Глава 9. Битва...

И вновь очнулся я, лёжа в какой-то комнате на довольно мягкой кроватной койке. Открыв глаза, я поморщился от белого света, но, привыкнув и приподняв голову, стал осматривать белую комнату. Слева от кровати стояла тумба, а сверху неё висел широкий экран, передающий показания. В комнате была только одна двустворчатая дверь, выполненная из лёгкого металла цвета комнаты. Вдоль стены стояли стулья, на которых висел новый костюм, приготовленный для меня. В моих ногах на полу располагался аппарат искусственного вентилирования лёгких. Я поднял свою руку и пошевелил пальцами. Уж не знаю, какое заключение мне это дало, однако успокоило точно. Расстегнув несколько пуговиц халата, в котором я находился, я увидел оставшийся шрам. Не уверен, были ли наложены швы, но следов вмешательства я не увидел вовсе. Тут до меня дошла страшная мысль: а сколько я лежу здесь? Быть может, день? Два? Неделю? И где весь персонал, который должен контролировать состояние? В эту минуту дверца открылась и в комнату, стараясь не шуметь, заглянула светлая голова с очками на носу. Увидев, что я пришёл в себя, его лицо на миг выразило удивление, вскоре сменившееся радостью. Подойдя ко мне поближе, он похлопал меня по плечу, как только я принял положение сидя. Внезапно в глазах у меня помутнело, а к горлу подступил ком. Я наклонился вбок, вытянутой рукой шаря по полу с целью найти хоть какую-нибудь ёмкость. Я схватился за таз, заботливо подставленный Ярославом, и не смея больше держаться, опустошил желудок. Схватив со стола салфетку, я аккуратно вытер рот, поставил таз на пол и сконфуженно принял изначальное положение. Друг сел рядом и, слегка улыбнувшись, начал. - Ничего страшного. Как себя чувствуешь? - Уже лучше. Немного голова ходит кругом, но, думаю, всё хорошо, - слегка смутившись, ответил я, отведя взгдяд, и, как бы невзначай, спросил. - Так сколько я был в отключке? - Буквально несколько часов. Я был в сознании и полном здравии, когда войска товарища Артёма начали штурм. По-видимому, до меня добрались первым, потому что сидя в машине смерти, я увидел, как из замка выводят Романа, а затем и тебя без сознания. Я приказал отвезти тебя именно сюда, так как была высока вероятность повторного покушения. По приезде тебе провели небольшую операцию и по моему распоряжению сделали ещё кое-что, - его лицо расплылось в довольной улыбке. Заметив мой слегка оживлённый взгляд, он рассмеялся. - Нет, вся твоя наружность при тебе. Помимо того, что тебе ввели сыворотку, которая маркирует вредоносные агенты и помогает организму бороться с ними, а также ускоряет любые процессы заживления благодаря всё той же реакции, но на другие ФЭК, как мне объяснили, так и сделали ещё одну вещь, которая тебе точно понравится: мы вживили подкожный чип. Да, операцию провели очень быстро, несмотря на её сложность. Этот чип анализирует твои физические показатели и передаёт данные в центр. Мало того, к нему через спутниковое соединение подключена Аврора вместе с её полным функционалом. Тебе даже смотреть не нужно: ии может посылать импульсы определённых частот прямо в мозг, обманывая зрение, создавая картинку на основе происходящего с помощью камер, в том числе, оперативников, создавая целую сеть, а также на основе загруженной карты, созданной с помощью спутникового сканирования. Тебе стоит лишь подумать, и искусственный интеллект сам считает этот импульс и сделает работу. Попробуй! С интересом он вглядывался прямо в меня, в то время как я раздумывал, что это: шутка или инновация. Но всё же решив попробовать, я вздохнул и закрыл глаза. Но стоило мне подумать о показателях здоровья, как перед глазами будто вычертилась жёлтым светом таблица с основными параметрами пульса, давления и ряда других менее важных показателей. Справа, как в отдельном окне показалась моя 3-д модель, но выполненная без особой детализации, где видно было лишь общее строение. Я открыл глаза и с удивлением хотел было доложить о том, что прибор и вправду работает, но обнаружил, что надпись не исчезла, но стала чуть менее заметна. Увидев мой взгляд, Ярослав продолжил вновь. - Система находится в модернизации, однако действующий образец уже превзошёл все ожидания. Только советую не смотреть долго на яркие источники света, так как это может сказаться на передаче изображения. Но вреда не нанесёт, это уж точно. Пролистав мысленно вниз, я дошёл до раздела анализа крови, где как раз производился рассчёт. Внезапно буквально на всё поле зрения вылезло огромное предупреждение о критической опасности, которое озвучил мягкий голос Авроры прямо в моей голове. - Мы уже получали сообщение о критической ошибке, - заметил вновь моё задумчиво уставившееся лицо. - Думаю, это либо послеоперационный период, либо какой-то маленький сбой. В любом случае, ничего страшного. Недолго думая, я свернул окно, мысленно приказав его убрать. - Вы же вкурсе, что- - Предатель Хорова. Да, знаю. Агент нашла доказательства прямо на её рабочем месте, сейчас они на рассмотрении у Архангела. Именно она вызвала отряд Артёма в Альтштадт. Связь там глушили, поэтому выяснить местоположение смогли бы только через полчаса. Думаю, без неё мы могли бы потерять многое. С товарищем Романом я уже лично извинился, но, думаю, его это всё же немного задело. - Полагаю, пора идти, - сев на кровать, я скинул ноги вниз. - Где остальные? - Все в штабе, ждут новостей. В большей мере, о твоём состоянии, - улыбнулся Ярослав. - Идём, я тебе помогу. Встав с кровати, я, слегка пошатываясь и удерживаясь от вновь накатившего кома, подошёл к стульям. Переодевшись, я, сопровождаемый Ярославом, внимательно наблюдающим за каждым моим шагом, подошёл к лифтам и спустился на третий этаж. Знакомый коридор и родные стены. Сейчас я был даже рад их видеть. Пройдя мимо отдела разведки и связи, я увидел четыре знакомые строгие дубовые двери личных кабинетов товарищей. Слева уже виднелся зал переговоров, в котором, как я уже застигал в самом начале, сидели в раздумьях товарищи. В этот раз, едва завидев нас за стеклом, они встали со своих кресел, пристально, с некой радостью наблюдая за нами. Войдя в комнату, на меня буквально обрушились товарищами с радостными возгласами и обьятиями. - Прости, что не объяснил всё ещё там, в больнице, - с виноватым видом начал Роман. - Я всё равно бы не поверил тебе, - расхохотался я. - Это было уж слишком правдоподобно. Но выпрыгивать из окна не стоило, я спишу ремонт с твоего счёта, - всё ещё пребывая в хорошем настроении я похлопал его по плечу и обратился к Артёму, стоящему подле меня. - Отличная работа, товарищ! Ещё бы немного… Не знаю, что она бы со мной сделала, не прибудь ты вовремя. Спасибо. Я протянул ему руку, он сделал то же с улыбкой. Обменявшись рукопожатиями, я двинулся в своё кресло. Когда все заняли места, Ярослав вновь взял слово. - Что ж товарищи, я рад, что мы вновь собрались здесь. На нашу голову свалилась уйма трудностей, но это всё позади. Теперь мы готовы нанести удар, от которого КАС не смогут оправиться, - он активировал интерфейс центральной голограммы со своей панели, на которой были оцифрованные документы. - Помимо оправдания Романа в документах, найденных на рабочем месте Хоровой, были найдены и официальные письма. В одном из них командир войск КАСа сообщает, что их силами был захвачен один из штабов Регенширма в лесном массиве на северо-востоке, - заметив мой взгляд, полный злости, он провёл рукой, понимая моё негодование. - Штаб находился в состоянии реставрации и охраняло его несколько человек, так как практически всё оттуда было вывезено. Сигнал тревоги подать не успели, а обрыв связи обнаружили слишком поздно. Однако уже нам придётся разбираться с тем, что там расположилось командование группировки. Товарищ председатель, ударная группа готова, мы ждём приказа. - Товарищи, я считаю своим долгом покончить с этим, поэтому я присоединяюсь к штурму. Я не прошу вас идти за мной, это ваш выбор. Но помните, что наш враг опасен. - Думаешь, я не опасен? - с улыбкой и наигранной возмущённостью подал голос Артём. - Думаешь, я брошу дело, за что мы боремся? Думаешь, мне не хочется раскромсать их бошки? Нет, товарищ, я с тобой до конца. - Куда ты, туда и я, друг, - улыбнулся Ярослав. - Я на базе сидеть один не собираюсь, не пропускать же всё веселье, - пожал плечами Роман. - Товарищи, начинаем подготовку. Экипируйтесь как следует, ведь мы не знаем, как хорошо охраняется их штаб. И самое главное: внутри есть очень ценная вещь, до которой, надеюсь, до сих пор не добрался КАС. Её мы не должны потерять ни в коем случае, поэтому будьте аккуратны. Да свершится последний бой. Встав из-за стола я в сопровождении троих товарищей вышел из зала и направился на второй этаж, в уже знакомый арсенал. Пройдя контроль, я направился к шкафчику и, открыв его, был приятно удивлён тому, что внутри уже лежал мой пистолет, полностью чистый и обслуженный, а также висела форма, жилет, шлем, и располагались многие другие вещи. В этот раз я не хотел надевать защиту, поэтому я взял пистолет, нацепив набедренную разгрузку с подсумком, полным четырьмя удлинёнными уже снаряжёнными магазинами, а также кобурой, я, взяв с полки коробку с патронами, снарядил пятый и вставил его в пистолет, поставив его на предохранитель и убрав в кобуру. Посмотрев на товарищей, я увидел, что они тоже завершали приготовления: Ярослав проверял свой короткий автомат, напоминающий пистолет-пулемёт, Артём, стоя с тяжёлым пулемётом, висящим на плече, закидывал в свободный подсумок несколько гранат, а Роман проверял заточку штык-ножа модернизированного автомата. Приготовившись, они выстроились в ожидании приказа. - Идёмте, - лишь сказал я, увидев, что все готовы. Мы прошли по коридорам, прежде чем добрались до лифта и вышли на другом этаже, где стояла Машина Смерти, ожидающая нас. Я первым взошёл на борт, но сделав шаг на ступень почувствовал сильное головокружение, из-за которого я чуть не упал навзничь, однако меня поддержали шедшие позади товарищи. - Дим, ты уверен, что тебе нужно ехать? - обеспокоенно, с серьёзным выражением спросил Ярослав, придерживая меня за плечо. - Мы сами можем завершить дело, а тебе требуется отдых как никогда. - Абсолютно, - посмотрев на него с тем же выражением, я вошёл внутрь, слыша за собой негромкое ворчание, о смысле которого я мог лишь догадываться. Уже через пару мгновений мы сидели на местах, и машина выехала из гаража. Взяв планшет и включив камеры, установленные на башне, я увидел впереди десяток машин, начинающих движение. Если так подсчитать, более сотни человек это немного большое количество для штурма небольшого здания, однако если что-то пойдёт не по плану, мы рискуем потерять практически всё. Лучше перестраховаться. Отложив планшет, я закрыл глаза и глубоко вздохнул. Голова уже не сильно кружилось, а вот глаза ломили сильно. Стук сердца раздавался в ушах так сильно, как никогда. Дыхание становилось тяжёлым. Быть может, мне стоило всё же остаться? Я действительно стал слаб. Главное, не оплошать вновь и не потащить за собой товарищей, ведь в моём положении я стал обузой. Как, впрочем, это и было. Каждый из них владеет какими-либо полезными навыками. А я? Я, став офицером, за “командирские” усики, как шутили раньше, добился расположения командования и вскоре получил задачу организовать оборонную структуру. В отличие от того же Бастиона, я не участвовал ни в каких боевых действиях, но волею случайности стал командующим всей армией. Кому нужен калека, который ничего не может? Ни навыков, ни даже усиков уже давно нет, а я продолжаю щеголять в деловом костюмчике с важным видом. Я вздохнул, но так, чтобы товарищи не услышали. Пора подумать об уходе и возвращении в разведку, или вовсе на гражданку: подальше от товарищей, чтобы не попадаться им больше на глаза. Хотя меня не отпустят, я слишком много уже знаю. Меня найдут, если бы даже я скрывался. - Дим, чего задумался? - толкнул в плечо Ярослав. - Нет, ничего, - ответил я и подумал, что прежде чем думать об уходе, следует покончить с КАСом. - Мы практически на месте. Готов? - спросил он. Я кивнул в ответ. Мы свернули с асфальта на просёлочную дорогу, где, проехав несколько минут, остановились. Башня машины зажужжала и остановилась в готовности. Отстегнув ремни, мы встали с мест и вышли из неё, взяв в руки оружие. Машина остановилась посреди дороги, немного не доезжая до двухэтажного П-образного здания с широкой площадкой вокруг. Вероятнее всего, нас уже заметили и ждут наиболее подходящего момента, чтобы открыть огонь. Махнув рукой за собой, я нырнул за деревья, чтобы не маячить, как утки на охоте. В присяде выглядывая из-за ствола, я не увидел ни одного стрелка, таившегося в окнах. Что ж, благоразумно. Но вдруг здесь никого нет, а мы, как дураки прячемся в этих кустах? Всё-таки штаб должен охраняться хотя бы парой агентов. Выглянув вновь, я активировал чип и стал пристально вглядываться в здание в надежде, что искусственный интеллект поможет. И действительно: через пару секунд я получил ответ об угрозе: в совершенно неприметной комнате, немного в отдалении на меня было направлено оружие снайпера. Нырнув за дерево я скомандовал наводчику Машины Смерти: “Двадцать градусов, второй этаж, 150 метров, одиночный выстрел”. Я выглянул, чтобы отвлечь внимание. В это время орудие повернулось и раздался точный выстрел. Выстрел снайпера. Я успел лишь повернуть голову, но этого оказалось недостаточно: пуля прошла по касательной вдоль височной кости. Внезапно в глазах помутнело, а в ушах раздался стремительный писк. Я упал на колени, схватившись руками за голову. Не знаю, что произошло дальше, но через какое-то время я пришёл в себя, лёжа на земле, окружённый склонившимися надо мной товарищами, перебинтовывающими голову, которая до сих пор продолжала гудеть. Свет буквально резал глаза, а каждый слабый звук стрелял в уши, заставив меня поморщиться от собственного дыхания. Я слышал, как редкие выстрелы доносились откуда-то не совсем далеко: бойцы начали наступление. Звуки разбитого стекла и редкие выстрелы орудий отдавались в ушах сильным звоном. Один из товарищей навис надо мной, прямо глаз к глазу, но я поначалу не мог определить даже, кто это, пока не услышал голос. - Товарищ, твоё состояние не позволяет вести боевые действия, - серьёзным, почти суровым голосом заговорил Ярослав. - По данным Архангела, контролировавшей ход операции, чип, какая удача, оказался выведен из строя. Мы завершим операцию. Можешь подождать нас здесь или ехать, но на штурм ты не идёшь. Это приказ. - Так точно, - ответил я, приподнявшись на руки, - товарищ председатель. Я остаюсь. Товарищи помогли принять удобное положение, прислонившись спиной к дереву, где они оставили меня и двинулись к зданию. Звуки уже не так напрягали слух, но общее состояние было хуже некуда. Повернувшись на бок, я, не могши больше терпеть, вновь позволил кому в горле выйти наружу. Не знаю, реакция ли это на ранение или послеоперационный период, но меня одолевала ужасающая слабость. Нет, ну это что за жалость: падать в обморок, оказавшись раненым по касательной. Смешно! Нет, что я за инвалид такой, я пойду за ними. Пошатываясь, я аккуратно встал на ноги и убедившись, что всё хорошо, медленно побрёл к штабу, крепко сжимая в руке пистолет. Выстрелы прекратились уже какое-то время назад и, войдя в фойе, я прислушался: звуки возни доносились со второго этажа. Подойдя к краю лестницы, стоящей напротив входа, я медленно побрёл наверх, переступая ступеньку за ступенькой. Взобравшись, наконец, наверх, я двинулся на звук, доносившийся с левой части коридора. На его середине я увидел бойцов, державших коридор на прицеле. Увидев меня, они опустили винтовки. Дойдя до комнаты, я вошёл внутрь, где увидел несколько человек, сидящих на коленях. Вокруг стояла охрана, а чуть правее от выхода стояли трое агентов. Один из КАСовцев, одетый в офицерскую форму, поднял голову и рассмеялся. - Какая жалость: и эта ваша мощь Регенширма? Полудохлый председатель пришёл покарать меня? - Заткнись, - сквозь ком в горле прохрипел я. - Ты в гораздо худшем положении, чем я. - Я свою миссию выполнил сполна. Жаль, конечно, что я больше не увижусь со своим другом. Вас постигнет та же участь. О, нет, ещё хуже: Нойштадт будет гореть. А хуже всего будет, когда все узнают, что председатель, лицо Регенширма, сам убил всех. Я не собирался это терпеть и, быстро наведя пистолет на голову, произвёл выстрел. Буквально за пару секунд последовательно упали четыре КАСовца с простреленной головой. Развернувшись, я зашагал прочь, но сознание вновь затуманилось, а из носа ручьём хлынула кровь. Стоя на коленях, я попытался остановить кровь но тщетно. Сознание вновь стало угасать. Раздались крики, под руки меня подхватило двое человек и понесли вниз, но я уже не мог двигаться. Я обессилел и отпустил сознание.