19 октября. Plump (пухленький). Эндрю Ларсон.

— Эта толстая леди опять отказалась меня пропускать! Но у меня же был пароль, что не так? — недовольно бурчал Эндрю Ларсон под руку Крессиде. Стоявшая по другую сторону от когтевранца и уже почти полчаса невольно выслушивающая его жалобы Натсай, наконец, вспылила: — Эндрю, не «толстая», а «приятно пухленькая»! В тебе нет ни капли такта. И, между прочим, у неё есть имя! Её зовут Элизабет! — Да мне глубоко фиолетово, как её зовут, Онай! И, поверь, не мне одному. Для всех она просто «Полная Дама» или, и того хлеще, «Толстая тётя». Её единственная задача — пропускать тех, кто знает пароль. Я его знаю! Так в чём проблема? — Пожалуйста, не отвлекайтесь, — прокатился по оранжерее звонкий голос Мирабель Чесноук, — сливы-цепеллины очень восприимчивы и требуют особого внимания и ухода! — Внимание! Я ухожу, — бросил Ларсон несчастному кустику, прежде чем стянуть защитные перчатки и перейти к столу для записи конспекта. — Вот я ничуть не удивляюсь, что пухленькая Лиззи не пропустила тебя в нашу гостиную, — поддержала одноклассницу Нелли. — С такими манерами тебе только молча на метле сидеть и не отсвечивать, а не с женщинами разговаривать. Да тебя даже к растениям подпускать нельзя! Оггспайр бережно погладила приунывший кустик сливы и грозно зыркнула в спину Эндрю. — Не больно-то и хотелось мне с ними разговаривать. Ещё сами за мной бегать будут… — Ох, Эндрю-Эндрю, а ведь пройдёт совсем немного времени и ни один волшебник не вспомнит, кто такой Эндрю Ларсон. Помяни моё слово.