Часть 22

      Они проболтали почти до восьми вечера и, казалось, не могли наговориться. Это наконец дало Габриэлю понять, как сильно он скучал без общества личной помощницы. И она, судя по всему, тоже скучала без него. Их чай успел безнадежно остыть, поэтому Маринетт пришлось заваривать его заново. Габриэль высоко оценил ее труды и даже мысленно сделал пометку постепенно сменить собственные предпочтения с зернового кофе в сторону зеленого чая.       Маринетт покинула особняк в начале девятого вечера. И если в прошлый раз Габриэль с трудом мог выпустить ее из объятий из-за собственных переживаний, теперь же не хотел отпускать из-за странного чувства наполненности, которое неожиданно ощутил в момент их прощания. Решив, что просто испытал за этот день слишком много всего, Габриэль, проводив девушку, без какого-либо зазрения совести вновь направился в ванную. Пролежав в воде два с половиной часа, он проанализировал прошедшую сессию и пришел к неожиданному выводу: может Маринетт сложно быть сабмиссивом, потому что внутри нее спала доминатрикс? Эта мысль казалась разумной, в который раз подтверждая, что внешность порой была обманчива. «Если дело обстоит так, то ей придется переучиваться», - подумал Габриэль, но тут же попытался отмахнуться от этой мысли.       Его «сотрудничество» с Маринетт приостановлено, - читай, прекращено. Поэтому ни о каких обучениях и тем более сессиях не могло идти и речи. Габриэль тяжело вздохнул. Жаль, он только начал входить во вкус. Зато Дюпен-Чен имела все шансы остаться в его памяти как самый необычный сабмиссив. «После таких приключений ты ее точно не забудешь», - поддакнул внутренний голос, вызывая у мужчины легкую улыбку…       Покинув ванную, он вдруг почувствовал, как его настойчиво клонит в сон. И это было хорошо, поскольку за последний месяц Габриэль едва ли нормально спал. Поэтому, без какого-либо зазрения совести мужчина, проигнорировав ужин, лег в постель и тут же провалился в сон…       - Прекрасно, - хищно улыбнулась Маринетт. – Такое восхищение заслуживает награды.       Габриэль вновь видел себя на их сессии, но теперь он был всецело к ней готов.       - Может, госпожа приблизится и наградит меня лично?       От его наглости девушка опешила, но тут же расплылась в улыбке.       - Вздумал дерзить мне?       Маринетт отпустила зеркало и обернувшись, медленно направилась к Габриэлю, плавно покачивая бедрами. Возбуждение усилилось и это не укрылось от его доминатрикс.       - Будь осторожен в своих словах, Габриэль.       Девушка подошла к нему вплотную, а затем вдруг зашла ему за спину. Ладони осторожно опустились на его плечи и медленно двинулись вниз к груди.       - Я могу наказать тебя, оставив одного, - зашептала Маринетт ему на ухо. – Ты этого хочешь?       - Я хочу тебя, госпожа, - ответил ей Габриэль, с трудом маскируя сбившееся дыхание. – Ты ведь не откажешь своему нижнему в такой малости?       - Ах вот оно что!       Ладони тут же исчезли. Маринетт вновь обошла его, а затем демонстративно уселась на колени, лицом к лицу. Настолько близко, что ненароком потерлась о возбужденный член.       - Позволь спросить: с какой стати? – поинтересовалась девушка, обнимая его за шею. – Ты не заслужил столь щедрого поощрения.       - Если госпожа доверится мне, я подарю ей удовольствие, о котором она даже не мечтала, - хрипло сказал Габриэль, с трудом удерживая руки на месте. Время еще не пришло.       - Смелое заявление! – удивилась Маринетт, а затем разжала объятья, сместила ладони вниз и принялась расстегивать его рубашку. – Но так и быть, я сегодня в хорошем настроении.       Расстегнув последнюю пуговицу, она уверенно вытащила рубашку из брюк и, приспустив ее вниз, настойчиво огладила его плечи.       - Учти, если мне не понравится, ты будешь наказан еще строже, - сказала девушка, игриво прикусывая губу, но тут же сдавленно ойкнула, стоило Габриэлю сжать ее в объятьях.       - Ты будешь умолять меня не останавливаться, - заверил он Маринетт и жадно поцеловал…       Габриэль подскочил на кровати и заозирался по сторонам. Все еще ночь. Он был один и в своей спальне. Осознание пришло быстро - его абсолютно предательски вышвырнуло из собственного сна! И ровно в этот момент в паху заныло, да так, что он готов был на стену лезть.       - Только этого не хватало! – возмутился Габриэль, чувствуя, что эрекция достигла пика.       Проклиная про себя так некстати разыгравшуюся фантазию, он направился в душ. Однако прохладная вода не принесла желанного облегчения. Сон еще был жив в памяти, а сопутствующие ему эмоции и чувства, казалось, обострились до предела. И, не видя другого выхода, ему волей-неволей пришлось помочь себе. Прислонившись спиной к кафелю, Габриэль обхватил член рукой и прикрыл глаза, вызывая в памяти недавнее сновидение…       Когда Маринетт ответила ему и вновь обняла, он не стал утруждать себя манерами. Спешно задрав коротенький подол платья и приподняв за бедра, уверенно вошел в нее. Словно наяву он видел с какой охотой Маринетт отдавалась ему. Ее стоны эхом разносились по кабинету, заставляя Габриэля сходить с ума. Их движения были быстрыми, резкими, грубыми. Но Габриэль отчего-то знал, что его партнерше это нравится. А когда Маринетт выгнулась в его объятьях, надсадно выкрикнув его имя, и вовсе отпустил себя, позволяя блаженству растечься по телу сладкой патокой…       Развязка наступила быстро, подарив краткое удовольствие. Вымывшись, Габриэль покинул душ и  вновь лег в постель, но вместо желанного удовлетворения на него вдруг накатила тоска. Хотя с чего бы? Одну часть удовольствия он получил днем, потом добрых два часа нежился в ласковых объятьях Маринетт, вторая часть удовольствия получена только что. Этого было более чем достаточно, чтобы насытиться! Но нет! Всего этого как будто было мало. В итоге Габриэль проворочался в постели почти до рассвета, уснув лишь с первыми лучами солнца.       Проснулся уже в полдень от настойчивого телефонного звонка. На языке уже вертелось несколько бритвенно-острых фраз для несчастного, посмевшего нарушить его сон, однако увидев звонящего Габриэль резко утратил желание ругаться и немедленно ответил. Звонил наставник. Он был явно в хорошем настроении, поскольку вещал о просто чудесной погоде для конца сентября, и что грех в такой день отсиживаться дома. Затем разговор резко свернул в сторону Агреста, и наставник вдруг попросил его о встрече, что случалось нечасто. Габриэль не стал отказываться. Коротко осведомившись о времени и месте встречи, он повесил трубку и, лениво потянувшись, встал с постели. Пора начинать новый день…       Через полтора часа Габриэль завтракал, точнее уже обедал, вместе с наставником в одном из шикарнейших парижских ресторанов и вел неторопливую беседу. Ну как вел, скорее больше молчал, всецело посвятив себя еде, пока наставник изливал собственные мысли. Как оказалось, его очень беспокоило поведение Габриэля в последние полтора месяца: он то периодически хандрил, то пропадал из поля зрения, отключив телефон. А теперь дошли слухи, что Агрест и вовсе был эмоционально нестабилен, срываясь на собственный персонал, работающий в доме моды.       - Если нужна помощь, только скажи, - сказал наставник. – Нет неразрешимых проблем, есть лишь недостаточная сумма денег для их разрешения.       Подобная забота, почти отеческая, тронула Габриэля, но он не спешил злоупотреблять ею.       - Все хорошо, - заверил наставника Агрест. – Теперь уже точно хорошо. Просто за прошедшее время столько всего случилось…       Он сделал паузу, и не сдержавшись грустно вздохнул. На такую реакцию наставник сначала удивленно захлопал глазами, а затем буквально потребовал от Габриэля рассказать все, что скопилось у того на душе.       - Рассказ будет слишком долгим, - покачал головой Агрест.       - А мы не торопимся, - отмахнулся наставник. – Если нужно, можем сменить обстановку.       На такое предложение Габриэль ответил согласием. Стены этого фешенебельного заведения пока не готовы к его откровениям…       Закончив обед, мужчины отправились в Нёйи́-сюр-Сен. Наставник вновь повел его в сад, в беломраморную беседку, и распорядился подать коньяк. И лишь когда требование было выполнено, а их оставили вдвоем, Габриэль наконец начал свой рассказ. О том, как находился в раздрае после разговора с наставником. Про проблемы в доме моды и о том, как под влиянием эмоций чуть не наступил на те же грабли и едва не лишился очередной личной помощницы, благо эта история завершилась благополучно. И наконец, собравшись с духом признался, что сильно скучал по сабмиссиву все это время. А когда попробовал возобновить отношения узнал, что она успела охладеть к нему. Но все же пошла на уступки, что вылилось в еще одну сессию, где ему пришлось стать нижним, чего он искренне боялся, но все же решился. Как получил просто незабываемые эмоции, поскольку его сабмиссив оказалась неплохой доминой, на его вкус конечно же. И теперь вновь страдал из-за того, что партнерша вряд ли захочет продолжать их отношения, а он только-только вошел во вкус.       Габриэль старался рассказывать обо всем честно, но кое где все же приврал и специально опустил одну важную подробность: то, что его партнерша и личная помощница – одна и та же женщина.       - Рад, что ты смог сам со всем разобраться, – одобряюще кивнул, а затем тяжело вздохнул наставник. – Но мое мнение: пора бы взять себя в руки. Ты уже не мальчик, чтобы позволять себе подобную горячность, а такие выходки - прямой удар по репутации!       - Знаю, - согласился Габриэль, чувствуя себя неуютно. – Этот урок я запомню на всю жизнь.       - Похвально, - вновь кивнул наставник.       Он на мгновение задумался, а после расплылся в улыбке.       - И все же мне любопытно, - начал мужчина, вперив в Агреста взгляд, а в его глазах вдруг мелькнул лукавый огонек. – Кто же та женщина, что лишила тебя не только покоя, но еще и заставила поволочиться за ней? Обычно это дамы преследуют тебя как вожделенный приз. Что же в твоем сабмиссиве такого особенного?       Этот вопрос заставил Габриэля напрячься и нервно сжать бокал. Наставник всегда интересовался его женщинами, будь то очередная пассия или новый сабмиссив. И если после знакомства она каким-то образом будила в нем интерес… Дама имела все шансы очутиться на сессии, а учитывая профиль наставника… Габриэль судорожно сглотнул. Нет, такого Маринетт точно не переживет.       - Не хочешь познакомить меня с ней? – наставник улыбнулся еще шире. – Кто знает, может мне удастся лучше раскрыть ее потенциал?       - При всем уважении, нет, - осторожно ответил Габриэль. – Наше с ней партнерство началось… спонтанно и мне кажется, что она согласилась на подобный опыт… из-за меня. К тому же я пообещал сохранить ее личность, равно как и участие в сессиях, в тайне.       - Но ведь она твое инкогнито уже раскрыла, не так ли? – продолжал напирать наставник. – К тому же, я умею хранить секреты как никто другой.       Теперь он всем видом выдавал заинтересованность и Агрест уже откровенно пожалел, что излил ему душу. Нужно было срочно что-то придумать.       - Нет, - вновь ответил Габриэль. – Я дал слово и намерен сдержать его. Так у меня хотя бы будет шанс сохранить наши отношения на прежнем уровне.       Он молился про себя всем известным святым, чтобы наставник внял его словам. Потому что, если он сейчас уступит, у Маринетт не будет ни дня спокойной жизни и даже всех связей Габриэля будет недостаточно, чтобы уберечь ее…       И высшие силы решили внять его мольбам. Наставник картинно вздохнул.       - Что же, раз ты так серьезно настроен, не в моих силах заставить тебя изменить решение, - сказал мужчина, а в его словах отчетливо слышалась грусть. – Я всегда уважаю чужое мнение, даже если оно не совпадает с моим.       Габриэль кивнул. Он был рад, что они поняли друг друга…       После этого беседа плавно перешла на отстраненные темы. Агрест был рад, что облегчил душу. И тем не менее один вопрос все же оставался открытым: стоит ли ему попытаться восстановить отношения «доминант/сабмиссив» с Маринетт? А если да, то каким способом?

***

      Маринетт чувствовала себя неловко. Вроде бы все хорошо, все недоразумения и конфликты улажены, а жизнь снова потекла своим чередом. Она все так же добросовестно исполняла свои обязанности на работе, встречалась с Альей, помогала родителям в пекарне. Вот только внутри нее поселилась тоска, вначале странная и необъяснимая, но стоило ее осмыслить, как земля вновь начинала уходить из-под ног.       Ее последняя сессия с Габриэлем, равно как и его реакция, привели ее в бешеный восторг. Маринетт нет-нет, да перебирала в памяти самые восхитительные моменты, заставляющие ее сердце то сладко замереть, то бешено пуститься вскачь. И, в очередной раз поймав себя на воспоминании о прошедшем, она вдруг с ужасом поняла, что хотела еще. Нет, не доминировать. Маринетт вновь захотела быть рядом с Габриэлем, пусть даже как сабмиссив. Ведь оставалось еще столько нового и неизведанного, чего ей непременно хотелось испытать и дать это мог лишь один мужчина… Но в следующее мгновение пришла другая мысль: она первая предложила приостановить эти отношения, и Агрест охотно ее поддержал.       Это заставило Маринетт окончательно поникнуть. Габриэль согласился на прошлую сессию, чтобы отработать моральный долг перед ней. А предложи она ему начать все заново, согласится ли он? Или же деликатно откажет, что было бы правильно, учитывая, как много они успели натворить, да еще и наговорить друг другу? Второй вариант больше походил на правду. Вот только как объяснить сердцу, что время ушло и все, что ей теперь оставалось – лишь предаваться воспоминаниям? Это было сложнее всего. Маринетт даже пыталась сублимировать, рисуя эскизы, надеясь, что это отвлечет ее от переживаний. Но из-под карандаша, как назло, выходил до боли знакомый образ, которому она лишь чудом не пририсовывала нужные черты.       Во время визитов в особняк Маринетт всеми силами сохраняла привычный настрой. Но порой, стоило Габриэлю отвлечься или же повернуться к ней спиной, не могла сдержаться и провожала его то долгими взглядами, то тихими вздохами. Ей безумно хотелось подойти к нему и попросить вновь стать ее доминантом, однако в глубине души она понимала: дважды в одну реку не входят, хоть сколько у тебя будет удачи…

***

      - Маринетт, перестань, пожалуйста! – взмолилась Алья. – От твоего кислого вида сейчас все цветы в помещении завянут!       - Прости, - извинилась Маринетт и слегка подобралась на плетеном стуле. – Я задумалась.       Прошла уже неделя с тех пор, как они с Габриэлем провели сессию. Была пятница и девушка, чувствуя себя в этот день особенно паршиво, отпросилась с обеда домой под предлогом того, что неважно себя чувствовала. Благо Габриэль не стал расспрашивать что к чему и отпустил ее не задумываясь. И сейчас она безо всякого зазрения совести сидела с подругой в кафе за самым неприметным столиком в самом дальнем углу.       - О чем же ты таком задумалась, что у тебя такой вид? – удивилась Сезер и тут же напряглась. – Только не говори, что твоя сессия прошла не по плану!       - Нет, что ты! – поспешила заверить ее Дюпен-Чен. – Все прошло шикарно!       - Тогда может поделишься наболевшим? Или… такие разговоры у нас теперь под запретом?       Поскольку подруга только утром прилетела из очередной командировки, Дюпен-Чен решила приберечь все рассказы на потом. Однако желание выговориться было сильнее. Решив, что воспоминания помогут ей хоть немного приободриться, Маринетт вполголоса начала пересказывать события прошлой субботы…       - Да ладно?! – восхитилась Алья, вытаращив глаза на подругу. – Ты действительно так с ним поступила?! И он стерпел?!       - А что ему еще оставалось делать? – улыбнулась Маринетт, зачерпывая ложечкой подтаявшее мороженое. – Выполнил все, как миленький и в конце был вознагражден. Все счастливы.       - Обалдеть! – выдала Сезер и откинулась на спинку стула. – Я думала такое только в романах бывает, а тут… Выходит, твоя эротическая жизнь куда интереснее, чем моя!       - Зато твоя постоянная, а мне приходится довольствоваться только редкими встречами, - буркнула Маринетт, разом растеряв благодушный настрой.       - Ну так вы же помирились? Помирились! Вот увидишь, не сегодня-завтра он вновь явится по твою душу!       - Ой ли? – засомневалась Маринетт. – Мы с ним поставили крест подобных встречах. Мне и эта перепала только потому, что он чувствовал себя виноватым. А я этим воспользовалась!       - Что-то он не спешил ставить тебе это в упрек и убеждать в том, что ты плохая домина, - ухмыльнулась Алья, поднося ко рту чашку с латте. – Выходит ему понравилось!       - Понравилось, - согласилась Маринетт. – Он даже сделал мне комплимент, мол, давно не испытывал такого удовольствия.       - Ну вот видишь? Говорю же, сам прибежит, как миленький! Только пальцем помани!       - Легко сказать, - совсем стушевалась Дюпен-Чен.       Она уже по-всякому прикидывала, как завести разговор с Габриэлем, но каждый раз будто что-то останавливало ее. Было бы проще, если бы он сам проявил инициативу, вот только мужчина ни словом, ни жестом не выдавал свою заинтересованность в ней.       - Мы едва вернули обычные отношения в прежнее русло. Должно пройти время, чтобы…       Настойчивый сигнал звонка отвлек Маринетт от мысли. Она перевела взгляд на телефон и мгновенно уронила челюсть.       - Вспомни хорошего мужчину! – захлопала в ладоши Алья, проследив за ее взглядом. – Рабочий день едва закончился, а он уже звонит!       - Может что-то случилось, - предположила Маринетт и взяла в руки телефон, чтобы ответить, но не успела. Габриэль отклонил вызов.       - Перезвони сама, - пожала плечами Алья, допивая латте.       - Не стоит, - отозвалась Маринетт, раскрывая Инстаграм. – Он пишет мне сообщение.       Ждать пришлось несколько минут. Мигающие три точки никак не желали обратиться в текст, чем еще больше нервировали Маринетт. Будто Габриэль несколько раз набирал и стирал сообщение. Когда наконец появился текст, Дюпен-Чен нервно вчиталась в него и судорожно вздохнула.       - Он зовет меня сегодня в «Террасу», в девять вечера, - сдавленно пролепетала она.       - А, всего лишь ресторан, - поникла Алья.       - Не просто ресторан! – на лице Маринетт бушевало сразу несколько эмоций. – Именно там мы обговариваем все детали предстоящей сессии. И именно по пятницам!       - Ого! – тут же приосанилась Сезер. – Видишь, я же говорила! А ты боялась!       Маринетт почти не слушала её. Паника разлилась по телу, мешая нормально соображать. Это же то, что она подумала? А если нет? А если да?!       - Мне надо срочно подготовиться! – вскочила она на ноги и схватила сумочку.       Она бы так и вылетела из кафе, не оплатив счет, если бы Алья не сумела ее остановить и не усадила обратно на место.       - Так, дыши спокойно! – скомандовала она. – Тебе нужно прийти в себя. Горячка лишь навредит.       Но Маринетт уже не могла дышать спокойно, поскольку мысленно перебирала собственный гардероб, решая, что бы ей надеть. Она нутром чувствовала – намечались перемены, поэтому сегодня она должна выглядеть идеально даже не на сто, а на тысячу процентов!