16 октября. Чудесная и мерзкая

Альва-Мейв любила свою анимагическую форму. Нет, обожала её. После успешного проведения ритуала она при любой возможности принимала облик ящерицы. Ей хотелось как можно скорее научиться оборачиваться животным без палочки и заклинания, просто визуализируя нужный облик. Мейв часто принимала форму калота, но старалась надолго не задерживаться в ней. Ей не нравилось, что животное сознание могло возобладать над человеческим. Однажды, пробыв в виде ящерицы весь день, она поймала себя на том, что засмотрелась на мышь, пробегавшую по саду. И залюбовалась она не потому, что мышь была милой, а потому что была её потенциальным обедом. Это напугало Альву, и она не перевоплощалась ещё несколько дней после этого случая. В школе она тоже старалась практиковать свой навык, однако оборачивалась ящерицей исключительно в Выручай-комнате или Запретном лесу, где ей особенно нравилось это делать. Она любила прятаться в кустах или залезать на деревья и подслушивать, о чём перешёптывались единороги, что обсуждали акромантулы. Пару раз она даже играла с пушишками на их полянке и приносила несколько галлеонов нюхлерам. Мейв любила производить впечатление на людей, и она никогда не забудет реакцию родственников на своё превращение. Альва проходила экзамен, демонстрируя навыки владения магией крови, когда её попросили показать её анимагическую форму, что Мейв с удовольствием сделала. — Какая мерзкая, — поморщился её кузен Айвор при виде красной ящерицы, горделиво вскинувшей морду. — Какая чудесная! — воскликнула Шарлотта, сестра Айвора, и еле усидела на месте, чтобы не кинуться к Мейв-ящерице и не погладить её. Одним августовским днём, за пару недель до начала шестого учебного года, Мейв гуляла в своей анимагической форме по владениям семьи. Забравшись на один из тисов, она растянулась на ветке и задремала. Сквозь сон Мейв услышала шаги, как кто-то пробирался по роще, переговаривался. Она сначала подумала, что это сон, однако, когда голоса стали громче, она окончательно проснулась, осознав, что это происходило в реальности. Боясь упасть и обнаружить себя, Альва вцепилась когтями в ветку и аккуратно подняла голову, осматриваясь и прислушиваясь. В паре метров от того дерева, на котором она сидела, стояло двое мужчин, одетых в чёрное. Они оглядывались по сторонам — очевидно, заблудились. — Да где этот чёртов особняк! Ревелио! — синяя волна прокатилась по лесу, но ничего, кроме окружавшего их дремучего леса, мужчина не увидел. «Срака наивная», — Мейв закатила глаза. Когда стало известно, что лорд Волдеморт действительно возродился, Флэнаганы решили вновь окружить особняк защитными и скрывающими чарам, как это делали в Первую магическую войну. В дом могли войти только те, в чьих жилах текла кровь Флэнаганов, остальные же видели непроходимый густой лес. Обычным Ревелио их не обнаружить, здесь нужны были чары посильнее. — Сколько мы тут уже бродим? Тут один грёбаный лес, ни одного поганого домишки в округе. А я сомневаюсь, что они живут в халупе какой-нибудь. Может, нас не туда направили? — Мы уже сто раз сверяли адрес. Это точно то место! — Может, ну его? Пусть отправляют кого-нибудь другого. — Мы не можем вернуться ни с чем! Что мы скажем Тёмному лорду? Сердце Мейв ушло в пятки. Она сразу поняла, что это не обычные туристы, но не хотела думать о том, что это могли быть тёмные маги. — Ладно, может, всё-таки найдём их. Пойдём туда, что ли. Волшебники направились в противоположную от особняка сторону, и, дождавшись, когда они отойдут на безопасное расстояние, Мейв сбежала с дерева и побежала к дому. Уже подбегая к особняку, Альва приняла человеческий облик, чуть не споткнулась на крыльце и ворвалась в дом. Она вбежала в гостиную — родители испуганно посмотрели на неё. — Что случилось? — спросил Натаниэль. С трудом переведя дыхание, Мейв выпалила: — Пожиратели!.. Они здесь!