Глава 32

Самая страшная беда — потеря себя — может произойти очень незаметно, как если бы вовсе ничего не случилось. Всякая другая потеря — руки, ноги, жены, пяти долларов — наверняка будет замечена. С. Кьеркегор

С момента аварии прошло почти полтора месяца. Наступил долгожданный день выписки из больницы. Чонгук практически поставил меня перед фактом, что жить я буду у него. Временами он проявлял жесткую решимость, а я не в силах была противиться. Взяв мою сумку и внимательно выслушав рекомендации лечащего врача, парень бережно подхватил меня под руку и повел к машине. Впереди были неизбежны еще несколько месяцев восстановления, но чувство свободы действовало опьяняюще. За это время я очень соскучилась по музыке, работе, природе и городской жизни. Мне хотелось сразу же отправиться гулять по центру города, выпить кофе, забежать в пару магазинчиков и накупить всякой ненужной фигни, сесть за руль автомобиля и промчаться по городским автострадам, а потом долго-долго сидеть на скамейке возле сеульской телебашни и наблюдать за огнями ночного города. Я помнила эти улицы, могла назвать любимые места и кажется, даже могла бы доехать до дома. Сидев на пассажирском сидении, я голодными глазами всматривалась в каждый дом, каждое дерево, каждую площадь, пролетающую за окном автомобиля. - Мэл, ты так стекло выдавишь лбом - мы никуда не уезжаем из Сеула. - увидев мой настрой, парень засмеялся - Я обещаю, мы сходим куда только захочешь. - Такое ощущение, что это все сон. Сон, который в любую минуту может испариться.. Почувствовав на своей руке руку Чона, я повернулась и долго разглядывала его, такого спокойного и немного уставшего. Вьющиеся черные как смола волосы аккуратно лежали по обе стороны лица, карие глаза, обрамленные пышными ресницами внимательно следили за дорогой. Эта картинка показалась мне знакомой, и в памяти всплыло, как раньше мне нравилось наблюдать за Чонгуком, сидящим за рулем своего автомобиля. На время мое смятение отступило, пропуская любовь на передний план. Кинув взгляд на дорогу я вновь заметила знакомый район, улицу и дом. Дом в котором я когда-то жила. - Уже приехали? - не дожидаясь ответа, я отстегнула ремень безопасности - Что? Нет, еще пятнадцать минут и будем дома - В смысле? Я помню этот дом, я точно жила здесь. Лицо Чонгука в момент переменилось, улыбка исчезла, брови нахмурились. Проведя языком по внутренней стороне щеки Чон внимательно посмотрел на меня и снова вернул взгляд на дорогу: - Ты жила здесь раньше, до того как уехать.. - В штаты? Чонгук, почему я уехала туда без тебя и так на долго. Если мы были вместе.. - Тогда мы… мы расстались.. - не дав мне договорить Чонгук выпалил новый факт из моего прошлого - в какой-то момент мы столкнулись с трудностями. И я не смог справиться, принял неверное решение, что нам будет лучше, если ты будешь как можно дальше... Но это было ошибкой. Увидев как тяжело давались слова парню, я решила не продолжать допрос, а оставить все на более благоприятное время. Может объяснять и вовсе не придется, если память вернется ко мне раньше. Чтобы ни было в прошлом, если я решила вернуться - значит я простила его и дала нам обоим второй шанс. Квартира Чонгука была на пятом этаже небольшого элитного жилого комплекса. Просторное помещение состояло из светлой гостиной, кухни-столовой, спальни, гардеробной и пары санузлов. Несмотря на небольшое количество мебели, квартира была укомплектована всем необходимым, подчеркивая сдержанность и вкус владельца. На стенах развешаны картины и фотографии, идеально дополняющими обстановку. Мои вещи, прибывшие из Лос-Анджелеса, пока я была в больнице, аккуратно лежали в спальне, ожидая возвращения хозяйки. Достав из чехла гитару, я села на диван и на время погрузилась в мысли, перебирая пальцами тонкие струны. Острая головная боль резко пронзила меня словно тысячами тонких иголок одновременно, наполняя меня воспоминаниями: я сижу возле озера в нашем с Юнги доме, наигрывая на гитаре мелодию одной из написанных мной песен для альбома Евы. В тот день была прохладная пасмурная погода, над озером кружили морские птицы, а в саду Франсин высаживала цветы. Постепенно воспоминания возвращались, но всегда в компании с мигренью. Вскоре боль отступила, а воспоминания прочно закрепились в моей голове. Как и чувство глубокой тоски, которое я ощущала в тот день. - Я подумал, что тебе будет комфортнее обустроиться здесь. А я первое время посплю в гостиной. Если что-то понадобится, не стесняйся. Это и твой дом тоже. Чонгук стоял в дверном проеме, подперев плечом стену. От одного его вида тоска внутри только усилилась, и еле сдержав слезы, я улыбнулась и тихо поблагодарила парня. Так я открыла для себя отдельный, изощренный вид боли - это когда ты заставляешь себя улыбаться, чтобы не заплакать. Почему же, когда я смотрю на него, мне становится так больно, больно от разрушающей пустоты, что поселилась в моем сердце с момента возвращения к жизни? Я ведь отчетливо чувствую, что любила его раньше, но это чувство, словно ускользает из моих рук, а боль в сердце кричит: “не отпущу!” Постепенно жизнь стала возвращаться в привычный ритм. Я вернулась к написанию музыки и возобновила работу с партнерами из штатов, которые, не без помощи Евы, тактично вошли в мое положение и не давили со сроками. Чонгук продолжил работу над своими проектами и, несмотря на загруженный график, старался освободиться как можно раньше, чтобы быстрее вернуться домой. Периодически в гости заскакивали Юнги, Чимин и Тэхен. Парни активно придумывали разные уловки, чтобы помочь вернуть мне воспоминания. Мы часто засиживались за просмотром фотографий, видеоклипов или прослушивания музыки, что я написала за последние пять лет. Иногда, ребята даже пытались воспроизвести сценки из самых запоминающихся дней нашей жизни. Как Паку удалось привлечь к этому спектаклю сурового и непробиваемого Мина, для меня большая загадка. Но каждая попытка всегда заканчивалась громким смехом и восхвалением режиссерских способностей Тэхена. Но стоит только нам разъехаться по домам, а мне положить голову на подушку - пожирающие меня вопросы сами собой начинают всплывать один за другим. Ночами я медленно умираю от бесчувствия. Я каждой клеточкой ощущаю любовь Чонгука, да и сама чувствую к нему неимоверное притяжение. Но почему-то мой мозг отказывается вспоминать все, что нас когда-то связывало. Он самостоятельно решил вычеркнуть из моей жизни самое важное, то что и сейчас является для меня таким дорогим. Одна лишь пустота и боль, причин которых я все еще не понимаю. На следующий день, не в силах больше откладывать, я отправилась в офис к Юнги. Мин, человек, который всплывал в моей памяти чаще всего, и который был для меня как старший брат, точно сможет дать мудрый совет. Сейчас я доверяю ему даже больше чем самой себе, значит чего бы это не стоило, я должна прижать друга к стенке и расспросить обо всем. - Мандаринка? Не ожидал тебя тут увидеть. Проходи, присаживайся - я застала названного братца в его кабинете. Мин полулежа развалился на диване, что-то активно набирая в ноутбуке и набив рот корндогом. - У меня к тебе серьезный разговор, Юн. Ты явно знаешь больше меня… - закрыв за собой дверь, и я села возле Юнги, сдвинув его ноги на пол и чуть наклонившись вперед, всем своим видом показывая, что без ответов на мои вопросы уходить отсюда я не намерена. Откинувшись на спинку дивана, я сверлила взглядом темно-синий ковролин на полу кабинета Юнги. “Интересно, что это за оттенок? Глубокий-синий или берлинская лазурь. Берлинская лазурь, что вообще за название оттенка, как в голову-то пришло?” До сознания, словно где-то очень далеко, стал доноситься голос. Кто-то явно меня звал. Подняв голову, обнаружила перед собой взволнованное лицо Мина: - Мэл! Ты в порядке? Не стоило, все-таки, на тебя все вываливать сразу.. - Нет, все в порядке. Все.. это все больше похоже на какой-то фильм. Чонгук не рассказывал мне… - Он любит тебя, Мандаринка. И, думаю, просто боится потерять.. снова. Жизнь столько раз сталкивала вас лбами, начиная с первой встречи, что тяжело не верить в судьбу. Прошлые пару лет были тяжелыми для тебя и Чонгука, потому что вы оба пытались забыть друг друга. Но… может, уже хватит сопротивляться? - Я бы хотела, Юнги. Я бы хотела. Проведя рукой по шраму на предплечье, я осознала, что даже не обращала на него внимания раньше. Будто он был естественной частью меня. Рассказ Юнги казался мне чем-то нереальным. Как это могло произойти со мной. И неужели то, что я ощущаю сейчас - это отголоски прошлого? - Я многое вспомнила, но я практически ничего не помню, что может быть как-то связано с ним. И я не понимаю почему так. Я помню как мы жили с тобой в LA, как готовились к твоему туру, но я вообще не помню, что была в депрессии. Как такое может быть? - Не знаю, милая. Видимо на этот вопрос можешь найти ответ только ты сама… Выйдя из офиса, я остановилась перед дверьми в здание и провела взглядом по небольшой площади. Не верится, что несколько лет назад, Юнги нашел меня здесь истекающей кровью. Сколько раз я была на грани смерти за последние несколько лет? Смерть практически дышала мне в затылок. Но почему-то, вселенная решила, что мне еще рано уходить. И вот я стою тут, запутавшаяся в своих воспоминаниях и чувствах. Действительно, так и начнешь верить в судьбу. - Чонгук, я хочу съездить на Чеджудо. Ты говорил, мне там очень понравилось. - На Чеджудо? Можем запланировать, на новогодние праздники, например - парень, наклонил голову чуть набок, будто ответ требовал от него глубоких раздумий. Но потом быстро вернулся к игре в приставку. - Нет, я немного не так выразилась. Я бы хотела поехать сейчас. Завтра. Мне нужно побыть одной и все обдумать. Тут же забыв о игре, Чонгук повернулся в мою сторону. Положив геймпад на пол, парень подполз к дивану, на котором, укрывшись пледом, сидела я. - Обдумать? Детка, я не понимаю.. Почему одной? Почему завтра? - Чон, мы уже больше месяца живем под одной крышей. Я вспомнила ребят, вспомнила как работала тут, да много чего, вплоть до мелких деталей. Но я не могу вспомнить тебя. И это только запутывает меня еще больше. - неожиданно для меня самой, по моим щекам полились слезы, упав прямо парню на руку. Чонгук, казался напуганным маленьким ребенком, у которого хотят забрать любимую игрушку. Он сидел у моих ног на полу и большими, черными глазами всматривался в мое лицо, искренне пытаясь понять все, что творится в моей голове. - Я боюсь, потерять тебя. Потому что ты как хрупкая бабочка, которой я могу любоваться только издалека, ведь если я дотянусь и прикоснусь к тебе, то тут же упущу.. - Чонгук сел на диван и крепко обнял меня - Я боюсь потерять тебя. Потому что ты очень важный для меня человек. И честно говоря, я не представляю свою жизнь без тебя. Поэтому можешь пообещать мне всегда оставаться в моей жизни? Какие бы ответы ты не нашла в Чеджудо, не оставляй меня. Обещай, что позволишь наблюдать за тобой, хотя бы издалека… Я молча кивнула в ответ. Потому, что никакие слова не смогли бы описать то, что творится сейчас внутри меня.