Битва за шкатулку.

— Ты зачем это сделала? — поинтересовался Мастер Фу, когда они оказались в своей комнате, где ночевали. — У меня, то есть у нас, не было другого выбора. Вас они вообще ни во что не ставят, а меня со шкатулкой отсюда не выпустят, — ответила девушка. — Но биться с самими монахами, — сказал мастер Фу. — А как я по-другому докажу, что достойна называться Хранителем? — ответила Беверли. — Меня больше волнует другое. Она поискала взглядом своего Квами и обнаружила его летающим под потолком. — Эй, Лонгг! Ты ничего не хочешь мне объяснить? — Что именно? — Квами спустился на уровень её лица. — Ты почему не в шкатулке? Я же не ношу талисман? — спросила она. — Ну, ты же теперь Хранитель, а я Квами Хранителя. Вот поэтому, — ответил Лонгг. — Но если хочешь, я могу вернуться. — Нет, нет, не надо, — затараторила девушка, увидев, что квами хочет скрыться. — Оставайся, так даже веселее. Так почему ритуал передачи шкатулки не сработал как надо? Ведь мастер Фу назвал имя Су Ханя? — Ритуал не сработал, потому что именно ты должна была назвать имя нового Хранителя. У шкатулки не может быть их двое, — ответил Квами. — Почему именно я? — задала следующий вопрос девушка. — Считай, что тебя выбрала сама судьба, — сказал Лонгг. — Но для полного контракта тебе нужно кое-что сделать. — Что именно? — Посмотрела Беверли на Квами. — Одень талисман, — улыбнулся Квами. — Ладно, Беверли сделала то, что сказал Квами, а именно, взяла нужный талисман, и как только щелкнула застёжка на нём, шкатулка, что лежала рядом, странно засветилась. — Ого! Что происходит? — спросила Беверли. — Теперь ты настоящий хранитель Шкатулки Чудес, — оповестил её Квами. — А до этого, видимо, была липовой? — пошутила девушка. Эта шутка вызвала у Мастера Фу улыбку. — Знаешь, я даже рад, что так получилось, — сказал он. — А смысл? — вздохнула Беверли. — Злодеи на горизонте не маячат. — Зачем она мне? — Ничего не делается, — начал Мастер Фу, как был перебит. — Просто так! — закончила она вместо него. — Это тоже были ваши слова. Беверли встала со своего места и направилась в дальний угол. И, взяв свой телефон в руки, посмотрела на дисплей, собираясь с мыслями. «Адриан, пожалуйста, прикрой меня еще немного, а то мне придётся задержаться ненадолго». Спасибо, люблю тебя, — напечатала она и в конце добавила смайлик. Взглянув ещё раз на своё сообщение, она поняла, что оно доставлено, но не прочитано. «Наверное, он ещё спит», — подумала Беверли. Адриан сквозь сон почувствовал, как у него завибрировал телефон. Парень спросонья подумал, что это будильник и хотел его уже отключить, но, взглянув на него, понял, что пришло сообщение от его девушки. Прочитав его, он тут же написал ответ, насколько позволял полусонный мозг. «Не переживай, время ещё у тебя есть, так что ни о чём не волнуйся. Но всё равно возвращайся скорее. Люблю тебя». Парень взглянул на время и понял, что ещё можно поспать. Благо, что в колледж сегодня ему не нужно. Но прочитать сообщение девушке не дали, так как к ним зашёл один из монахов и сказал, что их уже ждут. — Но ведь договаривались, что встретимся в два? — возразила девушка. — Перенесли, — отрезал Монах. И в этот момент на губах у девушки заиграла слабая улыбка. Может, ещё не всё потеряно, и она успеет попасть на праздник к маме. Монах привел их в тот же зал, где они уже были недавно. Все мужчины с женщинами стояли полукругом вокруг Су Ханя, который, скрестив руки на груди, хмуро встретил вошедших Беверли и Мастера Фу. — Ну что ж, — пробормотала Беверли, кинув взгляд на монаха, что также, как и она, подошёл к центру их противостояния. — Пора начинать. — В случае твоего проигрыша ты отказываешься от шкатулки, — процедил сквозь зубы Су Хань, всем видом показывая, что ей его не победить. — Хорошо. А если проиграете вы, то признаете Мастера Фу достойным хранителем и извинитесь перед ним, — сказала Беверли, чем вызвала недовольство не только у монаха, но и у остальных. Так что теперь казалось, что бывший хранитель Шкатулки Чудес будет биться за честь всего монастыря. — Тебе не победить меня, девочка, — под общее улюлюканье произнес Су Хань. — Ты хоть знаешь, почему мы, монахи, тренируемся годами, чтобы останавливать героев, таких, как вы. — Зато не хватило мозгов справиться с амоком. Что создал ребёнок? — парировала в ответ Беверли и тут же пожалела о своих словах, так как Су Хань нахмурился и бросился на неё с кулаками. От неожиданности она не успела поставить блок, и удар монаха заставил её упасть на землю. Следующий удар она заблокировала и сама ударила в ответ. И пока мужчина приходил в себя, она тут же вскочила на ноги. Остальные монахи стали выкрикивать имя её соперника с новым воодушевлением. Внезапно, их улюлюканье превратилось в вопли богатеев, что как башенные орали «убей его»! и громко стучали по сетке. Отчего Беверли чувствовала себя животным в цирке. Возникло давно забытое чувство, словно её эмоции куда-то испаряются, оставляя в голове пустоту. И Беверли мотнула головой, пытаясь прогнать наваждение. Но оно почему-то лишь усиливалось тем, что она услышала голос отца, который говорил, что она плохая девочка, раз не хочет победить своего соперника. — Да будет так, — пробормотала она, ударом руки отбивая летящий в её сторону кулак Су Ханя и нанося ему в ответ удар в область груди. Очнулась девушка только тогда, когда сквозь её наваждение пронёсся громкий голос одного из монахов, оповещающий о том, что бой окончен. Она обнаружила, что Су Хань лежал на земле, а её кулак находился в паре сантиметров от его лица, хотя мужчина и без этого был сильно избит. — Простите, — воскликнула девушка, увидев, что натворила. — Я не хотела. — Ты победила, — прохрипел он, и к нему тут же подбежали остальные, помогая подняться. — Шкатулка твоя. И когда мужчину, который сильно прихрамывал, увели, Беверли, глядя ему в след, поняла, что не испытывает радости от победы. Ведь она не рассчитывала на такой финал. А избитый монах напоминал ей случай с отцом, которого она так же избила. Только Беверли не могла понять одного: почему она ничего не помнит, ведь с акуманизированным родителем все было иначе. — Что случилось? — поинтересовалась она у Мастера Фу, когда они оказались в своей комнате. — Что именно? — в недоумении поинтересовался Фу. — Что было после того, как Су Хань на меня напал? — спросила Беверли, уточняя. Ван Фу с Квами в недоумении переглянулись. — После удара монаха ты упала, но сумела вскочить. Ты стала как-то странно мотать головой из стороны в сторону, затем вздрогнула, и после твои действия стали какими-то механическими, словно Су Хань бился с роботом. Хранитель приложил палец к губам, призадумавшись. — Знаешь, ты сломала ногу Су Хану, когда он попытался в очередной раз тебя атаковать, — добавил он. После чего даже остальные поняли, что ты не просто ребёнок, а вполне себе боец со своими навыками в спорте. — Я сломала ему ногу. — В шоке пробормотала девушка, полностью проигнорировав последнюю реплику старика. — А ещё кисть руки и пару рёбер, — сказал Квами, летая над её головой. — Получается, я действительно нанесла ему такие увечья, — вынесла вердикт девушка, в ужасе закрывая лицо руками. — Ну почему? — Мастер Фу говорил так, словно гордился за неё. — Сначала Су Хань попытался тебе что-то сделать, но потом ты нанесла ему весьма мощный удар в область груди, отчего он упал на колени и захрипел. После этих слов Ван Фу усмехнулся и продолжил: Но вместо того, чтобы сдаться, он снова был на ногах, видимо, старался держать лицо. А потом ты сломала ему руку с ногой, и он вместе с монахом, который судил ваш бой, понял, что здесь ему не выиграть. Так что в целом ты права, это было избиение. — Да что же я за монстр такой? — Беверли всхлипнула и упала на колени. — Что случилось? — спросил Мастер Фу, видя, что девушка реагирует на его рассказ не так, как он ожидал. — И почему интересуешься, ведь ты сама была участницей этих событий. — Я ничего не помню, — сквозь слезы ответила она. — Как не помнишь? — спросил Фу. Беверли вытерла слёзы и взглянула на старика, севшего рядом. — Просто в детстве у меня были неприятные воспоминания, — девушка тщательно выбирала слова, ведь Фу не знает всей правды. — И сегодня они снова дали о себе знать, и мой мозг словно отключился. Я перестала понимать, что делаю. — Такое с тобой уже происходило? — спросил Фу. — В детстве часто бывало, — ответила она, всхлипнув. — Это одна из причин, почему я бросила каратэ. Ван Фу замолк. Он не знал, что сказать, как поддержать её. Ведь сколько они не общались, Беверли никогда не затрагивала тему своей жизни, а если и говорила, то только вскользь или о хороших воспоминаниях. Но теперь он начинал понимать, почему Беверли пытается отчаянно всем помочь. Потому что она сама глубоко травмированный ребёнок, но старается всеми силами этого не показывать. Мысли Хранителя прервала открывающаяся дверь, и в комнату вошли несколько монахов вместе с прихрамывающим Су Ханем, у которого был костыль и перевязанная рука и нога. — Что вам надо? — Первая со своего места вскочила Беверли. Вместо ответа монахи поклонились, сложив руки вместе. — Что ж, — сказал Су Хань. — Хоть мне и не очень хочется это говорить, но ты доказала, что можешь быть Хранителем, девочка. Затем он посмотрел на старика. — Возможно, трусливый цыплёнок, — осекся, — то есть Ван Фу, был прав. Только ума не приложу, как он сумел тебя обучить так драться. — А это и не он обучил меня. — ответила Беверли. — Меня в детстве на секцию отец отправил. — Круто! — восхитился Су Хань. — Правда? Что такое секция? Этот вопрос вызвал у неё улыбку. — Ну, это такие классы, где обучают детей драться. Они бывают разными, — ответила девушка. — Например, есть секция каратэ, где я училась, есть секции тхэквондо и бокса. — А есть секция Чудо кунг-фу? — с улыбкой поинтересовался Су Хань. — Нет, есть просто секция. Кунг-фу — ответила Беверли. Их разговор прервали крики за пределами их комнаты. — Я взгляну, — сказал молодой монах и вышел в коридор. Остальные же молча переглянулись. — На нас напали! — с такими словами к ним вернулся монах. — Надо подготовить оборону! — Су Хань посмотрел на своих соратников, и те, молча кивнув, помогли ему выйти из комнаты. — Почему мне кажется, что они здесь не спроста, — пробормотала Беверли, взглянув на Мастера. — Лонгг, обрушь бурю! Перевоплотившись, она взяла шкатулку в руки и поставила её перед Мастером Фу. Но перед этим она взяла два талисмана, а именно, лошади и черепахи. Камень защиты она отдала бывшему Хранителю. — Сможете её защитить, пока меня не будет? — сказала девушка, попутно надевая очки. — Лонгг, Каалки — Слияние! — Беверли, это слишком опасно. — Как только Фу одел на руку свой талисман, оттуда сразу же вылетел Квами Вайзз и попытался её образумить. — У нас нет другого выбора. Никто не должен узнать нашу личность! — ответила Беверли. — Раз Хранитель просит. — Мастер Фу встал с колен. — Вайзз, трансформация. После этого мастер скрыл себя и шкатулку, тем самым защищая её. А Дрэгонхорз отправилась искать нападавших. По пути ей попались несколько монахов, которые объяснили всю ситуацию, а именно, что на них напали несколько подростков. После чего её привели в эпицентр событий, где во всю бились три монаха, а им противостояли совсем ещё юные дети, одетые во всё черное, даже лица были скрыты масками. И её появление вызвало ажиотаж среди нападавших, так как они не ожидали увидеть человека, носящего талисман. — Что вам надо? — поинтересовалась Беверли, нападая на одного из них. — Это не ваше дело! — отрезал он. Девушка поняла по голосу, что это был парень. — Вы ничего не получите! — воскликнула Беверли, попутно открывая портал и используя силу ветра, отправила всех троих напавших прямо туда. — Кажется, я знаю, как их остановить, — пробормотала Беверли. Но для начала мне нужно перезарядиться. И как только она покормила квами, то тут же вернулась в бой. Правда, перед этим ей приходилось бежать на особенно громкую возню. Вмешиваясь, Беверли тем самым помогала монахам. Открывая порталы, она с помощью камня дракона отправляла недругов монастыря в места, где они не смогли бы добраться обратно. И во время битвы она отметила, что напавшие на монастырь подростки по умениям не уступают самим Хранителям талисманов. — Спасибо тебе, — поблагодарил её старший монах, тот самый, что судил их бой. — Это, кажется, были последние. Но мы всё перепроверим. А ты иди, проверь Ван Фу. Беверли кивнула и чуть ли не бегом бросилась к себе. Мастер так же сидел, окруженный зелёным щитом и, кажется, медитировал. Но, увидев её, тут же снял свою трансформацию. — Кто это был? И как всё прошло? — поинтересовался он. — Кто это был, мы пока не знаем, — улыбнулась она. — Но прошло всё прекрасно. Их отправили восвояси. Но главное, моя шкатулка в безопасности. — А что, если они приходили за ней? — поинтересовался Фу. — Думаете? — вместо ответа спросила она. — Тогда нам небезопасно здесь находиться. И, используя слияние камней, девушка тут же открыла портал, ведущий в квартиру к старикам. Но перед этим она написала пару сообщений Адриану, в которых говорилось, что они возвращаются, и в ответ парень ей скинул несколько фото того, как примерно выглядит яхта, на которой они находились. Марианна, увидев своего мужа, улыбнулась, но увидев видоизмененную шкатулку в руках у мастера Фу, она удивилась, а затем грустно вздохнула. — Значит, он всё-таки потерял память, — сказала она. — Нет, не терял, — ответила Беверли. — Короче, Мастер вам всё объяснит, а мне пора. И взглянув на них, ей внезапно захотелось пригласить их на свадьбу к матери. Но, вспомнив, что ей придётся объяснять своё появление, если в первом случае она знает, что придумать, то вот как она объяснит матери появление незваных гостей. Поэтому девушка отмела эти мысли и с уверенностью шагнула в открывшийся портал. — Адриан, ну где моя дочь? — с таким вопросом Элеонора доставала молодого человека. С самого начала церемонии женщина высматривала свою дочь среди толпы, но, не увидев её, подумала, что девочка опоздает. Но после того, как бракосочетание закончилось, и они вместе с гостями на машинах отправились в порт, где их уже ждала яхта, на которой они собираются провести весь день, Элеонора снова перепроверила гостей и убедилась, что её дочери среди них нет. Зато были её друзья, а именно Лука Куффен и Маринетт Дюпен Чен. Если первый должен присутствовать как музыкант, то вторая сказала, что сшила Беверли платье. Поэтому женщина и подошла к человеку, который, по её мнению, должен был знать, где её дочь. Сначала Адриан придумывал отмазки одну за другой, старался всеми силами убедить Элеонору в том, что Беверли где-то рядом. — Ну что, Адриан, ты ей звонил? — в очередной раз поинтересовалась женщина. — После нескольких конкурсов. Ей скоро выступать. — Да, да, звонил, — ответил он. — Попросила подождать еще пару минут. — И вправду, где она? — спросил Лука, когда женщина отошла от них на расстояние к другим гостям. — Да, она сказала, что подойдёт, — ответил Адриан и тут развернулся и вышел из зала. Парень спустился вниз, где находились каюты, и, сев прямо на пол, сжал в руке свой телефон. — Где же ты, Беверли? — пробормотал он, взглянув на черный экран. И тут, словно ответ на его просьбу, пришло сообщение от девушки, в котором говорилось, что они закончили и возвращаются домой. Адриан улыбнувшись и отправил ей фото яхты и кают, чтобы девушка знала, как к ним попасть. Правда, он не подумал, как она будет их искать, ведь они отплыли достаточно далеко от берега. После того, как за спиной девушки пропал портал, с помощью которого она попала сюда, Беверли, сняв трансформацию, тут же вернула камень лошади и дракона на место и, убедившись, что место совпадает, спрятала саму шкатулку от посторонних глаз. И со спокойной душой написала Адриану, где её искать. Но не успела девушка расслабиться, как в каюту тут же влетел её парень, и она тут же оказалась в его объятиях. — Ты не представляешь, как я рад, что ты приехала, — произнес Адриан, все так же обнимая её. — А что, ты устал меня прикрывать? — улыбнулась Беверли, начиная понемногу расслабляться. — Ну, — потянул Адриан. — И это тоже. Но сейчас тебе нужно спешить. Скоро твоё выступление. — Так, ладно. А где моё платье? — поинтересовалась Беверли. — Точно! — мысленно хлопнул себя Адриан. — Обувь то я её взял. Я сейчас. И парень тут же вышел из каюты, но вернулся в сопровождении Луки с Маринетт, которые тоже увидев её, были сильно удивлены. — Ты где была все это время? — первая спросила Маринетт. — Ты платье принесла? — Беверли постаралась проигнорировать вопрос. Но Маринетт упрямо вцепилась в слайдер и не хотела его отдавать. И девушка поняла, что Дюпен Чен не отдаст ей наряд, пока она не ответит. — Хорошо, я была здесь, пряталась от мамы, — вздохнула Беверли, кидая мимолётный взгляд на Адриана, который даже приподнял бровь от такой грамотной лжи. — Но тебя не было с нами с начала церемонии. — Маринетт старалась быть упрямее. — Ну да, я была дома, но потом позвонила Адриану, и он ответил мне. Как вас найти, — ответила Беверли. — Затем слилась с толпой и осталась здесь, чтобы сделать маме сюрприз. Да и вообще, это не твоё дело. Маринетт взглянула на Адриана, который всеми силами старался изобразить на лице такое спокойствие, словно все, что говорит его подруга, — правда. — Хорошо, — согласилась она, возвращая ей слайдер с платьем. — А помочь переодеться? — обратилась к ней Беверли. — А, да, точно! — воскликнула Маринетт, посмотрев на мальчишек. — А вы вон из комнаты. Когда мальчишки ушли, то Беверли распаковала слайдер и оглядела свой наряд. — Ты это серьёзно? — Беверли не удержала усмешку. — Что случилось? — Маринетт с интересом посмотрела на платье. Наряд Беверли был черно-красного цвета до колен, а подол черной юбки — белым. Но деталь, что бросилась ей в глаза, — верх её платья имел принт божьей коровки. — Тебе не понравилось? — грустно вздохнула Маринетт. — Нет, очень красивое, просто… Мне кажется, что это больше тебе бы подошло. — Прости, — взмолилась Маринетт. — Я когда его шила, то часто вспоминала Тикки. Беверли с удивлением на неё посмотрела. Ведь Маринетт никогда не делилась с ней о своей супергеройской жизни. — Не смотри на меня так, — объяснила девушка. — Я скучаю по тем временам, когда мы боролись с Бражником. — Ладно, ничего. Помоги мне его застегнуть, — Беверли переоделась и повернулась спиной к Маринетт. И когда застегнула ей платье, то девушка сделала высокий хвост, но и оставив нижнюю часть волос свободно лежать на плечах. — Ну, как я выгляжу? — Беверли через плечо взглянула на Маринетт. — Отлично, — улыбнулась та, затем подошла к двери, открыв её, крикнула: — Мы закончили, можете входить. Когда парни зашли, то от удивления рты пораскрывали. — Что, я настолько красивая? — хихикнула Беверли, смотря на них. — Да, тебе это платье очень идёт, — первым опомнился Лука. — Спасибо, — смутилась девушка. — Ты очень красивая, — Адриан решил не оставаться в стороне и подошёл ближе к ней и взял за руку. Маринетт вздрогнула, увидев их вместе. Она так и не привыкла к мысли, что человек, которого она любит, выбрал другую. Она вроде бы и смирилась, но что-то внутри неё было против такого расклада событий. — Они неплохо смотрятся вместе, не находишь? — Её из раздумий вывел голос Луки. — Да, конечно, — с снисходительной улыбкой ответила Маринетт. После того, как Беверли закончила все приготовления, они вышли в зал, где во всю уже шумели гости, празднуя свадьбу её матери и отца. — Скоро наше выступление — оповестил её Лука.- Адриан, пожалуйста, предупреди невесту, что пора уже объявить о выходе Беверли. А мы с ней будем ждать там твоего сигнала. И, к изумлению Элеоноры, когда она объявила о том, что скоро перед ними выступит её дочь, она со всеми гостями стала свидетелем, как Беверли, после того как Адриан встал на синтезатор, а Лука взял гитару, вышла на сцену перед микрофоном. Взглянув на гостей, Беверли внезапно вспомнила о том, что она сделала с Су Ханом. И вообще, весь бой в целом. Поэтому девушке пришлось сосредоточиться, чтобы вспомнить слова песни и не давать ненужным мыслям испортить ей праздник. — Осторожные шаги. — Уверенно запела она. Тихо пряча под льдом. Мягкой поступью. Зима Убаюкала. Мой дом. Раскидала жемчуга. По бескрайним небесам. Опустив хрустальный шлейф. На продрогшие леса. — Она улыбнулась, увидев, как мужчины и женщины стали вальсировать вокруг главной пары сегодняшнего дня. Белой россыпью снега. Упадут. Склоняясь ниц. Под прозрачным серебром. Легкий взмах её ресниц. Заколдует, запоет. Песни дивной красоты. И, усталая, к утру. Заметет свои следы. Все забудется. С летними грозами. И закружится жизнь не спеша. Нет той девочки с длинными косами. Лишь тихонечко плачет душа. Когда Беверли закончила, то зал проводил её рукоплесканиями и криками «Браво». Но вместо того, чтобы остаться с гостями, она вернулась к себе в каюту, где переодевалась. Туда же через пару минут зашёл Адриан. — Ну ты чего? — сказал он. — Всем же понравилось! Слушатели в восторге. — Мама, — ответила Беверли. — Когда я сталкивалась с ней взглядом, то видела, что она не очень довольна. А это всё-таки её праздник. Адриан не успел ничего ответить, так как к ним пошла сама Элеонора с Артуром, который улыбнулся, увидев подростков. — Ты ничего не хочешь нам сказать? — женщина скрестила руки на груди. — Где ты была все эти несколько часов? — Я была здесь, — тщательно подбирая слова, Беверли опустила свой взгляд куда-то в пол. — Неправда! — Элеонора была непреклонной. — Тебя не было с нами с начала церемонии. — Да, всё потому, что пока была церемония, я осталась в доме Агрестов. Затем мне Адриан позвонил и сказал, куда прийти. Вот я и пришла. — Всё более уверенно лгала Беверли. — Мам, я просто не хотела попадаться тебе на глаза, потому что эта подготовка к свадьбе меня утомила. Я понимаю, что это была моя идея, но всё-таки. После слов дочери женщина вздохнула, поняв, что со свадьбой она загоняла своего ребёнка. — Беверли, но почему ты мне не сказала? — спросила она. — Я бы, конечно, тебя отстранила. — Я думала, если тебе скажу, то ты обидишься. — Девушка села на кровать. — Поэтому и попросила Адриана меня прикрыть. — Справился со своей задачей он, конечно, не очень, — мать бросила взгляд на парня, который удивленно приоткрыл рот от того, как Беверли умело лгала, но увидев, что на него смотрят Артур с Элеонорой, тот глупо заулыбался в ответ. — Ну вот видишь, — не остался в стороне Артур. — Я же тебе говорил, что она просто устала. Ты не верила. — Мам, ты не сердишься на меня? — спросила Беверли, взглянув на неё. — Ну что ты! Нет, конечно. — Элеонора улыбнулась от радости, что все, наконец, разрешилось. — Хорошо. Ты готовься к следующему выступлению, а мы пойдём. Скоро будут говорить нам пожелания. Вот это драма! Как только супружеская пара вышла из каюты, к ней тут же подсел Адриан. Даже я, на мгновение, поверил. — Да, а что по твоему, я должна была рассказать всю правду? — с усмешкой поинтересовалась девушка. — Тогда свадьбы не было бы. — Пришлось бы все объяснять, — согласился Адриан. — А в принципе, ты права. Маленькая ложь им не повредит. После этого парень как-то странно на неё взглянул. — Что случилось? — Беверли едва заметно напряглась. — Ты так и не рассказала, как все прошло, — ответил он, тем самым вызвав у нее болезненные воспоминания. — Нормально все прошло, — сказала девушка, опуская взгляд на пол, затем улыбнулась и вскочила со своей кровати. — Давай выйдем к гостям и к маме. С этими словами она схватила его за руку и хотела вывести из каюты. Но Адриана такой расклад не устраивал. Поэтому он дёрнул её обратно, возвращая в исходное положение. — Нет, я хочу подробности, — добавил он и тут же обвил руки вокруг её талии. — Как остальные монахи приветствовали мастера. И что случилось после того, как он отдал шкатулку? — Отпусти меня! — Беверли приняла попытку выбраться, но он не дал. — Пока не объяснишь, не отпущу. — С этими словами он прижался к ней всем телом. В другое время Беверли была бы не прочь такому милому шантажу, но в данный момент ей не очень хотелось вспоминать то, что произошло в монастыре. Поэтому она вздохнула и повернула голову в сторону парня. — Адриан, отпусти, пожалуйста. Я обещаю, что как только у мамы праздник закончится, обязательно расскажу тебе обо всем, — сказала она. Парень надул губы, но нехотя разжал руки. Почувствовав свободу, девушка тут выскользнула из его объятий. — А теперь, нам нужно готовиться. Скоро выступаем. — И Беверли снова взяла его за руку. Но в этот раз Адриан спокойно встал вслед за ней. Когда она подошла к микрофону, чтобы посвятить родителям еще одну песню, то зрители хлопали не переставая, хотя она еще и петь не начала. А девушка чувствовала, что все волнения и страхи отступают. Вместо этого на её сердце почему-то было спокойно. - Белое платье. Новая страница. И впереди немало солнечных, светлых дней. И глядя на своих счастливых родителей, Беверли сама невольно улыбнулась. Радость в глазах и слёзы на ресницах. Будешь ты с ним счастливой, будешь счастливым с ней! Смотри всегда на неё, как сегодня. Смотри на свою невесту. Она любит тебя так честно. Береги-береги её. Смотри всегда на неё, как сегодня. смотри, ведь с тобою вместе. Разделяет любовь. и сердце навсегда отдает своё! Горе закроем в прошлое. Неважно. Вместе взлетали в небо, падали свысока. Сбудется всё. И ей с тобой не страшно. Если в глаза друг другу. Если в руке — рука. Смотри всегда на неё, как сегодня. Смотри на свою невесту. Она любит тебя так честно. Береги-береги её. Смотри всегда на неё, как сегодня. смотри, ведь с тобою вместе. Разделяет любовь. и сердце навсегда отдает своё! И так на этом празднике родителей. Беверли хоть немного, но забыла о шкатулке, спрятанной в каюте, и талисманах что способны изменить мир.