чтобы бороться с преступностью, понимаешь? – Звучит неплохо. Но я не думаю, что оставлю себе Робина. – Не оставишь? – это были первые слова Дика с начала прощания. Вышло сухо, хрипло, и он слегка кашлянул. – Почему, милый? Мы не будем забирать его. В начале, конечно, попытались бы, но... – Да нет, – перебил Робин. – Я был Робином, потому что Бэтмену нужен был Робин, а Робина не было. Но теперь есть ребёнок, есть даже прошлый ребёнок, – Джей-Джей сначала посмотрел на Дэмиана, тихо наблюдающего со стороны, а после ткнул пальцем в сторону Джейсона. – Дети есть. Мальчик на место Робина есть. И на улицах Бэтмен давно ведёт себя нормально. У меня нет причин оставаться Робином. – Ты хочешь... Оставить всё это? – Дик давно не слышал от Брюса такой осторожности в речи, и это заставило его серьёзнее отнестись к делу. Оставить ночную жизнь для Тима было бы хорошим решением. Он итак многое пережил. Одинокое детство (что на самом деле не связано с линчеванием), становление преступником ради спорной, но вроде как благородной цели, пытки Джокера. Возможно, если он оставит плащ сейчас, он ещё сможет влиться в обычную жизнь. Спокойную. Безопасную. – М, да нет, это было бы скучно. ...с другой стороны, они говорили с психопатом. Без официального диагноза, но они практически уверены, что малыш – психопат. – Но я сменю маску. Это звучит весело. Хотя я попридержу Робина, пока Дэми не будет готов выйти на улицу. Хорошо? – он не спрашивал старших, вопрос был обращён к Дэмиану. Мальчик серьёзно кивнул. – Приемлемо. Ты привёл меня в дом отца. Я могу позволить тебе продолжать носить имя, которое должно передаться мне, пока отец не создаст костюм для меня. Ох. Мальчик знает, что они – герои? Дик ещё не понял, откуда Дэмиан взялся, но он уже чувствовал, что будет весело. В самом тяжёлом и выматывающем смысле. (Дэмиан не знает, что они герои. Но, слушая разговор, он пришёл к логическим выводам, что эта семья – убийцы, знаменитые убийцы, носящие титулы и маски, как маска на Робине, и не было сомнений, что Дэмиан получит себе место в этом семейном бизнесе) – Ну, тогда всё! Я устал от вас. К сожалению, я всё ещё храню вашу тайную личность, так что мне нужно выйти из поместья, чтобы позвать Кона, так что пока. И, хотя он стоял всего в паре шагов от них, Тимми высоко-высоко поднял руку, широко размахивая ею, развернулся на пятках и покинул дом, не встретив более сопротивления. Когда дверь за мальчиком закрылась, а Джейсон, чуя приближающуюся бурю, увёл Дэмиана, Дик наконец повернулся к Брюсу. Гнев кипел под его кожей, бегал по рукам, гудел энергией в ногах. Не раздумывая, он перешёл на крик: – Ты его так просто отпустил?! Поверил на слово, что у него есть какой-то эфемерный взрослый, Б?! Серьёзно?! А через пару домов от поместья Коннер подхватил на руки извивающегося Джей-Джея и понёс домой. К их совсем не эфемерному взрослому.

***

Джейсон в прошлом – идиот, разозлившийся и покинувший поместье, не желая присоединяться к ссоре между Брюсом и Диком, но определённо встав в этом вопросе на сторону Дика. Джейсон в настоящем – бог удачи, который первым заметил раскрывшиеся крылья нового антигероя Готема и подтолкнул ветер в его сторону, помогая удержаться меж теней самого криминального города страны. (Возможно, страны. Возможно, всего мира) Арлекино создал костюм, во многом вдохновлённый одной из его мам – потому что Харли каким-то образом стала ему мамой? Они даже не знали, что она участвовала во всём этом кошмаре с промыванием мозгов. Облегающий, как у Сироты, но полный ромбовидный узоров и с шапкой шута, объемной, скрывающей в своих глубинах самые разные вещи, словно самая настоящая шляпа фокусника. Джейсон не знает, какие технологии использовал Лютер, но эти колпаки на голове Робина ничего не весят. В его манишке – забавном клоунском воротнике – спрятан ребризер, на глазах маска-домино в цвет костюма, на плече огромный молоток, отдающий дань уважения оружию Харли и легко скидывающий груз, если Арлекино желает сразиться посохом. И он, конечно же, даже не пытается быть незаметным. На самом деле, весь его костюм – одно сплошное пятно оранжево-желтого цвета, в его обуви скрыты ролики, а до этого будто бы наконец прошедший высокий смех вновь вернулся, чтобы вселять в сердца преступников ужас. Да, Джейсон словил инфаркт, услышав его в первый раз. А после, посмотрев на совсем не птичку, что не мешало ему называть Арлекино птенчиком, усыновил мальчишку, даже если это означало, что он добровольно ввязался в совместную опеку с этим придурком-Лексом. На самом деле, когда он узнал об этом, это стало казаться очевидным. У Юной Справедливости было слишком много трат с его банковских счетов. Бэтмен может идти нахер. Если он не желает усыновить ещё одного грустного синеглазого мальчишку, Джейсон справится с этим сам. Арлекино выскользнул из тени потолочных балок, пикирующего вниз, размахивая молотом. Капюшон чертыхается, проклиная себя, что отвлёкся – всегда неимоверно увлекательно смотреть, как человек в настолько ярком костюме сливается с тенями – и достаёт пистолеты, прикрывая мальчишку. Он должен был догадаться, что Арлекино не хватит усидчивости для шпионажа. Ничего страшного. Ведь он здесь, чтобы прикрыть своего протеже. – Ты спишь, ты спишь! О чем ты думаешь? Ты та~к сильно отвлёкся, что я успел размозжить черепушку их главарю. – Эй, я не проспал это. Я позволил. Только у Бэтмена есть правило не убивать, и мы с тобой не Бэты, малыш. С чего бы мне мешать тебе веселиться? Он вздрагивает, когда Арлекино разразился визгливым хохотом. Но, ха, это стоило того.