Глава 10 : ℭ𝔥𝔞𝔭𝔱𝔢𝔯 𝔙ℑℑℑ {𝔓𝔞𝔯𝔱 ℑℑ}

༶•┈┈⛧┈♛Деймон♛┈⛧┈┈•༶

Самый спелый и сладкий плод в королевстве. На том пиру не было ни женщины, ни девушки, чья красота могла бы сравниться с красотой его юной племянницы. Дейна была последним членом королевской семьи, прибывшим в Тронный зал. Грянули барабаны, и знать поднялась при объявлении выхода Её Милости, принцессы Летнего Замка. Все мужские взгляды были прикованы к ней и свите её фрейлин. Как мужчина, Деймон готов был признать, что принцессу окружали очень миловидные юные особы, но ни одна из них не затмевала саму принцессу. Приблизившись к помосту, они низко поклонились; благородные девы почтительно склонили головы, а его племянница держалась гордо и поднялась с грацией танцовщицы. Деймон не сводил глаз с девушки, пока она приветствовала членов семьи. Король сидел в центре, по правую руку от него — Рейнира, по левую — королева. Деймона посадили рядом с королевой, — что предвещало очень тихий ужин, — в то время как Веларионы расположились со стороны принцессы Драконьего Камня. Стул подле принца пустовал, что, при известном везении, могло означать, что он насладится компанией своей племянницы; рядом с ней должны были сидеть лорд-десница и его наследник. Его охватило волнение, когда она поприветствовала его. Наклонившись, она коснулась его щеки своей, прежде чем запечатлеть на ней лёгкий поцелуй. Когда она обходила его кресло, Деймона окутал её аромат — смесь цветов и чего-то сладкого. Паж отодвинул стул, и она элегантно присела. Он наблюдал, как она улыбается лорду Стронгу и сиру Харвину. Дейнейра была абсолютно ослепительна в цветах их Дома, с венцом из золотых и алых роз в волосах. Её рука коснулась его руки, когда она наклонилась, чтобы что-то прокомментировать. Он едва мог сосредоточиться на её словах или на ужине в целом. Близость её присутствия мешала ему собраться с мыслями. Как сильно он ею восхищался. Его племянница была для него подобна прекрасной сирене — воплощением всего, о чём он когда-либо мечтал. Его мысли были поглощены образом этой девушки. Он едва осознал момент, когда его брат попросил свою среднюю дочь исполнить танец перед двором вместе с её свитой. Принцесса поднялась со своего места за почётным столом и вышла на середину зала. Она позвала одну из своих дам — Деймон отметил, что это была леди Селия Талли, дочь леди Аманды Аррен и племянница Эйммы. Вскоре рыжеволосая красавица заняла место рядом с Дейнейрой. К ним присоединились ещё девять юных леди, старавшихся скрыть свое волнение за маской скромности. Деймон внимательно наблюдал за ними. Хотя все девушки были по-своему очаровательны, никто не мог сравниться с принцессой Летнего Замка. Она держалась уверенно и спокойно. Хлопком ладоней она подала знак музыкантам начинать. Принц заметил, с каким изяществом и грацией она двигалась. Это была павана — торжественный и медленный танец, призванный подчеркнуть величие танцующих. Его племянница двигалась плавно, с лёгкой улыбкой на лице. В этом мире, где искусство танца и музыки считалось важнейшей частью воспитания знатной дамы, Дейнейра демонстрировала истинное мастерство. Глядя на неё, Деймон чувствовал сложное сочетание восхищения и скрытого недовольства, размышляя о будущем, которое уготовил ей брат. Громкие аплодисменты прервали его раздумья. Танец завершился, и принцесса, сияя от радости и поклонившись присутствующим, направилась обратно к столу. — Тебе понравилось? — спросила она, слегка раскрасневшаяся и запыхавшаяся. Она склонилась к дяде, не сводя с него своих необыкновенных глаз. Деймон улыбнулся, небрежно закинув ногу на ногу. — Очень, дорогая племянница, — ответил принц, твёрдо решив не показывать, насколько сильно. Принцесса удовлетворённо улыбнулась и отхлебнула сладкого вина. В его голове всё ещё эхом отдавался их дневной разговор, пока он наблюдал за румянцем на её щеках. Боги, если бы она позволила, он подарил бы ей столько детей, что это заставило бы померкнуть славу Джейхейриса и Алисанны. Некоторое время они болтали о каких-то пустяках, пока не зазвучала медленная музыка струнных и духовых инструментов. Это была печальная и призрачно-романтическая мелодия — скорее всего, лисенийская баллада, которую он не узнал, но шаги которой помнил. Часть его воспитания как принца под любящим взором королевы Алисанны. Племянница снова поднялась с места и с восторженной улыбкой протянула руку к дяде. — Ты обещал мне танец, любимый дядя, — напомнила она. Деймон с улыбкой встал. Времени, проведённого за пустой болтовнёй, хватило, чтобы он немного остыл. Под суровым взглядом Алисенты принц последовал за племянницей на середину зала. Он заметил, что Рейнира и Рейнис тоже внимательно за ними наблюдают. Танец состоял из грациозных, чувственных движений, и, казалось, не было ни мгновения, чтобы они не касались друг друга. Красный шёлк платья струился по её ногам, когда он кружил её. Чувствовать Дейнейру в своих руках казалось чем-то правильным. — Мой принц, позволите ли вы мне украсть принцессу на следующий танец? — Деймон поднял глаза и увидел не кого иного, как сира Костелома. Деймон выдавил рыцарю улыбку, а затем перевёл взгляд на племянницу. — Увидимся за столом. Принц вернулся на своё место, сел в кресло и поднёс к губам кубок, прихлёбывая крепкое вино. По своей природе Деймон был собственником — это касалось его меча, дракона, титула и положения. Как и все истинные драконы, он ревностно оберегал своё, но, как ни странно, никогда не испытывал подобных чувств к женщинам в своей жизни. Он никогда не любил свою «бронзовую суку» и принципиально отказывался делить с ней ложе в надежде, что этот нелепый союз, навязанный его любимой бабкой, будет аннулирован. Однако ни дед, ни позже брат не пошли ему навстречу. Лишь отец принял его сторону и позволил вернуться домой, избавив от прозябания в проклятой Долине. С Лейной он был гораздо счастливее и спокойнее. Она была прекрасной, страстной женщиной, их объединяли общие предки и история, но даже этого было недостаточно, чтобы он хранил ей верность. Он лишь посмеивался каждый раз, когда она смотрела на него, ожидая ревности, если кто-то другой приглашал её на танец. Но сейчас он был вынужден признать: его чувства к племяннице были глубже и сильнее всего, что он когда-либо испытывал. Дошло до того, что даже походы к шлюхам перестали приносить былое удовольствие. Ему было почти физически больно видеть, как она кружится в танце с молодыми, улыбающимися лордиками. Он закрыл глаза и пригубил вино, не в силах смотреть на то, как огромные лапищи сира Харвина, чёртова, Стронга, покоятся на талии его милой племянницы. — Жажда мучает, мой принц? — Деймон слегка повернул голову и увидел приближающегося сира Бейлона Бирча, своего старого друга и соратника по Городскому дозору. Тот с явным участием наблюдал за ним, переводя взгляд с бывшего командира на нынешнего, который в этот момент танцевал с принцессой в центре зала. — О да, — это было всё, что он ответил. — Он пригласил её на танец только для того, чтобы развеять слухи, — заметил сир Бейлон, наклоняясь к старому другу, чтобы его голос не заглушила музыка. — Слухи, — с усмешкой повторил Деймон. Достаточно было взглянуть на тёмные кудри и курносые носы Джекейриса и Люцериса, чтобы понять: это вовсе не слухи. Рейнира не отличалась осторожностью, но её защищал плащ отцовской слепоты, а её отцом, к счастью, был король. Мужчины обменялись многозначительными ухмылками, снова посмотрев на командующего «золотых плащей». — Ты достал это? — спросил Деймон, не сводя глаз с танцевальной площадки. — Вы будете удивлены, — бросил сир Бейлон, пожимая плечами и наливая себе вина. Деймон тяжело выдохнул и, отведя взгляд от принцессы, посмотрел на мужчину, приподняв брови. — Скажу лишь, что вы двое… знакомы, — мужчина слегка наклонил голову, его глаза округлились, а выражение лица стало серьёзным. — Кто это? — ледяным тоном спросил Деймон. Он снова повернулся к танцующим; его гнев немного утих, когда музыка смолкла и взгляд Дейнейры встретился с его собственным. Она одарила его восхитительной улыбкой и направилась обратно к помосту. — Мне пора поискать мою леди-жену, — быстро сменил тему сир Бейлон, заметив приближение принцессы. — Мой принц, — он хлопнул старого друга по плечу. — Ваша Светлость, — он улыбнулся принцессе, почтительно склонив голову. — Сир Бейлон, — отозвалась она. — Кепа, ты всё еще должен мне танцы, — напомнила девушка дразнящим тоном, глядя на дядю томящим взором.

༶•┈┈⛧┈♛Дейнейра♛┈⛧┈┈•༶

И снова сильные руки Деймона обвили её талию после того, как её передавали от одного лорда к другому на танцполе, и после того, как ей пришлось издалека наблюдать, как её дядя танцует с хорошенькими леди, смотрящими на него восторженными глазами. О, она была уверена: если бы взгляды могли убивать, эта маленькая распутница, Патриция Редвин, была бы уже мертва. Веснушчатая рыжая девица танцевала с принцем лишь раз. Она была единственной дочерью лорда Редвина, обладала завидным приданым и репутацией искушённой особы в делах амурных. Раньше Дейнейра не имела ничего против этой леди — разве что считала, что на её месте предавалась бы утехам более благоразумно. Но в этот миг, видя, как девушка бросает призывные взгляды на её дядю, прижимая руку к своему пышному декольте и наблюдая за танцем дяди и племянницы, Дейна возненавидела её. Она мысленно отругала себя за эти чувства: «Это всё вино». Обычно принцесса избегала вина, предпочитая чаи и охлаждённое молоко, но на пиру позволила себе лишнего. Это вино. Не было иного объяснения тому, как её тело отзывалось на близость Деймона. Но тихий голос в голове шептал: «Твоё тело не реагировало так ни на одного из тех вельмож, с которыми ты танцевала». Не было иного оправдания этой иррациональной ревности, вспыхивающей при виде желания в глазах других дам. Остатки детской влюблённости. Деймон Таргариен с его божественной внешностью стал для Дейнейры идеалом мужчины. Её герой, её Принц-Дракон. Владелец Тёмной Сестры. Наездник Караксеса. Принц крови, лихой рыцарь и опасный воин. Ей никогда не было дела до того, что о нём шепчут другие; для неё Деймон всегда был добрым, нежным и проявлял ту чуткость, которой не удостаивал больше никого. Дейнейра слышала шепотки в коридорах Красного Замка: «Зелёные», верные амбициям Отто Хайтауэра, называли её дядю опасным, припоминали ему прошлые грехи и слухи, которые по-прежнему следовали за ним тенью, пока он властно вышагивал по их дому. Ей казалось забавным, что его называют опасным, ведь она никогда не чувствовала себя в такой безопасности, как сейчас, когда он был рядом. Принцесса ловила на себе взгляд его лиловых глаз, когда он кружил её в танце, прежде чем его властная рука снова обхватила её талию. В этом взгляде было нечто яростное, хищное. И внизу живота она ощутила неведомое ей ранее томление. Если слухи о Рейнире и Деймоне правдивы, она знает — отец и мысли такой не допустит, и неважно, что Деймон снова в милости. Но на мгновение, когда она позволяет себе помечтать, её сердце начинает трепетать, как крылья колибри. «Это всё вино», — напомнила она себе, пытаясь отогнать эту мысль.