Часть 8

      - А я знала! – воскликнула Алья. – Знала, что он так сделает! Такие мужчины просто так обиду не прощают!       - Перестань, - недовольно закатила глаза Маринетт. – И без тебя тошно.       Был полдень субботы, и она вновь была в квартире у Сезер. Правда в этот раз подготовка не понадобилась, поскольку от Дюпен-Чен требовалось лишь присутствие. Все остальное Габриэль взял на себя.       - Не понимаю, чем ты недовольна? – недоуменно подняла брови Алья, подсаживаясь к ней на диван. – Ты же так мечтала о новой сессии с Агрестом, и вдруг такой минорный настрой! Так не годится!       - Он хочет, чтобы я надела один из этих дурацких пошлых костюмов! Нет, я понимаю, игры с переодеванием и все такое… Но почему именно это?!       - А что ты хотела? Латекс? Бархат? Кожу? Прости, но в данном случае я полностью поддерживаю твоего доминанта. В таких играх нет ничего плохого!       - Я просто не ожидала, что он тоже на это падок, - буркнула Маринетт, сверля взглядом собственные колени.       - Ничего удивительного в этом не вижу. Да, возможно для тебя Габриэль Агрест нечто сродни верховному божеству, и подобные «низменные желания» с его стороны не вписываются в твою картину мира. Но с другой стороны – он такой же мужчина, как и все, и в этом нет ничего предосудительного! Я просто уверена, что с его фантазией тебя ожидает нечто большее, чем просто секс в костюме!       - Знаю, - тихо вздохнула Маринетт. – Просто никак не могу перебороть себя.       - Я понимаю, что ты чувствуешь. Сама была такой же, - сказала Алья и мягко взяла ее за руку. – Мне тоже было неловко в первый раз. Но результат настолько превзошел мои ожидания, что теперь у меня целая коллекция подобных костюмов. Поверь, это затягивает.       Дюпен-Чен не ответила, лишь снова вздохнула. Она всячески пробовала сторговаться с собой, но глупый стереотип, прочно засевший в голове, никак не хотел уступать доводам рассудка. Оставалось только надеяться, что Габриэль воспользуется своей любимой присказкой: «Обожаю ломать стереотипы!» и поможет ей избавиться от всех предубеждений…

***

      В этот раз ехать на сессию было уже не так страшно. По мере приближения к особняку, Маринетт вновь стала ощущать в себе азарт. Причем настолько яркий, что даже нервозность по поводу костюма отошла на второй план. Габриэль спрашивал ее про вибро-игрушки. Интересно, что же он собирался на ней применить? В голове против воли мелькнули несколько довольно соблазнительных картин, но Маринетт предпочла отмахнуться от них. Что бы она там себе не надумала, доминант с легкостью сможет превзойти все ее ожидания. В этом девушка была стопроцентно уверена.       Путь от ворот особняка до входной двери Маринетт преодолела стремительно. Сердце сладко замирало в предвкушении встречи, вытесняя даже мысль о том, что она опоздала на десять минут из-за пробок. Едва войдя внутрь, девушка растерянно замерла. Никого. Вся радость тут же испарилась. Однако предаться страху она не успела: дверь в столовой неожиданно распахнулась.       - Добрый вечер, - широко улыбнулся ей Габриэль, а затем поманил к себе. - Проходите.       Едва он скрылся в столовой, Маринетт не сдержалась и шокировано раскрыла рот. За все годы работы на модельера она успела повидать множество эмоций на его лице, но чтобы он излучал такое искреннее добродушие?! Это что-то новенькое.       С трудом взяв себя в руки, она вошла в столовую. В этот момент послышался хлопок. Маринетт повернулась в сторону звука и второй раз за вечер шокировано замерла.       - Я уж думал вы не появитесь, - сказал Габриэль, наливая шампанское в высокий бокал.       - И вы решили это отпраздновать? - ляпнула она и тут же прикусила язык.       Ответом ей стал все тот же добродушный смех.       - Иногда я удивляюсь: откуда в вас столько сарказма? - поинтересовался мужчина, делая глоток и оборачиваясь к гостье. – Выпьете со мной?       - Но ведь… нельзя же… - пролепетала Маринетт, невольно вспоминая главное правило всех сессий: никакого алкогольного и наркотического опьянения.       - Да бросьте! - закатил глаза Агрест. - От одного бокала с нами ничего не случится. Вам будет полезно выпить для храбрости. Мне - для поддержания внутреннего задора.       «Да уж куда задорнее?» - поразилась девушка, невольно окидывая Габриэля взглядом. Если он уже был одет для сессии, то выбор его был, мягко говоря, не очень. Нет, простая белая рубашка и черные брюки ему тоже шли. Однако образ, на ее вкус, портила небрежность: ворот рубашки был расстегнут на две пуговицы, рукава закатаны до середины предплечий. Даже всегда идеальную укладку, казалось, нарочно разбередили пальцами. Но даже в таком непривычном образе мужчина все еще притягивал взгляд…       Из потока мыслей Маринетт выдернул щелчок пальцев перед глазами. Она вздрогнула и с удивлением обнаружила, что Габриэль подошел к ней почти вплотную.       - Вы уже пять минут стоите неподвижно. В чем дело? - поинтересовался он.       Маринетт открыла было рот, но не произнесла ни звука, а на щеках предательски заалел румянец. Увидев ее реакцию, мужчина удивился, а потом, будто прочитав ее мысли, улыбнулся еще шире.       - Я так и думал, - ответил он и вернулся к сервированному столику. - Идемте.       Девушка послушно проследовала за ним. Габриэль налил шампанское в другой бокал, передал ей, в затем взял в руки собственный.       - За успех! - отсалютовал он и сделал глоток.       Маринетт же, все еще растерянная, вопреки этикету осушила бокал залпом. Агрест всегда предпочитал брют остальным видам шампанского, поэтому легкая кислинка напитка ничуть не смутила ее. Наоборот, это позволило ей немного расслабиться.       - Так лучше? Или еще? - поинтересовался Габриэль.       - Благодарю, но я воздержусь, - ответила девушка, отставляя пустой бокал на стол и напрочь проигнорировав тарелку с несколькими видами сыров и оливками. - Не хотелось бы отключиться в середине сессии и испортить ее.       - Ваше право, - кивнул он. - Тогда поднимайтесь наверх и готовьтесь. Я подойду чуть позже.       Маринетт коротко кивнула и покинула столовую. Поднимаясь на третий этаж, она судорожно размышляла о том, во что же ей предстоит наряжаться. Медсестра отпадала сразу. Стюардесса? Нет, зная Габриэля, вряд ли бы он стал повторяться. Полицейская? Тоже нет, для этого понадобилось бы играть на контрасте. Тогда кто же? Если учесть, что Агрест - эстет во всех смыслах, и в его строгом, но небрежном образе есть намек на ее униформу… “Уж не монахиня ли?” - вдруг подумала девушка и в мыслях тут же мелькнула картина…       Тесная зашторенная кабинка исповедальни. Она, одетая в короткое монашеское платье буквально вжата Габриэлем в смежную стену. Он крепко обнимал ее одной рукой, а второй бесстыдно забрался под подол.       - Нас услышат, - стыдливо шепчет она, упираясь руками в его грудь и не зная, куда себя деть от волнения и возбуждения.       - Покайся, - страстно шепчет он, лаская ее пальцами и неотрывно глядя ей в лицо. – И тогда я отпущу тебе все грехи…       Маринетт резко замерла на середине пути, очнулась от своих мыслей и замотала головой. Не о том она думает! Конечно, странно было бы ожидать от бывшего панка благочестия, да и она вроде не пуританка… Но как-то с трудом верилось, что ее доминант стал бы заигрывать с религией. Уж больно деликатной была эта тема.       Кое-как взяв себя в руки, девушка поднялась на третий этаж и направилась к уже знакомой комнате. Открыв дверь, она обнаружила, что внутри уже горел верхний свет, а окна были зашторены. Возле кровати вдруг оказалось большое напольное зеркало, а рядом с ним манекен с…       - Горничная?! – вслух поразилась Маринетт. – Серьезно?! Из такого многообразия… всего лишь горничная?!       Она была одновременно и расстроена, и взбудоражена. Расстроена тем, что сессия рисковала превратиться в банальную игру: «плохой хозяин, хорошая горничная». А взбудоражена тем, что возможно в этот раз, если она будет более послушной, то ей перепадет нечто больше, чем просто прелюдия. У Маринетт не было конкретной цели переспать с Агрестом, но в глубине души все же взыграло женское самолюбие. Такие мужчины с кем попало не спали, даже она это понимала, но попасть в список «счастливиц» все равно хотелось.       Затолкав подальше весь негатив, девушка стала переодеваться. Раздевшись до нага, облачившись в платье и повязав передник, Маринетт взяла стоящую под манекеном раскрытую коробку с телесного цвета чулками и классическими черными лодочками, и уселась на кровать, чтобы продолжить сборы. С чулками проблем не возникло, а вот каблук был немного выше того, что она обычно носила, но это было терпимо. Закончив, девушка повернула голову влево и вдруг обнаружила еще одну коробку. Решив, что это тоже для нее, Маринетт открыла ее и поразилась увиденному.       - Вибро-яйцо?! – сдавленно пробормотала она, откладывая коробку на колени и взяв в руки аксессуар.       Таким она еще ни разу не пользовалась, хотя была наслышана о спектре его применения. Данная модель была замысловатой: U-образная форма, на одном из концов которой было приделано основание в виде крыльев бабочки с очень странными петельками на верхних крыльях и снизу на самом изделии. Догадка подтвердилась, стоило опустить взгляд обратно в коробку. «Места для креплений», - подумала девушка, глядя на черные ленты с фиксаторами. Под ними обнаружились очиститель, небольшая пачка сухих салфеток и обычный лубрикант на водной основе. Что ж, задумка Агреста вполне ясна.       Сперва Маринетт продела ленты в отверстия. Получилось нечто вроде трусиков-стринг, регулирующихся под нужные размеры. Обработав вибро-игрушку и смазав ее лубрикантом, девушка продела ноги в отверстия, подтянула выше, а затем откинулась на постели. Согнув ноги в коленях, она сначала подтянула ремешки креплений, а после надела предмет как полагается. Ощущения были почти такими же, как от вибратора, которым Маринетт пусть нечасто, но пользовалась. Понимая, что с подобной вещью ей придется двигаться, а не лежать, она села, затем медленно встала. Еще раз поправила крепления под подолом, проверяя их надежность, и попробовала сделать несколько шагов.       Получилось неловко. Аксессуар мешал нормально двигаться, вызывая легкий дискомфорт. И если она правильно поняла по ощущениям… На основании, прижатом к клитору, ощущались силиконовые ворсинки, видимо предназначенные для дополнительной стимуляции.       «Месье знает толк в извращениях», - подумала Маринетт, медленно идя к зеркалу и, остановившись подле него, придирчиво осмотрела себя. Вроде бы… неплохо. Вчера она полночи потратила на просмотр в интернете всевозможных эротических костюмов, и даже видела подобные модели. Вот только эта вещь была не фабричная. Платье явно сшито вручную, еще и из хорошего шелка. Может, сделано на заказ? Маринетт чуть склонила голову набок и вдруг задумалась: интересно, а мог кто-то носить это платье до нее?       Звук открывшейся двери заставил ее вздрогнуть.       - Закончили? – деловито спросил Габриэль, входя внутрь.       - Да, - ответила она и повернулась к мужчине.       Ей было немного стыдно смотреть на него. Бедра вдруг сами потерлись друг о друга, крепче сжимая силиконовый предмет внутри нее, а на лице вспыхнул румянец. А когда Маринетт рискнула поднять взгляд, то отметила мелькнувшие на лице доминанта сначала шок, затем восхищение. Это немного придало ей уверенности.       - Восхитительно! – резюмировал Габриэль и направился к ней. – Не зря провозился с этой формой целый вечер. - Вы сшили её сами?! – опешила Маринетт. - Да, еще во вторник, - небрежно ответил он, замирая в шаге от нее и придирчиво осматривая.       Она не нашла что сказать. Даже если это был просто порыв и желание удовлетворить внутреннего эстета, то Агрест справился с этой задачей на все двести процентов.       - И все же что-то не так, - донесся до нее задумчивый голос Габриэля. Маринетт удивилась. Лично у нее претензий к наряду не было. Теперь уж точно не было.       - Все ясно! Вы забыли про ленты.       - Ленты? – наконец подала голос девушка и устремила взгляд на манекен.       На нем действительно остались ленты, которые она приняла за элемент декора. Но видимо у мужчины были свои мысли на этот счет. Он взял в руки белую, самую длинную.       - Поворачивайтесь к зеркалу.       Маринетт послушно выполнила требование. Приблизившись, Габриэль собрал ее волосы и разделил на две части. Плотно, будто фиксируя их на мягкие бигуди, он обмотал темные пряди лентой, зафиксировал узлами, а затем, скрестив концы ленты, закрепил конструкцию на макушке с помощью бантика. Получилось нечто вроде греческой прически, когда волосы обвивали вокруг обруча.       - Так лучше, - кивнул он, а затем потянулся за второй лентой. – Остался последний аксессуар.       Она даже не успела опомниться: вокруг шеи обвилась черная лента с небольшим замысловатым белым бантиком посередине. Едва узел был завязан, девушка невольно вытянула шею, чтобы рассмотреть атласный чокер получше.       - Вот теперь образ закончен, - довольно улыбнулся Габриэль. – Можем начинать.       Вопреки сказанному он так и остался на месте, рассматривая ее отражение в зеркале. Маринетт вновь смутилась, но быстро взяла себя в руки. А в голове вдруг промелькнула шальная мысль: может попробовать проявить инициативу?       - Хорошо, - согласилась она, оборачиваясь к доминанту и одаривая его мягкой улыбкой. – Полагаю, у тебя есть для меня поручение… господин.       С обращением вышла легкая заминка, но эффект все равно был произведен. Мужчина на секунду поразился ее решимости, но быстро вошел в роль.       - Умница, - похвалил он. – Быстро схватываешь.       - Что же это будет? – принялась рассуждать Маринетт, поднеся ладонь к лицу и подперев щеку пальцем. – Готовка? Стирка? Уборка?       - О нет, - протянул Габриэль и чуть подался вперед.       Он осторожно взял ее за запястье, мягко отнял руку от ее лица и неожиданно потянул к своему, смещаясь так, что ее ладонь оказалась накрыта его.       - Я нашел этим пальчикам более достойное применение, - ответил мужчина, замирая в нескольких дюймах от собственных губ и проникновенно глядя девушке в глаза.       Очарованная моментом она замерла. Чтобы не выдать волнение пришлось свободной рукой сжать подол платья. Бедра вновь сжались и Маринетт едва не ругнулась в голос. Она уже успела позабыть о том, что на ней был еще один аксессуар…       - Идем, - сказал Габриэль, отстраняясь и отпуская ладонь.       Девушка не сразу сообразила, что доминант уходит, а когда поняла, как могла поспешила следом.       Они вышли из комнаты и направились вправо. Остановившись возле первой же двери, мужчина распахнул ее и сделал приглашающий жест. Маринетт вошла внутрь… и не сдержала восхищенного вдоха.       Это была гардеробная. Нет, не так. Это была ЛИЧНАЯ гардеробная Агреста. Глаза девушки тут же жадно пробежались по помещению. Просторное, с мебелью из светлого дерева и стекла, со множеством зеркальных вставок и просто ослепляющим холодным светом люстр, оно выглядело как сказочная пещера из сказки «Тысяча и одна ночь».       Пространство было визуально поделено на две зоны. В той, где находилась девушка, располагались шкафы: часть с глухими дверцами, часть со стеклянными. Сквозь несколько прозрачных створок Маринетт смогла разглядеть одежду и обувь. В середине стояла широкая банкетка, обитая светлым велюром. В противоположной зоне разместилось просто огромное зеркало с подсветкой, шириной как минимум полтора метра и высотой почти два с лишним. По бокам от него расположились неглубокие ниши с таким количеством парфюма, что хватило бы на два небольших магазинчика. Сразу после них – витрины с аксессуарами: головные уборы, шарфы, ремни, галстуки. В середине зоны стоял большой комод со стеклянной крышкой и, судя по отблеску, в нем хранилось что-то явно драгоценное. Ювелирные украшения и, возможно, часы…       С губ против воли сорвался благоговейный стон. Желание подойти и рассмотреть в подробностях каждую вещь стало столь навязчивым, что даже вытеснило мысли о том, зачем она пришла сюда на самом деле…       Маринетт уже двинулась по инерции вглубь помещения, как вдруг сильная рука обняла ее за талию и властно прижала к мужскому телу.       - И куда ты собралась? – услышала она глубокий вкрадчивый голос.       - Мне нужно туда, - сдавленно пролепетала она и вновь подалась вперед, однако Габриэль сумел удержать ее.       - На той половине тебе делать нечего. А вот на этой…       Он повернулся вправо, утягивая ее за собой. Перед ее взором тут же предстали распахнутые пустые шкафы с большим количеством многоярусных вешалок. А рядом с ними громоздилось большое количество коробок, судя по лейблам, с одеждой. Настолько, что их общая высота практически равнялась росту Маринетт.       - Твоя задача привести все в порядок, - сказал Габриэль, убирая руку, но не отстраняясь. – Справишься, будешь вознаграждена.       Девушка судорожно сглотнула. Доминант каким-то неведомым образом сумел, выражаясь сленгом, «погладить все ее фетиши».       - Вещи должны располагаться в определенном порядке? – с трудом сдерживая волнение, спросила Маринетт. – Или я могу действовать по своему усмотрению?       - Делай, как считаешь нужным. Но если что-то пойдет не так… - мужчина неожиданно склонился и зашептал ей на ухо, - я дам тебе знать.       Девушка вздрогнула. Габриэль отстранился, а она так и осталась стоять на месте. Сверлила взглядом груду коробок и подобралась, словно охотничья собака, ожидая команды хозяина.       - Можешь приступать, - велел он.       За ее спиной послышались шаги. Маринетт обернулась и увидела, что Габриэль скрылся в соседнем помещении, оставив дверь открытой. Но почти сразу же потеряла к нему интерес. Ей предстояло выполнить задачу поинтереснее.

***

      Придя в спальню, Габриэль тут же уселся в ближайшее кресло и устремил взгляд в большое подкатное зеркало, расположившееся напротив. Оно было выставлено таким способом, чтобы иметь возможность видеть все, что происходит в конкретной половине гардеробной и при этом не выдавать своего присутствия.       Мужчина одним глотком допил шампанское из бокала и усмехнулся. Зная о тяге Маринетт к детальному изучению одежды, он не сомневался, что она будет всячески отвлекаться на изучение фасонов, тканей и фурнитуры. А посмотреть в тех коробках было на что…       Левая рука против воли сжала смартфон.       Ничего. Он в любой момент сможет пресечь подобное непослушание с ее стороны.