29. Человек без лица (Бог по имени Джон)

Смерти не существует там, где есть Колесо. Смерти нет, если Колесо не замедляет свой ход. Его жар чувствуется через плоть миров, а в пустоте между ними становится невыносимым. Ата питается им, словно материнским молоком, и другие боги тоже. Когда-то смерть была всего лишь словом. Теперь она его удел. Отправлять в последний путь погибших. Давать им покой. Зажигать для них погребальные костры. Его лицо — чужое. Обезображенное. В лицо смерти смотреть и то приятнее. Эвандр. Так его звали. Этот человек снился Ате, хотя он никогда не видел снов. Лицо в ссадинах. Лицо в шрамах. Лицо, скрытое тканью. Этот лик отныне — его. Эвандр — юность на полях, зрелость в казематах, старость в сожженных городах. Когда Ата приходил к нему, Эвандр безразлично говорил: — Никто не подаст тебе руки, Тлеющий. Вороном Ата перелетал с одного дерева на другое по пути странствий Эвандра. Тот всегда путешествовал один, от города к городу, оставляя после себя тревоги и сомнения в людских сердцах. Долгие годы пыток закалили его, сделали мудрее. Инквизитор Исидор не желал ему смерти и искренне верил в спасение души. Нельзя казнить тех, кто не признает греха. Эвандр не признавался десять лет. Исидор приходил к нему каждую неделю с водой и каленым железом, но Эвандр молчал. А потом новый глава церкви приказал освободить всех еретиков, не замешанных в светских преступлениях. Новая эпоха провозглашала любовь к человеку. Эвандр провозглашал ненависть к богам. Полностью седой в свои сорок, он глядел на Ату с презрением. Где его рыжие волосы? Истлели, иссохлись. Потеряли жизнь. Вскоре и он погиб, устроив мировой пожар. Объявив войну идолопоклонничеству. Его лицо — тонкие губы, острый нос, светлые глаза — все еще снятся. Ата отращивает рыжие волосы, и они давят на голову, словно чугунный венец. Смерти нет там, где бежит Колесо. Эвандр возрождается, но другим. Ата не знает, кто он и где, ибо несет тяжкое бремя изгнания. Ата никогда не хотел становиться смертью богов. Братоубийцей. Просто в сердце его — мятеж и ужас, и желание сделать мир правильным. Убив брата, он породил Бабушку Смерть — старуху с младенческой улыбкой, которая не помнила сделанного ей зла. Она смотрела на Ату ласково и с насмешкой. Он был вынужден сопровождать ее, чтобы помнить о своей вине. На его лице — чужие шрамы. Со временем он начинает забывать, как много их было. Делает лицо совсем безобразным, чтобы не глядеть в отражения. Его волосы тускнеют. Было ли у него лицо? Родившись, все боги выглядели одинаково — и не выглядели никак. Они были пустотой, и ярким светом, и тьмой. Затем они обрели голоса — звонкие и грубые, тихие и громогласные. Их лица никогда им не принадлежали, как и голоса. Когда-то они украли их у людей. Теперь лицо Эвандра — его. До самой смерти.