27. Зверь

      Затягивать неизбежное не хочется, да и бессмысленно. Рассказать всё в тот же день Вы не смогли - слишком тяжело. Ушли прежде, чем вернулась Микки. Но на следующей день, после работы прямой наводкой, даже со спешкой направились к девушкам.       Микки открыла дверь. Вы здороваетесь, она ведёт себя как обычно, вроде бы рада, что Вы пришли. Тарья не сказала... Возможно, подготовила какую-то драматическую постановку. Как оказалось, она это умеет. Вы сразу же обозначаете, что есть серьёзный разговор. Микки просто кивает. Располагаетесь в гостиной. Вы на кушетке, а Микки остаётся стоять, скрестив руки на груди.       - Надо позвать Тарью, - говорите Вы. - Я считаю, она должна участвовать в этом разговоре.       - Тарья участвует, - угрюмо отзывается блондинка, стоя уже в дверях своей комнаты.       Вы вздыхаете, подбирая слова. Тарья тоже молчит.       - Ну давайте уже, выкладывайте! - не выдерживает Микки. - Только за дуру меня не держите. То вы дерётесь за право мыть посуду, то разом забываете про свои чашки с Тарьеным пойлом.       Значит догадалась.       Вы поджимаете губы и, подняв на Микки взгляд, честно признаёте:       - Я переспал с Тарьей.       Наверно нужно было ещё что-то добавить. Повисает звенящая тишина. Микки смотрит то на Вас, то на подругу. Давно Вы не видели этот постный взгляд, заочно ненавидящий всех вокруг. Впрочем, сегодня это заслужено. Может быть именно так этот взгляд когда-то и появился впервые. Вы тоже коротко смотрите на Тарью. Её глаза блуждает по комнате.       - С$ч&а крашенная, - выдаёт Микки, задержав взгляд на подруге. - Опередила. Я, правда, думала, что ещё есть время. Октябрь такой медленный и расчётливый... Нужно было предупредить его...       - Зато теперь гадать не надо, - уверено заявляет Тарья прежде, чем Микки успевает переключиться на Вас. - Такой же кобель, как и все остальные. Как Апрель, как Джейсон, как...       - Ты всех моих злобных бывших перечислять будешь?       - Побежит за первой юбкой! Ему нельзя доверять. Выгони его.       - Бежать-то далеко не придётся. Первая юбка рядом, - Микки пока искусно прячет эмоции, но раздражение уверенно растёт. - Ну а ты? - наконец она обращается к Вам. - Я ждала более литературного объяснения. О том, как тебя обманули, окрутили, вот это вот всё. Или встань, признай себя ослом, и гордо уходи. - Она прожигает Вас взглядом. - Тебе есть что сказать?       - В оправдание - ничего, но и уходить я не стану. Я ценю наши отношения. Ваши с Тарьей, наши с тобой, и даже мои с Тарьей до вчерашнего дня меня устраивали. В своём идеальном мирке я бы сохранил их все. Но решать не только мне. Однако, по своей воле я не уйду. Вам придётся силой выталкивать меня. - С этими словами Вы встаёте с кушетки, чтобы девушкам проще было Вас собственно выталкивать. Не факт, правда, что они так же интерпретировали этот жест.       Микки смотрит на Тарью и кивает головой в Вашу сторону. Та подходит, глядя куда-то мимо, небрежно хватает Вас за шкирку, неловко тянет в сторону выхода так, что Вы даже не покачнулись, затем отпускает и, по-прежнему не глядя ни на кого, уходит.       - Слишком тяжёлый, не могу, - бросает она через плечо и скрывается в своей комнате.       Микки переводит взгляд на Вас:       - Даже извиняться не станешь?       - Я не ищу прощения. Это моя ответственность, мне её нести. Я принял решение: я не уйду. Теперь решение принимать тебе. Сделай так, как считаешь нужным. Я бы хотел, чтобы ты была честна с собой... Даже если мне придётся из-за этого потерять тебя.       Эмоции, кажется, стали проявляться на её лице, сменяя друг друга. Она смотрит на Вас ещё какое-то время, а потом без слов одевается и выходит из дома. Видимо, это было проще, чем выталкивать Вас. Стоя один посреди чужого дома, обе хозяйки которого разбежались в разные стороны, Вы допускаете, что возможно перегнули палку, отказываясь сдвинуться с места как в переносном, так и в прямом смысле. Делать нечего. Выждав немного, успокоившись, Вы уходите, выслав на телефон Микки сообщение: "Тарья закрылась в комнате, я ушёл к себе. Возвращайся домой, холодно."       Дома, как на зло, сталкиваетесь у кухни с Элизабет. Она, вопреки обыкновению, здоровается, но выглядит при этом в полном соответствии с обыкновением. Вы вежливо отвечаете и быстро уходите к себе.       Вечер. Стемнеть до конца не успело, но в Вашем закутке и днём полутьма, а сейчас уже будто ночь. Вы садитесь на пол в надежде поразмышлять.       Главный вопрос: чувствуете ли Вы какие-либо перемены? Вам было жалко Тарью, Вы были влюблены в Микки. Если ничего не изменилось, то это по-своему ужасно. Если, переспав с девушкой, Вы не почувствовали никаких изменений в своих симпатиях, то ни та, ни другая Вам этого не простят, и это, пожалуй, справедливо.       На следующий день выходной. Раньше Вы бы купили вкусностей и пошли в гости, проводить время с Микки. Подчинившись сердечному порыву, Вы и сейчас делаете точно так же.       Дверь открывает Микки. Смотрит на Вас нейтрально: ни рада, ни раздражена. Вы протягиваете пакет со вкусностями. Она принимает его через порог. Молчит.       - Если не хочешь меня видеть, я уйду, - говорите наконец Вы.       - И куда же делось твоё "придётся силой выталкивать"?       - Так то, когда я внутри. Сейчас-то я снаружи.       Она медлит ещё секунду. Затем кивком головы приглашает внутрь:       - Заходи.       Вы усаживаетесь на кухне. Она заваривает чай к вашим покупкам. Строгий чай, без трав.       - Я ведь сама виновата отчасти, да? - вдруг начинает она разговор. - Не знаю, чего я ждала. Знала, что Тарья может такое выкинуть. Могла бы тебя предупредить, ей запретить. Запрет бы, наверно, не подействовал, но хотя бы ты бы знал, что её чай с травами пить нельзя.       - Ты знала про афродизиаки?       - Конечно. Она и на мне их пробовала. Так что я... представляю, через что тебе пришлось пройти. Но...       - Но это меня не оправдывает. Тарья сказала, кому-то удалось сдержаться, значит это возможно.       - Да, был тут один. Но он козёл, так что это не считается.       Вы улыбаетесь. Она, внезапно, тоже, но быстро становится серьёзной. Продолжает:       - Мне не нравится, что вы относитесь ко мне как к какому-то призу - зверьку, за которым все охотятся. Мне не нравится игра Тарьи. Мне не нравится, что ты пытаешь завоевать меня своей стратегией. Мне не нравится, что ты трахаешься с кем попало! - Она прерывается, чтобы не выйти из себя. - У меня действительно уже была такая ситуация. Только Тарья, походу, не знает её целиком. Парень изменил мне с моей подругой. В тот раз я рассталась и с парнем, и с подругой...       - Звучит логично, - признаёте Вы.       - В жопу твою логику! - она смотрит с вызовом. Затем снова берёт себя в руки. - Если честно, я тоже хочу в твой идеальный мирок, в котором можно сделать вид, что ничего не было, и жить дальше, как жили, но так не бывает. - Она вздыхает. - Я вообще теперь не знаю, как с этим жить... - Снова смотрит на Вас. Пристально. - Но и убегать я не стану... У меня два условия. Первое: извинись! Ведёшь себя, как подросток. Второе: не трахай Тарью! Лучше никого не трахай, пока мы официально не расстанемся. Сможешь мне такое обещать?       - Обещать смогу, но поверишь ли ты?       - Во всяком случае, за явно нарушенное слово я смогу тебя убить без зазрений совести.       - Хорошо, договорились. Обещаю. И... прошу прощения. Я задел твои чувства... и Тарьины, полагаю, тоже.       Микки горько улыбнулась, сдерживая смех:       - Скотина ты... Кто же говорит о других женщинах, когда извиняется за измену?! С Тарьей разбирайся сам, тут я тебе не помощник. Я справедливо надеюсь, что вас обоих жутко мучает совесть, желательно до ночных кошмаров. И смотри! - она тычет Вам в лицо пальцем. - Ты обещал!       Вы покорно киваете, улыбаясь.       Вы обещали своей девушке не заниматься любовью с другими. Это можно рассматривать, как развитие отношений.       - А, и ещё кое-что. Там замок в двери ванной комнаты сломался. Глянь, пожалуйста.