Пролог ☘

      Этот вагон поезда всегда пустеет к середине пути. Первогодок нельзя винить в их любопытстве. Они как птенцы, которые только что выбрались из гнезда, чтобы с жадностью начать изучать новый мир. Они тянутся к старшим, бегая по вагонам, находя для себя что-то интересное. Расспрашивая, познавая, восхищаясь.       Сейчас это только на руку Грейнджер. Маленькое пространство туалетной комнаты давит четырьмя стенами со всех сторон, помогая сосредоточиться только на себе и своём дыхании. Гермиона держится за холодную металлическую раковину, считает до восьми.       И вдыхает полной грудью.       — Я владею ситуацией. Всё подчиняется мне…       Суровый взгляд прямо в мутное зеркало немного приводит в чувства. Ей нельзя показываться на людях «такой». Тонкий слой тонального крема наспех распределён спонжем по коже, скрывая тёмные круги под глазами и серость лица. На крышке помады название тона: «спокойствие». Иронично, на самом деле…       Всё катится к чёрту с первого же дня.       — Чёрт! — Выдох. — Я владею ситуацией. Всё подчиняется мне…       Грейнджер дёргается вместе с ручкой двери — кто-то отчаянно желает попасть внутрь. Ей приходится наспех убрать косметику и кинуть её на дно сумки.       «Я владею ситуацией».       Натянуть улыбку со «спокойствием» удаётся с лёгкостью. Щелчок двери. И удивлённый взгляд маленькой девочки упирается прямо в Гермиону.       — П-простите. Я не знала, что здесь кто-то был… — смущается первогодка, переступая с ноги на ногу.       — Заходи. — Гермиона меняется с девочкой местами в узком коридоре.       Грейнджер шагает лёгкой поступью сквозь скрип железных брикетов вагонов, чувствуя, как в кармане вибрирует мобильник. Она уверена на сто процентов, кто ей пишет, и, не раздумывая, решает сразу отправиться к нему.       Вагон слизеринцев оказывается самым шумным на её пути. Здороваясь с учениками, Грейнджер ненадолго останавливается у скамеек, на которых расположилась компания «зелёных». Самая главная из этих девушек не видит Гермиону, так как стоит к ней спиной. Идеальная осанка…       — Я придумала новую речёвку и танец. Чтобы ни одна из вас не пропустила первую тренировку! Вы меня поня… — девушка замолкает, замечая устремлённые ей за спину взгляды сокурсниц. — Грейнджер…       — Паркинсон. — Гермиона чуть приподнимает бровь, пытаясь сдержать улыбку.       Грейнджер даже немного завидно. Она никогда не видела подругу-соперницу в плохом состоянии, не считая одного момента, про который поклялась молчать. На слизеринке всегда отглаженная форма, у неё ровный цвет лица и идеальный незаметный макияж. Ей всегда казалось, что для Пенси нет ничего невозможного, чтобы всегда смотреться выигрышно в чужих глазах.       Стоя сейчас перед Паркинсон, Гермиона уверена, что та раскусит её в два счёта. Увидит, в каком она паршивом состоянии. Зелёные глаза блестят, и взгляд мечется по лицу Грейнджер. Пенси щурится.       Вот сейчас её разоблачат…       — Всё-таки решила присоединиться к нашей команде?       Тема ловко изменена, но будущий разговор неизбежен. Гермиона мысленно благодарит Пенси за это и с улыбкой отвечает:       — Будешь под моим руководством? Я никогда не отдам звания капитана команды, ты же знаешь. — Гермиона делает шаг вперёд, кивая всем девушкам на прощание.       — Я подожду, — слышится в спину с едким смешком. Чёрт. Паркинсон даже ухмыляется идеально…       Это случилось два года назад на отборочных в группу чирлидерш. Именно на пятом курсе можно подать заявку, чтобы вступить в команду. Повезёт, если будешь запасной. Редко кому удавалось сразу же войти в основной состав, но Паркинсон удалось. Она в этот же день получила форму главного состава с собственным номером «77». Две вышитых блёстками белых змеи на зелёном фоне складывались в острое число. И к концу года капитан команды Слизерина, выпускница школы, отдала своё звание юной Пенси.       Грейнджер же стала капитаном только в конце того года, и всё время «до» Паркинсон безуспешно пыталась переманить к «змеям» гриффиндорку. Устав чирлидинга не запрещал переходить в другую команду, но как Гермиона могла выступать против своего любимого факультета?       Дверь тамбура не поддаётся с первой попытки. Кто-то наложил заклинание. Алохомора вырывается шёпотом под щелчок замка. В нос тут же ударяет горький запах сигарет.       — Я же сказал, малышня, сюда нельзя! — Блейз замолкает, когда Грейнджер проходит внутрь. — Привет…       Забини, забывшись, по привычке прячет сигарету за спиной и косится на того, кто всегда спасает его. Но не сейчас. Сейчас сам его «спаситель» молчит с прикованным к Грейнджер взглядом.       Ну вот опять…       Гермиона слышит фантомный хруст. Чувствует металлический запах крови, въевшийся в память. Видит перед собой не Малфоя. А воспоминание…       Ей дурно.       — Всё подчиняется мне.       — Что, прости? — переспрашивая, вмешивается Забини в её не мысли.       «Вот дерьмо…»       Гермиона допускает ошибку за ошибкой. Говорит вслух то, что не должна. Ей становится страшно потерять контроль. И будто бы чувствуя это, «спаситель» выручает не друга, а её.       — Тебя Рон искал, — голос Малфоя спокоен в отличие от её секундами ранее. Неужели ему удалось переступить через тот ужас прошлого?       Драко отворачивается от неё, упираясь взглядом в меняющиеся картинки природы за окном. Стучит по сигарете. Пепел оседает серой корицей прямо на поручень. Это немного раздражает Грейнджер. Теперь не только внутри её мыслей грязно, но и повсюду. От волос, пропитанных сигаретным дымом, от тамбура и… от встречи с ним.       Идти сквозь восхищённые взгляды девушек, которые видят в Гермионе лидера, лучшую ученицу школы и капитана команды, чертовски трудно. Сейчас в ней нет ничего из этого. Нет идеального примера. Как же все эти бесконечные часы у психолога, которые должны были помочь? Где это: «Я контролирую ситуацию. Всё подчиняется мне». Какое же…       — Гадство! — выкрикивает Рон, глядя на Гарри. — Так нечестно!       Грейнджер заходит в купе парней, заставая негодование друга. Уизли, обернувшись, хватает её за рукав, усаживая напротив и тыча пальцем в мобильный.       — Гермиона, хотя бы ты скажи, что это неправда! — с отчаянием в голосе просит Рон.       Грейнджер понимает, о чём идёт спор, как только видит заголовок статьи школьного сайта. В следующем году, в августе, пройдёт юбилейный Чемпионат мира по квиддичу. И в этот раз организаторы решили дать молодым талантам показать себя. От каждой школы будет представлено по одной команде, чтобы сразиться на огромном стадионе за звание среди юниоров. Это отличный шанс для игроков показать себя, ведь на чемпионате будет много спортивных агентов в поисках молодых талантов. Шанс быть приглашённым в знаменитую команду хочет получить каждый, кто желает связать своё будущее с квиддичем.       — Разве не наш факультет вот уже три года подряд занимает первое место в конце года? Только благодаря Гермионе мы выигрываем по баллам. А сейчас нам говорят, что на чемпионат поедет команда, которая выиграет в турнире? — Рон выдаёт это без запинки.       Возникает долгая пауза под монотонный стук колёс.       — Ты сомневаешься в своих силах и своей команде? — злится Поттер, упираясь взглядом в статью. Если бы Грейнджер здесь не было, он бы наверняка щёлкнул другу подзатыльник.       Речь Гарри задевает Уизли ещё сильнее.       — Конечно, нет! — Рон пытается спилить острые углы разговора, вновь понимая, что ляпнул лишнего. — Значит, будем тренироваться ещё усерднее!       — Наконец-то в твоих словах есть логика и здравый смысл! — всё ещё с крупицей злости отвечает Поттер и пялится на дверь купе, когда та отъезжает в сторону. Его настроение тут же меняется.       Джинни с выдохом садится между Гермионой и Гарри. Кладёт голову на плечо своего парня и толкает носком ботинка щиколотку Рона, сидящего напротив.       — У Пуффендуя новый ловец. Только в этом году пришёл на замену выпустившегося Томпсона. В команде ему не доверяют. И тем самым его спортивный дух на первом соревновании не будет нам помехой, если жребий выпадет на нас, — Джинни говорит спокойным голосом, глядя на брата. Устраивается удобнее в объятиях Гарри. — У Когтеврана слабая команда, это мы знаем. Им дороже…       — Учёба.       — Учёба.       Уизли и Поттер договаривают за неё.       — А вот за что нам стоит переживать, так это Слизерин, — продолжает Джинни. — Поэтому тренируемся усерднее.       Парни качают головами. Гермиона за долгое время впервые улыбается. Думает про себя, что иногда Джинни кажется капитаном команды Гриффиндора, а не Гарри.       Вот такой компанией они и сидят, пока поезд подбирается ближе к конечной станции. С удивлением Грейнджер понимает, что когти тревоги немного ослабили хватку вокруг её горла. И на лице всё чаще появляется улыбка со стойким оттенком «спокойствия».